Глава 8.12 - 8.13

Огромная студия была оформлена в четырёх разных стилях, были заняты две локации в помещении и ещё две снаружи. В одной открытой зоне был бассейн с синей водой, несколько зонтов от солнца и шезлонги. Под другую локацию был отведён сад, наполненный цветами, в нём располагались маленькие круглые столики, декорированные стулья, качели, корзины для пикника и коврики. В этом роскошном месте было всё, что нужно.

Внутренние зоны были. Вся мебель была только чёрного или белого цветов, пол и окна блестели от чистоты, а лучи солнца пробивались во внутрь. Белоснежный кожаный диван покрывал слой золотистого сияния, создавая тёплое ощущение.

На другом конце помещения локация представляла собой великолепную и элегантно обставленную гостиную в стиле барокко. Вся мебель была украшена позолоченным кружевом, на потолке и колонах были великолепные резные элементы, а пол был покрыт мягким, красным, бархатным ковром с цветастым узором. Каждый угол комнаты отдавал аурой прошлого века.

Имея четыре зоны, не важно, что вы хотели создать за антураж, точно можно было что-то подобрать под себя. Можно было увидеть, сколько сил и энергии было вложено для этого шоу.

Бонни позволила участникам подойти и вытянуть жребий, чтобы решить насчёт очередности. Затем она дала им время подумать, чтобы они могли спокойно выбрать себе локацию, стиль, позы для фотосессии и партнёра. Им нужно было чётко всё решить, а затем рассказать Бонни о своих мыслях и всё записать на камеру, и как бы ни была прекрасна их вторая идея, никаких изменений не могло уже быть. Это было справедливо по отношению ко всем.

Будет их выбор глупым или мудрым, Бонни и Ачесон не станут вмешиваться. Им нужно было выяснить, присутствует ли в каждом участнике чувство стиля, для становления супермоделью.

Чжоу Юнь Шэн был пятым, это не было ни хорошо, ни плохо. Его взгляд метался с Бонни на Густава и обратно, затем он наконец остановился на прекрасном и изысканном лице Бонни. Говорят: «Чтобы уменьшить усталость, заставьте мужчину и женщину работать вместе», хотя он и был геем, но в работе это не имеет никакого значения, для фотосессии красивый мужчина и женщина, стоящие вместе, всегда будут завлекательны. В уме он уже подбирал позы, а так же одежду для Бонни, к тому же, он определился с местом съёмок.

По его мнению, они с Бонни как нельзя лучше будут смотреться в классическом стиле. Целью этого состязания было: «Великолепие, стиль и элегантность».

Ну, решено. Он кивнул и стряхнул прядь волос со лба.

Двое, которые были обеспокоены решением мальчика, заметили его кивок. Бонни усмехнулась:

– Кажется, Котик выбрал меня, извините, босс.

Улыбка Густава всё ещё была нежной и кроткой, но его сердце сжалось. Он хотел отойти и побеседовать с Котёнком, уговорить стать партнёрами, но это бы слишком было заметно, все остальные участники были бы против.

«Милосердный Бог, пожалуйста, скажи, что мне делать? Если возможно, дай мне шанс приблизиться к нему.»

После молитвы он внезапно осознал, что Бог не потерпит гомосексуальность, поэтому он, вероятно, не получит от него никакой помощи.

«Итак... Я тогда обращусь к дьяволу, если он сможет осуществить моё желание, тогда я обменяю свою душу.» Он вытер лицо и попытался не показывать своего разочарования и тёмных мыслей.

Пока Густав переживал, Ивана подошла и ткнула парня:

– Эй, кого ты собираешься выбрать?

– Я выбрал Бонни, сделаем отличные фотографии, – Чжоу Юнь Шэн держал карандаш и делал наброски. Сцена в его голове отображалась сейчас на бумаге. Учитывая его превосходные навыки рисования, особенно Бонни, которая была одета в чёрное вечернее платье, была очень реалистична.

Джон долгое время снимал эскизы, про себя тайно удивляясь разносторонним талантам этого дитя. Даже не будучи профессионалом, он знал, что художник должен владеть базовыми знаниями и прекрасными задатками для того, чтобы нарисовать такую реалистичную, сложную и великолепную картину всего за несколько минут.

