Глава 8. Бесчувственность

Мне стукнуло шесть лет. Моя повседневная жизнь не сильно изменилась — по утрам я занимался мечом, а во второй половине дня, если у меня оставалось свободное время, помогал на полях или занимался с Сильф магией под деревом на вершине холма.

За весь этот год я разными способами экспериментировал с магией, чтобы улучшить своё мастерство меча — во время замаха мечом создавал порывы ветра для придачи дополнительной скорости, создавал ударную волну, чтобы вовремя уйти в сторону, превращал землю под ногами Пола, чтобы обездвижить его.

Некоторые бы заметили, что этим способом невозможно было достигнуть каких-либо успехов, потому что всё это время я потратил на освоение грязных приёмчиком, но я бы так не сказал: в файтингах есть два способа улучшить свою игру — продолжить улучшать своё мастерство путём долгой игры или искать разные хитрости для победы над противником, когда твои навыки в игре стоят желать лучшего, и мой выбор, естественно, пал на последний вариант.

Победа над Полом была трудной задачей, потому что он был слишком хорош в стилях меча. Как отец он был бестолковый, но как мечник он был самым достойным противником. Если бы сосредоточился на первом варианте и накачал бы свои мускулы до огромных размеров, со стопроцентной вероятностью я могу заявить, что у меня когда-нибудь получится одержать над ним победу.

Однако сейчас мне было шесть лет, а через десять — шестнадцать. Полу к тому моменту будет тридцать пять. Ещё через пять лет мне будет двадцать один, а ему — сорок. К тому моменту у меня точно получится его победить, но это было бессмысленно. «Ой, вернуть бы мне те дни, когда я был молод…» — сказал бы он мне.

Победа над ним, пока ему двадцать пять и его физическая выносливость находится на пике, имела смысл. За следующие пять лет мне бы хотелось одолеть его хотя бы один раз на настоящих мечах, если будет такая возможность, но если это окажется невозможным, то, по крайней мере, в ближнем бою я бы воспользовался своей магией.

С этой мыслью я шёл на утреннюю тренировку.

***

Если ждать на вершине холма, высока вероятность, что можно встретиться с дорогим для тебя человеком.

— Прости. Ты меня ждал?

— Нет, я только что пришёл.

Мы будто бы влюблённая парочка, где один голубок ждал другого.

С первых дней наших занятий магии к нам приходил Сомал и другие местные хулиганы, которые были примерно на год старше Сомала, и всячески пытались докучать мне и Сильф, но каждый раз я прогонял их. Если бы это был мой прошлый мир, я бы сказал, что они бы состояли в начальной школе.

Каждый раз, когда я давал хулиганам отпор, мать Сомала после каждой ссоры приходила к моему отцу, чтобы пожаловаться на моё несносное поведение. Как позже оказалось, она пользовалась этими происшествиями как предлогом, чтобы прийти к своему возлюбленному — Полу. Если она находила на теле хоть какую-то пустяковую царапину, тут же хватала своего спиногрыза, которому уже осточертели действия родной матери, и приходила к нему. Это дамочка просто нечто. Чтобы пользоваться своим сыном как поводом для встречи с Полом — это нелепо.

Сомал, прости меня, что из-за меня ты оказался в такой беде.

По моим подсчётам хулиганы приставали к нам примерно пять раз, а после они и вовсе перестали к нам приближаться. Иногда я замечал, как они играют между собой где-то вдалеке от нас, а когда мы проходили мимо друг друга, мы даже не обменивались парочками фраз. Скорее всего, они решили просто не обращать внимания ни на Сильф, ни на меня.

Конфликт с ними был разрешён, и дерево на вершине холма продолжало оставаться нашей территорией для игр, но давайте плавно перенесём тему разговора на Сильф.

Когда я говорил «играть», я имел в виду заниматься вместе с Сильф магией, потому что, как только он научится создавать заклинания, он сможет наконец постоять за себя сам. В первые дни он мог произносить только пять или шесть водных заклинаний за один день, но в течение этого года его магические силы заметно возросли, и теперь он мог полдня простоять на ногах без единой передышки. Смотря на него и вспоминая себя, я с трудом верил в то, что существуют хоть какие-либо ограничения на рост магических сил.

Сильф с большим трудом давалась магия огня. Заметные успехи наблюдались с магией ветра и воды, но с огнём имелись некоторые проблемы. Я ломал себе голову, почему у него получается. Наверное, всё дело в том, кем он является? Нет, этого быть не могло, потому что во время занятий с Рокси я узнал, что у каждого мага имелись сильные и слабые стороны.

Однажды я спросил у Сильф, боится ли он огня, однако он покачал головой в стороны и показал мне свою ладонь, на которой был большой шрам. Он мне сказал, когда ему было три года, он взялся за железный вертел, что находился над камином. Естественно, родители в этот момент занимались своими делами и не доглядели. «Я больше не боюсь», — сказал он мне, но я был готов поспорить, что у него всё ещё глубоко в подсознании остался страх перед огнём.

