Глава 33

В медпункте вдруг стало необычайно тихо.

Линь Чжэся почти боялась дышать.

Она не ожидала, что Чи Яо не только не утратил мастерства, но ещё и превзошёл себя.

Та девушка явно не поперхнулась, долго не могла выговорить следующее слово и в конце концов торопливо сказала: "Извините, что побеспокоила."

А Чи Яо ещё умудрился совершенно невозмутимо с этим согласиться: "Да, побеспокоили."

...

Через некоторое время та девушка, видимо, ушла, и за занавеской совсем стихло.

Линь Чжэся уже собиралась притвориться, что только что проснулась, но ещё не успела начать притворяться, как услышала:

"Раз проснулась, вставай."

"..."

Она поднялась на кровати: "Как ты узнал, что я проснулась?"

Чи Яо: "Притворяешься, что спишь, а сама крутишься; кто не заметит, тот, наверное, слепой."

Она же почти не шевелилась.

Шевельнулась всего один раз, а он уже заметил.

Линь Чжэся не стала развивать эту тему, отдёрнула занавеску: "Мне кажется, колено почти не болит, пойдём обратно на трибуну."

Чи Яо поддержал её: "Можешь идти?"

Линь Чжэся попробовала сделать два шага: "Могу, просто буду идти немного медленно."

Вернувшись на трибуну, Чэнь Линь и Тан Шусюань тут же обступили её.

Чэнь Линь осмотрела её рану: "Ну ты как, всё ещё больно? Когда увидела, что ты упала, я так перепугалась."

Тан Шусюань спросила: "Что сказал врач?"

Линь Чжэся покачала головой: "Ничего страшного, просто ссадина, это я сама не уследила; только вот подвела весь класс, заняли последнее место..."

Чэнь Линь: "Да ладно тебе, Старый(Лао) Сюй ещё и похвалил тебя."

Линь Чжэся подхватила: "За что похвалил, за то, что я покалечена, но духом не сломлена (身残志坚, идиома, букв. «тело изувечено, но воля тверда»)?"

Чэнь Линь: "...Примерно так."

Линь Чжэся: "...Я так и знала."

Соревнования подходили к концу.

Дисциплины во второй половине дня были особенными: участниками были учителя.

Школа снимала на камеру, ученики по требованию сидели на трибунах и наблюдали.

В какой-то момент мимо пробегала девушка из соседней школы и внезапно подбежала к ней заговорить.

Девушка явно слышала слухи, которые дошли из медпункта, и с места сразу спросила: "У Чи Яо семья очень бедная?"

Линь Чжэся: "........."

Она помолчала секунду, а потом решила подхватить: "Очень бедная."

"В детстве он чуть не бросил учёбу, потому что нечем было платить за школу; в семь лет уже начал собирать пластиковые бутылки из мусорных баков во дворе, чтобы сдавать их; в десять пошёл работать детским трудом; в двенадцать..."

"Хватит." Та девушка уже не могла это слушать.

Она повернулась к другой девушке рядом: "Вот это бедность."

"Такой бедный, нельзя с ним связываться."

"..."

После того как та группа ушла, Линь Чжэся от скуки принялась тихонько переписываться с Чи Яо.

Я только что немного укрепила твой образ бедняка.

Всё-таки мы верные соратники, я не могла тебя при всех разоблачить.

Хочешь услышать, как я блестяще импровизировала?

Пёс Чи ответил ей двумя словами: не хочу.

Закончив эту тему, Линь Чжэся переключила разговор на соревнования внизу.

Мне кажется, наш Старый(Лао) Сюй наверняка бежит медленно.

В прошлый раз он пошёл ловить учеников в интернет-кафе за школой, а в итоге никого не поймал.

Пришёл обратно и ещё тихонько сказал нам, что было очень неловко.

Впрочем, у него, наверное, не всё так плохо.

Потому что его противники тоже не выглядят особо сильными.

...

Линь Чжэся превратилась во внешнего комментатора и принялась вести репортаж о ходе соревнований для Чи Яо.

Болтая, она между делом написала: как же солнце сегодня днём припекает.