Молодой человек был как алмазная шахта, чем глубже вы роете, тем больше драгоценных камней находите. После этого эпизода зрители будут очарованы им ещё больше.

Ивана взяла эскиз и присвистнула, на мгновение, выразив восхищение, затем вырвала его из блокнота и положила в свой рюкзак. Затем она дерзко выговорила:

– Ты не можешь выбрать Бонни, она моя. Да почему же ты хочешь себе в партнёры девушку? С мужчиной ты сможешь показать именно тот стиль, в котором ты сам нуждаешься. Выбери г-на Ачесона. Тогда нам не нужно будет сравнивать свои фотографии с Бонни. Ни к чему так быстро нам становиться конкурентами.

Фактически, для Чжоу Юнь Шэн не имело никакого значения, с кем сниматься. Так как в одной из своих прошлых жизней, он уже был супермоделью, то мог проделать всю работу с завязанными за спиной руками. Он поправил придуманную сцену в своих мыслях, затем кивнул:

– Хорошо, я возьму мистера Ачесона.

– Отличный выбор, мой дорогой, – сказала Ивана преувеличенным тоном и крепко обняла его.

Увидев эту сцену, Бонни с сожалением покачала головой:

– Кажется, Ивана убедила его изменить решение. Котёнок твой.

Густав быстро сдержал себя, когда уголки рта поднялись. В тот момент он хотел смеяться, как дурак. «Ивана – очень хороший друг, она положительно влияет на Котёнка. Может быть, я должен оставить её до конца.» Он принял серьёзное решение на её счёт.

Полчаса спустя Бонни посмотрела на часы, встала и хлопнула в ладоши: ​​

– Хорошо, закончили. Теперь, в соответствии с очередностью, подойдите ко мне, чтобы обсудить ваши планы насчет фотосессии. Помните, как только вы выбрали партнёра для фотосъёмки и стиль, вам не разрешается ничего менять.

Участники как один в унисон завопили, после на камеру записывали свой выбор, рассказывая Бонни. Густав молча сидел в кожаном кресле и ничего не комментировал.

Как и ожидалось, все участники мужского пола выбрали Бонни (кроме Ромео, этого уродца), а все девушки – г-на Ачесона (как и ожидалось, кроме мерзкой Иваны). Когда все приняли решение, Бонни и Густав одновременно встали и начали сразу одновременно сниматься, чем сэкономили достаточно времени.

Чжоу Юнь Шэн был пятым в очередности, но, поменяв партнера, он стал вторым. Время уже приближалось, но это не поколебало его уверенности в себе, он уже выбрал одежду и дал указание стилисту о том, как они с Густавом должны выглядеть.

Если одежда, антураж, стиль были неудачными или сами между собой плохо сочетались, то можно считать, что фотосессия на 50% провалена, другие 50% приходили на твой талант. Итак, это было не просто соревнованием между хорошими или плохими снимками, это был тест на чуйку в мире моды. Дабы найти лучшую будущую топ модель, команда разработчиков и продюсеров очень даже постаралась, когда придумывала сценарий всех испытаний.

В этот момент Густав работал с одной из участниц, позировал у бассейна, он чувствовал себя крайне раздражённым. Чтобы привлечь внимания, большинство участниц предпочли бикини. Они поняли, что прямой контакт был лучшим оружием для соблазнения.

Но правда была совершенно противоположна тому, что они себе представляли, Густав нисколько не интересовался ими. Но, будучи одним из самых топовых моделей мужчин во все мир, он не должен был показывать своё нетерпение. Он – профессионал, и, пока участницы говорили, что он должен был делать, он беспрекословно выполнял свою работу до конца. Но на самом деле, если бы у него была машина времени, он, не колеблясь, пропустил бы всех этих людей, а затем остановил бы время, когда подошла бы очередь Котёнка.

