Глава 1: Встреча, с которой всё началось

Столица Королевства Велка — Велника.

Велка располагалась немного к юго-западу от центра северной половины континента и имела необычайную особенность — большая сеть туннелей пробегала прямо под столицей.

Туннели, не требующие искусственного освещения, были заполнены богатыми месторождениями зелёного светлокамня, который заработал им название «Великий зелёный тоннель».

Монстры и головорезы рыскали в их глубинах, так что это никоим образом не было безопасным местом для хождений. Однако из-за больших залежей редких руд, добываемых здесь, туннели всё равно были популярны.

Истоки Велки можно было отследить до самого «Великого зелёного тоннеля». Королевство началось с шахтёрского городка, который вырос для того, чтобы добывать руду. Торговцы и ремесленники стекались в это поселение, которое постепенно разрослось до процветающего города. Этот город затем вырос в маленькую страну, пока в итоге не стал могущественным королевством, как сейчас.

Страна производила всё своё оружие, инструменты и даже магические артефакты. Велка была известна во всём остальном мире, как королевство изобретателей и ремесленников. Остальной мир более чем просто завидовал его богатствам природных ресурсов и одарённым жителям.

Инженеры и мастера королевства всегда соревновались между собой, и здесь находились несколько особенно наполненных талантами гильдий, чьи названия стали известны.

Одной из них была «Мастерская Оркуса». Она принимала к себе только самых выдающихся Синергистов. Её слава была настолько велика, что даже среди дворян считалось честью получить право стать там подмастерьями. Их основное внимание было сосредоточено на производстве оружия. И, благодаря текущей политической обстановке, оно пользовалось довольно большим спросом.

Штаб-квартира Мастерской Оркуса затмевала собой окружающие здания. Сегодня мастерская как и всегда была заполнена голосами Синергистов, читающих заклинания, и ремесленников, отчитывающих своих учеников.

Как и все остальные здания Мастерской Оркуса, штаб-квартира была разделена на секции, и каждая из них имела свою специализацию. Обычно любой мог догадаться, какой была специализация секции, просто взглянув на инструменты и используемые ремесленником материалы.

Впрочем, почти все ремесленники были окружены прототипами оружия с бронёй и материалами, необходимыми для их создания, либо прямо погребены под готовыми изделиями.

Поскольку основным товаром Мастерской Оркуса являлось оружие, было логично, что большая часть секций была отведена этому. Положение человека в мастерской, естественно, определялось качеством этих товаров, которые он мог производить.

И в такой мастерской был один ремесленник, который резко выделялся… или, точнее, был ремесленник, чья секция без преувеличения кардинально отличалась от всей остальной мастерской своей уникальностью.

Изящный молодой человек, работающий там, обладал ласковыми, женственными чертами лица и вытянутым, стройным сложением. На нём были очки в чёрной оправе, а его чёрные волосы, доходящие до плеч, были собраны в конский хвост. Поверх тёмно-синей рубашки и чего-то похожего на брюки кремового цвета он был одет в фартук с множеством карманов, из которых торчали различные предметы неизвестного назначения.

Его умные глаза пристально глядели на магический круг с материалами внутри, которые находились перед ним. После этого он хлопнул в ладони перед собой и магический круг начал светиться. Его мана обладала тёплым, желтовато-белым цветом. Она напоминала солнечный свет, который можно увидеть в тёплый весенний день.

Материалы сплелись внутри круга. Творение молодого человека обладало идеальными изгибами, непревзойдённым балансом и изысканной рукояткой, демонстрирующей внимание к владельцу.

Он проницательно посмотрел на только что созданное творение, выглядя удовлетворённым.

— …Идеально. Это великолепный котелок. — Похоже, он был горд своей работой. С нежностью он поднял тускло-серую кастрюлю. После чего он убрал её в коробку. Эта коробка уже была полна кастрюль, сковородок, тарелок и прочей кухонной утвари.

Вокруг него были разбросаны и другие обыденные предметы. Фонари, вычурные столы, строительные инструменты, ножницы, канцелярские товары и остальные повседневные предметы усеяли его мастерскую.

Вокруг не было видно ни единого оружия, несмотря на то, что мастерская специализировалась на этом. Технически тут можно было найти острые предметы, но ни одно из них не считалось оружием.

Это всё были кухонные ножи. Ножи для резки овощей, для резки мяса, и даже для резки хлеба. И всё они были исключительного качества. Однако это всё были инструменты для готовки. В то время как остальные ремесленники изо всех сил пытались создать образцовое оружие, этот молодой человек создавал только предметы обихода. Естественно, это заставляло его выделяться. Однако не в хорошем смысле.

Все ненавидели его, особенно, поскольку руководители в Мастерской Оркуса относились к нему благосклонно, несмотря на очевидные недостатки.

— Тц…

— Хмф…

Усмехнулись несколько человек.

Молодой человек развернулся назад и увидел, как два старых мастера пялятся на его работу. На их лицах были неодобрительные взгляды. Он неловко улыбнулся в ответ и вернулся к работе, пытаясь игнорировать их.

Хотя все ремесленники выглядели ненавидевшими его, большинство из них ничего не делало, чтобы хоть как-то помешать его работе. В конце концов, они были слишком сфокусированы на собственной.

Но в каждой группе всегда находилось меньшинство, которое отказывалось придерживаться остальных. То же самое было и тут. Пока большинство было не прочь оставить парня в покое, некоторые испытывали желание сделать его жизнь жалкой.

Парень рассыпал опилки вокруг кастрюли, создавая подушку вокруг своего творения. В этот момент кое-кто подошёл к нему, намереваясь создать неприятности.

— Эй, побитая псина. Как долго ты ещё собираешься продолжать делать такой мусор? Что насчёт того, что я сказал тебе сделать? — этот новый голос был надменным и неприятным. Новоприбывший был низким и толстым, его окружали два прихвостня. Один из них был высоким и тощим, тогда как у другого глаза выглядели так, словно готовы выскочить из орбит. Все трое злобно ухмылялись.

— …Здравствуйте, Варесс-сан, я уже закончил то, о чём вы попросили.

Пинг Варесс был третьим сыном дворянской семьи Варесс. Молодой человек повернулся к нему и уважительно склонил голову, несмотря на высокомерное поведение Варесса.

То, «что его попросил сделать Варесс», на самом деле было рабочей квотой Пинга на сегодня. Он просто был слишком ленив, чтобы сделать это самостоятельно. Молодой человек подобрал коробку рядом и протянул вперёд.

— Что? Уже? Эй, побитая псина, тебе лучше сделать это как следует! Граф Холден попросил лично меня для этой работы. Я обратился к тебе, чтобы дать тебе шанс отточить свои навыки, так что даже не вздумай отплатить мне за проявленную доброту плевком в лицо!

На деле граф не делал никаких подобных личных запросов. Он принёс броню на ремонт, но обратился к мастерской в целом, а не к какому-то конкретному ремесленнику.

По факту большая часть ремонтных работ передавалась более опытным ремесленникам. Так что Пинг отвечал лишь за починку ремней. Другими словами, он просто по случайности был назначен на эту задачу.

Молодой парень тоже это знал, но не любил конфликты, так что вместо того, чтобы спорить, просто нахмурился. У него было много практики в задабривании людей. Но прежде, чем он успел произнести хотя бы «Тогда взгляни сам», заговорил один из приспешников Пинга.

— Что вы, что вы, Пинг-сан, разве не считаете, что «побитая псина» — это немного чересчур, даже для него? Самое меньшее вам стоит звать его «бывшим гением», — язвительно усмехаясь, заговорил Торпа, второй сын барона Парсона.

Затем человек с выпученными глазами, Рауль Стрея, который был четвёртым сыном барона Стрея, поддержал Торпа, преувеличенно жестикулируя словно актёр.

— Ну же, ну же, Торпа-кун. Нам стоит отбросить и часть «бывший». Как-никак, он сирота, которого лично нашёл и взял к нам Мастер. Конечно, он не может создавать оружие, чтобы спасти себе жизнь, и всё время мастерит хлам, но он всё ещё гений. Всё же он получает плату за весь созданный мусор! Мы должны аплодировать ему. Ну же, может, покажешь нам эти свои навыки, которые так впечатлили Мастера? Невозможно ведь, чтобы с возрастом ты стал как все… Верно ведь, Оскар-кун?

Зеваки вокруг захихикали на это. У остальных ремесленников не было ничего личного к Оскару, как в случае Пинга, но они тоже были раздражены тем, что сироте оказывается такое особое внимание. Особенно поскольку они ни разу не видели гениальности, за которую он, как считается, были принят.

— Почему ты ничего не говоришь, а? — открыл Пинг коробку и нахмурился. Несмотря на то, что Оскар сделал всё, что у него попросили, он выглядел недовольным.

— Всё так, как вы говорите. Я всё ещё неопытный ремесленник, злоупотребляющий добротой мастера.

— Раз понимаешь, тогда должен немедленно свалить отсюда к чертям. Ты позоришь имя Оркуса! Тот факт, что ты работаешь под этим именем — уже оскорбление для нас всех!

Даже извинения было недостаточно, чтобы задобрить Пинга. Скорее было похоже, что это только ещё больше разозлило его. Его рассерженные крики сделали его центром внимания вместо Оскара. Пинг не только был низким и толстым, но ещё и мелочным. Он был из тех, кто оскорблял окружающих за спиной, и издевался надо всеми, кто был слабее. Тем не менее, он редко терял самообладание, как минимум на столько, чтобы закричать.

«Похоже червяк сегодня даже злее обычного… Он с чем-то напортачил недавно что ли?» — всё ещё улыбаясь снаружи, Оскар отчаянно думал над тем, как успокоить Пинга. Однако прежде, чем он смог это сделать, Пинг продолжил.

— Серьёзно, не могу поверить, что Мастер называет тебя гением. Похоже, что и он тоже иногда ошибается.

Пинг так разошёлся, что даже не заметил, как его оскорбление Мастера заставило всех поменять отношение. Теперь презрение остальных ремесленников было направлено на Пинга, а не Оскара. Даже два его лакея наморщились и шептались между собой.

Оскар понимал, что ему надо как-то разрядить ситуацию, пока ремесленники не линчевали Пинга. Текущий глава Мастерской Оркуса был очень уважаем всеми, и они не стали бы терпеть то, как его оскорбляют.

Однако не успел он что-либо сделать, как…

— О, считаешь, что у меня начинается старческий маразм, да? Хочешь сказать, что я, «Оркус», ошибся, да, Пинг? Кто-то у нас чертовски самонадеян, — раздался глубокий голос, похожий на фырчание дракона перед лицом жертвы.

— Вьиии? — завизжал Пинг, как заколотая свинья.

Голос Оркуса не был особенно сердитым, но Пинг всё равно сжался. Его лицо побледнело от страха. Торпа и Рауль выглядели ещё хуже.

Оркус был настоящим медведем по сложению. Он был не только крупным, но и всё его тело покрывала мощная щетина. Его бёдра были достаточно крупными, чтобы раздробить черепушку между ними. Его даже часто путали с воинами медведолюдами из Содружества Халтина, хотя он был человеком до мозга костей. У него не было медвежьих ушей или хвоста.

Пинг виновато улыбнулся и попытался загладить свою ошибку.

— М-Мастер… П-Почему вы здесь?

— Это моя мастерская. Что такого в том, что я здесь?

— Э-Это, ничего! Эм-м, просто, я слышал, что у вас сегодня дела во дворце.

Топп Карг Д. Оркус — текущий глава Мастерской Оркуса, хмыкнул и заглянул в коробку Оскара. Он не побеспокоился отвечать на вопрос Пинга. После этого он достал оттуда предмет и внимательно оценил.

Последовавшая тишина была настолько давящей, что остальные ремесленники перестали работать и ждали, затаив дыхание. Как только закончил рассматривать предмет, он глянул обратно на Пинга.

— Это должна была быть твоя работа, Пинг… Почему Оскар выполнил её?