Поболтав немного, переключилась, через силу ответила Хэ Яну.

Да-чжуан спросил: упала? всё в порядке?

Да-чжуан: после окончания нам не нужно возвращаться в школу на автобусе, можно расходиться свободно; вы как, пойдём вместе попозже?

Линь Чжэся ответила ему: всё нормально, не знаю, может быть.

Да-чжуан: советую меньше болтать с Чи Яо.

Да-чжуан: с кем поведёшься, от того и наберёшься.

Линь Чжэся: .

Да-чжуан: ты ещё и "."; ты освоила самую суть переписки с моим братом Яо.

Линь Чжэся, опустив голову, напечатала: я могу ещё лучше освоить суть.

Да-чжуан: это как.

Линь Чжэся: надоест, в чёрный список кину.

Да-чжуан сдался: ...круто.

Она с Хэ Яном часто вот так за глаза перемалывали косточки Чи Яо; в середине переписки что-то лёгкое внезапно опустилось ей на голову, плотно накрыв её, перед глазами на мгновение потемнело, и одновременно нещадно палившее солнце тоже оказалось полностью закрыто.

Через пару секунд она поняла: то, что накрыло её голову, была куртка.

"Жарко," Чи Яо непонятно когда оказался позади неё; бросив куртку, он поднялся, и, будто сдавая вещи на хранение, сказал: "Подержи за меня."

"...?"

Линь Чжэся немного отвела куртку назад, повернула голову, "ты сам не можешь держать?"

Чи Яо ответил: "Лень держать."

Линь Чжэся ещё хотела что-то сказать, но Чи Яо уже перешагнул через ступени трибуны и ушёл.

Она посидела немного, накрытая курткой, и обнаружила, что эта куртка и правда хорошо защищает от солнца.

Под ней было уже не так жарко, как раньше.

...

Значит, он только что специально пришёл принести ей куртку?

Она думала об этом так, словно ждала какого-то ответа.

Линь Чжэся пролистала переписку с Чи Яо, и в длинном-длинном потоке репортажа о ходе соревнований её небрежно брошенная фраза "как же солнце днём припекает" неприметно лежала где-то в середине.

Однако в следующую секунду она сама себя опровергла.

О чём она вообще думает.

Соревнования закончились; поскольку возвращаться в школу не нужно было, все трое поехали домой вместе.

На колене у Линь Чжэся ещё оставалась рана, и сидеть на трибуне было терпимо, но расстояние от остановки до квартала оказалось для неё немного длинным; она двигалась всё медленнее.

На ходу Чи Яо предложил нести её на спине, но у Линь Чжэся вдруг что-то взбрыкнуло внутри: ей стало неловко быть так близко к нему, и она сказала: "Я сама могу идти."

Хэ Ян восхитился: "Вот это стальная воля у моей Ся-гэ."

Линь Чжэся: "..."

Трое неторопливо шли в сторону Южного переулка.

Хэ Ян заговорил о делах своего класса и спросил Чи Яо: "Говорят, ты в медпункте столкнулся с нашей одноклассницей?"

Чи Яо не хотел это обсуждать.

Хэ Ян продолжал: "Такая девушка, ещё симпатичная, в нашем классе пользуется популярностью; вернулась из медпункта и в чате класса тебя как только не называла."

Чи Яо: "Не помню."

"..."

Хэ Ян, закадычный друг многих лет, тоже не удержался от восклицания: "Ты ещё попал на стену признаний нашей школы (表白墙, «стена признаний», в китайских школах и университетах — анонимные онлайн-платформы или физические стенды, где ученики публикуют анонимные признания в симпатии), в общем, после этого раза девушки, которые ещё хотели попросить твои контакты, уже не хотят; твоя репутация точь-в-точь как в средней школе."

Хэ Ян добавил: "Нет, пожалуй, ещё хуже."

Линь Чжэся мало знала о временах их средней школы; в памяти была только та фраза из поста "не приближайтесь" и пара слов, которые Хэ Ян ей как-то говорил.

Она не удержалась и спросила: "Какая репутация?"