Подобные случаи, как случай с железным вертелом у Сильф, влияет на то, почему у того или иного человека появляется так самая слабость перед какой-либо магии. Например, дворфы больше всего имели слабости к воде. Всё своё время, начиная с раннего детства, они жили около гор и в грязи, а когда дети начинают расти, они учатся добывать руду или учатся ковать из метала различные металлические изделия у своих отцов. В горах существовал огромный риск внезапного извержения гейзера с последующим появлений на коже дворфов паровых ожогов, или проливных дождей, которое после затапливало их поселения, и именно по этой причине вода для них считалась слабостью. Так все утверждения, что магия была тесно связано с расой — глубокое заблуждение, потому что каждый маг зависел от окружающей среды.

Что касается меня, у меня не было никакой слабости к воде, потому что я рос в тёплой и сухой среде.

Как было известно, можно обойтись без создания огня, чтобы создать тёплую воду или тёплые порывы ветра, но я никак не мог доходчиво объяснить это Сильф, поэтому мне нужно, чтобы он в том числе и создавал магию огня. От того, что он в любой момент может создавать огонь, он никак не пострадает. Например, сальмонеллу можно уничтожить жаром, и если ему не хочется умереть от пищевого отравления, тогда ему придётся освоить магию огня.

Насколько я помнил, магия детоксикации начального уровня могла нейтрализовать большинство видов отравления, но, несмотря на все эти трудности, Сильф не жаловался, когда обучался магии, — возможно, этим он хотел сказать мне, что вовсе ничего не боится. Сильф так мило выглядел, когда держал в одной руке мою палочку (которую я получил от Рокси), а в другой — учебник по магии (который я также взял с собой из дома). Смотря на него, я всё чаще ловил себя на мысли, что в будущем он станет невероятным сексуашкой, и это считаю я, мужчина.

Сердце отца — завистливое сердце…

Эти слова в моей голове прозвучали так, будто бы я произнёс их вслух, но я быстро покачал головой в стороны и прогнал эти мысли прочь. Нет, что вы могли подумать? Я ему никак не завидую, однако мне всё равно нравилась его милая внешность. Так что операция «Горячая наживка на друга» по заманиваю девочек можно считать начавшейся.

— Эй, Руди? Что это за слово?

Пока я мечтал о своём счастливом будущем, он обратился ко мне и пальцем указал на одну страницу в учебнике. Его глаза были настолько привлекательными, что мне хотелось обнять его и поцеловать, но мне удалось удержать свои желания и остаться невозмутимым.

— Это слово «лавина».

— И что оно означает?

— Когда на горе скапливается огромное количество снега, весь снег под собственным весом начинает движение вниз по горе. Знаешь же, что когда снег скапливается на крыше дома, то он скатывается вниз? Однако «лавина» гораздо мощнее.

— Ух ты. Звучит невероятно. Ты когда-нибудь видел такое?

— Лавина? Конечно же… нет, — я видел лавину только по телевизору.

Сильф настоял на том, чтобы я прочёл ему книгу. Поскольку я также решил научить его читать и писать, некоторых слов, что находил в учебнике, он попросту не знал. Я не знаю, насколько здесь были образованы люди, но не думаю, что здесь такие же грамотные люди, как в Японию, где процент грамотности составляет около ста процентов.

Помимо такой статистике, в этом мире не было такого заклинание, с помощью которого можно было за один момент научиться читать. Чем ниже был уровень грамотности, тем более сильными были желания научиться читать.

— У меня получилось! — обрадовался Сильф. Ему удалось создать заклинание Ледяную колонну. Это водное заклинание, которое образуется из-под земли. Ледяная колонна ярко отражала от себя солнечные лучи

— Неплохо вышло.

— У-угу! — ответил Сильф и наклонил голову. — Но есть то, что умеешь делать только ты. Об этом не говорилось в учебнике.

— Что?

Мне понадобилось несколько минут, чтобы понять, что он говорит о тёплой воде. Я быстро пролистал учебник, а затем указал на две записи.

— Нет, оно написано вот здесь. Водопад и Горячая рука.

— Хм?

— Я их создал одновременно.

— Что? — Сильф наклонил голову ещё ниже. — Но как ты произнёс два заклинания одновременно?

Чёрт, я сам же себя и выдал, потому что он заметил, что я никак не произносил их вслух.

— Ну, когда создаёшь заклинание Водопада без его произношения, нужно в этот момент создать заклинание Горячая рука. Думаю, ты можешь и сам произнести первое заклинание и набрать его в ведро, а после просто нагреть её.