— Э-Это недопонимание, Шеф. Он тратил всё своё время на производство хлама, так что я решил, что раз он свободен, то может немного мне помочь. Но это всё ещё я — тот, кто сделал это, — простёрся ниц Пинг перед Каргом.

Однако Карг не стал даже слушать его ответ и повернулся к Оскару. На лице Оскара была всё такая же неловкая улыбка, как и всегда, и он ничего не сказал.

Карг вздохнул и обратился к Пингу.

— Хо-о. Полагаю, это значит, что я могу ожидать такой уровень качества и от следующей твоей работы?

— Хо? Э?

Карг усмехнулся и показал Пингу предмет в его руках.

— Застёжка этой брони сделана крайне качественно. Она гибкая везде, где это надо, так что тоже хорошо поглощает удары. Ещё она была сделана так, чтобы Синергист мог легко починить её, если повредится в бою.

— П-Понятно…

Остальные ремесленники как один повернулись к Оскару с удивлением. Их лица было сложно прочесть.

Только Пинг не смог понять подтекст сказанного Каргом. Он не мог понять, почему все уставились на Оскара. Видя его растерянность, Карг сказал это более ясно.

— Чем пытаться показать свои навыки, ты сделал эту застёжку так, чтобы она идеально подходила нуждам носящего. Пусть она выглядит простой, но она явно первоклассная. Так что я спрашиваю тебя, Пинг, могу я ожидать такую высококлассную работу от тебя и в будущем? Ну?

— … — холодный пот заструился по спине Пинга. Карг спрашивал больше, чем он мог предложить. Он не обладал навыками для того, чтобы мастерски сделать что-либо вроде этой застёжки.

— Я-Я польщён вашей похвалой, Шеф. Однако даже я удивлён тем, насколько хорошо она вышла. Честно говоря, ух, я не могу сказать с уверенностью, что смогу это повторить. Кроме того, вкладывание стольких усилий в каждую из моих работ слишком меня замедлит…

— Вот как, понятно. В таком случае занимайся своими задачами. Усердно трудись, пока не станешь достаточно хорош, чтобы создавать продукты такого качества на постоянной основе, вместо того, чтобы тратить своё время на болтовню.

Суровый взгляд Карга был настолько мощным, что даже дракон сжался бы перед ним.

— Хьии?! С-Слушаюсь! Будет исполнено! — принял Пинг коробку, которую ему протянул Оскар, и, спеша сбежать, почти запнулся об собственные ноги. Торпа и Рауль быстро последовали за ним. Остальные ремесленники потеряли интерес к шумихе и вернулись к своим работам.

— Это… шеф? Спасибо за помо…

— Пошли в мой кабинет, — развернулся Карг и пошёл. Он обозначил кивком головы, что хочет, чтобы Оскар последовал за ним. Вздыхая, Оскар двинулся за Каргом. Его кривая улыбка всё ещё не сходила с лица.

~~~~~~

— Какого чёрта, по-твоему, ты творишь, Оскар? — начал Карг наседать на Оскара, как только они вошли в его кабинет. Карг плюхнулся на старинный диван. Пружины затрещали под его массивным туловищем.

— Я не совсем уверен, что именно вы имеете в виду…

— Тут только мы, так что избавь меня от любезностей. И убери эту идиотскую улыбку с лица. Она вызывает у меня отвращение.

— Это было довольно грубо, отец, — отбросил Оскар образ добродушного парня, но не прекратил улыбаться. Он настолько привык её использовать, чтобы выбраться из неприятных ситуаций, что теперь ему было сложно сменить выражение лица.

— Мне помнится, ты говорил в прошлом, что будешь только приносить неприятности, если останешься в мастерской. И я отчётливо помню, как сказал тебе всё равно остаться. Но я так трудился удержать тебя здесь не для того, чтобы ты мог тратить своё время на выполнение работы тупого сынка виконта вместо него.

— Да знаю. Тем не менее, я могу закончить такое во время перерывов. Если этого достаточно, чтобы заткнуть Варесс-сана, тогда я не против побыть его мальчиком на побегушках.

— Глупец. Парни, вроде него, никогда не оставляют в покое. Поддашься им раз, и они вернутся снова. Раз он создаёт тебе столько проблем, тогда я могу выгнать его.

Пинг, Торпа и Рауль попали в Мастерскую Оркуса только благодаря связям Пинга. Хотя все трое были Синергистами, они совсем не обладали квалификацией для того, чтобы быть частью этой уважаемой мастерской. Карг изначально позволил им присоединиться только по тому, что не хотел оскорбить несколько мелочных дворян, однако…

— Я скажу это столько раз, сколько понадобится. Оскар, ты будешь Оркусом следующего поколения, так что…

— Отец, — голос Оскара был тихим, но твёрдым.

Карг вздохнул, понимая, что Оскар всё ещё не передумал. Унаследование имени Оркуса означало становление главой Мастерской Оркуса. Это было традицией, чтобы текущий Оркус передавал свой титул, как только находил того, кто превосходит его в навыках.

Тот факт, что Карг хотел, чтобы Оскар стал следующим Оркусом, подразумевал, что он признал Оскара более опытным Синергистом, чем он сам.

— Ты уже лучший ремесленник, чем я. Чёрт возьми, да ты оставил меня далеко позади годы назад. Твои навыки на совершенно ином уровне.

— … — Оскар не был уверен, как ответить на это. В конце концов, всё сказанное Каргом было правдой.

— Когда впервые встретил тебя в приюте Морин, я сразу понял, что ты особенный. Игрушки, сделанные тобой для остальных детей, были куда качественнее лучших работ, выставляемых моей мастерской… Честно говоря, я поначалу не поверил в это.

Оскар был брошен перед приютом Морин, когда был совсем маленьким. Хотя за последние несколько десятков лет тут не было крупномасштабных войн, но маленькие стычки на границах случались почти на ежедневной основе. Политическая нестабильность в королевствах людей ещё больше обостряла проблемы. Постоянные сражения наводнили земли сиротами, и возникло много новых приютов, чтобы позаботиться о них. Это дошло до такого уровня, что страна больше не могла профинансировать их все.

Карг уже стал главой Мастерской Оркуса, когда начали появляться приюты. Он был другом Морин, так что когда услышал, что у её приюта трудности, он решил проспонсировать его.

День, когда он встретил Оскара, был таким же, как любой другой. Он пришёл оставить немного денег приюту, и посмотреть как дела у Морин с детьми. Когда осматривал приют, он заметил, что тут куда больше игрушек, чем было раньше.

Он спросил у Морин, появился ли у неё ещё один спонсор, и получил неожиданный ответ. Оскар, которому тогда только исполнилось десять, был тем, кто создал все эти игрушки.

Карг уже посчитал, что Морин нашла богатого спонсора, так что был шокирован узнать, что игрушки на самом деле были созданы маленьким мальчиком. Игрушки были настолько высококачественны, что он был абсолютно уверен в том, что их должны были купить.

Строительные кубики идеально подходили друг другу. Куклы были настолько детальными, что Карг почти путал их с настоящими детьми. Игрушечные мечи были идеально сбалансированными. Даже игрушечная посуда, которую он сделал для девочек, чтобы поиграть в дом, была достаточно хороша, чтобы готовить в ней.

Все эти произведения искусства были созданы десятилетним мальчиком. Карг не мог поверить в это. Он позвал Оскара и попросил его провести живую демонстрацию. Когда Оскар создал одну из этих игрушек прямо у него на глазах, у Карга не осталось другого выбора, кроме как принять реальность. В десять лет он уже был настолько же опытен, как лучшие Синергисты страны.

Когда Карг спросил, где Оскар научился своим навыкам Синергиста, в ответ он услышал:

— Когда я увидел, как ты чинишь кастрюлю в прошлый твой визит к нам, я подумал, что тоже смогу это сделать, и просто попробовал.

Карг помнил то событие. Он действительно приходил месяц назад, чтобы починить сломанную кастрюлю. И задумавшись сейчас, Оскар действительно наблюдал за этим с глубоким интересом.

Карг замер. Он ощутил внезапный холодок, словно кто-то провёл кубиком льда у него по спине.

«Увидев трансмутацию всего раз, он самостоятельно освоил её? И всего за месяц? Он достиг уровня мастера-ремесленника методом проб и ошибок? Если это правда, тогда насколько лучше он может стать при полноценном обучении?» — Карг был одинаково взволнован и напуган перспективой.

В тот же момент он решил… он сделает Оскара следующим Оркусом. После того, как лично обучал его в течение трёх лет, Карг принял его в Мастерскую Оркуса.

— Прошло много времени с того момента, как ты только присоединился к мастерской. По всем правилам ты должен был унаследовать имя Оркуса годы назад. Но знаешь, Оскар, я не хочу принуждать тебя. Я остановил тебя в прошлый раз, когда ты сказал, что хочешь завязать с работой Синергистом, но если всё ещё считаешь, что это тебе не подходит, то волен уйти. Веришь или нет, я не хочу заставлять тебя страдать.

— Я… благодарен тебе, отец. Я знаю, что остальные ремесленники недолюбливают меня, но я ничего не могу с этим поделать. Я уже принял это. Работа здесь не так уж плоха, серьёзно.

— Но всё же… — нахмурился Карг, но Оскар продолжил.

— Мне нравится быть Синергистом. Я могу помогать всем в городе своей работой, и могу к тому же отдавать деньги приюту… О чём ещё я могу просить?

— Почему, Оскар? Почему ты скрываешь то, насколько ты на самом деле талантлив? Если бы они знали, то согласились бы, что даже титул Оркуса недостаточен для твоих способностей. Тебе не нравится создавать оружие? Или, может, ты считаешь себя неподходящим на роль лидера? Хотя, скорее всего и то, и другое. Тем не менее, знаешь, Оскар, не недооценивай меня. Я чувствую, что есть ещё одна причина, по которой ты не хочешь принимать этот титул. Ты думал, что я не замечу?

— … — лишь улыбнулся Оскар своей обычной улыбкой. Эта улыбка говорила: «Я не стану спорить, так что говори что хочешь».

— Я знаю, это может быть немного дерзко с моей стороны, но… я думаю о тебе, как о собственном сыне. Я просто хочу, чтобы ты нашёл себя, и показал людям то, какой ты на самом деле. Но, полагаю, это не то, что ты хочешь, да?

Оскар знал Карга уже давно, так что понимал его чувства. Оскар никогда не признал бы этого, но он стал называть Карга «отцом» вместо «господина Карга», потому что тоже считал Карга своим настоящим отцом.

Откровенно говоря, Оскар был счастлив, что Карг возлагал на него такие большие надежды. Ему было больно от того, что он не мог рассказать Каргу настоящую причину того, почему он скрывает свои таланты. Но даже так…

— Отец… Ты сказал, что мои навыки на совершенно ином уровне, но это неверно.

— Незачем скромничать передо мной. Я знаю, насколько хорош ты на самом деле…

— Они не на другом уровне… Они ненормальны.

— … — смолк Карг. Выбранные Оскаром слова намекнули Каргу на то, какова была истинная причина сокрытия Оскаром его способностей.

Он никогда раньше не видел Оскара таким. У него было мрачное выражение лица, и он уставился вдаль. Словно он смотрел в будущее, которое ждало его, если он раскроет свои способности.

Карг тоже понимал, что всё будет не так замечательно, как он расписывал. Он не знал, что сейчас стоит сказать, но понимал, что должен сделать что-нибудь. Но прежде чем он успел это сделать, Оскар продолжил:

— Как бы то ни было, мне нравится моя текущая работа. Не притворяйся, словно не знаешь. Все инструменты и мебель, которую я делаю, хорошо принимаются жителями города. В каком-то смысле я всё ещё помогаю увеличить известность Мастерской Оркуса, — радостно произнёс Оскар, пытаясь развеять мрак, опустившийся на комнату. Карг осознал, что не добьётся большего сегодняшним разговором, и, вздыхая, кивнул.

— Хааа… ты прав. Ни Мастерская Лимстера, ни Мастерская Вагона даже не беспокоятся создавать вещи для обычных горожан. Хотя это их усердный труд позволяет нам целиком сфокусироваться на нашем ремесле. И это они снабжают нас используемой нами рудой и едой.

Мастерские, которые назвал Карг, были двумя другими крупнейшими мастерскими Велники. Обе принимали заказы только от дворян, королевской семьи и богатых торговцев.

Поскольку они решили специализироваться на этом, никто не мог особо их винить. Тем не менее, это не значило, что горожанам это нравится. Скорее многие из них злились на остальные мастерские. Пока все остальные помогали друг другу, они видели только возможность навариться.

С другой стороны Мастерская Оркуса не ставила ограничений на то, кто может сделать заказ. В принципе они были вынуждены отдавать приоритет запросам дворян, но если ремесленники были свободны, то занимались заказами от обычных горожан. Кроме того, текущий Оркус начал жертвовать излишние средства мастерской различным приютам.

Однако самым важным было то, что теперь у мастерской был ремесленник, чьей единственной задачей было заниматься запросами горожан. Из-за этого Мастерская Оркуса пользовалась большим уважением среди простолюдинов.

Этим ремесленником, разумеется, был Оскар. Он был известен своей быстротой, опытностью и способностью адаптироваться под нужды любого запроса. Благодаря этому горожане часто помогали мастерской во время завалов работой. Они приносили ремесленникам еду, продавали исходные материалы со скидкой, отдавали им приоритет для оптовых поставок тех товаров, которых оставалось мало, и даже приносили запасную униформу с одеялами.

Хотя работа Оскара не выделялась, он много чем помогал мастерской. По сути именно по тому, что он не выделялся, так мало людей ценили это.

— Отец, мне уже пора доставить мои заказы.

— Ладно-ладно. Моя лекция окончена. Давай, иди уже… А, кстати говоря…

— Да?

Карг остановил Оскара, внезапно кое-что вспомнив.

— Ты же слышал рассказы о том, как последние несколько месяцев в не самых обеспеченных районах города пропадают люди?

— …Да, слышал.

— Постарайся не спускать глаз с детей в приюте. Большинство пропавших были очень молоды. Все они были из трущоб, так что люди говорят, что они вероятнее всего ушли, намереваясь где-то разбогатеть, только чтобы помереть в какой-нибудь канаве.

Но почему-то Карг чувствовал, что за этим стоит нечто намного более худшее. Его серьёзное предупреждение отражало его дурное предчувствие.

— Можешь взять выходной на остаток дня. Повидайся с остальными в приюте.

— Я всё равно это и планировал сделать. Буду осторожен. Ладно, увидимся, отец, — поклонился Оскар Каргу и вышел из комнаты. Он чувствовал себя виноватым из-за того, что всё время заставляет Карга волноваться о нём.

— …Если всё время приходится ходить с этой фальшивой улыбкой, тебе следовало бы просто уйти уже и заняться тем, что действительно нравится, тупой ребёнок… — прошептал под нос Карг, достаточно тихо, чтобы их нельзя было услышать с другой стороны двери.

