Глава 114 - Свет и тьма II

Прежде чем струя огня прекратилась, Гадорф как таран ринулся на Лита. Несмотря даже на то, что пламя все еще бушевало вокруг него. Подавляя ослепляющую боль слиянием магии исцеления, Лит увидел приближающуюся к нему виверну и среагировал соответственно.

Он упал на пол прижимая к груди меч, жар пламени не только ранил Лита, но и был сдерживающим фактором. Как он и ожидал, Гадорф телепортировался в последнюю секунду, сохраняя инерцию, дабы ударить его со слепой зоны.

Лит поступил бы точно также, если был на его месте.

Однако же, лежа спиной на земле, у него не было слепых зон. Местность все еще была окутана пламенем, Гадорф не мог узнать точное его местонахождение. Морда виверны смогла только ударить о пустой воздух, Лит откатился в то же мгновение, как только виверна начала сплетение заклинания. Энергия тьмы прошла сквозь лезвие, задевая одну из ног виверны, когда та проносилась мимо. Это была всего лишь царапина, но она повлияла на и без того шаткое равновесие Гадорфа, в то же время снова часть энергии откололась от его жизненной силы.

Виверна споткнулась о собственные ноги, врезавшись в один из алтарей. Массив защитил и усилил его, создавая впечатление, что Гадорф столкнулся с горой. Лит к этому моменту слишком ослабел, его израненное тело больше не позволяло ему двигаться с той же скоростью, что и прежде.

Хоть как-то атаковать Гадорфа в данный момент, было все равно что запрыгнуть ему в пасть

Лит же используя всю оставшуюся силу, снова поднял свой меч, и нанес удар по земле, для того что бы всю накопившуюся магию тьмы в мече, выпустить в массив.

Массив был больше похож на капельницу с жизненной силой для виверны, которая вводилась напрямик в его ядро. Если предыдущее вмешательства Лита были похожи на комариные укусы, то теперь это выглядело словно пронзание копьем.

— ЧТО ТЫ СДЕЛАЛ! — зарычал Гадорф, взвиваясь от боли.

Слова виверны не имели никакого смысла для выживших. Их познания в магии были настолько незначительны, что они думали Лит силен только благодаря своим тренировкам и экипировке. У них не было возможности понять количество уровней, на которых велась их битва, и количество воли и энергии, затрачиваемое на каждый удар.

Сам же Гадорф понимал только то, что Лит был способен на сотворения истинной магии, но «Обнаружении жизни» и «Бодрость» были за пределами его понимания. В этот момент Лит использовал свою технику дыхания не для лечения своих ран, а для поддержания постоянного потока магии тьмы через клинок, сотрясая массив до основания.

Виверна взревела, понимая, что его надежда прорваться на следующий уровень сейчас равнялась нулю. В лучшем случае массив был поврежден, в худшем - заражен.

Стиснув зубы, Гадорф сотворил свою самую сильную атаку, сплетая заклинания пятого уровня «Очищение». Его глаза были прикованы к Литу, а вся комната была наполнена потоками света разных цветов, напоминающих северное сияние.

Затем все в мгновения стало черным черно. Агония ослепила его разум, в то время как маленькая сосулька ослепила его физически.

— Ящерица переросток, ты уже забыл о нас? — Голос капитана Йерны раздался справа от него. Гадорф действительно забыл о незначительных муравьях из-за боли, исходящей отовсюду и сосредоточении всего своего внимания на Лите. Йерне удалось подкрасться, и дождаться момента для удара. Ее заклинание было слишком незначительным и слабым, чтобы изменить ход битвы, если конечно оно не попадет по критической точке. В отличие от чешуи виверны, его глаза были довольно-таки мягкими.

Когда он потерял концентрацию, «Очищение» рассеялось. Еще один ледяной дротик был нацелен в оставшийся целый глаз. Гадорфу же нужно было только слегка сместить свою голову, чтобы её заклинание, не причинив какого-либо вреда разбилось о чешую. Виверна вновь пришла в ярость, едва не теряя рассудок.