Затем я показал ему оба безмолвных заклинания. Сильф смотрел на меня широкими глазами. В этом мире заклинание без произношения была очень трудной и сложной техникой. Даже у Рокси не получалось создать безмолвное заклинание, но от неё я слышал, что только один человек из Университета магии был способен на это. Сильф лучше разбиралась в Комбинированной магии, но я не думаю, что она научится создавать заклинания без его произношения. Я думал, что любому другому человеку по силу было научиться создавать безмолвные заклинания, но никак не Сильф.

— Эй, научи меня этому, — сказал Сильф.

— Научить чему?

— Как создавать заклинания без слов.

Видимо, у Сильф были другие планы. Может, он нашёл полезным, что делать за один раз было лучше, чем делать несколько действий поочередно? И тут я подумал, что он всегда может вернуться к изучению Комбинированной магии, если посчитает безмолвные заклинания бесполезными.

— Ладно. Итак, что ты чувствуешь, когда ты создаёшь заклинания? Это расползающее чувство по всему телу, которое собирается в кончиках пальцев? Попробуй сделать это, но без произношения. Как только ты почувствуешь, что магическая сила собрана в одной точке, пусть заклинание, которое ты хочешь создать, придёт тебе образом в голову, а после оно передастся тебе в ладони. Попробуй сделать так. Начни с чего-то простого, вроде Водяного шара.

Надеюсь, он меня хорошо понял, потому что объяснил я ему довольно невнятно.

Сильф закрыл глаза и начал бухтеть, вздыхать, и странно танцевать на одном месте. С первого взгляда на него было понятно, что ему было крайне трудно, потому что безмолвные заклинания являлись самыми сложными явлениями в этом мире. Каждый человек представлял образ своего заклинания в своей голове совершенно по-разному, и потому у них были совершенно разные методы создавать подобные явления.

— У меня получилось! Руди, у меня получилось!!!

Но, кажется, я был не прав на его счёт.

Обрадовавшийся Сильф начал прыгать на одном месте, после того как у него получилось создать несколько Водяных шаров. Он создавал заклинания их и раньше, но сейчас он создал их без единого слова. Наверное, это было похоже на замену колёс с велосипеда или всё дело было в его проницательности? Или, может, у него тоже был талант к магии?

— Хорошо! А теперь попробуй создать заклинания, которые ты уже выучил, но без их произношения.

— Ладно!

Хотелось бы отметить, что если бы он полностью перестал опираться на заклинания с произношением, тогда бы мне было легче учить его. Я просто смогу ему объяснить так, как уже делал это сам.

В этот момент, когда я порадовался за него, на меня упало несколько капель воды.

— А? — Я посмотрел в небо и увидел, что в какой-то момент небо затянуло тёмными тучами, а мгновение спустя начался ливень.

Перед тем, как выходить на улицу, я всегда наблюдал за небом на случай, что во время сегодняшней игры с Сильф мы не попадём под дождь или хотя бы сможем вернуться домой до его начала. Однако сегодня я отвлёкся, чтобы объяснить Сильф принцип создания заклинаний без их произношения, и именно в этот момент я просчитался.

— Ой, а он-то сильный, — сказал я.

— Руди, я знаю, что ты способен призвать дождь, но не мог бы ты его остановить?

Мы оба приняли решение отправиться ко мне домой, потому что дом Сильф находился намного дальше моего.

***

— Я дома!

— Э-эм… З-здравствуйте, — добавил Сильф.

Когда я вошёл в дом, увидел горничную Лилию, которая уже стояла с полотенцами в руках.

— С возвращением, господин Рудеус, и… его друг, — сказала она. — Я уже подготовила вам тёплую ванну на втором этаже. Чтобы вы не простудились, вымойтесь и высохните. Хозяин и хозяйка скоро будут дома, так что мне нужно подготовиться встретить их. Вы справитесь без меня?

— Да, мы справимся, — ответил я.

Когда Лилия увидела, что за окном начался ливень, она начала готовить для нас ванну. Хоть она была не особо разговорчивой со мной, она была очень чуткой горничной, и потому мне не нужно было объяснять, что с нами произошло.

Лилия, увидев, что вместе со мной пришёл гость, она ушла в другую комнату за дополнительным полотенцем. Я вместе с Сильф разулся, и перед тем, как подняться наверх, мы тщательно высушили волосы и ноги от влаги. Войдя в мою комнату, я увидел бадью с наполненной горячей водой. Так как в это мире ни существовало душа, ни какой-либо большой ёмкости, в которой можно было бы принять ванну, все люди мылись исключительно таким образом. По словам Рокси, здесь были горячие источники, и мне, как человеку, которому противны ванны, они полностью удовлетворяли мои предпочтения.

Раздевшись до гола, я увидел, как лицо Сильф покраснело, а весь он сам начал неловко дрожать.

— В чём дело? Тебе нужно раздеться, иначе ты простудишься.

— А? Ой, д-да… — однако ж он всё равно стоял как вкопанный.

Он стеснялся раздеваться перед другими? Или он сам никогда не раздевался? Тогда мне нужно ему помочь.

— Так, подними руки.

