Глава 7. Переплетение интриг

Вступление

Второй и третий дни были полны сменяющими друг друга заданиями. Каждое из них слабо влияло на количество токенов, но, как говорится, и пыль, если соберется, в гору превратится — часть учеников скопила трехзначные суммы.

Наступило утро последнего дня, Ибуки проснулась, когда услышала тихий шум. Она проверила часы и поняла, что едва пробило шесть. Стоило ей прислушаться, как сразу стала ясна природа шума — это были шаги. Кто-то прошел мимо палатки и теперь удалялся, судя по направлению, к пляжу. Не было ничего особенного в том, что нашелся ученик, кто рано встал и решил прогуляться, поэтому Ибуки не хотела придавать этому значения, но что-то не давало ей покоя.

Стараясь не разбудить Морофуджи, она тихо села, слегка приоткрыла вход палатки и выглянула наружу, чтобы выяснить, кому принадлежали шаги. В лес удалялась Кушида.

— Так это она…

Ибуки вспомнилась вчерашняя догедза. И решимость выжить в школе любой ценой.

Если специальный экзамен закончится с нынешними результатами, велики шансы, что последнее место займет Ибуки. Ведь она заработала так мало токенов, что даже ей самой становилось смешно.

Сегодня закончится специальный экзамен, а что будет с ней после? Она будет ждать возвращения в школу на лайнере? Или ее отправят обратно на маленьком суденышке? И в любом случае у нее, скорее всего, уже не будет шанса поговорить с Кушидой наедине.

Ибуки выскользнула из палатки и побежала за Кушидой. Вскоре увидела ее спину — та стояла босиком прямо у кромки воды и смотрела на бескрайнее море.

Кушида с самого начала специального экзамена лишь копила в себе раздражение, и скопилась настолько огромная гора, что она хотела криками выплеснуть все разом. Но сдерживалась. Лагерь был далеко, но крик все равно мог быть услышан.

— Как же бесит…

Ей и так было нелегко из-за того, что приходилось постоянно носить маску хорошей девушки. Но все изменилось, когда одноклассники узнали ее истинный характер, — это стало бесконечным источником стресса. Лишение токенов Шинохарой, мерзкие взгляды Ике. Угрозы рассказать обо всем другим классам, принуждение к догедзе, которая разорвала гордость на кусочки.

Кушида впервые в жизни кипела от гнева такой силы.

И все же она могла сдержаться и не закричать благодаря выученному уроку.

Все пошло наперекосяк, стоило по-глупому спалиться перед Аянокоджи. Я больше не наступлю на те же грабли — не могу себе этого позволить.

Пусть море смоет мои темные, бурлящие эмоции, — отчаянно надеялась Кушида, когда пришла в этот маленький мир одна.

Она сделала еще шаг вперед. Накатившая волна намочила ноги по лодыжки.

Медленно выдохнув, она слегка прищурилась, наслаждаясь мягким ощущением комфорта.

— Я что-нибудь сделаю… В крайнем случае даже буду молить Хорикиту… Я останусь, несмотря ни на…

Вдруг что-то толкнуло ее в спину, и она, не успев опомниться, полетела вперед. Инстинктивно выставила перед собой руки, но в итоге, естественно, рухнула в воду и промокла насквозь.

Совершенно не понимая, что произошло, Кушида приподнялась, оглянулась и увидела грозный взгляд Ибуки, которая стояла с гордым видом.

— А?.. — выдала Кушида низким голосом. Она ничего не понимала, но на нее накатила новая волна раздражения. — Ибуки-сан… что ты творишь?

— Как что? Взяла на таран. Стоишь себе, как дура, с беззащитной спиной, вот я и не смогла удержаться.

— Не понимаю… Зачем ты это сделала?

— Зачем? Тут совсем недавно Хорикита точно также выставила спину передо мной! Тогда я просто пнула по ней. Наверное, снова одолело то же желание.

— Нет, я все равно не поняла, даже после твоих объяснений. И что мне теперь делать?

У Кушиды промокла вся одежда вплоть до нижнего белья, и эта ситуация непоправима.