~~~~~~

Как только закончил разносить сегодняшние заказы, Оскар направился в приют. Он был расположен на задворках столицы, так что путь был далёким от мастерской.

Оскар уже был независимым взрослым, и жил отдельно ближе к центру столицы. Для него поход до приюта занимал довольно много времени. Однако он всё равно считал приют своим домом. Оскар был настолько же взволнован недавними исчезновениями, как и Карг, так что последние несколько месяцев приходил в приют гораздо чаще.

Задворки столицы изначально не были особенно безопасным местом. Множество зданий здесь были полуразвалившимися и заброшенными. Можно сказать, что его приют находился в трущобах.

В приюте проживало много детей, так что он был крупнее всех зданий в округе. Тем не менее, он находился в ничуть не лучшем состоянии, чем остальные. Такому ветхому деревянному дому не позволили бы даже существовать в центре столицы. К счастью, он был намного крепче, чем выглядел. К тому времени, как Оскар добрался сюда, наступил уже вечер. Заходящее солнце отбрасывало длинные тени на переулки.

Он постоял перед зданием несколько минут, после чего обошёл его сзади.

— …Похоже, что ловушки работают, — произнёс Оскар, приложив руки к земле. Через несколько секунд он убрал их обратно. Он подошёл так к каждому углу здания и проделал то же самое. Наконец, он закрыл глаза и положил руку на само здание.

— Укрепление… довольно хорошо держится. Барьер и аккумулятор маны тоже работают вполне замечательно, — вздохнул Оскар с облегчением.

Хотя его действия казались случайными, обнаруженное им придало ему облегчение. Довольный тем, что принятые им меры безопасности работают, он подошёл обратно ко входу и постучал в дверь.

Морин говорила ему, что приют всегда будет его домом, и что ему не нужно быть таким формальным, но, с тех пор как переехал, он чувствовал, что всё равно будет лучше постучаться.

— Хм-м?.. — Обычно кто-нибудь из детей ответил бы, но никто не пришёл.

«Может я постучал слишком тихо?» — решил Оскар попробовать снова. Ответа всё равно не было. Он не смог услышать даже звуков играющих детей.

— Тц?! — возникло у Оскара очень плохое предчувствие от происходящего. Должно быть что-то случилось. Для него приют и люди в нём были важнее всего остального.

— Мама! Ребята!

Какая-то маленькая, рациональная часть его разума говорила ему о необходимости успокоиться и оценить ситуацию. Однако его тело двигалось само по себе. Каждая секунда была важна.

Он вырвал нараспашку входную дверь и побежал в гостиную.

— Дилан! Корин! Руус! Кэти! Где вы все?! Мама! — выкрикивал он имена детей, несясь в гостиную. Сейчас было обычное время для ужина.

Его сердце заметалось, когда он не услышал ответа, и он практически сорвал дверь в гостиную с петель. Внутри он обнаружил…

— С возвращением, дорого-о-ой. Выберешь поужинать, принять ванну или… меня, Миледи-тан? — сказала девушка, которую он не узнал. На ней был фартук с множеством оборок, и она выглядела на 14-15 лет.

Её длинные золотистые волосы были завязаны в конский хвостик, и он словно игнорировал гравитацию, раскачиваюсь туда-сюда. Её стройные ноги были скрыты чулками, доходившими выше колена. Она мило согнула одну ногу назад, стоя на другой. Под фартуком на ней было платье без рукавов, а в одной из рук она держала половник. Она сделала знак «V» свободной рукой и подмигнула Оскару.

Он мог поклясться, что звёздочки вылетели от этого подмигивания.

Поза была настолько идеальной, что это раздражало его. Столкнувшись с таким неожиданным зрелищем, Оскар отреагировал единственно возможным образом.

— Извините, похоже, я ошибся домом, — закрыл он дверь в гостиную и попятился назад.

«Должно быть, я действительно перепутал дом. Ха-ха, наверно я переутомился, столько проработав».

Однако эта загадочная и странно радостная девушка ни за что не собиралась позволять Оскару сбежать.

— Постой, не уходи! Не могу поверить, что ты закрыл дверь передо мной! Невероятно красивая девушка предложила тебе себя, так что ты сейчас должен быть тронут до слёз! Я уверена, что ты хочешь поглазеть на эти идеальные ножки! Между моей юбкой и чулками видно как раз подходящее количество кожи. Я знаю, что ты не можешь противостоять им. Мы оба знаем, что ты развратник, О-кун!

«Ох, заткнись уже. Хватит вести себя так, словно мы лучшие друзья, когда я даже не знаю тебя. Кроме того, очевидно, что ты сумасшедшая».

За секунду Оскар уже принял решение о том, что за человек была эта девушка. Он поправил свои очки и заговорил настолько спокойно, насколько возможно.

— Ты сказала, что тебя зовут Миледи, верно? Похоже, что ты забрела не в тот дом. Становится поздновато. Разумеется, ты должна быть на пути к себе домой. На случай, если ты пришла сюда преднамеренно, это значит, что ты вторглась в чужой дом. В Велке вторжение в чужие дома — это серьёзное преступление. Если не уйдёшь в течение следующих трёх секунд, то я задержу тебя, — ухмыльнулся Оскар, бросив Миледи едва прикрытую угрозу.

— Это совсем не едва прикрытая угроза! Ты явно хочешь от меня избавиться! Как грубо! Чтобы ты знал, это была моя судьба — встретить тебя, О-кун!..

— Ладно, три секунды прошли. Подними руки вверх, — достал Оскар маленький объект из кармана. Это был передатчик. Его дальность ограничивалась столицей, но это всё равно было ценным оборудованием, которое обычно могли позволить себе только достаточно богатые дворяне. Естественно, он сделал его себе сам. Девушка тоже узнала его и начала паниковать. В этот миг кучка детей прыгнула ей в защиту.

— Уаааа! Братик, стой!

— Она не подозритель… Ладно, она очень подозрительная, но она наш гость!

— Братик, пожалуйста, прости её. Я тоже извинюсь! Прости, что она такая раздражающая.

— Я не виновата, братик! Это всё вина шумной девушки!

Дети повылезали из разных укромных мест в гостиной. Оскар смог так спокойно разбираться с Миледи, потому что заметил детей, выглядывающих из своих укрытий, когда она снова открыла дверь.