Из-за того, что первая девушка слишком нервничала, она никак не могла собраться, поэтому работа шла плохо. Фотограф постоянно поправлял её и делал замечания. Густав еле сдерживал себя. Все остальные участницы в это время наблюдали за ними, но его котёнка не было среди них. Он хотел, чтобы парнишка увидел сексуального пловца, которого тот сейчас изображал.

Спустя тридцать снимков он тут же накинул полотенце и пошёл гримерную. Его сладкий мальчик в этот момент подбежал к нему, при этом его мягкие платиновые волосы развевались на ветру.

Мужчина глубоко вздохнул и тихо спросил:

– Ромео, ты выбрал одежду и концепт?

– Всё сделано, пожалуйста, пройдите за мной, – Чжоу Юнь Шэн делал вид, что нервничает.

– Не беспокойся так, относись ко мне как к новому другу, – Густав, естественно, обнял его за плечи, при этом улыбаясь, но в этот момент его сердце выпрыгивало из груди.

– Хорошо, – Чжоу Юнь Шэн сразу послушался.

Когда они вошли в гримёрную, Густав, переодеваясь, спросил:

– Я слышал, что изначально ты не хотел меня выбирать, почему?

Ответь он не так, как следует, то может оскорбить человека, от которого напрямую зависела его участь в этом шоу. Поэтому лесть здесь была необходима, но какая-то искренность всё же должна была присутствовать, не было смысла лезть на рожон и лизать задницу. Чжоу Юнь Шэн опустил веки, чтобы спрятать глаза от пронзительного взгляда мужчины и застенчиво сказал:

– Потому что, работая с Вами, я бы слишком нервничал. От слова слишком, чтобы забыть, как положить руки и как выставить ногу.

Затем он быстро взглянул в лицо мужчины, он был красив настолько, что кровь могла политься из носа.

«Он? Смущается? Так мило! Как он может быть таким милым?! Это я тот, кто забудет, как положить руки и выставить ногу!»

Сердце Густава рыдало, его переполняло желание, он должен был возвысить парня до своего уровня, иначе он просто задохнется во сне от своих желаний.

Он и правда безумно хотел держать Котёнка в своих объятиях и отчаянно целовать его маленький рот, чтобы его глаза цвета морской волны были переполнены похотью.

Какими бы грязными не были его мысли, внешне Густав всегда был спокойным и изящным. Он закончил переодеваться, затем погладил парня по голове, утешая:

– Тебе не нужно напрягаться со мной. Я такой же, как и ты, просто обычный человек. Я ростом 193, весом 78 кг, в этом году 28 лет стукнет, без вредных привычек, мой любимый вид спорта – снукер[1], мой любимый цвет – серый, моя любимая еда – стейк...

Он подробно рассказал о своих вкусах и предпочтениях, а затем протянул руку:

– Итак, теперь ты достаточно знаешь обо мне, чтобы относиться ко мне как к другу, а не как к далёкому кумиру.

Чжоу Юнь Шэн не ожидал, что Густав Ачесон будет настолько открыт. Он немного был шокирован его поведением, после пожал тому руку и застенчиво улыбнулся.

– Ты тоже должен рассказать о себе. То, что мы знаем друг о друге и понимаем – это лучший способ привнести гармонию в фотосессию, – Густав сразу же добавил себе очков.

Наконец, они стали на путь становления друзьями, он был очень взволнован этим.

**************************

Чжоу Юнь Шэн подумал, что таким образом он успокаивал всех участников, поэтому он посчитал, что это ни к чему не приведёт. Они переоделись и осмотрели друг друга.

Чжоу Юнь Шэн выбрал для себя британский аристократический утренний наряд. Серебристо-серый пиджак с кашемировыми полосатыми брюками, серый жилет с двойным лацканом и рубашка с накрахмаленным воротничком, после чего он добавил ещё серебряного цвета шейный шёлковый платок.

Так он выглядел как благородный молодой дворянин, его манеры были изящными и изысканными, а сам он был весьма привлекательным.

Густав долго смотрел на него, потом осмотрел себя. Он также был одет в костюм тройку, но он был менее великолепен, чем наряд Котёнка, по задумке он являлся прислугой.