— Поделом.

— Да за что, я же… Ай!..

Кушида попыталась встать, но скривилась от боли и снова упала. Затем она тихо что-то пробормотала, положила руку на поясницу и больше не делала попыток встать.

— Чего? Ты сложилась от такого пустяка?..

Подумав, что немного перестаралась против неподготовленного человека, Ибуки сняла обувь и зашла в воду.

— Я не могу встать, помоги… — сказала Кушида, протянув руку.

Ибуки нехотя взяла за руку, и тут ее с силой дернули на себя.

— Чт…

Она окончательно расслабилась, потому как искренне верила, что Кушида и впрямь ушиблась. За что и поплатилась — с плеском рухнула в воду, и в ее открытый рот хлынула вода.

— Тьфу! Тьфу! Соленая!

А сразу после Кушида решила добить ее, зачерпнув воду в обе руки и плеснув ею в лицо соперницы.

— Э-э! Ты че устроила?!

— Вот и я о том же спрашивала.

— Прикинулась ушибленной? Мерзавка!

Ибуки мигом встала, отошла и пнула по поверхности воды в сторону Кушиды.

И так началась потасовка. Оба противника обдавали друг друга водой. Сражение продлилось одну-две минуты и закончилось ничьей без явного победителя или проигравшего.

— Ха-а, ха-а… Утро, а я занимаюсь не пойми чем… Тупая Кушида.

— Могу сказать то же самое… Фу-у, фу-ух… Ибуки-сан, ты точно тупая…

Обе девушки сидели прямо в воде и злобно сверлили друг друга взглядом.

Но в следующее мгновение до них дошла вся абсурдность происходящего, и они засмеялись.

— Скажи, неужели тебе обязательно нужно предполагать худшее и считать, что исключат именно тебя?.. — отсмеявшись, пробормотала Ибуки. — Кажется, стартовые токены раздали ученикам в зависимости от того, кто и сколько продержался в «Игре на выживание». Ты ведь держалась чуть ли не до последнего, да? Пускай Шинохара контролирует твои токены, получила ты наверняка больше, чем я. Как по мне, нет смысла суетиться — ну подумаешь, недобираешь, и что с того?

— У нас разница в токенах на уровне погрешности. Кроме того, я сомневаюсь, что Кацураги-кун просто оставит тебя, Ибуки-сан.

Если Кацураги передаст ей двадцать или тридцать токенов, разница между ними сойдет на нет.

— И что, это делает тебя главным претендентом на последнее место? Кацураги, он… он сказал, что собирается распределять все по-справедливому. И остается верен своему слову. Он не сможет смириться, если даст поблажку мне — той, кто не способен показать результат в индивидуальных состязаниях, — и из-за этого пострадает кто-то из действительно старающихся одноклассников. А еще вчера вечером Рьюен говорил с ним по рации и дал указания. Наверное, хочет избавиться от меня.

Ибуки была сама не своя — ее слова прозвучали с какой-то отрешенностью и обреченностью. Кушида убедилась: вчерашние подозрения оказались правдой.

— Понятно. Да, правильное решение. Ты ведь ни в чем не хороша, Ибуки-сан.

Попадались задания, где она могла бы проявить себя, но ее постоянно постигала череда неудач, вроде столкновения с Аянокоджи, и в итоге все усилия оказывались напрасными.

Задания монотонно сменяли друг друга, заставляя нервничать, но время никого не ждало.

— Я скорее не сдалась, а… не знаю. Чувствую себя странно.

Ибуки вдруг вспомнила исключенную одноклассницу Манабе. В ее случае это было похожий на резкий удар, который закончился моментальной смертью. Но сейчас все было иначе.

— Как бы сказать… Такое ощущение, будто я медленно умираю от яда.

Ничего подобного она не представляла даже тогда, когда на специальном экзамене «Игра на выживание» вместе с Рьюеном бросила вызов Аянокоджи и проиграла. Прошло всего-то несколько дней, а Ибуки даже подмывало рассмеяться от того, как сильно за это время изменилось ее положение.

