Глава 26. Копье любви

Перевод: Funny_R

Редактура: padggi

(imy: Пишу этот текст спустя миллион лет как перевод завершён, ну да ладно: Почти вся арка имеет плохой перевод/редактуру в связи с отсутствием опыта. В идеале это все надо бы перечитать, переперевести и отредактировать, но вы сами можете представить, какой это труд. Я один не смогу, все время уходит на 6 арку. В общем: Если вы встретите какие-то ошибки в тексте(любого рода), в идеале напишите мне в лс, телеграм или ВК, @imy11 . очень сильно поможете.)

***

――И без того тяжелое положение резко ухудшилось, что привело к ужаснейшей из возможных ситуаций.

Субару дрожал под пристальным взглядом Сириус и ее прерывистым, пылающим дыханием.

Сумасшедшая не обращала внимания на жар, обжигающий ее перевязанное лицо, она лишь смотрела на Субару―― нет, она не просто смотрела, она пожирала его глазами.

Субару: Дорогой… Петельгейзе?

Это было имя сумасшедшего, которое Субару больше никогда не хотел слышать. Когда Сириус Романе-Конти прокричала о своем возлюбленном, Субару солгал бы, если бы сказал, что эта идея не приходила ему в голову до этого.

Несмотря на это, он не хотел всерьез задумываться над этим, поскольку это совмещало бы существование сумасшедшего Петельгейзе и сумасшедшей Сириус.

Он не хотел думать о наихудшей паре в мире, о паре Романе-Конти.

Субару: Пара, в которой оба партнера являются архиепископами греха, до смешного ужасна… хотя нет ничего странного в том, что он выбрал такую ​​невесту…

Действительно, в Культе Ведьмы не было ни одного нормального члена.

Самодовольный Петельгейзе, Сириус, навязывающая свою любовь, и Регулус, который относится к любви как к чему-то поверхностному―― все они были подонками.

Субару: Кажется, их имена немного похожи. Все они заканчиваются звуком "С"?

Субару был погребен под быстро сменявшимися банальными, бессмысленными мыслями.

Прямо сейчас ему казалось, что он столкнулся с чем-то очень неприятным, хотя Субару мог только догадываться, что это было. Как ни старался, он не мог найти ответа.

Сириус: Пожалуйста, не молчи, Петельгейзе. Ты такой подлый человек. Вот видишь, ты снова, снова так холоден со мной ... это меня очень беспокоит!

Сириус, не зная о причине задумчивого молчания Субару, по-своему интерпретировала ее, держа руки на лице и крутя талией взад-вперед. Эта жуткая сцена распространилась на толпу вокруг Сириус. Она стала повторять ее странные проявления внимания.

Регулус: … Теперь, я больше не собираюсь иметь с вами дел. Хотя его действия сейчас, вероятно, подарили вам такую ​​идею, они все еще довольно трагичны. Истинная связь судьбы должна объединить вас независимо от того, с какими препятствиями вы сталкиваетесь. Как со мной и моими невестами. Однако разделение жизнью и смертью до того, как результаты появятся, не только печально, но и неприглядно.

Сириус: Да, большое спасибо. Мне очень жаль из-за случившегося. Теперь извини, но я занята. Ты ведь знаешь, верно? Взаимопонимание важно. Взаимные уступки также важны. Ты выполнил свою задачу, так что не мог бы ты уйти поскорее? В конце концов, у меня тоже есть свои личные дела.

Регулус: Действительно, моя цель найти свою невесту была выполнена.

Безумие Сириус сменилось рациональностью, но Регулус не обратил на это внимания, глядя на Эмилию в его руках. Затем он повернулся к Субару.

Регулус: Но тот, кто пытался убить меня и мою невесту, кто давно уже всячески раздражает, еще не позволил мне должным образом отомстить за нарушение моих прав. Мне не нравится проявлять инициативу в насилии, но в этом случае это будет только справедливая месть. Да, это акт праведности. Хотя я мог бы вынести это и уйти, я сделал бы неудачу легитимной. То есть уход был бы потерей справедливости. Я не должен создавать такой прецедент.

Субару: К чему такие слова? Очевидно, я тебе не нравлюсь, поэтому хочешь меня убить. Не оправдывай это какой-то справедливостью.

Регулус: Вы говорите довольно неожиданные вещи. То, что обо мне говорят так, будто я ошибаюсь, еще более удивительно. Вы… вы из тех людей, которые не прислушиваются к своим оппонентам? В таком случае, единственное, что я могу сказать, это то, что вы маленький и поверхностный. Я думаю, что такой человек, который не может слушать слова других с искренностью, однажды получит по заслугам, как вы считаете?

