Эпилог. Новое начало

Вступление

После церемонии открытия начала учебного года учителя пришли в учительскую для короткого собрания. Совсем скоро они разойдутся по своим классам, где их ждали ученики.

— Давай пройдемся вместе, Сае-чан, — позвала Хошиномия Чабаширу. Она впервые заговорила с ней с того дня, когда они были в комнате Машимы на весенних каникулах.

Хошиномия вышла из учительской раньше всех.

— А, хорошо. — Растерянная Чабашира взяла планшет и поспешила за ней.

— Тебе, наверное, жуть как волнует, что я буду делать, угадала?

— Конечно. Ты расскажешь, что у тебя на уме?..

— Да. Я осталась при своем: ни за что не позволю тебе выпустить класс A, Сае-чан.

Аянокоджи — не просто заурядный ученик. Быть может, он что-нибудь придумает, — слабо надеялась Чабашира, но это все-таки оказалось лишь несбыточной мечтой.

Что естественно, ведь этот конфликт возник не между учениками, а между учителями. Так она думала.

— И что дальше, ты правда собираешься нарушать правила?

— А, точно, чуть не забыла. Погоди-погоди, давай-ка сейчас проясним этот момент.

Чабашира собралась с духом. Она сообщит школе, если Хошиномия подтвердит, что пойдет на все. Предотвратит это в зародыше.

— Я говорила, что сделаю что угодно — и даже нарушать правила, — чтобы не дать тебе выпустить класс A. Беру свои слова назад, — пренебрежительно сказала Хошиномия. Вопреки ожиданиям, она словно изменила свое решение.

— П-постой, ты серьезно? Или ты мне врешь прямо в лицо?

— Я понимаю, почему ты сомневаешься. Но я говорю правду. Обещаю.

Последнее «обещаю» Хошиномия произнесла четко и ясно.

Услышав это, Чабашира скорее удивилась и растерялась, чем обрадовалась.

— Значит… ты хочешь втянуть меня во что-то?

— Не-а. Сае-чан, продолжай серьезно относится к своему классу, вот и все. Я не поставлю тебе никаких больше условий.

— Но…

— Я тебя понимаю. Ты, наверное, очень хочешь спросить, почему же я передумала… Верно?

Этот вопрос был очевидным, потому Чабашира кивнула.

— Меня убедил Аянокоджи-кун. И я, ну, пока решила примириться.

— Тебя убедил Аянокоджи?.. Ты серьезно?

— Серьезно! До чего он исключительный ученик, нет слов. Не только запросто определяет судьбу класса, но еще и управляет моей затаенной злобой. Он в самом деле Джокер, тебе так не кажется?

В прошлом Хошиномия уже сравнивала Аянокоджи с картой Джокер. Чабашира вспоминала об этом, пока с удивленным видом слушала ее.

— И тебе также интересно узнать, как он меня отговорил, ведь так?

— Да… Если честно, мне не верится.

— Я тебя понимаю! Но все в порядке. Ты сама скоро убедишься, Сае-чан.

Они поднимались по лестнице на третий этаж, где располагались классы третьего года обучения.

— Потому что…

Поднявшись на последнюю ступеньку и завернув за угол, они увидели коридор. Тогда Хошиномия повернулась к Чабашире и улыбнулась самой злобной улыбкой, на какую была способна.

— В твоей руке больше нет Джокера, настолько нужного тебе для победы.

— Нет Джокера?.. О чем ты?..

Хошиномия сравнивает Аянокоджи с Джокером, говорит, что этого Джокера у нее больше нет. Чабаширу смутили эти непонятные слова.

— О том самом. И если Джокер попадет в наши руки, как же сильно это изменит ситуацию. Представь, какие шансы на победу у меня будут, если это произойдет? Так давай же следующий год сражаться честно, — сказала Хошиномия, хитро улыбнувшись и положив руку на дверь ближайшего класса 3-D. — Может, тебе стоит поторопиться в свой класс и самой все узнать?

— Узнать все самой?.. Чиэ, про что ты говоришь…

Непонимание. Но в ту же секунду Чабашира подумала о том, о чем обычно даже не задумывалась.

— Ах-ха-ха, я уже дождаться не могу, когда увижу еще большее отчаяние на твоем лице.

И Хошиномия вошла в свой класс, захлопнув за собой дверь.

Этого не может быть. Чабашира не могла перестать думать о сценарии, вероятность которого составляла даже меньше одного процента, она еле-еле сдерживала порыв побежать и спешно добралась до самого дальнего класса. Ее взгляд упал на заветную табличку с надписью «3-A».

Тогда-то к ней тут же подбежал школьный сотрудник, явно волнующийся.

— Чабашира-сенсей… Только что утвердили перевод ученика вашего класса!..

После этих слов школьный сотрудник продолжил объяснения, но Чабашира смогла осознать только половину.

Часть 1

(от лица Аянокоджи)

Когда классный руководитель этого класса собирался войти в кабинет, его остановил школьный сотрудник. Учитель с потрясенным видом слушал объяснения, смотря на меня, стоящего рядом с сотрудником. Как только все моменты были разъяснены и поняты, мы вдвоем зашли в кабинет.

После церемонии открытия должен проводиться классный час. Его ученики и ждали с нетерпением.

Меня встретило незнакомое зрелище. Кто-то натянуто, почти что напряженно улыбался. Кто-то смотрел на меня мрачным взглядом и оценивал. Кто-то приветствовал меня с искренней улыбкой. Атмосфера в классе царила другая — свежая, можно сказать.

Хотя некоторые с любопытством поглядывали на меня, все же никого мое появление не застигло врасплох: им рассказали заранее. И лишь классный руководитель ничего об этом не знал и до сих пор не мог принять реальность.

— Понимаю, церемония открытия только завершилась, но я только что перевелся в ваш класс за двадцать миллионов приватных баллов. Меня зовут Аянокоджи Киётака. Я не могу заменить вам ушедшую Сакаянаги, но если у всех моих одноклассников еще есть воля к борьбе, то заверяю, я смогу помочь вам изменить нынешнее положение и вернуться в строй.

Все мои приватные баллы. Накопленные на перевод баллы Хашимото. Недостаток согласились покрыть все в этом классе, разделив оставшуюся сумму поровну. Таким образом было собрано двадцать миллионов приватных баллов, и осуществился мой перевод.

В этом классе полно способных учеников, и с помощью них я смогу эффективно управлять ситуацией на доске.

Изначально я представлял себе третий год таким: соперничество всех четырех классов за звание класса A. Быть может, в полной мере реализовать это не получилось. Тем не менее все приготовления завершены.

Новый класс знаменует начало моего последнего года.