— Пока еще ничего не ясно. Может, ты и близка к последнему месту, но ведь есть кучу других групп. Ты же не думаешь, Ибуки-сан, что больше нет учеников в трудной ситуации?

— Это еще что такое? Утешение?

— Нет. Меня заботит только, как спастись самой, поэтому мне куда спокойнее, когда ты стоишь ниже меня. И вдвойне спокойнее, если найдется кто-то, кто упадет даже ниже тебя. Только и всего.

Как же это типично для такой, как ты.

Почему-то от этой мысли Ибуки стало немного легче.

— Ты так сильно хочешь выпуститься из класса A? — спросила Ибуки.

— Еще бы. Я же прилежная ученица. Вот выпущусь из класса A, получу уважение от окружающих, от родителей, а потом получу работу и стану той, кому завидуют другие работающие взрослые. Ради этого я сделаю что угодно! — ответила Кушида, после чего встала и пошла к пляжу. — Заданий осталось совсем ничего, и вряд ли ты выкинешь нечто из ряда вон выходящее. Но почему бы не понадеяться, что кто-то другой облажается, или что Кацураги-кун все-таки выручит тебя? Я возвращаюсь в лагерь, — сказала она и ушла первой.

Ситуация была похожа на вчерашнюю. И все же груз на сердце Ибуки ощущался уже не таким тяжелым, как накануне.

— Я не такая, как Кушида. Во мне еще не проснулось желание избежать исключения. Но…

Если все это и правда закончится исключением…, — подумала она и вдруг осознала, что у нее осталось одно сожаление.

Часть 1

(от лица Аянокоджи)

Мы находились в F7. Как раз наступило пять вечера. И именно тогда наблюдатель велел всем собраться.

— Вы усердно трудились эти четыре дня и три ночи. А теперь я объявляю последнее задание, — сказал Урушихара и сразу же приступил к объяснениям.

Осознание того, что уже скоро мы сможем вернуться на лайнер, слегка взбодрило учеников.

— Вам нужно достигнуть цели к семи часам вечера. Цель — это квадрат F13.

F13 — это почти там же, откуда мы начинали. То есть нам надо просто вовремя вернуться в стартовую зону.

— Хотя другие группы находятся в разных местах, они начнут примерно на одинаковом отдалении от той же цели. По пути вы можете повстречать учеников из других групп.

Формально условия для всех равны, вот только из-за дистанции кому-то все равно повезло чуть больше, а кому-то меньше.

— Цель будет считаться достигнутой через тридцать секунд после того, как ваши часы зафиксируют вход в F13. Те ученики, что дойдут до цели вовремя, получат в награду за задание три токена. Если кто-то не сможет дойти, с класса будут списываться классные очки в соответствии с правилами. Далее — с этих пор штраф за отдаление от квадрата, где находится наблюдатель, отменяется. Наконец, как уже говорилось в самом начале, как только ученик достигает цели, его токены окончательно фиксируются, а это значит, что передать их будет уже нельзя. Будьте внимательны.

С этими словами наблюдатель достал четыре телефона.

— Сейчас я предоставлю каждому представителю по специальному телефону. Если будете отслеживать по нему местоположение, то, думаю, сможете быстрее выйти к цели. Также телефон может работать как рация. Синхронизировав его со своими часами и заплатив токен, вы можете позвонить на телефоны из других групп или узнать их местоположение. Используйте как посчитаете нужным.

Выходит, телефоны полностью дублировали все возможности, которые существовали с самого начала экзамена.

— Я больше не буду вести вас, поэтому и связанные с этим штрафы теперь не применяются. Идите к цели в удобном для вас темпе. Желаю удачи.

Иначе говоря, идти пешком или бежать — решать самой группе.

Телефоны, скорее всего, нужны не только для того, чтобы не сбиться с пути к цели и не отстать от товарищей. Они давали нам возможность при необходимости передать токены по пути, тем самым расширяя простор для стратегий.

В целом, все складывалось в пределах моих предположений, поэтому менять план необходимости нет.