Чжоу Юнь Шэн стал быстро объяснять, раскрасневшись:

– Я хотел показать аристократическую жизнь восемнадцатого века. Картина должна выйти высокомерной и вялой, старомодной и в то же время живой, поэтому мы представляем молодого хозяина и его слугу. Вы не возражаете, что я буду вашим молодым хозяином? – он осторожно посмотрел на мужчину. Он знал, как использовать очарование этого тела, и он, не колеблясь, пользовался этой привилегией, когда ему было нужно.

Как и ожидалось, мужчина действительно не проявил никакого возражения, он улыбнулся и ответил:

– Я готов служить тебе, мой хозяин, – на самом деле тот не только не обиделся, он был очень доволен таким положением вещей.

Чжоу Юнь Шэн показал благодарность на своем лице.

Они оба направились в локацию, выполненную в стиле барокко.

– Как вы хотите сфотографироваться, мой господин? – почтительно спросил Густав. Если бы он мог, то даже хотел бы держать руку Котёнка и целовать его ступни.

Такое его нежное и внимательное элегантное поведение заставляло девушек-конкурсанток просто визжать.

– Я сяду на этот стул, в вы встанете рядом. Сначала мы сделаем нейтральную фотографию, чтобы увидеть эффект. Вам не нужно становиться в какие-то позы, просто выполняйте свою роль. Не забудьте заставить людей сразу угадать наши роли.

– Да, мой хозяин. Пожалуйста, присаживайтесь, – Густав тут же наклонился, чтобы пододвинуть великолепный стул с высокой спинкой, затем он схватил Котёнка за руку и усадил его.

Он был достоин звания самой высокооплачиваемой мужской модели во всём мире, его скорость к адаптации была небывалой.

Чжоу Юнь Шэн был очень доволен работой этого человека, но он сделал вид, что на самом деле очень нервничает и предупредил:

– С этого момента я ваш хозяин, и вы – мой слуга. Когда я нахожусь перед камерой, то действительно вхожу в роль и забываю своё место. Поэтому, пожалуйста, простите любую мою бестактность.

– Как бы вы ни относились ко мне, моя преданность и любовь к вам никогда не изменятся. Когда вы будете нуждаться во мне, я немедленно появлюсь перед вами, чтобы решить все ваши проблемы за вас. Я всегда и везде буду вас сопровождать… это самое большое счастье для меня.

Все думали, что Ачесон вжился в роль, но только он знал, что эти слова уже давно находились в его сердце, дожидаясь того дня, когда он наконец сможет произнести их своему любимому человеку.

Теперь его душа была довольна, он слегка отступил назад, чтобы выказать знак уважения.

Чжоу Юнь Шэн сел и скрестил свои длинные стройные ноги, обе руки лежали на коленях. Гелем он прилизал свои платиновые волосы, чтобы открыть лицо. Его подбородок слегка приподнялся, глаза сузились, и его выражение было очень высокомерным.

В этот момент он был сыном дворянина, безупречно исполняющим свою роль. Позади него, стоял красивый и нежный слуга, молча смотря на него беспомощным, но пылким взором.

Это была неподвижная сцена, но, похоже, эти двое скрывали бесконечное количество тайн. Немного тусклого света, дабы придать истории неописуемую горечь и тяжесть.

– Замечательно! Мне нравится это сентиментальное чувство! – фотограф успел сделать лишь один снимок, но он уже вызывал любовь в его сердце.

Опять же, у Ромео за считанные минуты получаются самые прекрасные фотографии, это так раздражает!

Толпа участников была в ярости от зависти, особенно Эмили, которая уже причислила мальчика во враги номер один, от которого нужно было срочно избавляться.

– Теперь нам нужно задействовать обеденный стол. Хотя фотография – это искусство, я хочу придать ей тёплое, живое и естественное чувство. Что вы думаете об этой идее? – Чжоу Юнь Шэн посмотрел на мужчину.

– Ваша идея великолепна, господин. Что нужно, чтобы ваш слуга делал? – Густав несколько раз поклонился. Он был готов быть слугой Котёнка всю жизнь, если бы тот отдал бы ему свое сердце.

