Глава 2
Его Величество Король Прибыл
«Отец! Это...»
Перед нами появился Гастон Виавейл-сама... Отец Альберта, сам Король. Несмотря на довольно почтенный возраст, его ум и тело ещё не начали сдавать.
«... Я спрошу ещё раз, Альберт. Что происходит?»
Его Величество спросил, медленно двигаясь к нам.
... Я словно вижу его ауру. Приглашённые дворяне отступают, расчищая ему путь, как Моисей.
... Зрелище прямо-таки живописное.
«Э-это... Ольга преследовала Шерину, и я расторг нашу помолвку в качестве её наказания...»
Э, так, что ли? У меня такое чувство, что помимо простого расторжения помолвки со мной, он успел обручиться с Шериной и обвинить меня в преследовании, которого я не совершала...
«В-вот именно!»
Нет, не соглашайся, Шерина. Ты сама первой заговорила о преследовании.
«... Ого, вот как? ... Ольга».
«Ах, нет, это не так».
Я тут же возразила.
Я почувствовала два взгляда сбоку, говорящих: «Эй?! Лучше не раскрывай правду!», но проигнорировала их. Навык игнорирования очень важен.
«... Альберт, Ольга с тобой не согласна?»
«Э-эта женщина — лгунья!»
Ого, меня низвели до «этой женщины»~ Даже в шутку, я была твоей невестой, между прочим~
«... Что ж, Шерина. У тебя есть какие-либо доказательства?»
«Э-это...»
Нет, у неё нет. Раз уж она навела на меня ложные обвинения, могла бы хоть подумать об этом.
«... Тогда послушаем Ольгу... Ольга, что эти двое сделали с тобой после того, как подошли сюда?»
«... Моя помолвка была расторгнута в одностороннем порядке, меня обвинили в ложных преступлениях, и я стала мишенью для абсурдных замечаний».
Всё вышеперечисленное — факты.
Эти двое блеют, их лица побледнели, но меня это не волнует. Наоборот, это приятно.
«... Хм, понятно... Если это правда, то мне придётся наказать Шерину за оскорбление Величества».
В этой стране наказывают за преступления против лиц более высокого или того же ранга.
... Раньше я считала эту систему слишком суровой, но она оказалась на удивление полезной.
«Э-этого не может быть...!»
«О-отец! Эта женщина должна быть наказана! Шерина ничего не делала!»
Он до сих пор так говорит? Хотя я ничего не делала.
Во-первых, я уже давно об этом думаю, но... несмотря на то, что у него была я, Альберт всегда ухаживал за другими женщинами.
... Обрученным, будь то дворяне или члены королевской семьи, запрещена неверность.
Тем более это касается первого принца. Я видела, как он приводил женщин в свою комнату, пока я навещала замок по своим делам.
... После этого я слышала тяжёлое дыхание из его комнаты, но решила не беспокоиться об этом, да.
Шерина в то же время завидовала социальному статусу и будущим перспективам моего жениха.
... Это было ещё ничего, но последовавшие за этим нападки были ужасны.
Мои платья рвали, меня оклеветали по всей школе, меня даже пытались столкнуть с лестницы. Хотя я не упала.
... Другими словами, судить нужно её.
Даже не понимая этого, эти двое пытаются переложить её преступления на меня.
... В случае Альберта, я понятия не имею, обманут ли он или намеренно перекладывает преступления на меня.
«... Замолчишь ли ты! Ты думаешь, я ничего о тебе не знаю?! Понимаешь ли ты, как сильно Ольга страдала, когда ты приводил дворянок в свою комнату!»
Когда я доложила Его Величеству о похождениях Альберта, Король не мог простить его и хотел сурово наказать.
Но я отказалась. Я имела в виду, что мне нет дела до того, что он делает. Хотя мне это не нравилось, я бы испортила свою репутацию, поскольку люди стали бы говорить, что его интрижки происходят потому, что у меня нет шарма.
«Что... ты знала?!»
Скорее, я бы хотела спросить, почему ты думал, что я не знала? Ты привёл женщину в свою комнату прямо у меня на глазах, а потом великолепно и громко застонал.
Однако, неправильно что-то поняв, Альберт был переполнен эмоциями.
«Ольга... ты так сильно жаждала меня, что тебе было больно видеть мои измены?..»
Ах, прекрати, это отвратительно. Я не думала об этом ни секунды.
Ух... видимо, желая это сказать, я и глаза окружающих уставились на Альберта.
«Если ты действительно этого желаешь, то я не буду отменять нашу помолвку из уважения к твоим чувствам».
«... Хаа?» — этот многослойный возглас исходил от меня, Шерины и Его Величества.
... Нет, нет. Это не должно быть возможно.
Откуда у этого человека такая чрезмерная самонадеянность? Какая загадка.
То, что его разум допускает мысль, будто я всё ещё люблю его после такого оскорбительного поведения, я нахожу невероятным. Хотя это не повод для зависти.
... Мне даже немного жаль Шерину.
Я вздохнула и заявила:
«... Нет, мне не больно, и я не против расторжения помолвки... В конце концов, я вас ненавижу. Пожалуйста, прекратите извергать безответственные замечания о том, что я влюблена в вас».