Илья Петраш

Услышав этот очень раздражённый голос, Тацуя почти рассмеялся. Однако если так сделает, он, несомненно, увеличит её гнев, поэтому он убедился, что стёр это со своего лица.

Тацуя был вынужден скрывать, что является одним из главных бойцов семьи Йоцуба из Десяти главных кланов, а также особым лейтенантом Отдельного магического батальона, поэтому ему первым делом нужно было убедиться, что его не записали камеры уличного видеонаблюдения.

Тацуя видел это, поскольку держал на ладони каждый кусочек данных о снайпере.

Следует сказать, что ему повезло.

Подумав об этом, Тацуя активировал магию, чтобы полностью разложить человеческое тело.

— Недавно исследователи обнаружили Магатаму, которая обладает способностью хранить последовательности магии

Однако, судя по вышеупомянутым словам, с избранием нового школьного совета Хонока тоже присоединилась к его составу. Новый школьный совет состоял из Президента Накадзо Азусы, вице-президента Шибы Миюки, секретаря Мицуи Хоноки, и казначея Исори Кэя (казначей Первой школы также исполнял обязанность «наблюдателя» и по традиции выбирался Президентом).

В этом году главный писатель — Итихара Сузуне. Тема её доклада — «Техническая возможность реализации Реактора термоядерного синтеза с магией Контроля гравитации».

В нём не было ничего особо неправильного.

Однако в лучшем случае он был «так себе».

— Давайте всё закончим кратким приветствием лицом к лицу... Канон, на сегодня работай с Тацуей-куном и усвой всё, что нужно для патрулирования.

Он не думал, что с особой, известной под именем Канон, необходимо приветствие лицом к лицу, но Мари сказала это, представив Канон членам комитета, которые растерялись по комнате, и, как и обещала, передала ответственность Тацуе.

Канон принадлежала к семье Тиёда — одной из Ста семей. Прямая сила атаки Канон соперничала с силой Мари и, если будет оружие, её огневая мощь может сравниться с волшебниками из Десяти Главных Кланов. Неудивительно, что она обладала магией, достойной имени семьи Тиёда.

По сравнению с их обычными смелыми разговорами, которые включали фразы вроде «оставаться девственницей до брака», и «эра свободного секса», то, что они делали летом, побледнело, как тема для разговора. Хотя причиной не заниматься сексом до брака обычно было что-то вроде «не обманываться сладкими словами», вывод должен был быть таким же, как и до «эры свободного секса», но сознательность за этим сильно отличалась. В конце концов, даже если сексуальный опыт женщины и не осуждается обществом, это ещё не значит, что «делать это» — для женщины ничто. Женщины не хотят, чтобы о них говорили, как об объекте удовольствия или трофее, которым можно похвастаться в раздевалке. Да и молодые леди, которые собрались в комнате школьного совета, не собирались считать себя дешевым товаром, хотя у них и был широкий выбор противозачаточных средств. Больше невозможно забеременеть случайно или из-за преступления. Кроме того, «насильственно снять мой жакет», «сильно прижать меня к кровати», «ласкать мою шею своим дыханием» и подобные фразы постоянно выпускались на его глазах, чего было достаточно, чтобы здоровому молодому человеку стало не по себе. А он ещё выдержал такие слова, как «я хотела немного лучшего настроения», «я хотела носить белое» и остальные с полной естественностью сказанные в его присутствии.

«...Как я и думала», — она приняла храброе лицо. Что лишь доказало, что та девушка определенно не обычна. По правде, она уже поняла это в тот миг, когда мельком взглянула на её профиль. Возможно, даже со спины она вынуждено осознала: та девушка уникальна.

Такие мысли, вероятно, будут ограничены лишь мужчинами, после чего сопровождающие дамы обвинят их в том, что они «похотливо уставились на другую женщину» и соответствующе накажут.

— Оно весьма беспокойно. Даже я могу потерять рассудок.

Ну, если честно, хотя сам характер магазина и подразумевал высокий порог входа для парней, но на самом деле мужчины были в меньшинстве, в соотношении три к одному

Он не знал, насколько она серьезна, но она говорила: «однажды я стану женой Шинкуро-куна».

Сейчас, однако, что-то заставило бабушку захотеть держать её поближе.

Девушку, носившую платье в стиле готической лолиты, звали Сакуракодзи Акаха. Имя девушки читалось Акаха, не Момидзи.

— Я запрещаю. — Но Лин решительно наложила вето. — ... Так как вы все выбрали меня, человека без магии, своим руководителем, то я запрещаю вам всем активные действия против этой страны.

Он не желал продолжать иметь дело с «вымирающим видом», который отказывается принимать действительность.

— Я... эм, я... я люблю тебя! — после всех тех сомнений наконец смогла выдавить Хонока и, казалось, эти слова прорезали ночную тьму.