Субару: У тебя есть право говорить это?

Глаза Регулуса расширились, словно ошеломленные.

Возможно, он верил в то, что его слова были оправданы. Нет, он был абсолютно убежден. Иначе он не мог бы быть архиепископом в этом ненормальном культе.

Логические разговоры были только иллюзией. Хоть они и говорили на человеческом языке, они были существами, принадлежащими к совершенно другому виду. В конце концов, это привело бы к тому, что любой был бы поглощен их сладкими речами.

Регулус: Сириус. Вы, кажется, исключили его из своей сферы власти. Что случилось?

Вместо того, чтобы продолжить разговор с молчаливым Субару, Регулус задал вопрос Сириус.

Нахмурившись после услышанного, Субару обнаружил, что страх, охвативший его сердце, исчез.

Тот факт, что Беатрис все еще слегка дрожала на его плечах, доказывал, что они не покинули пределы сферы влияния.

Другими словами, только Субару был исключением. И причина этого была,

Сириус: Разве это не очевидно? Поскольку я знаю, что он тот самый человек, если я продолжу делиться своими чувствами, они могут случайно передаться ему.

Регулус: Не смотрите на меня так застенчиво, это действительно жутко. Провозгласив свою любовь, нет смысла притворяться невинным. Я действительно не понимаю вас.

Сириус: Тебе не кажется, что позволить таким необъяснимым ощущениям, которые невозможно выразить словами, передаться другому человеку неправильно? До конца, до того самого момента, когда я стану с ним единым целым, я запечатаю это чувство внутри себя. Я уже так решила. Да, ради любви!

Регулус: Из-за того, что вы не честны с самой собой, ваши чувства никогда не смогут достичь его, понимаете? Вы, Сириус Романе-Конти, можете искренне скучать по нему сколько угодно. Но вам не кажется, что использование чужой фамилии отвратительно? Я полагаю, что в некотором смысле это похоже на наследство Петельгейзе. Ну, он уже мертв, так что это не имеет значения.

Сириус: Я влюблена в этого человека!

Услышав слова удивленного Регулуса, Сириус разозлилась.

Сумасшедшая схватилась за волосы в бешенстве, выплевывая изо рта слюни во время крика, адресованного Регулусу.

Сириус: В конце концов, когда я смотрела на него, он всегда смотрел мне в глаза! Когда я прикасалась к нему, он не ругал меня! Когда я говорила с ним, он уделял мне свое внимание! Когда дышала его запахом, он никогда не отговаривал меня! Мне разрешили спать с ним! Я могла свободно одалживать его вещи! Он дал мне честь сжечь полуведьму! Он дал мне мое имя! Он улыбнулся мне! Только мне! Только мне, только мне, только мне!

Ее дыхание стало прерывистым, когда она рыдала слезами неразделенной любви.

Она показала настоящую себя.

Все существование Сириус заключалось в темной, искаженной, чистой любви.

Регулус: Ах, ой. Справиться с такими сильными субъективными убеждениями сложно.

Пожав плечами, Регулус заговорил так, словно ожидал подтверждения Субару.

Субару ответил: «Ты имеешь право сказать это», чтобы Регулус не набросился. Ему нужно было уравновесить баланс между двумя глупыми экстремистами перед ним.

Столкнувшись с двумя культистами, Субару не увидел ни малейшей надежды выйти из тупика. Скорее ситуация ухудшилась из-за вмешательства Сириус.

Даже если бы Субару был освобожден от общего страха, не было бы заметного улучшения его боевой мощи. Очевидно, Беатрис была бы его главным козырем, но она оказалась в ловушке, ее рациональный ум был притуплен сковывающим тело ужасом.

По крайней мере, только столкновение с Регулусом поможет.

Субару: … Эй, Сириус.

Сириус: Да, в чем дело, мой дорогой?

Сириус откровенно ответила на его зов.

Хотя Субару был удивлен неожиданно серьезным ответом,

Субару: У меня есть личные счеты с Регулусом, не могла бы ты немного подождать? Пожалуйста.

Сириус: Ты хочешь, чтобы я подождала?

Использование сложившегося недопонимания с Сириус может дать Субару шанс на победу.

Похоже, Сириус предположила, что Субару был Петельгейзе из-за его способности, которая напоминала власть невидимой руки архиепископа Лени. Хотя это был опасный способ, Субару придется воспользоваться им.