— Эм… хорошо…

Через неловкость он всё-таки поднял руки, и только потом мне удалось снять с него сырую верхнюю одежду, оголив его белоснежную кожу. На его теле не было никаких мышц.

Стоило мне протянуть руки к его нижнему белью, как он тут же схватил меня за руки.

— Н-не надо… — промямлил он.

Он что, стесняется того, что я увижу его голым? Когда я был в детском саду, когда нас водили в бассейн, заставляя принимать перед купанием душ, я стеснялся точно так же, как и он.

Рука Сильф была очень холодной. Он точно простудиться, если мы оба не поторопимся, и поэтому я схватил его за трусы и с силой стянул их вниз.

— Н-нет, перестань… — провизжал он и ударил меня по голове.

Я посмотрел наверх, а он пристально смотрел на меня. На его глаза начали наворачиваться слёзы.

— Даю тебе слово, что не буду над тобой смеяться.

— Д-дело не в… А-а!

А он, на удивление, был довольно упрямым. За всё это время, что я его знаю, он никогда с такой решительностью не сопротивлялся. Может, у эльфов было какое-то табу, что их ни в коем случае не должны видеть голыми? Если это так, то мне не стоило даже пытаться раздеть его.

— Ладно, хорошо. Только потом не забудь переодеться, после того как мы примем ванну. Мокрые трусы на теле — мерзкая штука, знаешь ли, и если они замёрзнут, то потом заболит живот.

Я убрал руки с его трусов. Сильф кивнул мне со слезами на глазах.

— Мгм…

Сейчас он был очень милым. Я хочу стать намного ближе к этому очаровательному ребёнку.

Внутри себя я начал понимать, что это нечестно, что я был единственным своей комнате, кто был совершенно голым. И в этот момент во мне пробудилась озорная натура, которая сказала мне, что делать дальше.

— Поверил!

Я вновь схватился за его трусы и одним махом стащил их вниз.

— Э?.. Не-е-ет!!!

— …Чегось?

Сильф завизжал. Мгновение спустя он присел на корточки, начал прикрывать своё тело руками. Когда я снял последний комплект одежды на его теле, я не увидел того, что всегда должно быть у мальчиков; отнюдь, это даже не был тёмный клинок со странными знаками. Там… просто… не было… ничего.

Такую штуку я видел много раз в своей жизни — на мониторе компьютера. Иногда она была покрыта мозаикой, но иногда она не подвергалась цензуре. Я мог смотреть на неё вечно и постоянно думать о ней много раз. Когда-нибудь я хотел побывать в этой в этой штуке хотя бы один раз. Моя тёмная и неконтролируемая похоть была готова выстрелить белым веществом, чтобы потом оказаться в комке салфетки.

На самом деле всё это время Сильф была… девочкой.

Всё вокруг стало белым. То, что я только что сделал с ней, было вовсе ненормально.

— Рудеус, что здесь…

Когда я пришёл в сознание, увидел в дверном проёме Пола. Когда он успел вернуться домой? Он что, поднялся сюда потому, что услышал крик Сильф?

Я сидел оцепеневший. Пол стоял оцепеневший. Между нами на корточках сидела голая Сильф и рыдала. Я тоже был весь голый. Мой «милый малыш» был ещё молод, но, увидев голое тело Сильф, он принял боевое положение. Чтобы мне сейчас не говорили, люди всё равно не смогли бы до меня достучаться.

На улице продолжал идти ливень, и звуки капель, которые стучали по окну, будто бы пытались меня убить.

Пол

Когда я вернулся домой после работы, я увидел, что мой сын полностью раздел свою подружку, с которой ему всегда нравилось проводить время.

Сразу поняв ситуацию, мне хотелось как следует отругать его, но этого я не сделал. Возможно, на этот раз причина, почему он так сделал, была весьма понятна, да и повторять прошлую ошибку я вовсе не желал. Поэтому я отдал рыдающую девочку своей жене и горничной, а сам в это время помогал своему сыну помыться в горячей воде.

— Зачем ты это сделал? — спросил я.

— Прости.

Когда я отчитывал его год назад, он, казалось, совершенно не хотел извиняться, но теперь извинения вышли из него сами по себе. Он стал таким маленьким и сморщенным, словно как шпинат.

— Я спросил тебя не просто так.

— Ну, они промокли до нитки. Я подумал, что стоит их снять.

— Однако ей это не понравилось, верно?

— Нет…

— Я говорил тебе, что с девочками нужно быть милым?

— Говорил. Прости.

Рудеус не искал оправдания своему поступку. Мне было интересно, был ли я таким же в его возрасте? Скорее, если я в чём-то провинился, моими извинения были «ну» или «но», но мой сын был совершенно другим человеком.

— Ну, наверное, в твоём возрасте это в порядке вещей дразнить девочек, но это не значит, что ты можешь их раздевать.

— Я знаю. Прости. Больше такого не повторится.