— Что будем делать, Аянокоджи? Можно идти к цели поодиночке, но прийти должно большинство группы — такое ведь главное условие. Если мы разбредемся, могут возникнуть трудности. Я считаю, нам нужно двинуться всем вместе, — высказался Кацураги.

— Согласен. У кого-нибудь есть возражения? — сказал я, посмотрев на класс A, поскольку класс D вряд ли начнет спорить.

— Я тоже согласна. Все-таки мы должны достигнуть цели все вместе, — без раздумий ответила Шинохара, представитель своего класса, и улыбнулась — впервые за эти несколько дней так ярко.

Часть 2

Время перевалило за половину шестого. Вторая группа двигалась к цели, намереваясь прийти первой. Раз все стартовали примерно с одной дистанции, значит, вряд ли кто-то уже успел добраться до нужного квадрата.

Хирата держал темп, но выражение его лица становилось все более напряженным. Как и у Рьюена. Только у обоих были разные поводы.

Хирату заботили только безопасность группы и спокойствие внутри классов. Рьюена — результаты специального экзамена и то, как они повлияют на классы.

На данный момент Рьюен собрал в общей сложности сто десять токенов-«орлов». В своей группе он, несомненно, занял самый верх, и это весьма недурно. За достижение цели дадут еще три токена, и, если вся группа дойдет первой, они получат стопроцентный множитель, а значит, будут учтены все токены.

Вовсе не плохо. Но даже по грубым подсчетам Рьюен упустил более двадцати токенов. Есть высокая вероятность, что Аянокоджи собрал больше, чем он.

Даже если предположить, что у Аянокоджи сто тридцать токенов, разница во множителе для победы должна быть минимум двадцать процентов. Если вторая группа займет первое место, то группа Аянокоджи должна оказаться на пятом месте или ниже.

Это был «минимальный порог», который позволял не распрощаться с шансами на победу. Да, Рьюен мог бы просто связаться с Кацураги и приказать: «Помешай достигнуть цели». Но группа получит место в рейтинге, как только большинство ее членов придет в квадрат, так что даже если все ученики класса B воспротивятся, условие останется выполнимым, так еще и появляется риск нарваться на штраф за то, что не пришел вовремя.

Аянокоджи достаточно лишь дойти до цели, и тогда разрыв между ними сократится на сто классных очков. А если его группа займет первое место, то на все двести. Это станет сокрушительным поражением.

Каким же образом не дать Аянокоджи победить?

— Похоже, выбора нет…

Нанести ущерб себе, чтобы выиграть войну. Без подобной решимости Аянокоджи не свалить с ног. Его не победить, если не отбросить колебания и не пойти на риск.

Одна стратегия вынашивалась в мыслях Рьюена с тех самых пор, как он вник в правила специального экзамена.

Прямо перед тем, как он собрался реализовывать идею, к нему подошел Хирата.

— Рьюен-кун, я уточню один момент?

Несмотря на то, что им нужно было спешить, Хирата остановился, чем принудил Рьюена к разговору.

— Какой?

— Мы через столько всего прошли. Неужели до тебя еще не дошло?

Многозначительные слова. Хирата словно бы взглядом пытался прочесть мысли Рьюена.

— Ты вообще про что? — спросил Рьюен, но затем невольно посмеялся, потому как это показалось ему забавным. — Чего ты хочешь, Хирата? Выкладывай.

— Мы серьезно подошли к специальному экзамену и заработали столько токенов, сколько смогли. Сейчас мы обеспечили себе временное чувство безопасности, опираясь на определенный «ориентир», но… мне кажется, что есть ученики, кому неспокойно. Так что первым делом я хочу вот что: пусть любой ученик, независимо от класса, подойдет ко мне. Мы сверим токены, и если кто-то переживает, что у него есть шанс занять последнее место, я постараюсь помочь тем, чем смогу, — обратился Хирата ко всей группе, ясно давая понять, что Рьюен — не исключение.

— Я-то считал, что более-менее разобрался в тебе, но ты оказался куда более непроходимым добряком-идиотом. Или ты преследуешь другую цель?