Хэ Ян: "Скандально известного красавчика."

"..."

Очень точно.

"Это тоже своего рода умение," сказал Хэ Ян, "такое лицо пропадает зря."

Пока они разговаривали друг с другом, все трое уже дошли до указателя улицы Южного Переулка.

Солнечный свет сочился сквозь просветы в кронах деревьев; каменные плиты на дороге были раскалены, воздух был душный и жаркий, но Линь Чжэся вдруг ощутила какую-то радость.

Немного иррациональную, которой не должно было быть по здравому смыслу, но всё равно неудержимо пробивавшуюся из какого-то очень укромного места.

Хэ Ян спросил: "Кстати, скоро небольшие каникулы, что вы планируете? Мои родители хотят поехать в путешествие, но при такой погоде это же одна толкотня."

Линь Чжэся и Чи Яо почти одновременно открыли рот.

Линь Чжэся: "Дома учиться."

Чи Яо: "Есть соревнование."

"У тебя соревнование," Линь Чжэся повернула к нему голову, "какое соревнование, я что-то не знала."

"Олимпиада по физике."

Чи Яо коротко добавил: "Едем в Хайчэн (海城, название города, букв. «Приморский город»), три дня два ночи, со Старым(Лао) Лю."

Линь Чжэся произнесла "о": "Так далеко."

Вернувшись домой, Линь Хэ и Вэй Пин тоже говорили о небольших каникулах.

"Ся Ся," услышав звук открываемой двери, голос Линь Хэ тут же донёсся из гостиной, "на каникулах мы с твоим дядей Вэй собираемся поехать в путешествие, хочу спросить твоё мнение."

Мнение Линь Чжэся совпадало с Хэ Яном: "Мне кажется, слишком жарко, езжайте вы сами, я дома буду делать задания."

Вэй Пин спросил: "Каникулы редкость, не хочешь выбраться?"

Линь Чжэся: "Лучше я дома напишу лишний вариант, чем куда-то поеду."

Вэй Пин ещё хотел что-то сказать.

Линь Чжэся торопливо произнесла: "У вас редко выпадает шанс избавиться от меня и побыть вдвоём, советую вам хорошенько воспользоваться этой возможностью."

Видя её решительный настрой, Линь Хэ и Вэй Пин больше не настаивали.

Пока они разговаривали, Линь Чжэся переместилась из прихожей в гостиную и предстала перед ними; Линь Хэ с удивлением спросила: "Что у тебя с коленом, и ещё... откуда на тебе эта одежда?"

"Бежала и нечаянно упала, ничего страшного."

Про первое Линь Чжэся объяснила, но второе до неё не дошло.

Она опустила голову, глядя на то, куда указала Линь Хэ, и увидела на себе слишком широкую чёрную ветровку.

"А, это Чи Яо, " только тут она заметила, что ещё не вернула куртку Чи Яо, и объяснила: "Мы сидели на открытых трибунах, солнце сильно пекло, одолжила прикрыться."

Услышав, что это куртка Чи Яо, Линь Хэ больше ничего не стала уточнять, только добавила: "Такая неосторожная... вечером когда будешь мыться, осторожнее, не держи в воде слишком долго."

Упомянув Чи Яо, Линь Хэ ещё спросила: "У Чи Яо на каникулах есть какие-то планы? Если нет, делайте задание вместе, и нам с дядей Вэем будет спокойнее, пока нас нет."

"Он на каникулах едет на олимпиаду по физике."

Линь Чжэся добавила: "Не беспокойтесь, я уже не трёхлетний ребёнок, несколько дней дома одна справлюсь."

"Вот как," сказала Линь Хэ, "я помню, он с детства очень любил физику; кажется, ещё маленьким говорил, что хочет стать физиком."

Линь Чжэся тоже это помнила.

Это было на второй год их знакомства.

В те выходные задали сочинение на тему "Моя мечта".

Линь Чжэся ломала голову; тогда она была ещё слишком маленькой и не понимала, что такое мечта.

Долго теребила волосы и в итоге с трудом написала на бумаге для сочинений: моя мечта это защищать природу.