— Слышать, как они так беспечно оскорбляют меня, немного больно… — пробубнила Миледи, опускаясь на пол. Оскар вздохнул и повернулся к взрослой женщине, которая только что вошла в гостиную.

~~~~~~

— Не могу поверить, что даже ты ввязалась в это, мама…

— Прости. Но Миледи-сан выглядела такой взволнованной насчёт этого розыгрыша. И я никогда не видела, чтобы ты чему-то удивлялся, так что я подумала, что это будет весело.

— Весело, да?.. Ну, мне было не очень весело. Я очень волновался за вас, ребята, — снова вздохнул Оскар.

Морин, руководительница приюта и всеобщая приёмная мать, улыбнулась ему. Она уже приближалась к семидесяти годам, но выглядела едва ли день за тридцать, когда улыбалась.

Как только все успокоились, Оскар сел вместе с детьми ужинать. Девушка, которая назвалась Миледи, тоже к ним присоединилась. Оказалось, что она пришла сюда, потому что у неё было дело к Оскару. Он спросил её, зачем она пришла, но выяснилось, что это долгая история, так что по рекомендации Морин они решили сперва поужинать.

Изысканные манеры, с которыми ела Миледи, предполагали, что она была благородного происхождения. Две семилетних девочки, которые сидели рядом с ней, Корин и Кэти, начали перешёптываться.

Они обе покраснели, глядя на Оскара, после чего пропищали друг другу. Он сомневался, что они говорят о нём что-то хорошее. Оскар подозрительно глянул на Миледи, но она лишь улыбнулась ему.

«Как же она бесит», — отчаянно хотел Оскар сказать ей это в лицо. Но не сказал. Он не хотел подавать плохой пример своим миленьким маленьким сёстрами.

Корин завязала свои красные волосы в конский хвост в таком же стиле, что и Оскар. Из всех детей в приюте она была самой стеснительной. Её щенячий взгляд также мгновенно делал рабом любого, кто не был членом её семьи. Они уже привыкли к нему.

Кэти с другой стороны завязала свои каштановые волосы в две косички по бокам, и была самой недоверчивой из всех детей. Кроме Оскара и остальных детей в приюте она никому не доверяла.

Тот факт, что эти две девочки расслаблялись рядом с Миледи, подразумевал, что пусть она и раздражающая, и, вероятно, немного тронутая умом, но не плохой человек.

Из-за этого Оскар не считал, что будет правильно оскорблять её.

— Ясно-ясно, значит О-кун добрый надёжный старший брат.

— Ага-а! Братик может сделать что угодно! — улыбнулась Корин и гордо выпятила грудь.

Оскар улыбнулся в ответ. Миледи ухмыльнулась. Оскар нахмурился.

Дети совсем позабыли про еду и начали объяснять Миледи, насколько же поразительным был Оскар.

— Именно, Миледи-сан. Все игрушки и вещи в доме сделаны братиком. И он сделал их все, когда был младше, чем я сейчас! — похвалился достижениями Оскара самый старший ребёнок в приюте, Дилан. Он был посредником между всеми остальными детьми. Как и Корин он собрал свои коричневые волосы в конский хвост на манер Оскара.

— А знаешь что ещё? Братик работает в Мастерской Оркуса! Тамошний глава лично взял его к себе! Разве не поразительно?! — засверкали глаза Кэти, пока она говорила.

— Братик дал всем нам кое-что, чтобы показать, что мы связаны, — протянула Корин маленькую монету, висящую у неё на шее. Остальные дети тоже подоставали свои монеты. Они ни капли не выглядели ценными, так что никто не стал бы пытаться их украсть.

Тем не менее, Миледи не стала смеяться над тем, как они дорожат этими монетами.

— Ухты, вы все так близки, даже завидно! — выглядела она искренне впечатлённой. Дети гордо улыбнулись и продолжили потчевать Миледи рассказами о поразительности Оскара.

— Р-Ребята, ну же, хватит уже… — в смущении попытался Оскар остановить их. Однако прежде, чем он смог, Миледи оборвала его.

— Расскажи мне ещё, братик! Я хочу услышать ещё о том, какой ты замечательный, братик! Я знала, что права, выбирая тебя, братик! Ты ведь тоже так думаешь, братик?! Эй, бра…

— Назови меня братиком ещё раз, и я прикончу тебя, — хотя Оскар улыбался, в его глазах стояла жажда убийства. Он пытался вести себя цивилизованно, чтобы показать хороший пример своим младшим родственникам, но больше не мог этого выносить.

— Ара, у тебя есть удивительно дикая сторона, О-кун… — по какой-то причине покраснела Миледи.

— Пожалуйста, прекрати называть меня и О-куном, — смог он овладеть своими эмоциями и снова заговорить спокойно. Всё же он не хотел вести себя грубо перед лицом своей семьи. Хотя внутренне он всё ещё думал: «Назови меня О-кун ещё раз, и я придушу тебя».

Миледи уставилась на него на мгновение, прежде чем ответить…

— Не хочется! — заявила она, всё время продолжая улыбаться.

Прозвучал громкий щелчок, когда Оскар сломал вилку, которая была у него в руках. Дилан и остальные повернулись в сторону руки Оскара. Но к тому времени, как они взглянули, она уже была как новая. Он восстановил её трансмутацией. Дети озадаченно наклонили головы.

— Ухты, поразительно! Никогда не видела подобного!

Чтобы незаметно починить, Оскар зашёл настолько далеко, что скрыл даже сияние своей маны, но Миледи просто взяла и раскрыла его.

Холодный голос, который звучал более раздражённым, чем ощущал себя Оскар, пронзил последовавшую тишину.

— Разве он сейчас не просто «побитая псина»?

Дилан и остальные удивлённо обернулись. Заговорившим был Руус. Он смотрел в свою тарелку. У Рууса были чёрные волосы, стоящие торчком, и ему недавно исполнилось одиннадцать лет.

— Эй, Руус! — закричал Дилан на него. Однако Руус поднял глаза с тарелки и зыркнул на Дилана.

— Это правда! Хотя работает в Мастерской Оркуса, он не делает оружия. Он просто «побитая псина», которая способна принимать запросы только от обычных горожан! Все об этом знают! — целенаправленно старался Руус не смотреть на Оскара.

Как и Оскар, Руус был Синергистом. Среди сирот он был тем, кто больше всего равнялся на Оскара. Когда Оскар ещё жил в приюте, Руус следовал за ним повсюду. У них у обоих были приметные чёрные волосы, и люди часто принимали их за настоящих родственников.

— Руус, извинись перед Оскаром. Это было очень грубо с твоей стороны, — до сих пор всегда улыбалась Морин, но слова Рууса заставили её нахмуриться. Её голос был мягким, но настойчивым.

Руус колебался секунду, но затем упёрто повторился.

— Но это правда! Если он не «побитая псина», тогда он должен всем показать! Если покажет, насколько он действительно силён, то тогда все эти придурки заткнутся, но он ничего не делает! И знаешь почему — потому что он не может! Он всё время просто ухмыляется как идиот, что бы ему ни говорили! Он просто слабак, который не хочет сопротивляться!

Это выглядело так, словно в нём прорвало дамбу. Как только слова полились, он не мог остановиться. Ему казалось предательством то, как человек, которого он так идеализировал, стал вот таким.

Оскар тоже это понимал, так что ничего не говорил. Он просто как обычно улыбался. Если он действительно был так хорош, то должен был показать это. Если не сделает так, то это лишь ранит Рууса ещё больше.

Руус хотел, чтобы Оскар возразил ему, сказал, что это неправда. Но вместо этого он получил улыбку Оскара, которая только ещё больше его раздражала. Руус встал, неспособный больше оставаться в помещении.

— Это непра-а-а-авда~, — остановил его радостный голос. — Ты тоже считаешь, что О-кун — поразительный, не так ли, Руус-кун? Я это вижу.

— В-Вовсе нет!

— Счита-а-аешь~. Мои особые глаза Миледи видят всё насквозь! Я понимаю, как именно ты себя чувствуешь~. На самом деле ты считаешь, что О-кун поразителен, я знаю! — самодовольно произнесла Миледи.

Все удивлённо уставились на Миледи, даже Оскар. Её голос был как всегда весёлым, но её слова обладали странной весомостью.

— Вот почему я хотела увидеть О-куна. Я так долго искала кого-то вроде тебя, — повернулась она к Оскару, её взгляд впился в него.

Она заговорила вновь, но едва громче шёпота.

— Наконец-то нашла тебя, — прикрыла она глаза и улыбнулась.

Она выглядела искренне счастливой тем, что смогла встретить его. Оскар ощутил, как его сердце замерло на миг. «Что она вообще знает обо мне?»

Да, разумеется, его сердце должно быть замерло на миг из-за беспокойства от того, откуда она так много знает про него. Безусловно, не по какой-то другой причине. По крайней мере, так Оскар продолжал твердить себе. Он поправил очки, чтобы скрыть выражение лица.

К сожалению для него, глаза Миледи действительно могли видеть сквозь всё.

— Чего-о? Чего-чего-о~? Мои глаза меня ведь не обманывают? О-кун, у тебя только что сердце замерло на миг? Моя улыбка была такой очаровательной? Ну, была ведь? Ну же, ну же, давай, скажи-и-и~.

— Достала, — по крайней мере, в этот момент он действительно ощущал именно это.

Диалог Миледи и Оскара разрядил напряжённую атмосферу, которая окутала обеденный стол, и все вернулись к ужину. Даже Руус сел обратно и угрюмо уставился в свою тарелку.

Однако слова Миледи продолжали кружиться в голове Оскара. Он не знал, зачем она пришла к нему, но мог уверенно сказать, что это очень важно для неё.

Её заявление почти что прозвучало как признание в любви. По крайней мере, Корин и Кэти точно выглядели посчитавшими это именно этим. Они постоянно переглядывались между Миледи и Оскаром.

— Экхем… Миледи-сан, теперь, когда мы поели, думаю самое время рассказать тебе, зачем ты пришла.

— Ну же, к чему такая формальность. Мы же друзья, верно, О-кун? Не надо вести себя так холодно!

— Что значит «друзья»? Я встретил тебя только сегодня. Что важнее, почему…

— Не скажу! Пока ты не станешь звать меня «Миледи-тан» — отказываюсь.

— Х-Ха-ха… а ты забавная. Как бы то ни было, закончим с шутками… — заканчивалось терпение Оскара. К сожалению, было похоже, что Миледи это без разницы.

— Постой, только не говори мне… причина, по которой ты так холоден ко мне — ты уже отдал кому-то своё сердце?!

— Ха?

— Ясно… теперь я понимаю. Мой превосходный интеллект выяснил правду. Мне стоило ожидать, что О-кун захочет сделать Корин-тян и Кэти-тян своими жёнами!

— Если не заткнёшься, то я зашью твой болтливый рот, — неспособный больше сдерживаться, набросился Оскар на Миледи. В то же самое время Корин и Кэти охнули.

Он повернулся и увидел, что Корин ярко покраснела. С другой стороны Кэти отказывалась встречаться с ним взглядом.

— …Братик, ты действительно хочешь взять меня в жёны?

— Н-Ну, я не хочу выходить за него! Н-Но, если братик очень настаивает, тогда…

Они серьёзно восприняли слова Миледи. Тем временем его братья взглянули на него с отвращением.

— Брат, я уважаю тебя, но это немного чересчур…

— Тц… мне стоило понять, что «побитая псина» был ещё и извращенцем.

Они тоже всерьёз восприняли слова Миледи. Дилан и Руус немного отодвинулись от него. После этого Миледи нанесла добивающий удар.

— Ох, О-кун… ты такой лоликонщик!

Оскар снова поправил очки, полностью потеряв над собой контроль.

— Всё, вылезай из-за стола! Сейчас я тебя прикончу! — словно воплощение хаоса, схватил Оскар Миледи за шиворот и потащил на улицу.

~~~~~~

Бледный свет луны сиял сквозь просветы в облаках. Оскар и Миледи не сводили друг с друга глаз на заднем дворе приюта, стоя под полумесяцем, который безусловно станет ключевой частью воспоминаний об их первой встрече…

Хотя Оскар выбросил её за дверь, она словно проигнорировала гравитацию, легко приземляясь на ноги.

— О-кун, ты чудовище! Не могу поверить, что ты выбросил кого-то вот так из своего дома! Ты вообще человек?!

— Сказала девушка, только что проигнорировавшая притяжение земли, — вздохнул Оскар. Он понимал, что если позволит и дальше продолжать этой девушек водить его за нос, то разговор ни к чему не придёт. Он остро уставился на Миледи, демонстрируя мрачный вид, который никогда не показывал детям.

— Итак, что ты в действительности хочешь от меня? Я подыграл твоей тупой игре. Самое время тебе прояснить всё.

Во время ужина Оскар беспокоился, что она может попытаться взять детей в заложники. Она понравилась и Морин, и детям, так что она вероятнее всего не была злодейкой. Однако она знала то, что не должна была. Она заявляла, что пришла повидать Оскара, но вместо того, чтобы идти к нему домой, она направилась прямиком в приют. Преднамеренно или нет, но она по сути говорила: «Я могу достать твою семью, если захочу».

И поэтому он сменил тактику.

Если дети ошибались в ней, и она действительно собиралась причинить им вред, тогда он устранит её без задней мысли.

— Не зыркай на меня та-а-ак~. Разве тебя не учили хорошо обращаться с девушками?

— … — единственным ответом Оскара было то, что он стал смотреть пронзительнее. Он совсем не был похож на побитую псину, которым все его считали.

— Ахаха, полагаю, мне наверно стоит стать серьёзнее? Как бы то ни было, извиняюсь за случившееся. Я не хотела создать недопонимание. Слушай, я клянусь, что не собираюсь вредить твоей семье. Я серьёзно. Не вру.

Оскару было тяжело поверить в это, но он всё равно кивнул.

— Я пришла сперва увидеть твою семью, потому что хотела больше узнать о тебе, О-кун. Я также ходила по округе, расспрашивая горожан.

— Значит, ты не знала об этом месте заранее?

— Я пришла сюда в погоне за слухами, правда. Мне сказали, что где-то здесь есть гениальный сирота. Я посетила много разных стран, проверяя все приюты, которые могла найти. Я искала гения. Хотя теперь задумавшись, не было никаких гарантий, что гениальный сирота всё ещё является ребёнком.

Оскар понимающе кивнул.

Даже пока Миледи валяла дурака, её движения были утончёнными. Он предположил, что она выросла в семье дворян, или в качестве слуги у одного из таких. Её слова ещё больше укрепили это предположение. Это стало своеобразной причудой среди дворян — искать одарённых людей и забирать их в свой дом.

Миледи развернулась и взглянула на луну. Через несколько секунд она глянула на Оскара через плечо.