Петельгейзе был духом. Если бы он был еще жив, вполне возможно, что он бы взял тело Субару в качестве своего следующего носителя.

Хотя проблема была бы в том, что Субару не подал виду, что он узнал Сириус до сих пор, но она, в ее нынешнем состоянии ума, казалось, не замечала этого.

Имея это в виду, Субару надеялся выйти из этого тупика. Результат...

Сириус: Извини, я не могу этого сделать. Пожалуйста, позволь мне отказаться, даже если это очень важно для тебя.

Сириус безжалостно отклонила его просьбу.

Видя разочарованный взгляд Субару, она склонила голову.

Сириус: Конечно, я изначально хотела подчиниться. Но ты наверняка уже решил, что пока я подожду, ты уйдешь далеко-далеко, и я не смогу удержать тебя своими руками. Я тебя знаю. В конце концов, мы были вместе так долго. Ты сделаешь все возможное и переутомишься в одиночку, чтобы достичь желаемых результатов... и...

Честно говоря, Субару не мог не почувствовать искреннее восхищение от проявления ее любви.

Несмотря на это, он не разделял чувств Сириус в отношении трудолюбия Петельгейзе. В конце концов, Культ Ведьм существовал только для того, чтобы причинять вред.

Сириус: Наконец-то, наконец, мы смогли встретиться снова. Это был год, целый год, я ждала тебя! Это была наша самая долгая разлука за целый век! И даже после года, что мы не виделись… ты просишь меня уйти? Я не хочу! Я не могу! Во время твоего отсутствия я всегда хотела, хотела, хотела, хотела, хотела, хотела, хотела стать одним целым с тобой!

Субару: ——

Сириус: Кроме того, ты все еще хочешь, чтобы я подождала!? А теперь у тебя есть дух, которого я никогда раньше не видела! Где ты ее нашел? Что именно тебя привлекает в такой женщине!? Она крошечная, ее лицо высокомерно, и у нее нет ни груди, ни низа женщины! Это потому что она дух? Потому что ты дух, твоя женщина тоже должна быть духом? Время, которое мы провели вместе, теряет смысл из-за такой глупой причины? Я сожгу тебя!

Направление ее речи стало извращенным и странным, и в ее взгляде снова вспыхнуло безумное мерцание необузданного безумия. Толпа также сменила страстную любовь гневом, из их глаз и носов потекла красная кровь.

Сириус: И какие у тебя могут быть дела с Регулусом, у которого полуведьма на руках? Эта грязная полуведьма! Эта сребровласая ведьма! Почему ты так неравнодушен к ней!? Остановись немедленно, разве ты не должен был понять это давным-давно? Эта подлая, ужасная, ненавистная, отвратительная грязная ведьма ...! Если ты ее оживишь, я сожгу ее на твоих глазах!

Субару: Ты… такая непостижимая, ты…

Сумасшедшая женщина пронзительно закричала, показывая свою враждебность по отношению к Эмилии и Ведьме Зависти.

Разве цель культа ведьм не была воскрешением ведьмы зависти? Субару не мог понять, почему Сириус ненавидит ее.

Скорее, Сириус просто не разделяла стремления с Петельгейзе, которого она так жаждала.

Хотя он изначально думал, что они не смогли быть компаньонами, они оказались всего лишь врагами.

Субару: ——

Тупик между тремя напоказ. Регулус планировал убить Субару и Сириус.

Сириус будет защищаться от Регулуса и несуществующего Петельгейзе в Субару.

Субару хотел спасти Эмилию от Регулуса и освободить Тину от Сириус и, если возможно, убить двух архиепископов.

Очевидно. Однако ситуация, в которой оказался Субару, была слишком жестокой.

В поисках решения, которого, возможно, и не существовало, лоб Субару начал покрываться потом.

Возвращение после смерти, сопровождаемое появлением Сириус и дебютом Регулуса. После этого рукопашная схватка между архиепископами и Субару. Эта попытка была самой длинной.

За это время, хотя он получил полезные знания, ничего, кроме ужасных вещей, не произошло.

Субару: … Беако.

Беатрис: Знаешь, ты можешь попробовать, я полагаю.

Из его спины донесся робкий голос поддержки Субару.

Субару, который мог повлиять на то, что будет дальше, принял решение. И в то время.

Регулус: О

Сириус: —хк.

Одновременно и Регулус, и Сириус оба изменили свое отношение.

Каждый из них сунул руки в свои плащи и извлек из них свои книги.

Субару: Это…

Знакомая книга с тяжелым черным переплетом.