— Правда думаешь, что у меня есть скрытые мотивы? Существует ли во мне вообще такие черты характера? — по-моему, ты, Рьюен-кун, проведя столько времени со мной в одной группе, должен лучше других знать ответ на этот вопрос.

Спокойный и непроницаемый взгляд встретился со взглядом Рьюена.

— Ха, да делай что хочешь. Мне без разницы, скольких токенов ты лишишься, ведь общая сумма у группы не изменится.

После этого двое учеников подошли к Хирате, и, сверившись, они получили немного токенов.

— Ладно, больше нельзя задерживаться. Осталось еще чуть-чуть, давайте поднажмем, — сказал Хирата и двинулся вперед.

Не переставая думать, Рьюен пошел за ним.

— Тем не менее я не могу закончить этот специальный экзамен на такой ноте, — произнес Рьюен.

— О чем ты?..

— Если говорить про сбор токенов, большинство заданий были заточены под тех, у кого выдающиеся способности. Только из-за этого ученики, кто в ладах с учебой, могли набрать под сотню токенов. А самые расторопные и проницательные могли заполучить еще больше.

Рьюен подозвал Канеду, и тот сразу же подошел.

— Специальный экзамен оказался вполне нормальным, а не каким-нибудь безумным выживанием на необитаемом острове.

— И вот что интересно… сколько собрал Аянокоджи? — спросил Рьюен у Хираты — его бывшего одноклассника.

— Скорее всего, достаточно много. Я не удивлюсь числу сто тридцать или сто сорок, — ответил Хирата.

— Я того же мнения, что и Хирата-ши. Вот почему так важно добиться, чтобы их множитель был как можно меньше. Именно поэтому мы и спешим добраться до цели.

— Только в чем смысл в пониженном множителе, если у этого типа чертовски много токенов? — продолжил Рьюен.

Мысль, что не давала ему покоя и крутилась у него в голове с самого объявления правил специального экзамена. Авантюра, цель которой — не дать Аянокоджи победить.

— Мне нужно связаться кое с кем, сейчас же, — грубоватым тоном выпалил Рьюен.

Напомнив себе о решении — не проявлять пощады, — он велел Канеде потратить токен и тут же выхватил телефон из его рук.

Он звонил Шиине. Примерно через семь гудков связь установилась, и Рьюен уже собрался выложить все.

— Рьюен-кун, что-то случилось?

Он хотел перейти сразу к делу, но слова на мгновение застряли у него в горле.

— Не совсем, просто…

Рьюен думал, что привык, когда его называют жестоким и не только, но почему же сейчас он колебался?

Однако этой короткой паузы оказалось достаточно, чтобы Шиина все поняла.

— Ты думаешь… что если ничего не изменится, то мы проиграем, по крайней мере, по количеству индивидуальных токенов. Верно?

— Судя по отчету Кацураги, дела у Аянокоджи слишком хороши.

— Поняла… Что ты хочешь, чтобы я сделала? Приказывай.

— Так и сделаю. Вот мои указания.

Лицо Канеды, незаметно навострившего уши поблизости, побледнело.

Напоследок Шиина попросила об одном:

— Даже если меня будут исключать, прошу, не тратить приватные баллы.

Рьюен накапливал приватные баллы, мало-помалу приближая реализацию своего плана. С ними он сможет отменить исключение. Но это также значит, что стратегия провалится. Ведь стоит противнику понять, что они готовы тратить приватные баллы на спасение своих, и в будущем подобные меры уже не принесут никакого результата. Стратегия имеет смысл только тогда, когда жертвуешь по-настоящему.

— Конечно.

— Рада слышать. Хорошо…

С этими словами, произнесенными мягким тоном, звонок прервался. Рьюен мельком глянул на Канеду — у того дрожали губы.

Часть 3

(от лица Аянокоджи)

Пять часов сорок минут. Мы продолжали идти и уже почти вышли из G11.

Пока что дела шли хорошо, никто не получил серьезных травм.

Но теперь настал момент, когда среди учеников начало нарастать беспокойство.