Когда я смотрел на своего отчаявшегося мальчика, я тоже почувствовал себя виноватым. Эта страсть к женщинам досталась ему от меня. Когда я был маленьким, во мне было полно энергии и страсти. Я без передышек гонялся за симпатичными девушками, которые попадались мне на глаза. В последнее время мне удаётся себя сдерживать, но в прошлом я никак не мог остановиться. Возможно, по моей вине это передалось и моему сыну.

Такой умный ребёнок, как он, должен бороться с этими чувствами внутри себя. Как я это проглядел?.. Нет, сейчас мне нужно дать ему несколько советов, чтобы он на моём примере разобрался со своими чувствами, а не вовсе начать ему сопереживать.

— Не извиняйся передо мной… Ты должен извиниться перед Сильфиеттой. Верно?

— А Сильф… иетта простит меня?

— Ты просишь у неё прощения не только для того, чтобы получить от неё прощения, — сказав ему это, он стал ещё более подавленным.

Если так подумать, то мой сын был влюблён в эту девочку с момента первой встречи. Вся эта шумиха, которая произошла год назад, произошла из-за того, что он решил защищать её, на что в ответ он получил от меня хорошую пощёчину.

Даже несмотря на то, что я оказался неправ, каждый день они продолжали играть вместе. Мой сын оберегал её от других детей. Всё своё время он больше уделял времени не только занятиям мечу и магии, но и также находил время и на неё. Рудеус был настолько ей очарован, что был готов даже подарить ей свой учебник по магии и магическую палочку, которую подарила ему Рокси, а эти вещи он ценил больше всего на свете.

Я понимал, почему он стал таким подавленным — он боялся, что она может его не простить. В его годы я тоже сталкивался с такими отказами.

— Эй, всё будет хорошо. Если ты от всего сердца извинишься перед ней, уверен, что она точно простит тебя.

Хоть на немного, выражение лица сына обрело краски. Он был умным ребёнком, и облажался всего один раз, но рана на его сердце со временем скоро затянется. Чёрт, да он вполне может изменить ситуацию так, чтобы завоевать её сердце, и тогда счастливое будущее ему точно будет обеспечено.

Но когда Рудеус встал из бадьи с горячей водой, подошёл к Сильфиетте и сказал:

— Прости меня. У тебя короткие волосы, и я всё время думал, что ты мальчик!

Я всегда думал, что наш идеален, но, возможно, он был намного тупее, чем я себе навыдумывал. Я впервые вижу его таким.

Рудеус

После множества слов извинений и комплиментов, мне удалось заставить её простить меня. С этого момента, как я понял, что Сильф — девочка, я решил обращаться к ней Сильфи.

Как я услышал, полное её имя было Сильфиетта. Пол посмотрел на меня, будто бы он был ошарашен тем, что я принял такую миленькую девочку за мальчика, но я бы никогда не подумал, что она окажется девочкой.

Ну, ничего не поделаешь. Когда мы встретились в первый раз, её волосы были короче моих — не настолько коротко, чтобы я её принял за монаха. Она никогда не носила никакой женской одежды, а только обычную рубашку и шорты. Если бы она надевала юбку, тогда я точно не совершил бы такую ошибку.

Если так подумать… Над ней издевались из-за цвета волос, и, вполне возможно, поэтому она сделала себе такую короткую стрижку, чтобы люди перестали обращать на неё внимание. Каждый ведь знает, что если на твоём пути встали хулиганы, то единственным выходом нужно было бежать, и, скорее, именно по этой причине она не надевала юбок. Её семья не была очень богатой, и, после того как они сшили ей бару шорт, они не могли позволить себе сшить ещё и юбку.

Если бы я с ней встретился на три года позже, я бы точно не принял её за мальчика. Из-за своих предрассудков я всё это время воспринимал её как за очаровательного мальчика, но никак не воспринимал её как за двуполого человека… Но что, если она…

Нет, всё… хватит. Всё, что я сейчас сказал бы, было всего лишь оправданием.

Узнав истинную личность Сильфи, я изменил к ней своё отношение. Когда я вижу её в обычной одежде, в которой я всегда её видел, я постоянно чувствовал себя не в своей тарелке.

— Ты очень милая, Сильфи. Может, тебе стоит отрастить волосы?

— Что?

Я подумал, что если она изменит свой внешний облик, тогда мне будет легче её воспринимать за девочку. Может, она ненавидела цвет своих волос, но мне так нравилось смотреть на них, как от них отражается солнечные лучи. Я и правда хотел, чтобы она отрастила их, и, если она согласиться, попросил бы собираться волосы в косичку или конский хвост.

— Нет… — ответила она.

Сильфи начала меня опасаться — она избегала моих физических прикосновений. До недавнего происшествия, чтобы я ей не говорил, Сильфи всегда со мной соглашалась, но сейчас было всё иначе. Новая Сильфи начала меня пугать.

— Хорошо. Не хочешь попрактиковаться в безмолвных заклинаниях?