Гадорф ненавидел тратить столь много драгоценной энергии, но без хвоста и глаза нормальное движение превращались в нерасторопную утку. Зная, что вот-вот должно было случиться, Хран мысленно выругался, подняв руки над головой. Гадорф взревел, и переместился за спину офицера, который только что выстрелил из своей палочки, после чего обезглавив его одним укусом. Он снова исчез, и сразу появился перед сержантом Храном с уже открытым ртом.

Его опрометчивый поступок не был бесполезной попыткой защитить свою жизнь. Хран знал, что больше никогда не увидит свою жену или детей. Клыки Гадорфа без труда откусили его верхнюю часть, проглотив ее целиком.

Чего виверна не знала, так это того, что в руках сержанта были сломанные концы его палочки. Поврежденный алхимический инструмент вышел из строя, неуправляемая энергия, которая была запечатана внутри, быстро достигла магического камня, высвободив всю свою силу в небольшой вспышке.

Лит проигнорировал крики вокруг, сосредоточившись только на двух вещах. Слежке за движениями виверны с помощью «Обнаружения жизни» и на разрушении массива так быстро, как он только мог. Теперь же энергии, просачивающиеся в черное ядро, разъедали его, вместо того что бы восстанавливать.

Как только черное ядро, преобразующее энергии, будет уничтожено, жизненные силы, содержащиеся в массиве, напрямую достигнут истинного ядра виверны, уничтожив тем самым его.

Взрыв застал Лита и виверну врасплох. Внутренности Гадорфа были достаточно сильны, чтобы выдержать удар, но не без повреждений. Виверна кашляла дымом кровью и кусками плоти, пытаясь дышать.

Это был первый раз с момента начала боя, когда Лит остановился.

«Без пространственной магии, чтобы попасть туда, мне пришлось бы летать. Вместо того чтобы превращаться в легкую цель, лучше продолжать его ослаблять. Если он сможет отключить свои болевые рецепторы, как это делаю я, он сможет игнорировать свои раны и раздавить меня, как только я окажусь в пределах его досягаемости».

Словно их разумы были связаны магией, в туже секунду, Гадорф использовал магию тьмы, чтобы перестать чувствовать боль. И телепортировался прямо над Литом, чтобы раздавить его своим весом. А также пустить в ход свои когти на ногах, которые были длиннее двадцати сантиметров и тверже стали.

Лит откатился назад, но когтям все же удалось достать до спины, и проделать борозду от ключицы до пояса. Кровь окропила тело виверны, наполнив его уверенностью в скорой победе.

Гадорф внимательно наблюдая за добычей, ринулся вперед, не теряя преимущества. Лит же, больше не мог поворачиваться спиной к противнику, поэтому наотмашь рубанул «Привратником», чтобы дистанцировать монстра от себя.

Лит своим фехтованием никогда не мог похвастаться, а теперь же, когда его руки были в столь плачевном состоянии из-за ран, Гадорф с легкостью перехватил клинок в воздухе, и резким движениям вырвал его.

Вопреки ожиданиям, краткий контакт с клинком, поприветствовал его в мире агонии. Меч был наполнен магией света, наделявшей его лечебными свойствами. Заклинание же, которым наделил его Лит, не предназначалось для лечения каких-либо травм, а только для того, чтобы восстановить соединение разорванных болевых рецепторов.

Гадорф моментально потерял хватку и бросил меч так далеко, как только смог. Его горло снова стало гореть так сильно, что каждый вздох сопровождался агонией. Каждый раз, когда осколок льда пронзающий его глаз, двигался, от боли у него пропадала хоть какая-то возможность видеть.

Внезапно Гадорф не смог ни дышать, ни видеть. Он упал на колени, пытаясь сдержать спазмы и снова отключить рецепторы. Виверна обрела зрение как раз вовремя, чтобы увидеть, как Красный завершает свое заклинание, превращая мир вокруг них в осколки света.