— Блин, вот бы узнать, как там дела у наших! Не могу перестать думать о других группах, — с явным беспокойством произнес Сонода, шедший в середине группы.

Выяснить местоположение других групп можно с помощью токенов, но один токен раскрывал координаты только одного человека. То есть, чтобы отследить все девять групп, стремящихся к цели порознь, потребуется минимум девять токенов.

Сама возможность узнать была, но применить ее мы не могли. Это как с зудящей раной: поддаться и разодрать кожу, чтобы унять зуд — проще простого, но, чтобы она зажила, надо потерпеть.

В такие томительные минуты ученики продолжали свой путь, и вдруг в моем кармане зазвонил телефон класса C. Я достал его и увидел на экране надпись «Аянокоджи Киётака». Иначе говоря, звонили мне.

Похоже, нельзя узнать, кто звонит, пока не примешь вызов, но я догадывался.

Я пропустил Йошиду и остальных вперед, сказав, что буду идти следом в хвосте. Позади всех шли бок о бок Ике и Шинохара. Я слегка махнул телефоном, чтобы дать понять, что мне нужно им воспользоваться, и пропустил их вперед.

— Что, много заработал на заданиях? Кацураги мне уже отчитался, — без промедления спросил Рьюен, стоило мне принять звонок.

— Ну, сколько смог. Ты только из-за этого решил позвонить, когда цель уже перед самым носом?

— Сколько у тебя токенов?

— Прямолинейный вопрос. К сожалению, я не могу тебе этого сказать.

— Сто тридцать? Сто сорок? Я и без точных цифр догадываюсь, что токенов у тебя определенно больше, чем у меня.

Отвечать я не собирался, тем не менее он просто продолжал:

— Но у нас есть одно преимущество — мы почти у самой цели.

Правду он говорил или блефовал, сейчас я мог дать только один ответ.

— Тогда мой тебе совет: поскорее достигни ее.

— Это само собой, но, видишь ли, в чем дело. Победить только за счет множителя — где же тут испытание? Уверен, все правила ты держишь в голове, поэтому перейду сразу к сути. Четвертая группа сейчас в H10. Кое-кому из нее я приказал идти в K14 — в противоположную от цели сторону. Уловил?

Четвертая группа. Одна из тех, с кем мы ни разу не пересеклись за специальный экзамен. Из класса Рьюена в этой группе была Шиина Хиёри.

— И что?

— Ха, спрашивает еще. Если не повезет, Шиину исключат.

Предположим, на путь к K14 Хиёри потратит час. Обратный путь оттуда до цели в F13 займет минимум полтора часа. С такой скоростью она точно не сможет вовремя добраться до нужного квадрата.

— Для меня это не похоже на плохую новость. Ради чего было отправлять Хиёри в одиночку в другую сторону? Проблемы учеников класса B должны заботить только тебя.

— Интересно, ты говоришь искренне, или это просто бравада? — низким голосом сказал Рьюен. И сразу же продолжил: — Я велел ей оставить себе лишь один токен, а остальные передать своим. И ждать конца специального экзамена в K14.

— Ты решил сам выбрать, кого исключить? Мог бы прямо сказать, что тебе не нужно мое «содействие».

— Шиина для тебя ценна.

— Безусловно, использовать друга как приманку — занятная стратегия, но толку от нее мало, ведь мы в разных классах. Нас связывает лишь дружба, не больше и не меньше. Ты, вероятно, рассказал все это с расчетом на то, что я приду на помощь, но, если эти ожидания не оправдаются, ты буквально убил себя.

Достигнет ли Хиёри цели, исключат ли ее — ничего из этого не повлияет на исход специального экзамена. Но потеря столь выдающейся ученицы впоследствии сильно ударит по классу B.

— Уверен, ты не настолько глуп. И если это так, то вывод один: ты все выдумал, — продолжил я.

Теперь я из беспокойства за Хиёри буду проверять ее местоположение, потратив минимум несколько токенов — именно на это Рьюен рассчитывал своей ложью. Он хотел заставить меня потратить хотя бы немного токенов.

Но выкрутиться легко. Достаточно попросить использовать свои запасы Йошиду или Санаду.