— Да.

Я улыбнулся, чтобы скрыть свои внутренние переживания. Сильфи была моим единственным другом, с кем бы я мог провести время. Возможно, между нами появилось недопонимание, но, по крайней мере, мы всё ещё оставались друзьями, и был этому очень рад.

***

Согласно стандартам этого мира, мои навыки были таковы:

1. Владение мечом.
Стиль Бога Меча — начальный; Стиль Бога Воды — начальный.

2. Атакующая магия.
Огонь — продвинутый; Вода — святой; Ветер — продвинутый; Земля — продвинутый.

3. Магия исцеления.
Исцеление — средний; Детоксикация — начальный.

Сама магия исцеления разделялась на семь рангов, но включала в себя четыре системы: исцеляющая, защитная, детоксикационная и божественная. Поскольку в этих системах не было таких крутых названий, по типу «святой огонь» или «святая вода»; вас просто называли «маг исцеления святого ранга» или «маг детоксикации святого ранга».

Магия исцеления, что следует из названия, применялась для лечения травм. Новички просто тратили свои силы на заживление обычных и несерьёзных ран, однако ходили слухи, что люди с имперским уровнем способны вернуть людям их потерянные конечности. Чего уж там таить, люди божественного уровня могли вернуть мёртвое существо к жизни.

Магия детоксикации помогала очистить организм от ядов и болезней. На более высоких рангах можно создавать токсины, противоядия и прочее. Маги, у которых в заклинаниях присутствовали аномалии, находились в святых рангах или выше. Говорят, что чем выше твой ранг в магии детоксикации, тем с каждым новым повышением становилось всё сложнее и сложнее.

Магия защиты включала в себя заклинания, которые способны усилить защиту и создать барьеры. Говоря простым языком, это была одна из форм магии поддержки. Я не слишком хорошо понял всех деталей, но, насколько я узнал, эта магия также включала в себя увеличение метаболизма, чтобы исцелить незначительные раны на теле, или создание химических веществ в мозгу, чтобы облегчить боли. Рокси не могла применять такую магию.

Заклинания из божественной системы считались, судя по всему, очень эффективными в сражениях с монстрами-призраками и злыми демонами, но такие заклинания являлись тайной среди войнов-жрецов. Даже Университет магии не обучал этой системы. Рокси также не могла его применять.

Я никогда раньше не видел призраков, но они и правда существуют?

Было довольно неудобно, если не понимать принцип создания магии без его произношения. Элементарная атакующая магия, например, работала на научных принципах, но я не знал, применима ли она к другому типу магии. Я знал, что магическая сила — это универсальный элемент, но не знал, как мне переделать её таким образом, чтобы получить то, чего я хочу. Например, тот же психокинез. Как известно, это способность позволяла взять какой-либо предмет и поднять её в воздух силой мысли.

Поскольку я никогда не был экстрасенсом, я не понимал, как мне воспроизвести этот эффект парения предмета в воздухе при помощи магии. Чего уж греха таить, я мало чего знаю об обычном заживлении ран, поэтому не думал, что смогу создать исцеляющую магию без произношения. Если бы у меня был медицинский справочник, тогда бы у меня не возникло никаких проблем

Помимо этого, я был крайне уверен, что смогу воспроизвести большинство других эффектов при помощи заклинаний. Если бы в прошлой жизни я занимался спортом, наверное, в занятиях мечом у меня не было таких серьёзных проблем.

Вспоминая пережитки прошлой жизни, я тратил всё своё свободное время на всякую ерунду… Нет, это вовсе не было напрасной тратой времени. Конечно, что я перестал ходить в школу, не хотел искать работу, но это не значит, что я провёл прошлую жизнь впустую: я с головой погрузился во все игры любых жанров и хобби, пока весь остальной мир ходил в школу или на работу. Все полученные знания из игр помогут мне в этой жизни… Ну, или по крайней мере я на это надеюсь. Верно?

***

Во время занятий мечом с Полом…

— Хе-хе-хе. В чём дело, Руди?

Всё это время я напряжённо вздыхал. Я подумал, что Пол разозлился на меня за то, что я не слежу за своим дыханием, однако на его лице я увидел улыбку.

— Расстроен, что Сильфиетта разлюбила тебя?

Это совершенно не то, над чем я вздыхал, — вернее, Сильфи являлась одной из причин.

— Да, но я чувствую, что становлюсь лучше на занятиях по мечу. Я вздыхаю потому, что Сильфи ненавидит меня.

Пол снова ухмыльнулся и вонзил свой деревянный меч в землю. Руками он опёрся на него и посмотрел прямо на меня. Ой, только не говорите мне, что он собрался надо мной смеяться…

— Хочешь услышать пару советов от своего старика?