– Налей мне немного вина или что-то в этом роде, – неуверенно ответил Чжоу Юнь Шэн. Он привык полагаться на эмоции во время фотосессии, он не имел понятия о каких-то конкретных действиях.

Они подошли к огромному столу. Благодаря спонсорам у них были не только чаши, ножи и вилки, хлеб, масло и овощной салат, они даже поместили несколько бутылок красного вина и большой кувшин молока. Если участник хотел сделать несколько снимков во время еды, они могли просто использовать всё это.

Чжоу Юнь Шэн сел в кресло и поднял бокал, обращаясь к слуге.

Густав тут же начал наливать ему вино, но внезапно остановился.

Чжоу Юнь Шэн поднял бровь в изумлении, по глазам можно было прочесть недовольство, как будто он спрашивал: «В чем дело? Глупый раб!».

Верный слуга слегка поклонился и улыбнулся:

– Господин, ещё четыре месяца до вашего совершеннолетия, поэтому вам нельзя сейчас пить алкоголь. Я налью вам стакан молока. Если будете его пить, то сможете стать ещё выше.

Под прожигающим взглядом своего хозяина он налил стакан молока и передал ему.

Когда было их взаимодействие, фотограф сделал снимок. Двое людей, один из которых сидел, второй наклонялся вперёд, нежный и надменный, зрелый и смиренный, их взгляды столкнулись, обогатив воздух величественной атмосферой. Смотря на фотографии, непревзойдённая красота двух мужчин и их молчаливое взаимодействие, было ощущение некой двусмысленности.

Когда молодой человек выпил молоко, он тотчас же вынул свой платок, чтобы вытереть рот. Мальчик нахмурился, а на его лице отразилась горделивая фраза: «Какой же ты надоедливый». Но он послушно поднял челюсть и принял его заботу. Глаза мужчины становились всё глубже и тяжелее, даже лучам солнца было не пробиться сквозь сильные чувства, тихо растущие за его зрачками. Даже когда оба были в профиль, их чёткие контуры лиц захватывали.

Фотограф приблизился, чтобы чётко захватить кадр их лиц, на которых были написаны эмоции. Совершенное идеальное освещение, идеальный антураж, отличные жесты и эмоции, которые отображались во взглядах. По-прежнему фото было переполнено сентиментальными чувствами и своей живостью, достаточно для того, чтобы легко покорить сердца зрителей.

Фотограф не собирался продавать гниль, но ему пришлось признать, что невероятное по качеству фото идеально подходило гнилой женщине.

Он быстро настроил фокус, но обнаружил, что двое людей покидают стол и медленно передвигаются в сторону гардероба.

– Господин, ваш галстук вылез, – Густав наклонился, чтобы помочь подростку поправить вещь, его пальцы ненадолго задержались на его крошечном адамовом яблоке.

На теле это место было одним из смертельных для человека, если бы ему не нужно было фотографироваться, Чжоу Юнь Шэн никогда бы не поднял шею, так как именно это было его слабым место, особенно для этого человека, который намеренно или нечаянно облапывал его. Но через несколько секунд он потерял всякое терпение. Он стряхнул руку человека, схватил его за галстук и потянул вниз. Впервые его глаза цвета морской волны потеряли свою привычную чистоту и ясность, обнажая опасный блеск. Он молча предупредил мужчину, чтобы он не касался его шеи, это было табу.

Удивление на лице Густава продолжалось всего лишь мгновение, затем оно сменилось на ужас. Оказалось, Котёнок мог не только мурлыкать, у него были острые клыки. И каждый, кто его разозлит, познает его дикую месть. Какой будоражащий нрав!!

«Как в этом мире может существовать настолько уникальное, противоречивое и прекрасное существо? Он непременно был послан специально для меня!»

Густав улыбнулся, когда подросток резко потянул за его галстук-бабочку, он протянул руки и зажал парня в углу у стены. Он хотел показать, что всё равно превосходит его по силе, даже, если тот схватит его за горло.

Парень не боялся, он гордо задрал подбородок и сузил глаза. Это сократило расстояние между ними, можно было ощутить дыхание друг друга.