Выбрала этот угол не потому что была такой идейной; просто этот угол было легче развернуть, и она излила обвинения в адрес тех, кто мусорит на улице.

Чи Яо написал сочинение быстрее неё; она хотела позаимствовать идею и украдкой вырвала у него тетрадь и пробежалась взглядом; увидела два слова: физика.

"Твоя мечта странная, почему тебе это нравится?"

Тогдашний Чи Яо сказал: "Потому что интересно."

Линь Чжэся не понимала, что там интересного.

Но её собственное сочинение, в котором был написано только введение, ей не нравилось; она захотела переписать и уткнулась в стол, задумавшись.

Она крутила ручку в руках и рисовала на черновике разные закорючки, как вдруг в голове мелькнула мысль: "Если у меня пока нет мечты, то разве не считается мечтой охранять чужую мечту?"

...

Вечером Линь Чжэся лежала в кровати и листала телефон; попался момент (圈, разг. в данном контексте «лента», «момент», то есть «朋友圈», «Круг друзей», раздел в WeChat, аналог ленты в социальных сетях, где можно публиковать фото и короткие заметки) их Старого(Лао) Сюя.

Старый Сюй сделал репост статьи из официального аккаунта школы; заголовок статьи гласил: Наша школа отправляет команду участников на третью олимпиаду по физике среди старшеклассников города Ляньюнь.

Линь Чжэся открыла статью; в ней были и текст, и фотографии.

Там упоминались названия многих ключевых школ, в том числе первая средняя школа города Ляньюнь.

Дочитав, она поняла, что масштаб соревнований оказался намного больше, чем она представляла; команда, занявшая первое место на прошлой олимпиаде, даже попала в газеты; в день соревнований было много репортёров; всё было очень официально.

Дочитав статью, она вышла и написала Чи Яо сообщение.

Когда ты уезжаешь?

Пёс Чи произнёс: послезавтра.

Линь Чжэся продолжила распрос: в котором часу послезавтра?

Чи Яо, кажется, почуял, что за словами что-то стоит.

?

Говори прямо, что ты хочешь.

Линь Чжэся ответила в переписке: как твой любящий папочка, я разумеется должна провожать тебя взглядом.

С той стороны ответ пришёл быстро.

Хромому папочке с костылём не надо меня провожать взглядом.

Линь Чжэся: ..........

Не переспорить; она решила перескочить через этот вопрос: твоя куртка у меня, забыла вернуть.

С той стороны пришёл "." в знак того, что понял.

Линь Чжэся вспомнила, как он днём велел ей подержать куртку как будто сдавал её на хранение, опустила голову и напечатала: за хранение куртки берётся плата за хранение, как изволите рассчитаться?

Отправила и приготовилась к тому, что Чи Яо ответит ей чем-нибудь противным.

Но на этот раз Чи Яо, к удивлению, изрёк что-то человеческое.

В кармане, возьми сама.

Линь Чжэся: ?

Линь Чжэся: что.

Плата за хранение.

Линь Чжэся отложила телефон и пошла пощупать карман куртки.

Сквозь тонкий слой ткани ветровки она нащупала что-то твёрдое.

Линь Чжэся немного нерешительно сунула руку внутрь и достала оттуда... нераспечатанную конфету.

Откуда конфета.

Почему у тебя в кармане конфета.

Чи Яо пока не отвечал.

В ожидании ответа Линь Чжэся распечатала конфету и обнаружила, что та лимонная.

Она прикусила конфету во рту и почувствовала кисло-терпкий лимонный вкус, который невозможно было скрыть за сладостью.

Ни с того ни с сего она вдруг вспомнила прошлогоднюю газировку.

Ту холодную-холодную, с шипением источавшую прохладу лимонную газировку.

Через некоторое время телефон слегка завибрировал, пришло два новых сообщения.

Купил в школьном буфете.

Не ожидал, что некий человек так долго и ничего не заметил.

Отношения между ней и Чи Яо, кажется, с той газировки, с того звука "бах", начали претерпевать совершенно особую химическую реакцию.