С такого расстояния невозможно было ошибиться. Это то, чему Культ Ведьмы повиновался больше всего, - Евангелие.

Регулус и Сириус: ——

Игнорируя Субару, который снова насторожился, два архиепископа открыли свои Евангелия и изучили новые записи.

Затем, хотя они сделали это одновременно, их выражения лиц резко контрастировали друг с другом.

Регулус: Я предполагаю, что содержание одинаково для нас обоих, правда, Сириус?

Сириус: Заткнись, Регулус. Почему ... почему сейчас? Когда, наконец, наконец, я снова его нашла...

У Регулуса была легкая улыбка, и Сириус стиснула зубы и заговорила голосом, полным отчаяния. Даже если хищником и сумасшедшей овладевали противоположные чувства, их намерения были одинаковы.

Оба посмотрели на Субару.

Регулус: Я извиняюсь, мое свободное время закончилось. Вы должны благодарить Евангелие ... хотя, это не правильно. Это не имеет смысла. В конце концов, какой смысл быть благодарным бумаге? Так что, скорее, вы должны быть благодарен мне, который верно следует Евангелию.

Субару: Спасибо за твою веру ... но что это было сейчас? О чем ты говоришь!?

Регулус: Ровно то, о чем я сказал. Нам дали свободное время, прежде чем мы должны сделать то, что должно быть сделано. Я потратил много времени на то, чтобы забрать мою невесту.

Сириус: Я чувствую себя ущербно… перед этим человеком я не должна подвергаться такому обращению. Это слишком жестоко. Меня окутывает грусть, разве ты не понимаешь?

Регулус говорил с самообладанием, в то время как Сириус насильно выражала свое горе. Толпа рухнула, и Беатрис сдерживала слезы.

Тем не менее, Субару и Регулус остались без изменений.

Регулус: Извините, но ваша маленькая, поверхностная любовь совсем не касается меня. Тем более, это заставляет меня чувствовать себя немного запятнанным.

Презрительным голосом Регулус с Эмилией в руках обернулся к Субару.

На самом деле он выглядел так, словно собирался отпустить их. Если бы Регулус ушел сам, это было бы хорошо. Но,

Субару: Стой, ублюдок! Не смей убегать! Отпусти ее! Иначе я…

Регулус: Я знал это.

Субару: —— !?

Регулус остановился и только повернул голову, чтобы улыбнуться.

Из-за этой улыбки Субару почувствовал, что лезвие коснулось его позвоночника, и он сглотнул, все его тело напряглось.

Было невозможно предотвратить следующие действия Регулуса.

Регулус: Я думаю, если моя невеста узнает, что один из ее сопровождающих ушел, она будет одинока, и если я не приглашу на свадьбу достаточно людей, она будет довольно капризна. - Значит, я не убью тебя.

Регулус осторожно постукивал ступней по земле.

Хотя это было совершенно обычное движение, как будто он поправлял обувь, его нога аккуратно вонзилась в каменную плиту, словно это лопата врезалась в мягкую землю.

Обломки сланца полетели в сторону Субару.

Пули почвы, казалось, бросали вызов гравитации. Некоторые из них попали по правой ноге Субару

- и в следующий момент она исчезла.

Субару: А?

Коготь зверя прорвался сквозь ногу. На его правой ноге белая кость, розовая плоть и желтый костной мозг были чисто выставлены в искривленном поперечном срезе. Его вены были разорваны, все было залито кровью.

Прежде чем он смог понять, что только что произошло, его охватила боль.

Субару: -хк !? Гах, ах! ааааАААХХХ!?

Мир стал чисто белым, как будто его голова была пронизана бесчисленными острыми иголками.

Крик застрял у него в горле, Субару не смог выдержать собственный вес и упал на землю. Его вытянутые пальцы отчаянно держали правую ногу. Рана была настолько большой, что ладонь его правой руки не могла покрыть ее.

Беатрис: Субару!? Субару! Субару, подожди немного! Потерпи!

Беатрис упала на землю, обнаружив тяжелую травму Субару, и запаниковала, когда начала читать исцеляющее заклинание. Регулус с удовлетворением кивнул.

Регулус: Это адекватный ответный удар за ваше безрассудное поведение до сих пор, поэтому я позволю ему уйти. Хотя я и подумал о том, чтобы вы сделаете это снова, я считаю, что все еще хочу узнать вашу дальнейшую судьбу. Эта боль обязательно остановит вас, если вы подумываете обидеть другого человека снова. Не благодарите меня. Просто спасите кого-нибудь еще в следующий раз.