— Только после того, как поговорила с детьми, я узнала про твои способности.

Оскар прищурился. В них появился угрожающий блеск.

— Мои способности? Я просто жалкий Синергист, который делает лишь домашнюю утварь.

— Ахаха, ты такой шутник, О-кун. Ни один неудачник не сможет создать твои магические предметы. Скорее, они настолько хороши, что их впору называть артефактами.

Глаза Оскара широко раскрылись от удивления. Он ожидал, что Миледи услышала слухи о том, насколько он одарённый, или что он скрывает свои таланты, и поэтому она посчитала его опытным.

«Только подумать, она догадалась, что за сигнализацию я установил вокруг этого дома…» – опасливо глянул на неё Оскар.

— Серьёзно, хватит зыркать так на меня! Я стою здесь, зная, на что она способна, так что, может, доверишься мне хоть немного?

— Тц, ну…

Ловушки, расставленные Оскаром вокруг приюта, были смертельны. Всего одним словом он мог окутать свою цель градом молний, ветра, льда и огня. Кроме того, как только изгонит нарушителей, создавался пятислойный барьер и начинал громко трубить тревогу. Если нарушители каким-то образом смогут пробраться за барьер, то снова будут вызваны его ловушки. Сверх того, все входы в здание были усилены прочнейшим материалом из всех, что мог найти Оскар.

На первый взгляд здание выглядело обветшалым, но Оскар трансформировал дом в крепость, чьи стены были прочнее стали. Также любая попытка проломить их вызовет контратаку ударом электричества. Оскар трансформировал их в динамическую броню.

Это было настоящим масштабом навыков Оскара. Он был не просто гениальным Синергистом, он мог вкладывать магию в руду. Другими словами, создавать артефакты.

Он мог использовать магию Эры Богов. Магию, которую, согласно легендам, использовали боги, когда ещё ходили по земле. Про тех, кто пробуждал в себе такие способности, говорили, что они унаследовали кровь богов — по-простому их ещё называли «Атавистами».

Он не просто так сказал Каргу, что его способности ненормальны. Помимо всего прочего, он мог свободно контролировать свою ману, и ему не нужны были магические круги для применения магии. Создание вещей, которое занимало у обычных ремесленников годы, было детской игрой для Оскара. Настолько огромной была разница между его способностями и способностями обычных людей.

— Честно говоря, этот приют защищён лучше, чем даже королевский дворец. Ни один простой Синергист не смог бы создать защитный механизм уровня артефакта.

Каким-то образом Миледи видела всё это насквозь. Оскар действительно не мог ослаблять бдительность рядом с ней. В ней было нечто большее, чем предполагало её легкомысленное поведение.

— Если считаешь, что мне нельзя доверять, то почему не активируешь свою крепость и не выкинешь меня? Если ты так не сделаешь, я не уйду, пока ты меня не выслушаешь.

«А, теперь я понял», — было похоже, что Оскар что-то осознал.

У Миледи действительно не было никаких тёмных скрытых мотивов. Она нашла это место по случайности. Однако она была поражена защитой этого места, так что поспрашивала, кто тут живёт. Из этого она узнала об Оскаре, а затем решила подождать, пока он не появится.

Прямо здесь, где Оскар обладал доступом к своему сильнейшему оружию.

Она позволила ему притащить её на задний двор, но не ушла, чем доказывала то, что она полностью в его власти.

— Тогда почему бы тебе не попробовать вести себя серьёзней? Из-за твоего глупого поведения тебе трудно довериться, — слегка расслабился Оскар. Он позволил напряжению покинуть его плечи и прекратил пристально зыркать.

— Без понятия о чём ты-ы-ы~. Я просто обычная, жизнерадостная, счастливая, красавица~, — снова подмигнула она ему, приняв ту же клишированную позу, что и в прошлый раз. Это чертовски раздражало Оскара.

Было поразительно, что кто-то смог так объединить легкомыслие и серьёзность. Было похоже, что он приглянулся какой-то очень странной девушке. У него начинала болеть голова просто от общения с ней.

— Ладно, и о чём ты хотела поговорить? Дай угадаю, ты хочешь, чтобы я сделал тебе артефакт?

— Неа, совсем мимо~. Тебе решать, хочешь ли ты сделать для меня что-нибудь. Постой, только не говори мне, ты что — получаешь удовольствие, когда тобой командуют женщины? Прости, на самом деле меня не интересует такое…

— …Змея Грома.

— Абабабаба, аба-а-а-а-а?! — задёргалась Миледи, когда Оскар ударил её одной из мер противодействия вторгающимся в приют. То, что он активировал, призвало змееподобные наэлектризованные провода из-под земли, которые обвились вокруг Миледи.

Когда электричество рассеялось, Миледи плюхнулась на землю.

Оскар поправил очки, после чего взглянул на неё сверху.

— Я не извращенец! — закричал он на неё.

— С-Сперва ты атакуешь меня, теперь кричишь на меня… Я не ожидала такого…

Дрожа, Миледи поднялась обратно на ноги. Струйки дыма поднимались с её одежды.

— Ты можешь сказать два предложения, не вставив между ними шутки?

— Это одна из моих лучших черт, я не могу остановиться. Не мог бы ты принять меня такой, какая я есть, О-кун?

Оскар просто молча зыркнул на неё. Подувшись некоторое время, она выпрямилась и приняла серьёзный вид. Сердце Оскара снова замерло на миг, и он внутренне выругался на себя.

— У меня есть только одна цель… Оскар-кун, я хочу тебя.

— Ты… хочешь меня? Что ты имеешь в виду?

«Это же не то, о чём я подумал, верно?»

Миледи взглянула на луну.

— Это мир… тебе никогда не казалось, что с ним что-то не так?

— Хн… — смолк Оскар. Он не мог сформулировать ответ.

— Ну, О-кун? Ты Синергист, который явно на ином уровне, чем все остальные. Если покажешь всему миру свои навыки, то наверняка станешь самым знаменитым среди живущих. Хотя скорее тебя даже запомнят в истории, как героя. И всё же ты упорно скрываешь свои способности. Чего ты так боишься?

«Разве не очевидно? Если бы я сделал так, то важные шишки всего мира стали бы искать меня».

Конечно, он мог получить славу и почёт. Чёрт возьми, да он мог бы даже оставить своё имя в истории. Но он больше не будет свободен. И самое важное…

— Это Священной Страны Элбард, или вернее церкви, стоящей за ними, ты так боишься?

— Я должен был понять, что ты догадаешься. Всё же, ты знаешь о моих способностях, — невольно криво улыбнулся Оскар.

Конечно, Оскар боялся потерять свою свободу. Но больше чем это он боялся церкви.

Церковь Света[✱]Для точности «Церковь святого света», тогда как в основной серии действует «Церковь святого писания». Подробнее — в послесловии.… Во главе с единственным богом-творцом Эхитом, они следовали учению, утверждающему, что люди стоят превыше всех остальных видов, и проповедовали, что люди должны править всеми. Почти все люди на континенте были их последователями, независимо от принадлежности разным странам.

Те, кто обнаруживали в себе способность использования магии Эры Богов, или особой магии, которую могли применять лишь монстры, признавались «потомками богов» и брались под опеку.

Силой, если придётся. Оскара постигла бы такая же судьба, раскрой он свои способности.

Как-никак, Церковь Света была настолько сильна, что стала целым государством. По факту лидером Священной Страны Элбард был Папа Церкви Света. В одиночку Оскар никогда бы не смог вырваться из их лап. Даже если бы смог, неизвестно, что бы они могли сделать с его семьёй.

Миледи понимающе улыбнулась Оскару.

— Сбежать от Церкви Света будет непросто. Куда бы ты ни отправился, они будут рядом. В каждом королевстве, в каждой деревне можно увидеть их порчу, — практически выплюнула она эти слова. — Естественно ты напуган. В смысле, только подумай. Они ведь должны контролировать только одну страну. Но погляди, куда бы ни пошёл, везде есть их храмы. Каждая страна принимает их, и даже позволяет им диктовать национальную политику.

— Э-Эй, не стоит вот так просто говорить это вслух… — нервно огляделся по сторонам Оскар.

Оскорбление Церкви Света было равносильно самоубийству. Если бы кто-то услышал, как Миледи говорит это, она была бы казнена без всяких вопросов. Но Миледи не остановилась.

— Даже когда страны воюют, стоит Церкви Света сказать слово, и они тут же прекращают. А когда стоит мир, одно их слово может начать войну. Мы слишком боимся быть заклеймёнными еретиками, чтобы делать то, что правильно, или хотя бы законно. Нас научили, что воля Эхита превыше всего, а то, что любишь, и справедливость — второстепенны. Вернее, они вообще ничего не значат.

— М-Миледи…

Миледи повернулась обратно к Оскару, её сверкающие голубые глаза смотрели прямо на его. Чистота в них отражала её непоколебимую решимость. Оскар невольно сглотнул.

Она смотрела на него неотрывно несколько секунд, после чего улыбнулась.

— О-кун, ты должно быть тоже осознал, насколько искажён этот мир. Больше королей этого мира, ты боишься так называемой справедливой Церкви Света. Вот почему ты прячешься. Чтобы они не навредили твоей семье, пытаясь достать тебя.

Обычно, когда кто-то оскорблял Церковь Света, их тут же объявляли еретиками. Причиной тому было то, что если так не поступишь, то тоже будешь считаться еретиком. Если не был особенно близок к богохульнику, то не было никаких причин не сдать его.

Но Оскар не выдал её. Каким бы потрясённым ни был, он не хотел останавливать Миледи. Потому что она говорила о том, о чём он всегда думал, но не осмеливался сказать.

Миледи была переполнена радостью наконец-то встретить того, кто не был ослеплён верой в Эхита. Окрылённая молчанием Оскара, она продолжила.

— Знаешь, я принадлежу одной организации.

— Организации?

— Да. Мир, где люди живут по законам, в соответствии с собственной моралью. Мир порядка и справедливости. Мир, где все свободны высказываться против несправедливости. Где люди собираются вместе, чтобы обсудить, что правильно. Где разные мнения и идеи ценятся, а не подавляются. Мир, где люди могут быть свободны — это цель нашей организации.

— Ты планируешь основать новую религию что ли? — едва удалось Оскару сохранить выражение недоверия на лице. Он поздравил себя за то, что смог сохранить достаточно самообладания, чтобы ответить шуткой.

Тем не менее, её слова потрясли его до самого основания. Идеалы, поддерживаемые организацией Миледи, означали, что они, по сути, были бунтовщиками. Сборищем еретиков, которые отвергали правление Церкви Света.

Это были не шутки. Она приглашала его в организацию, которая фактически сделала всё человечество своим врагом.

— Ты считаешь, что мы кучка чокнутых террористов, да?.. Ахаха, ну, полагаю, ты не совсем ошибаешься.

— Пожалуйста, уходи, — ответил Оскар на легкомысленный комментарий Миледи прямым отказом. — Прости, но мой ответ — нет. Я обещаю, что никому об этом не расскажу, так что прошу, никогда больше не приближайся ко мне или моей семье.

Он говорил тихо, но его лицо было смертельно серьёзным.

Миледи посмотрела на Оскара пару секунд, прежде чем тихо ответить.

— Ясно… — развернулась она и пошла. Её удаляющаяся фигура казалось Оскару невероятно маленькой.

Было сложно представить, что такая маленькая девушка, как она, сражается со всем миром. «Что, чёрт возьми, заставило её сделать такой суицидальный выбор? Может быть, она просто сумасшедшая…» — Оскару было бы куда проще, будь оно так на самом деле. Тогда он смог бы убедить себя, что её слова совсем его тронули.

— А, точно, не мог бы ты сказать всем, что еда была замечательной?

— Скажу.

Миледи оглянулась назад и улыбнулась Оскару. Затем, не сказав больше ни слова, она исчезла во тьме ночи. Словно она была всего лишь призраком.

Оскар стиснул зубы, удерживая себя от того, чтобы сказать что-нибудь.