— А даже если ты говоришь правду, потеря Хиёри станет огромной утратой для класса B. Думаю, в итоге ты поможешь ей, выплатив двадцать миллионов приватных баллов.

— Шиина сказала то же самое. И велела ни в коем случае не спасать ее за баллы.

— Если вы всерьез решились на такую стратегию, то это единственное правильное решение. Приманка работает только тогда, когда она остается приманкой. Но все равно, ты и Хиёри просчитались.

Я спокойно смотрел вперед и продолжал идти к цели.

— Я собрал столько токенов, сколько смог. Если займем высокое место, я могу рассчитывать на индивидуальное вознаграждение — особую награду. Мы временно стали классом D, а потому это важная возможность заработать классные очки. Как бы ни сложились обстоятельства, я не пойду помогать Хиёри.

И я сам завершил звонок. Затем сразу же ускорился и вернулся к Йошиде и остальным.

— Кто это был? — спросил Йошида.

— Другой класс хотел напоследок попытаться помешать. Тщетно.

— Попытаться помешать?.. Точно все в порядке?

— Не волнуйся. Давайте лучше чуть-чуть поднажмем. Место в рейтинге станет очень важным.

Я не ожидал никакой непредвиденной реакции на мою выпущенную стрелу, и все же…

— Смелый ход, Рьюен, — тихо прошептал я.

Ведь он пошел на это, прекрасно осознавая риск того, что затея завершится провалом.

Часть 4

Сразу после того как звонок с Аянокоджи завершился, Канеда, не в силах сдерживать эмоции, решил насесть на Рьюена.

— Рьюен-ши… что ты задумал?!

— А-а? Ты сам все слышал. Жаль, что так все получилось с Шииной, но она станет наживкой для Аянокоджи. Если он не клюнет, значит, она будет исключена.

— Э-это же недопустимо. Шиина-ши — слишком важна для класса. Поступать вот так…

— Ты не хочешь ее исключения по личным причинам, я прав?

Словно лягушка под пристальным взглядом змеи, Канеда на мгновение оцепенел. Но тут же силой воли сбросил с себя заклятие и возразил:

— Нет, не из-за этого… Ты и сам должен понимать, Рьюен-ши! Очевидно же, что это глупый план… Нет, не глупый, а варварский!

Во взгляде Канеды за стеклами очков бессознательно проявилась сила, какую прежде он не показывал.

— Лучше успокойся немного и возьми себя в руки, Канеда-кун, — попытался утихомирить его Хирата, которому позволили слушать весь разговор.

— Я спокоен! И говорю об этом именно потому, что спокоен, — ответил Канеда.

— Все проще некуда: я решил, ты молча подчиняешься, — вставил слово Рьюен.

— Я не стану подчиняться… Дай, пожалуйста, телефон, я позвоню Шиине-ши и скажу, что поступать так ни к чему.

— Если не хочешь подчиняться мне, я заставлю силой.

— Кх!

На этом Рьюен решил отвернуться от Канеды. Тот, однако, под влиянием эмоций вытянул правую руку. И схватил Рьюена за грудки.

— Ты трясешься, Канеда. Думаешь, сможешь ударить меня?

— Е-если ты понимаешь только язык силы, тогда я…

— Хватит. Драка ничего не решит, — вмешался Хирата, когда ситуация грозила выйти из-под контроля. Он одернул руку Канеды.

— Извините… Я впервые испытываю такие эмоции… Но я вроде бы понял. Это называется гнев… Какие бы доводы ты ни привел, Рьюен-ши, я не соглашусь с ними.

— Я согласен с ним, подобные методы нельзя одобрять. Я тоже считаю, что нужно связаться с Шииной-сан прямо сейчас. Но перед этим ответь на один вопрос. Можешь ли ты с уверенностью сказать, что это лучший план, чтобы не дать Аянокоджи-куну победить? Вот что меня интересует.

— Я сделал выводы и потому приказал. Мне незачем растолковывать вам каждую отдельно взятую деталь.