Я не ожидал от него такого предложения… ну, или догадывался. Пол — этот «старик» — в юношестве был популярным среди противоположного пола. Зенит стала для него той, кого можно назвать самой прекрасной женщиной, да и к тому же не стоит забывать про историю с женой господина Это. Иногда он дотрагивался до задницы Лилии, и выражения её лица говорило, что она совершенно не была возмущена его действием. У него определённо есть какой-то способ, чтобы девушки постоянно его прощали.

Конечно, Пол больше был похож на человека, который полагался на свои интуиции, поэтому я не был уверен, что пойму его, однако это будет мне пищей для размышлений, поскольку других вариантов, как мне разрешить недопонимание с Сильфи, просто не было.

— Да, пожалуйста.

— Хм-м… Как бы мне это сказать?..

— Мне нужно пойти и целовать ей ноги?

— Нет… стой, с чего ты вдруг решил лечь под каблук?

— Если ты мне не скажешь, тогда я расскажу маме, как ты строишь глазки Лилии.

— Это очень ответственный разговор… Эй! Ты что, видел? Ладно, ладно. Прости, что повёл себя как козёл.

Я только упомянул Лилию, чтобы взять ситуацию в свои руки… неужели у него и правда был с ней роман? То есть, если бы он… Неважно. Так как неотъемлемая часть работы дамского угодника состоит в том, чтобы девушки постоянно обращали на него внимание, я должен спросить его, как правильно исполнять эту роль.

— Слушай, Руди. Девушкам…

— Да?

— Им нравятся в мужчинах то, что делает их сильными, но им также нравится и более мягкие мужчины.

— О-о-о. — Раньше я много слышал об этом. Это как-то связанно с материнскими инстинктами?

— Ты ведь показывал Сильфиетте свои сильные стороны, верно?

— Правда? Я раньше этого не замечал.

— Подумай об этом. Если бы перед тобой встал кто-то более уверенный и сильнее тебя, то как бы ты себя чувствовал?

— Подумай об этом. Если бы тебе перешёл дорогу более сильный и более уверенный человек, то что бы ты чувствовал?

— Страх?

— Понял? — Я мог только предположить, что он говорил про тот случай, когда я узнал, что Сильфи всё это время была девочкой. — Вот поэтому ты также должен показать ей, насколько ты бываешь мягок. Используй свои сильные стороны, чтобы защитить её, а она защитит твои слабые стороны. Вот так поддерживаются отношения.

— О-о-о!

Это было так просто! Я не мог подумать, что такой мутный парень, как Пол, способен так хорошо объяснить! Если недостаточно быть сильным, то и недостаточно быть слабым, но при наличии этих двух аспектов можно было привлечь к себе женское внимание.

— Но как мне показать ей, в чём мои слабости?

— Это просто. Прямо сейчас ты о чём-то переживаешь, верно?

— Ну да.

— Поделись с ней тем, что тебя тревожит. Скажи ей: «Со мной происходило много всего, и это меня утомляет. Меня также утомляет то, что ты меня избегаешь, и от этого я начинаю беспокоиться»… — что-то в этом духе.

Пол широко заулыбался. Это был тревожный знак.

— Если всё пойдёт как надо, она сама преодолеет образовавшуюся между вами пропасть и может даже тебя утешить. Так что держи нос по ветру. У тебя есть друг, который поможет тебе в трудную минуту. Любой бы на твоём месте был бы рад.

— Ага!

Теперь я понял! Я могу контролировать эмоции другого человека… Это круто! Но что будет, если всё пойдёт не так, как мне это нужно?

— Н-но погоди, что будет, если ничего не получится?

Это был план со множеством этапов? Этот парень был полным интриганом!

— Ой, проехали. Мне пора уходить.

— Удачи! — сказал Пол и помахал мне рукой.

Не в силах больше ждать, я убежал. Когда я уходил, мог покляться, что слышал его последние слова.

— Чему я только что научил своего шестилетнего сына?

Я пришёл на место нашей встречи раньше, чем обычно. Сильфи вокруг нигде не было. Сегодня я взял с собой деревянный меч, но перед уходом из дома не привёл себя в порядок. Сейчас я был весь потным от тренировок с Полом.

Что мне делать? Теперь вот и стой потным. В такие моменты мне просто приходилось делать психологические упражнения. Я размахивал мечом, проигрывая в голове некоторые ситуации. Я показал ей свои сильные стороны, а теперь должен показать слабые. Слабые… И как я должен их показать? А-а-а, пусть она заметит, что со мной что-то стряслось. Но как? Из-за чего мне нужно перед ней расстроиться? Это выглядело бы очень подозрительно. Мне нужно расстроиться прямо во время разговора? Но можно ли так делать? Нет, мне просто нужно так сделать.

Размышляя над этим во время тренировок с мечом, я в какой-то момент ослабил свою хватку, из-за чего меч просто выскользнул из моих рук.

— Ой!..

Я пошёл в ту сторону, куда он улетел. В этот момент он продолжал катиться вниз по холму, пока не остановился прямо у ног Сильфи.