Они никогда больше не увидятся. «И это к лучшему», — продолжал он твердить себе.

На следующий день…

— Здравствуйте, добрые обыватели Мастерской Оркуса! Я всемирно известная красавица, Миледи! Где мой милый, маленький О-кун? — появилась Миледи на работе у Оскара.

Несколько суровых мастеров озадаченно уставились на девушку, которая появилась с заднего входа. Было похоже, что Миледи позабыла свои манеры в утробе матери, нагло пройдя мимо растерянных ремесленников, даже не извинившись за вторжение.

— Ухты, как и ожидалось от одной из трёх крупнейших мастерских Велки — очень впечатляюще. Всё же эта страна известна своими технологиями. Тут повсюду мастера-ремесленники!.. — воскликнула в изумлении Миледи, оглядывая мастерскую.

В дальнем конце мастерской Оскар онемел от происходящего. Он ожидал больше никогда не увидеть Миледи. Надеясь избежать обнаружения, он быстро спрятался.

Он был рад, что сегодня было достаточно заказов, чтобы он смог спрятаться за горой из законченных изделий.

«К-К-Ка-Какого чёрта она тут делает?!» — постоянно поправлял он свои очки.

Ремесленники переглядывались между собой, гадая, чья это девушка.

Хотя она лыбилась как идиотка, её дорогая одежда обозначала, что она благородного происхождения, или как минимум богата. Обычно любого, кто вот так бы вломился в мастерскую, тут же выкинули бы за порог, но Миледи вела себя настолько нагло, что ремесленники колебались. Особенно из-за того, что если она была дочерью какого-то дворянина, то они не могли позволить себе быть с ней грубыми.

Как раз, когда кто-то побежал к шефу, молодой человек вышел вперёд. Хотя был дворянином, он потирал руки словно торгаш. Пинг никогда не стал бы упускать возможность завести важные связи. Он улыбался настолько льстиво, насколько мог.

— Госпожа, что вам необходимо? Если не возражаете, могу ли я чем-нибудь вам помочь? А, простите, что не представился сразу. Я Пинг Варесс, сын виконта Варесса.

— …Добрый день! Я — Миледи, — внимательно рассматривала Пинга Миледи несколько секунд, но затем снова разразилась улыбкой и представилась. Однако наблюдавшие со стороны легко могли понять, что эта улыбка фальшивая.

— Госпожа Миледи, значит. Прекрасное имя, подходящее такому прекрасному человеку, как вы. Прошу прощения за расспросы, но из какой семьи вы происх…

— Это имеет значение? — всё ещё улыбалась Миледи, но её глаза были холодны. Даже такой тупой дворянин, как Пинг, уловил послание. Он спешно попыталась загладить случившееся и вернуть её благосклонность.

Раз она могла позволить себе такое отношение к Пингу, сыну виконта, тогда она действительно должна была быть очень важной дворянкой. Или, как минимум, так посчитал Пинг.

— О, нет-нет-нет, совсем никакого. Приношу свои извинения. Действительно, простите меня. Как бы то ни было, что вам необходимо? Гарантирую, что я, наследник семьи Варесс, смогу исполнить любой заказ, который вы сделаете! — даже после этого он всё ещё пытался торговать именем своей семьи. Торпа и Рауль тоже поспешили к Миледи, надеясь завоевать её расположение.

Однако прежде, чем они добрались до неё, Миледи сбросила бомбу на Пинга.

— О-кун… то есть, Оскар-кун здесь? Я пришла увидеться с ним…

— Э? О-Оскар? — расширились глаза у Пинга. Торпа и Рауль встали как вкопанные. Даже ремесленники перестали работать.

Оскар внутренне простонал: «Да что ты несёшь?! Чёртова девка! Моё положение в мастерской и так уже достаточно плохое, и теперь ты сделала его в десять раз хуже!». Остальные ремесленники не могли поверить, что дворянская госпожа спрашивала самого менее опытного члена мастерской. Что ещё удивительней — она звала его прозвищем.

Все повернулись взглянуть на секцию Оскара.

— Прошу простить мою прямолинейность, но какое дело у вас есть к Оскару? Вы наверное не знаете этого, но его навыки, в общем, слабоваты… У нас есть много других, более опытных ремесленников, которые с радостью выполнят ваш заказ.

— Хм? Я просто хочу посмотреть, как работает О-кун. На самом деле мне ничего не нужно. О, так вот он где работает? Спасибо, Варпин-сан~.

— Э-это, меня зовут Пинг Вар…

Прежде, чем он смог её поправить, Миледи умчалась к рабочему месту Оскара. Она проследила за взглядами остальных ремесленников, чтобы выяснить, где он был.

Тем временем, Пинг просто стоял на месте, растерянный. Высокородная дворянка пришла в Мастерскую Оркуса только чтобы посмотреть на работу Оскара.

Вскоре она заметила Оскара, прячущегося за горой коробок, и подскочила к нему.

— А, вот ты где, О-кун! Это я — Миледи-тян! Не виделись с прошлой ночи!

«О, замечательно, это вызовет ещё больше недопонимания», — напряглось лицо Оскара. Остальные ремесленники начали шептаться о том, что Оскар спит с дворянкой.

Пинг зыркал на Оскара, его глаза горели завистью и ненавистью. Он примчался к Миледи и Оскару, пытаясь вести себя вежливо, пока предупреждал её держаться подальше от Оскара.

— Госпожа Миледи, пусть он и является членом Мастерской Оркуса, но как я говорил ранее, он лишь третьесортный Синергист. Ему позволено работать здесь только по тому, что шеф сжалился над ним. Кроме того, он сирота. У него нет ни манер, ни образования. Разве вы не считаете, что такой видной леди, как вы, стоит быть более осторожной в выборе компании для себя? Как минимум, я не считаю, что он заслуживает…

— А? Так вы всё ещё здесь, Пиресс-сан? Всё уже в порядке, так что можете возвращаться к работе… Или, может, у вас нет никакой работы?

— Пф-ф-ф!.. — не смогли сдержать смех несколько ремесленников. Миледи попала в самую точку.

Независимо от того, намеревалась она его оскорбить, или просто сделала неосторожный комментарий, она попала Пингу в больное место. Он покраснел от смущения, и его поддельная улыбка затрещала по швам.

— Прошу прощения, но я…

— Это, Миледи-сан! Я закончил с тем, что вы заказали мне прошлой ночью. Вернее, я как раз собирался сейчас это вам доставить! Почему бы вам не присоединиться ко мне! И большое спасибо за покровительство! Я надеюсь, что вы снова обратитесь в Мастерскую Оркуса, если вам что-то понадобится! — быстро оборвал Оскар Пинга.

Он хотел остановить его, пока это не превратилось в драку. Он также подчеркнул, что она пришла к нему по работе, чтобы развеять любые возможные недопонимания.

К сожалению, было похоже, что Миледи не уловила намёка.

— Э? Заказала? Но, О-кун, о чём ты…

— Ну же, идём! — с нечеловеческой скоростью загрузил Оскар свою тележку и пристально зыркнул на Миледи. Он широко улыбался, но улыбка не доходила до его глаз.

Миледи покрылась холодным потом.

— Вот беда, наверно, я зашла слишком далеко… — прошептала она себе под нос, следуя за Оскаром.

Естественно, его ужасная актёрская игра ни капли не рассеяла подозрений у окружающих. Ремесленники переключились сплетничать друг с другом. Никто не обратил внимания на Пинга, который злобно уставился на Оскара.

~~~~~~

— Эй, эй, О-кун. О-кууун. Хватит игнорировать меня~. Эй, ну послушай меня-я-я~.

— … — молча шёл Оскар по улице, таща за собой тележку, нагруженную выполненными заказами.

Миледи шла рядом с ним, временами махая рукой у него перед лицом в попытке привлечь его внимание.

Поскольку Оскар был единственным ремесленником, который принимал заказы от обычных горожан, он был довольно известен в округе. Люди узнавали его фирменную тележку, и часто останавливались немного поболтать, когда он проходил мимо.

Однако в этот раз никто его даже не поприветствовал. Несмотря на то, что он привлекал больше внимания, чем обычно.

На то было две причины. Во-первых, странная девушка, скачущая вокруг Оскара. Во-вторых, мрачное выражение на лице Оскара.

Оно было вдвойне страшней, потому что никто и никогда не видел Оскара без его привычной улыбки, и всё же следующую за ним девушку это нисколько не смущало.

— Ты злишься? Типа, очень злишься? Ты действительно так не хотел, чтобы я приходила к тебе в мастерскую? Эй, эй, О-кун. Все парни теперь считают, что ты встречаешься со мной! Тебе там станет довольно тяжело работать! Но не беспокойся. Я ответственная молодая женщина! Я вернусь с тобой и расскажу всем, что происходит на самом деле! Я дам им понять, что всё, что меня интересует, это ты!

— Ты пытаешься окончательно уничтожить мою репутацию?! — внезапно встал на месте Оскар, после чего шлёпнул Миледи по голове, которая высунула её у него из-за спины.

По какой-то причине это сделало её счастливой. Её хвостик радостно закачался в разные стороны, отражая её эмоции.

— Ура. Ты наконец-то ответил, О-кун.

— Потому что я осознал, что игнорирование делает тебя только более раздражающей. Чёрт, ты словно ходячее бедствие, знаешь это?

— Эхехе, ты заставляешь меня покраснеть.

— Это вообще-то не было комплиментом. Серьёзно, ты что — померла бы, если повела себя как нормальный человек хотя бы пять секунд? — устало потёр Оскар виски.

Миледи была права, возвращение теперь в мастерскую не принесёт ничего приятного. Он задумался над тем, сделала ли его бестолковая актёрская игра хоть что-то, чтобы остановить слухи. Скорее всего нет.

Он также понял, что ему придётся держать это ходячее воплощение хаоса подальше от мастерской, если он не хочет, чтобы слухи стали ещё хуже.

— О-кун, что-то не так? Ты выглядишь как тот, кого только что уволили.

— И чья, по-твоему, это вина? Умоляю тебя, хотя бы осознай, что ты делаешь. Как бы то ни было, ты нарушила своё обещание. Я думал, что ты более искренний человек, но, полагаю, я ошибся в тебе, — снова начал идти Оскар.

— Прошу прощения, но я всегда держу свои обещания!

— Не в этот раз. Прошлой ночью ты сказала, что никогда не приблизишься ко мне или моей се… — остановился на полуслове Оскар, кое-что осознав. Когда он задал ей этот вопрос, Миледи сказала лишь…

— Я ответила лишь «ясно». Больше я ничего не говорила. Ты сам всё надумал~.

Другими словами, она признала, что Оскар хотел от неё этого. Но она не обещала действительно что-то делать.

— Н-Не могу поверить… — стиснул Оскар зубы в расстройстве. Он понимал, что это его собственная ошибка, что он не выдавил настоящее обещание из Миледи, но это нисколько не делало его менее злым. Особенно поскольку она только что посыпала ему соль на рану. Тем не менее, если он позволит своим эмоциям овладеть им, то это будет конец. Оскар поправил очки и изо всех сил постарался усмирить эмоции.

— Тогда я попрошу тебя ещё раз. Пожалуйста, больше не приближайся ко мне или моей семье. С учётом текущих обстоятельств, твои идеалы слишком опасны. Пожалуйста. Не втягивай в это меня и тех, кем я дорожу.

Миледи выбежала вперёд Оскара. Она повернулась к нему лицом и продолжила идти спиной вперёд, сложив руки за спиной.

— Не мои идеалы здесь настоящая опасность. А этот мир. Прошу, О-кун, не отворачивайся от правды. Даже без моих слов ты ведь уже понимаешь, какой искажённый и бесчестный этот мир, не так ли?

— …Да, но это не причина для того, чтобы обрушивать ярость мира на свою голову. Как минимум, сейчас мы живём в мирное время. Пока я буду жить тихо и не выделяться, никаких проблем не будет.

— …Ты действительно слабак, О-кун.

— Не слабак. Я просто реалист. В любом случае, не согласишься ли ты…

— Исключено!

— …Хочешь, чтобы я сдал тебя инквизиторам? — угрожающе дёрнулась бровь Оскара, но Миледи лишь улыбнулась и закричала.

— Не-е-е-ет!!! Не бросай меня, О-кун! Я сделаю для тебя что угодно!

— Миледи, чтоб тебя! Ты ведь намеренно прокричала на всю округу! — наконец потерял Оскар терпение, когда Миледи вцепилась в него и начала умолять.

Многие из наблюдавших за происходящим домохозяек печально покачали головами.

— Ара-ара, не могу поверить, что Оскар-кун заставил девушку плакать. Какой жестокий, — сказала одна из них. Остальные прохожие тоже ловили каждое слово.

Внимание всей улицы собралось на Оскаре и Миледи. Таким темпом инквизиторы придут сперва за ним.

— Проклятье, — пробубнил Оскар, утаскивая за собой Миледи.