Канеда цепенел перед пугающим взглядом Рьюена, но Хирата выдержал его прямо и без тени страха.

— Вот как?.. Получается, ты думаешь, что для Аянокоджи-куна Шиина-сан — это тот человек, кому он пойдет на выручку даже ценой победы.

Хирата многое не знал, а потому понимал не все. Но кое с чем он все-таки был согласен. Аянокоджи определенно по-особенному относился к Шиине. Тем не менее Хирата не видел в ней человека, ради которого тот мог бы отказаться от победы или, тем более, рисковать собственным исключением.

— Вижу, у тебя свое мнение об Аянокоджи. Ну да ладно, неудивительно.

— Хочется самому увидеть, как Аянокоджи-кун ответит на твой вызов.

— Хирата-ши, ты, в конце концов, лишь зритель со стороны. Тебе легко говорить, потому что она — ученица не из твоего класса. И не из класса Аянокоджи-ши. Он находится в том положении, когда должен раз за разом показывать результаты ради победы своего класса. Я не верю, что он пойдет на огромный риск, просто чтобы спасти Шиину-ши!

— Не веришь? Или не хочешь верить? — возразил Рьюен.

— В-все не так!..

Канеда вспомнил разговор с Аянокоджи в библиотеке. Вроде бы все было как всегда, но в то же время совершенно иначе — с таким особенным выражением лица Шиина смотрела лишь на Аянокоджи. Вихрь противоречивых эмоций захлестнул Канеду.

— Раз так рвешься остановить все это, иди к ней прямо сейчас. Правда, не успеешь — с твоей-то скоростью.

— Я все равно помешаю, даже ценой защитного очка. Прямо сейчас обнулю свои то…

— Канеда-кун, это бессмысленно. Даже если ты передашь все токены и получишь штраф, остается еще штраф за последнее место. То, что тебе эта мысль даже в голову не пришла, доказывает, что ты отнюдь не спокоен.

После немедленной дисквалификации Канеда будет вынужден ждать на лайнере, и этим он Шиине никак не поможет.

— И даже предположим, что ты и Шиина-сан закончат экзамен с одинаковым количеством токенов. В «ОИС» ты стоишь выше нее… а значит, в любом случае исключат именно ее.

На самом деле Хирата не помнил точных оценок «ОИС» Шиины и Канеды. Но он рассудил: если бы Канеда мог таким образом заменить ее, то Рьюен ни за что бы не дал тому слушать разговор.

— Черт!..

От отчаяния Канеда принялся перебирать варианты и на мгновение задумался над тем, чтобы занизить место группы и тем самым получить меньший множитель токенов. Но заключил: если у Шиины всего один токен, множитель ни на что не повлияет. Прямо сейчас Канеда никак не мог предотвратить исключение Шиины.

— Есть только один верный способ спасти ее — дойти до Шиины-сан до конца специального экзамена и передать ей токены. Рьюен-кун прекрасно это понимает, и именно поэтому он велел так поступить в этот момент.

— Если он пойдет спасать Шиину, не достигнет вовремя цели, и множитель у них будет семьдесят процентов. А еще передача уменьшит общее количество собранных третьей группой токенов. Двух зайцев одним выстрелом.

Лишь одно Рьюену было не проконтролировать — использует ли Аянокоджи «орлы». Вполне возможно, товарищи передали ему лишние «решки» в качестве поддержки.

— Как давно… Как давно ты решил использовать Шиину-ши?

— Я не намерен отвечать тебе.

Для Рьюена задумка, несомненно, была очень рискованной. Он это начал, но исход определит Аянокоджи. А их всего два: либо Шиина будет исключена, либо Аянокоджи проиграет.

— Если все-таки Шиину-ши исключат… я никогда тебя не прощу!

— Прибереги лай на потом, сперва выполни свои обязанности члена группы. Топай к цели быстрее, чтобы принести нашему классу победу. Нынешний ты все равно ни на что больше не годен, — ответил ему Рьюен. — И еще… Когда в следующий раз захочешь меня ударить, хватай за грудки левой рукой. Бить нужно ведущей, — ухмыльнулся он.