Чёрт! Что мне делать? Что мне сказать ей? У меня начала ехать крыша.

— Что случилось Руди? — Сильфи смотрела на меня широкими глазами.

Что случилось? Она про то, почему я пришёл раньше неё?

— Э-эм… Хм-м-м… Ну… Т-ты… Ты очень милая, и я… Эм-м… хотел увидеть тебя, но… Эм-м…

— Нет, я не про это. Я про пот.

— Хм-м… А-а-а…П-пот? Что ты имеешь в виду?

Во время своего ответа я ковылял до неё и пыхтел как паровоз. Завидев мои странные телодвижения, она вздрогнула и отпрыгнула от меня подальше. Как обычно, при каждой моей попытке приблизиться к ней, она тут же от меня отдалялась. У меня складывалось такой впечатление, что мы были магнитами с одинаковыми полюсами. С моего лба падали капли пота, и моё дыхание стало как у какого-то извращенца.

В унынии я опустился, чтобы поднять деревянный меч, а после опустился перед ней на колени и опустил голову вниз. Находясь в таком положении, я сказал:

— Ха… Сильфи, в последнее время ты стала ко мне очень холодна…

У меня всё хорошо получилось? Правильно ли я сделал, Пол? Стоило ли мне превратить себя в более ранимого человека? Или меня уже раскусили?

Внезапно сзади кто-то схватил меня за руку. Мне стало тепло и приятно. Я обернулся и увидел Сильф.

Ого! Она прямо рядом со мной. Долгое время Сильфи не была настолько близка ко мне, Пол! У меня получилось!

— Знаешь, Руди? В последнее время ты начал странно себя вести. — Её одинокое выражение лица вернуло меня в прежние чувства.

Она была права. Ей не нужно было говорить это, потому что и сам понимал, что начал относиться к ней не так, как раньше. С точки зрения Сильфи, она совсем не понимала, почему я изменил к ней своё отношение, и со стороны это выглядит точно также, когда молодая женщина понимает, что у тебя большое состояние, она всеми различными способами попытается выйти за тебя замуж.

Я вёл себя так не потому, что мне это нравилось, но как я ещё должен к ней относиться? Я не мог разговаривать с ней, как и раньше. Быть того не могло, чтобы я не нервничал рядом с такой милой девочкой, как она… С симпатичной маленькой девочкой, которая была моей ровесницей. У меня не было ни малейшего представления о том, как мне продолжать дружить с ней.

Если бы я был взрослым, или Сильфи была чуть больше своего возраста, я бы мог воспользоваться своими знаниями, полученными из визуальных новелл для взрослых; Если бы она была мальчиком, я бы воспользовался опытом из моей прошлой жизни, словно она мне была младшим братом; Если бы я был взрослым и бы Сильфи была взрослой, я мог бы воспользоваться моими знаниями из симуляторов свиданий, но сейчас нам было по шесть лет. И конечно, я играл в игры, где можно было ухаживать за девочками того же возраста, что и она, но я не хотел иметь точно такие отношения, как в этих играх подобного жанра, поскольку мы оба были слишком молоды.

Ну, по крайней мере, у меня появились большие надежды на будущее!

Кроме того, она была жертвой издевательств деревенских хулиганов. Когда издевались надо мной, у меня не было людей, кто бы мог защитить меня, поэтому я хотел быть рядом с ней. Мальчиком ли она была или девочкой — это не имело значения. От этого ничего бы не изменилось. Однако сейчас мне было крайне сложно держать те же отношения, какими они были раньше. Как мужчина, я хочу построить с этой милой девочкой самые хорошие отношения.

Всё ради счастливого будущего! Ух… я не знаю, что мне делать дальше. Может, мне стоит спросить об этом у Пола?

— Прости меня, — сказала Сильфи. — Руди, я тебя не ненавижу.

— С-Сильфи…

Наверное, из-за того, что я мучался от внутренних переживаний, Сильфи, увидев на моём лице тревогу, начала гладить меня по голове и улыбнулась мне самой милой и беззаботной улыбкой. Мне стало так тепло на душе, когда я увидел её улыбку, что я был готов вот-вот разрыдаться.

Она решила извиниться передо мной, но виноват был здесь только я. От удивления она покраснела, когда я взял её за руку и долго её не отпускал. Сильфи сказала мне:

— Пожалуйста, веди себя, как и раньше, хорошо?

Со счастливым выражением лица её слова были очень ощутимы. Из-за переполняющихся внутри меня чувств и эмоций я сделал свой выбор.

Она надеялась на нормальную жизнь с прежними отношениями, какими они у нас были всегда, поэтому в меру моих способностей я буду относиться к ней, как и раньше. Я не хочу, чтобы она боялась, и не хочу, чтобы она расстраивалась. Другими словами… я бы стал таким же, как и все остальные люди. Ну, или хотя бы старался им стать.

Теперь пришло время для бесчувственного главного героя.