~~~~~~

— Как долго ты намереваешься преследовать меня?

— Наверное, пока ты не согласишься присоединиться ко мне?

— Значит, ты будешь следовать за мной до конца своей жизни… Ладно, мне надо доставить заказы своим клиентам. Можешь ли ты пообещать мне, что хотя бы не будешь говорить им ничего вводящего в заблуждение? Или скорее, можешь пообещать, что вообще ничего не скажешь? Если нет, то я действительно сдам тебя инквизиторам.

— Ла-а-а-а-адно! Хе-хе…

Несмотря на холодное отношение Оскара, Миледи выглядела счастливой. Он подозрительно на неё глянул.

— Действительно так весело смотреть на мои реакции?

— Не особо, наверно? Я просто подумала, что хотя ты продолжаешь твердить, что я опасна, и не хочешь, чтобы нас видели вместе, ты не стал действительно доносить на меня инквизиторам.

— Не путай это с проявлением доброй воли. Я просто не хочу разбираться с проблемами, которые возникнут, если я сообщу про тебя. Я всё ещё хочу, чтобы ты ушла.

— Хм-м… — улыбнулась Миледи, её вид давал ясно понять, что она не поверила Оскару. Он покачал головой и изо всех сил попытался игнорировать её. Это продлилось лишь секунду.

— Слушай, О-кун. Прошлой ночью, когда я уходила, ты собирался что-то мне сказать?

— О ч-чём это ты говоришь? — оторопел Оскар. Он не ожидал, что она даже это увидит насквозь. Но хотя это было идеальной возможностью подразнить его ещё, её лицо было серьёзным.

Из-за её легкомысленности те моменты, когда она была серьёзна, выделялись ещё больше. Оскар обнаружил, что его затягивает в её пронзительные, бездонные глаза.

— Я не уйду, пока ты не расскажешь мне о том, что ты собирался сказать.

— …Не было ни чего такого. Может быть, я собирался сказать нечто вроде «поторопись и исчезни с моих глаз», но на этом всё, — с некоторым усилием он оттащил себя от этих глаз, после чего дал язвительный ответ.

— Ясно, — сказала она в ответ лишь это. После чего она вернулась к своему обычному, жизнерадостному состоянию.

— Эй, эй, О-кун. Какие вещи ты доставляешь?

— Мы почти пришли к первому клиенту. Владелица вон того ресторана заказала посуду.

Миледи кивнула и с интересом заглянула в коробки внутри тележки Оскара. Он ещё раз напомнил Миледи не говорить ничего, что может ввести в заблуждение, после чего постучался в заднюю дверь ресторана.

Крепко сложенная женщина ответила на стук.

— Ара, это же Оскар. Добро пожаловать! Раз ты стучишься с чёрного входа, значит, ты собираешься что-то доставить.

— Ага, держите, Дейзи-сан. Я принёс разделочные ножи и сковородку, которые вы заказывали. Товар вас устраивает? — вручил Оскар коробку, наполненную посудой. Она взглянула внутрь и согласно кивнула.

— Как и всегда, ты работаешь быстро. Я попросила их позавчера, а ты уже закончил. Большое спа… хм? Кто это? — взглянула Дейзи на Миледи, которая любознательно выглядывала из-за Оскара.

Он внутренне выругался. Он натянул самую лучшую свою поддельную улыбку и быстро придумал убедительную историю для прикрытия. Однако прежде, чем он успел хоть что-то произнести, заговорила Миледи.

— Привет! Я подруга О-куна — Миледи! Я пришла сегодня посмотреть, как выглядит его работа.

Оскар издал вздох облегчения, когда услышал, как Миледи нормально представляется. Он попытался дать Миледи знак уйти, но теперь Дейзи сильно заинтересовалась.

— Ара, я и не знала, что у Оскара есть такие милые друзья. Как давно вы друг друга знаете?

— Со вчерашнего дня! Когда я впервые встретила О-куна, мне показалось, словно пробежала искра. Вы понимаете, о чём я, мадам?

— О, конечно же! Когда я впервые повстречала своего мужа, мне показалось, словно меня ударила молния! Теперь понимаю, вот оно значит как. Молодец, Оскар. Мы все беспокоились за тебя. Ты красавчик и хорошо делаешь свою работу, но до сих пор ни разу даже не заигрывал с девушками. Я и остальные домохозяйки начинали подумывать, что стоит свести тебя с моей дочерью, если ты скоро никого не найдёшь!

Оскар знал, что девушки легко заводят дружбу между собой, но не ожидал, что Дейзи и Миледи так быстро и хорошо поладят. Они продолжали болтать, по большей части обсуждая смущающие вещи об Оскаре.

С каждой минутой происходящее становилось всё более неловким для него. Ему захотелось заползти в какую-нибудь дыру и умереть.

Сплетни домохозяек были тем, чего стоит бояться. Однако у него не было времени размышлять об их тайных встречах, на которых они обсуждали поиск ему жены, поскольку ему надо было что-то сделать насчёт Миледи, которая не так уж скрытно намекала, что сама пытается выйти за него.

Единственной спасительной соломинкой для него в этой ситуации было то, что Дейзи вряд ли догадается о правде. А именно, что Миледи подразумевала «я подумала, что этот парень идеально подойдёт для моей анархической группы», когда сказала, что ощутила удар током при их встрече.

— Дейзи-сан! Простите, что прерываю, но могу я уже объяснить, на что способны мои товары?

— Э? А, да. Извини, Оскар. Я немного увлеклась. Однако она очень хорошая девушка. Хорошо к ней относись, слышал меня?

Оскар ответил своей обычной улыбкой. Краем глаза он заметил, как Миледи лыбится, но проигнорировал её.

— Эм-м, итак эти ножи для разделки имеют зазубренные края. Благодаря этому они не застрянут, когда вы будете разделывать особенно плотное мясо. Однако сам я их не особо много тестировал, так что не могли бы вы сказать мне, как они держатся через месяц или около того?

И Дейзи, и Миледи одобрительно осмотрели ножи. Оскар продолжил, объясняя, как еда не пристанет к сковородке, даже если Дейзи не будет использовать масло. Одна из основных причин, почему Оскар был так популярен среди простолюдинов, заключалась в том, что он добавлял дополнительные штрихи своим товарам, наподобие этого.

— Ты всегда уделяешь внимание таким мелким деталям. Хорошо, я дам знать об этом моему мужу. И всегда, когда у меня будет возможность, я буду заглядывать к тебе, чтобы дать знать, какие ощущения от их использования. Кстати говоря, ты вырезал какое-нибудь странное название и на этих тоже? — с подозрением обследовала Дейзи ножи и сковородку.

Миледи озадаченно наклонила голову, и Оскар вздохнул.

— Нет, как вы и заказывали, я не выгравировал на них названия… Почему вообще вам это не нравится?

Дейзи ответила вопросом на вопрос, поглядывая на Оскара.

— …Просто ради интереса, как именно ты назвал эти ножи и сковородку?

Оскар гордо выпятил грудь, когда ему задали этот вопрос.

— Рад, что вы спросили. Ножи называются «Привет потрохам Вер.III», тогда как сковородка называется «Мастер Скольжения Альфа». Ну как вам? Круто ведь, верно? Всё же хотите выгравировать их? Я могу сделать это прямо сей…

— Нет, спасибо, — оборвала его Дейзи прежде, чем он смог закончить.

— Почему?.. — тихо промямлил Оскар, со слегка напряжённым лицом.

— О-кун… у тебя ужасный вкус в названиях.

— Что значит «ужасный»?! Разве ты не должна меня поддержать?! — прокричал Оскар. Дейзи согласно кивнула утверждению Миледи, оставив его без кого-либо, на кого можно было бы опереться.

Хотя Оскар был любим горожанами, они все единогласно считали, что названия на его товарах были ужасными. Хотя ему было больно так поступать, он начал соглашаться с просьбами клиентов прекратить их гравировать. Он также позаботился о том, чтобы они записывались по-простому в бухгалтерской книге мастерской. Все ремесленники Мастерской Оркуса обязаны были записывать сделки.

Таким образом, ему не приходилось слушать, как люди называют его вкус в названиях ужасным.

Оскар взял деньги от Дейзи, после чего быстро двинулся к следующему клиенту. Он всё ещё немного дулся насчёт названий.

Оставшаяся доставка прошла достаточно гладко, но каждый из разговоров понемногу оставлял его всё более психически выжатым. Во время каждой передачи товара Миледи становилась дружной с клиентами и вызывала какое-нибудь недопонимание, которое Оскар отчаянно пытался исправить.

К тому времени, как они закончили с последним, Оскар был обессилен.

— О-кун, О-кун. Ты выглядишь о-о-о-о-очень уставшим.

— И чья, по-твоему, это вина?

— Ухты, уже за полдень. Где здесь есть хорошее место поесть? Я проголодалась.

— Слушай людей, когда они говорят… А, я сдаюсь! Мне и самому нужно поесть, или я свалюсь без сознания, — пробурчав, повёл Оскар Миледи в ресторан неподалёку. Им заправляла его знакомая.

Поскольку сейчас всё ещё было время обеда, тут внутри было довольно много людей. Хотя ресторан был в довольно захудалой части города, сам он был безупречно чист. Снаружи также висели изображению блюд из меню.

К счастью, в углу оставался ещё один пустой стол, так что Оскар занял его. Миледи села рядом с ним.

— Хм? Мне кажется, или люди пялятся на нас? — огляделась вокруг Миледи.

Оскар огляделся по сторонам и увидел несколько местных жителей, парочку авантюристов, и даже целиком забитые местными девушками столики неподалёку. Ресторан привлекал всевозможных клиентов, так что это не было чем-то необычным. Необычным было то, что все до последнего пялились на него.

Оскар понимал, что скорее всего причиной была Миледи, так что проигнорировал их и позвал официантку.

— Приве-е-ет. А, Оскар-сан, добро… пожа… ловать? — подошла оживлённая девушка-подросток, чтобы принять заказ. Чистый белый фартук на ней замечательно ей подходил.

— Добрый день, Айша-сан. Можете принять заказ на два фирменных блюда дня? — заказал Оскар и за Миледи. Он не хотел спрашивать её, что она хочет, поскольку это даст ей оправдание открыть рот.

Однако то, как он спокойно заказал за Миледи, словно раздавило Айшу. Она глядела то на Оскара, то на Миледи, прежде чем внезапно взорваться слезами.

Оскар был совершенно ошеломлён. Миледи криво улыбалась, осознавая, что происходит. Обедающие наблюдали с интересом, гадая, как Оскар заставил её расплакаться.

— О-Оскар-сан, я и н-н-н-не знала, что у вас есть возлюбленная…

— Э? А, не, нету такой. Эта девка просто…

— «Эта девка»?! Вы всегда так вежливы со всеми, но с ней так близки, что обращаетесь к ней настолько небрежно… Н-Не могу в это поверить, — медленно попятилась Айша назад, прикрывая рот рукой. В этот раз Миледи не вклинилась со своим обычным поддразниванием. Даже она не хотела разбивать сердце невинной молодой девушки.