Субару: а-а-а-а-а! Ках, га, не могу, куу, га!.

Боль, муки, страдания!

Мигающий мир. Отсутствие чувства направления. Он спал? Он был жив? Или, может быть, он был мертв?

Путаница. Неведение. Отсутствие идей. Тем не менее, ему нужно было кое-что узнать.

Субару: Э-Эмили… а! Ва, га-хк, т-хк.

Беатрис: Субару, ты не можешь позволить себе двигаться! Если у тебя есть рвота, повернись в сторону. Если ты этого не сделаешь, то твое горло будет ...

Вынося боль и безумие, Субару покачал головой. Его сердце билось как звенящий будильник, и он старался заглушить то, что чувствовали его органы.

Маленькая Беатрис, отчаянно поддерживая тело Субару, делала все возможное, чтобы использовать целительную магию. Однако кто-то смеялся над ней.

Беатрис: Этого не может быть, я полагаю.

Сириус: Прости. Однако это явно не шутка. Разве это не очевидно?

Позади Беатрис отвратительным шепотом Сириус ответила презрительным тоном.

Вокруг Сириус толпились люди, кричащие от боли.

Все они, положив руки на правую ногу, отчаянно искали спасения. Как и у Субару, их правые ноги были оторваны зверем.

Сириус: Мой любимый Петельгейзе сказал бы, что чувствовать боль означает жить, и что она помогает показывать Любовь. Я знаю это лучше, чем кто-либо. Тем не менее, я считаю, что есть лучший способ продемонстрировать Любовь. Спасибо. Этот способ помогает стать единым целым. В конце концов, Любовь - это молитва за то, чтобы стать единым целым! Видеть одни и те же взгляды, чувствовать те же эмоции, жить той же жизнью, заканчивая той же смертью - это Любовь!

Раскинув руки, Сириус хлопнула ими.

Она резко вздохнула, пристально глядя на Беатрис.

Сириус: Неважно, кто, каждый должен испытывать те же чувства, что и он. Тем не менее, только ты и эта грязная полуведьма будут лишены этой возможности. Кто предоставит тебе такую ​​честь?

Беатрис: Нет другой женщины, которая была бы так же безумна от ревности, как ты. Но это не имеет значения, так как Бетти долгое время была ближайшим доверенным лицом Субару. Бетти - это Субару.

Беатрис отказалась отступить под напором жестоких слов Сириус.

Сумасшедшая и дух впивались глазами друг в друга, пока Сириус не отвернулась, нарушая взаимодействие.

Сириус: Теперь я могу только доверить его тебе. В конце концов, я должна отдавать приоритет инструкциям Евангелия. Да, другого пути нет. Мне жаль. Мне жаль. Ты знаешь, я ничего не хочу, кроме как вернуться к тебе как можно скорее.

В этот момент Сириус все еще вела себя как безумно влюбленная по отношению к Субару. Сумасшедшая покинула окровавленную площадь.

Совершенно неожиданно Беатрис не cтала бросаться в погоню. Она понимала, что попытка остановить ее приведет лишь к большим жертвам.

Беатрис: Субару.

С дрожащими глазами Субару выпустил желтые пузырьки изо рта.

Беатрис прижала ладонь к его ране, пытаясь остановить поток крови. Рана была слишком серьезной, потеря концентрации могла привести к смерти Субару.

Для Беатрис спасение Субару было, естественно, ее главным приоритетом. Однако для нее была еще одна важная задача.

Субару: Если ты не будешь лечить других раненых…

Однако число пострадавших, катавшихся по площади, превышало тридцать человек.

Все они получили ту же травму, что и Субару, но, по велению судьбы, исцеление, совершаемое на Субару, не достигало их. Ей нужно будет лечить каждую рану индивидуально.

Это было бремя, которое Беатрис должна была взять на себя. Но даже если она исчерпает весь запас маны, она не сможет справиться с этим.

Беатрис: Субару, по сравнению с…

Отчаянно пытаясь излечить травму Субару, решив сохранить сильный вид, Беатрис заявила хриплым голосом.

Слезы стекали по ее белым щекам.

Беатрис: Прости. Мне жаль…

Беатрис повторяла и повторяла бесконечные извинения.

Хотя она и знала, что ее голос не может достичь Субару, потерявшего сознание из-за боли. Хотя даже если бы и мог, он ничего бы не изменил.

Беатрис: Прости, Эмилия.

Сириус создала так много жертв и покинула площадь. Регулус захватил Эмилию своей подавляющей силой.