Он отчаянно пытался сдержать своё желание схватить Котёнка на руки и заняться с ним любовью. Его тело напряглось до предела, он выглядел как высеченная скульптура. Подросток более расслаблен в этом плане, но его мятежные яркие глаза были единственным ярким пятном в этом полумраке.

Такое интенсивное эмоциональное столкновение, такие через край бьющие эмоции были прелюдией к началу безумия. Этот благородный и покорный слуга, до этого момента верный своему господину, сейчас был предателем, вот это поворот, эта сцена создала просто бесподобную фотографию.

– Блестяще! Превосходно! 30 снимков и ни одного не было потрачено впустую! Вы, ребята, были просто фантастическими! – закричал фотограф с большим волнением. Это было, очевидно, их первое сотрудничество, но такое естественное понимание друг друга и гармония. Казалось, что они знали друг друга сотни лет.

Если они однажды станут парой, фотограф ни капли не удивиться.

Чжоу Юнь Шэн быстро оттолкнул мужчину, покраснев и извинившись:

– Простите мои действия, мистер Ачесон, я не привык к тому, что меня трогают.

– Все в порядке, я был слишком смелым. Но... к тебе никогда не прикасались? – Густав был застигнут врасплох, и с надеждой в голосе задал этот вопрос.

– Так и есть, простите, – Чжоу Юнь Шэн не лгал, Ромео действительно был девственником.

Карие глаза Густава озарились радостью, он погладил Котёнка по голове и с теплотой в голосе произнёс:

– Неважно, это была моя вина. Я не должен был трогать тебя в столь чувствительном месте без твоего согласия. Мне искренне жаль.

Два человека улыбнулись друг другу, наконец, избавившись от неловкой атмосферы. В этот момент Эмили оделась в длинное, кружевное платье, она улыбнулась и сказала:

– Извините, что прервала ваш разговор, но мистер Ачесон, пришло время для съёмки.

Её платье было чёрным и полупрозрачным, в лучах солнца легко было увидеть её сексуальное нижнее бельё под ним.

Все парни в студии смотрели на неё похотливым взором, кроме Густава, который нисколько не был взволнован, он был даже несколько равнодушен.

– Да, сейчас буду, – он улыбнулся вежливой и холодной улыбкой, но когда попрощался с мальчиком, его взгляд был таким нежным. Это заставило Эмили завидовать. У неё были некоторые сомнения относительно его сексуальной ориентации, но она приказала себе не думать об этом. Как может такой мужественный и сексуальный мужчина, как мистер Ачесон, быть геем?!

Её партнер был одет в чисто чёрный костюм, чёрную рубашку, без галстука. После того, как мистер Ачесон вышел из гримерной, она на мгновение взглянула на него с признательностью, затем протянула руки, чтобы расстегнуть несколько верхних пуговиц на его рубашке.

Густав тут же отступил назад на несколько шагов и сам расстегнул пуговицы. Что, чёрт возьми, эта женщина делает? Он сразу же раскусил её, но если он правильно помнил, то она всё ещё была девушкой Хейдена, правда ведь?

Он по-прежнему оставался спокойным и скромным, но его глаза стали ещё более безразличными и отстраненными, если внимательно присмотреться, то даже можно было в них разглядеть некоторое нетерпение и презрение.

Она видела, насколько по-другому Ачесон вёл себя с ней, чем когда был с Ромео. Из-за этого она ещё больше занервничала, поэтому попыталась соблазнить мужчину во время фотосессии, используя свою сексуальность, чтобы очаровать и «случайно» потереться об его тело, вызвав желание.

К её разочарованию, Ачесон был не только безразличен ко всему этому, после фотосессии он пронзил её острым и холодным взглядом, заставляя волосы встать дыбом. Она не хотела бы испытать на себе это ещё раз.

«Может быть, я была слишком откровенна, поэтому мистер Ачесон почувствовал неловкость? Ведь вокруг так много камер, он не может быть предвзятым. Да как же я могу не понравиться ему? Я намного красивее Бонни.»

Она была настойчивой героиней, и чтобы восстановить былую уверенность в своих силах, она решила приложить в два раза больше усилий.

[1] Снукер – разновидность бильярдной игры.