— Эм-м, я думаю тут какое-то недопонимание. О-кун и я…

— «О-кун»?! Ты зовёшь его «О-кун»?! Даже я никогда не использовала такого фамильярного прозвища!

— Э-э-э, ну, это… — не успела Миледи выдать что-либо ещё, как Айша развернулась и убежала.

— Уа-а-а-а-а, я думала, у меня есть ша-а-а-а-анс! Папа, два фирменных блюда дня-я-я-я! — исчезла она в кухне ресторана.

— Два фирменных блюда дня, уже готовим! Спасибо за покупку!

Даже когда её сердце оказалось разбито, Айша всё ещё исправно делала свою работу. И то, что её отец принял заказ не моргнув и глазом, хорошо говорило о преданности отца своей работе. Действительно, что отец, что дочь.

Жалобные стоны послышались из другого угла помещения. Оскар повернулся туда и увидел как группа местных девушек, обмякнув, повалились на стол. Причина их отчаяния была очевидна, если подумать о том, что только что случилось.

— А ты довольно популярен, О-кун.

— Без комментариев.

Объективно говоря, это было логично. Оскар был уважаем, работал в знаменитой мастерской, было довольно красив, и к тому же вдобавок обладал мягким характером. И поскольку все знали, что он холостяк, все девушки считали, что у них есть шанс.

Оскар поправил очки, чтобы скрыть свой вид.

Два авантюриста встали и подошли к нему. Они широко улыбались.

— Здаров, Оскар. Похоже, что ты наконец-то нашёл себе девушку.

— Поздравляем. Ты всегда отказывался, когда мы предлагали познакомить тебя с кем-нибудь. Мы так перепугались, что тебе могут нравиться мужчины, что некоторое время прекратили делать заказы. Слава Эхиту, нам не надо было беспокоиться о таком.

Два авантюриста похлопали Оскара по спине. В прошлом они заказывали у Оскара не оружие с бронёй, а разнообразную экипировку для путешествий.

Такие вещи как фонари, посуда, палатки и всё остальное, что нужно каждому авантюристу. Товары Оскара всегда были прочнее и легче в использовании, чем у других ремесленников, так что он был популярен и среди авантюристов. Большинство из них, кто сделал этот город своей базой, ходил с вещами, созданными Оскаром.

— Эм-м, ребята, на самом деле она…

— Эй, девчушка, как ты заставила этого упёртого идиота влюбиться в тебя?

Оскар попытался исправить недопонимание, но не успел договорить, как они повернулись к Миледи.

Миледи осенило, что по сути все обедавшие здесь знали Оскара, и он всем им нравился. Она снова подумала о бедной Айше и девушках, которые впали в отчаяние за столами вокруг, после чего решила ответить честно.

— По правде говоря, ещё не заставила. Я всё ещё пытаюсь сделать его моим.

Девушки подскочили на местах. Они уставились на Оскара, в их глазах пылала решимость. Айша тоже выбежала из кухни. Она спряталась за столбом и уставилась на Оскара.

— Миледи… зачем ты продолжаешь подливать масло в огонь? Сперва ты пошла и сделала моё рабочее место адом, теперь ты уничтожаешь все места, что я посещаю… Сколько ещё тебе надо разрушить, прежде чем ты удовлетворишься? — потёр Оскар виски.

Увидев их реакцию, два авантюриста осознали, какие на самом деле были отношения между Оскаром и Миледи. Они печально улыбнулись и доброжелательно похлопали Оскара по спине. Хотя выглядели страшно, на самом деле они были довольно добродушными.

Они заговорили на другую тему, надеясь отвлечь и себя, и Оскара от девушек, которые теперь глазели на него, как на отборный кусок мяса.

— А, кстати говоря, насчёт твоей работы. Помнишь того сраного дворянского сопляка, который постоянно лезет к тебе?

— Э-э-э, ты про Пинг-сана и остальных с ним?

— Ага-ага, про этих. Недавно я видел, как он и его прихлебатели тайком ходили здесь в округе. И к тому же всегда ночью.

— Пинг-сан с остальными приходил сюда ночью?

Пинг был по сути ходячим куском гордости. Он испытывал столько же презрения к жилым районам города, сколько и к самому Оскару. Он никогда бы не пришёл сюда ради веселья, как и не стал бы добровольно связываться с кем-либо из живущих здесь. Как он и сказал Миледи, он общался только с дворянами.

— Ага. Странно, не так ли? Я не знаю, что задумал этот сопляк, но будь осторожен. Ты — единственная причина, которая мне приходит на ум, чтобы они пришли сюда.

— Ага, именно. И улицы последнее время стали опасны…

— Ты подразумеваешь пропажу людей?

— Мхм… Это тоже. Но ещё и храмовники рыскают по шахтам. Не может быть, чтобы эти элитные солдаты были там, просто чтобы поболтать с шахтёрами. Среди авантюристов ходят слухи, что безумно сильный монстр скрывается где-то внизу. На всякий случай никто из нас не спускается слишком глубоко.

— Понятно…

К счастью, серьёзная тема смогла успокоить орду охваченных гормонами девушек.

Как раз в этот момент прибыла еда Миледи и Оскара. Авантюристы попрощались и вернулись к себе за стол.

Оскар с энтузиазмом погрузился в еду. После пары укусов он наконец-то заметил, что Миледи не прикасается к своей еде, хотя говорила, что проголодалась. Он поднял на неё взгляд.

— Миледи?

— Хм? О-о-о! Выглядит восхитительно! Время поесть! — набила Миледи полный рот еды.

Оскар ощутил нехорошее предчувствие. Ему ни капли не нравилось это задумчивое выражение на лице Миледи.

Как только они закончили с едой, Оскар тут же снова насторожился. «Она ведь не собирается действительно пойти за мной обратно в мастерскую?».

— Большое спасибо, что провёл сегодня со мной время! Могу я завтра снова прийти?

«Что ж, такого я не ожидал».

Он хотел отказать, но затем неожиданно для себя произнёс нечто иное.

— Даже если откажу, ты ведь всё равно придёшь, не так ли? — это было по сути тем же самым, что косвенно дать ей разрешение.

— Эхехе. Тогда увидимся завтра!

Он слишком поздно осознал, что сделал. Прежде, чем он успел окликнуть её, Миледи скользнула в толпу и скрылась из виду.

Оскар почесал голову и двинулся обратно в мастерскую. Ему всё ещё нужно было придумать, что за оправдание он скажет своим коллегам.

Неделя прошла с тех пор.

Хотя она приходила и уходила когда ей захочется, Миледи провела большую часть времени вместе с Оскаром. К текущему моменту все обычные жители города знали её.

Большую часть своего времени рядом с ней Оскар проводил в жалобах, но окружающие принимали это лишь за знак их близости. Как-никак, со всеми остальными он был сдержан и вежлив.

И действительно, они много разговаривали за прошедшую неделю.

По большей части это Миледи о чём-то говорила, но с течением времени Оскар тоже начал отвечать всё больше и больше на её вопросы. Хотя беседы никогда не были серьёзными, Оскар всё равно смог узнать больше о Миледи. В то же самое время он поймал себя на том, что открывается ей всё больше. Он обнаружил, что медленно начинает отказываться от мыслей заставить её уйти.

Оскар шёл по объятой сумерками улице, направляясь к детскому приюту. Он постарался проверять всех как минимум раз в неделю.

Бледно-оранжевый свет отбрасывал длинные тени на земле, а крики воронов раздавались вдали. По какой-то причине этот пейзаж казался Оскару пустым.

Это был первый раз, когда он возвращался в приют после встречи с Миледи. Причиной тому было то, что он всё ещё немного беспокоился. Пусть он и открылся Миледи, но она всё ещё была еретиком. Если Церковь Света найдёт её, то они убьют не только её, но и всех людей, с которыми она контактировала.

Тем не менее, если Оскар действительно хотел, чтобы Миледи ушла, он мог воспользоваться своими артефактами, чтобы прогнать её в любой момент. Сейчас он уже и сам не мог полностью понять, почему он так не сделал.

«Она не обычный человек, это точно. Нет никаких гарантий, что я смогу одолеть её даже со своими артефактами, так что лучше не будить лихо, пока оно тихо. Всё верно, я просто осторожничаю. Я всего лишь осторожен в том, как разобраться с ней, вот и всё», — попытался Оскар убедить себя в том, что именно это было причиной, по которой он за всю прошедшую неделю самое большее кричал на неё.

Однако так не могло продолжаться и дальше. Миледи стала уже довольно хорошо известна среди горожан. Если её сейчас арестуют, то о её связи с Оскаром почти наверняка станет известно. Ему нужно было положить конец их отношениям раз и навсегда.

— Серьёзно, она сущее наказание… — удивился себе Оскар, когда прошептал это. Он произнёс это не своим обычным раздражённым тоном. Нет, скорее он звучал почти что счастливым.

Что бы он ни говорил и не сделал, Миледи всегда улыбалась. Хотя он сказал несколько действительно обидных вещей, она, по какой-то причине, никогда не теряла своей жизнерадостности. Это было заразно. Даже Оскар невольно слегка размяк по отношению к ней.

— Что за чертовщина творится со мной, — улыбнулся себе Оскар и покачал головой.

«Завтра. Завтра я окончательно оборву с ней отношения».

Если потребуется, он воспользуется артефактами, чтобы прогнать её. Хотя она была назойливой и всегда валяла дурака, если Оскар займёт действительно твёрдую позицию, то она послушает. Он надеялся на это.

На этом его странные деньки с этой необычной девушкой наконец-то закончатся. Он вернётся к простой жизни, скрывая свои истинные силы и создавая предметы первой необходимости для людей. Разумеется, над ним будут смеяться, и его будут оскорблять.

Однако это было ценой, которую он готов заплатить. Или, как минимум, он так считал. Как бы то ни было, он понимал, что не будет никаких проблем с его возвращением к обычной жизни.

— Эй, О-кун! Это я, вечерняя Миледи-тян!

— Ну вот зачем тебе надо каждый раз разрушать настрой?! Какого чёрта вообще должно значить «вечерняя Миледи-тян»?!

Миледи, как и всегда, появилась из ниоткуда, заставляя Оскара как обычно возразить. Напряжение покинуло тело Оскара, пока он наблюдал, как смеётся Миледи. Он собрался с волей наконец прогнать её, но теперь случилось это.

Миледи взглянула на запачканное сажей лицо Оскара и произнесла с улыбкой:

— Я подумала, что раз ты пошёл в этом направлении после работы, то собираешься сегодня повидаться со своей семьёй!

— Ага…

— Эй, эй, О-кун. Я хочу снова попробовать еды Морин. Она была отменной, — обыденно пригласила себя Миледи на ужин. Обычно Оскар бы поправил очки и сказал ей проваливать. Миледи тоже ожидала это.

Однако вопреки её ожиданиям Оскар просто взглянул на Миледи с серьёзным видом. Он снова укрепил свою решимость.

Миледи тоже ощутила это. Пришло время для них разойтись дорогами.

— О-кун, можем мы немного пройтись? — тихо произнесла Миледи, когда с её лица исчезла улыбка.

Оскар поразмышлял недолго, прежде чем кивнуть. Они вместе молча подошли к скамейке неподалёку и присели.

Солнце сверкало в вечернем небе, словно преисполнившись решимости не заходить. Профиль Миледи был окрашен ярко-оранжевым светом. Её голубые глаза смотрели вдаль.

Наконец, она начала говорить.

— Я Райсен. Миледи Райсен. Дочь графа Райсена из Империи Грандот. Я — последняя выжившая из длинного рода палачей, которые заведовали местом казни под названием Провал Райсен.

Оскар присвистнул от удивления. Имя клана Райсен было настолько известным, что даже жители других стран слышали о нём. «Считается, что вся семья погибла несколько лет назад… но, похоже, одна из них выжила».

Печально улыбнувшись изумлённому Оскару, Миледи тихо начала свой рассказ.

Серьёзным голосом, впервые настолько полностью лишённым былой легкомысленности, она рассказала о себе всё. С самого начала.