§ 40. Скрывающийся в теле дракон

Небесный полог сиял серебристым светом.

Этот свет лился на подземные глубины и озарял подземные руины Ригарондолор.

Стоящий на коленях и возносящий молитвы Голроана непроизвольно посмотрел наверх.

– …Полуторатысечелетняя молитва… – ошеломлённо пробормотал он.

Пение бога-дракона утихло. Теперь, когда фонологический магический круг деактивировался, а бог следов сгинул, ещё раз применить «Бэхелом» он не сможет.

Я подобрал валяющуюся на полу книгу следов и подошёл к Голроане, встав перед ним.

– …Вот, значит, каков ответ?.. – сказал Голроана, словно насмехаясь над самим собой, продолжая пустыми глазами смотреть на небесный полог. – Моя молитва, мой Бог и «Бэхелом» были полностью разгромлены. Богиня абсурдности, которая должна была предать тебя этого не сделала, а небесный полог до сих пор разделяет нас… – Голроана сжал зубы. Из его пустых глаз, покатились едва заметные слезинки. – Господь, «Всемогущее Сиятельство» Эквис вёл меня по истинному пути, но у него нет будущего. Я утратил свою молитву, Бога и всё что было у Зиордала… – Голроана взглянул на меня. – Значит ты был прав, и мы всё это время лишь ошибочно полагали что накопленное за полторы тысячи лет, и наши напрасные усилия – это имеющее смысл учение?.. – спросил он меня, словно цепляясь за новую надежду, вероятно, из-за того что все его молитвы в одночасье потеряли всякий смысл. – …Были бы я и мы спасены в тот день, если бы после святой войны в святилище священных песен я прекратил молиться и пожал твою руку?

– Без понятия.

Судя по удивлённому лицу Голроаны, такого ответа он не ожидал.

– Я был против лишь вашего глупого акта агрессии в виде перерождения, которое зацепило бы ещё и поверхность. Вот оно было тщетными усилиями, а насчёт всего остального я без понятия. Я не против того чтобы вы от всей души молились за спасение этой страны и подземных глубин.

Голроана просто ошеломлённо уставился на меня, видимо будучи не в состоянии поспеть за мыслями.

Если я сейчас скажу ему что-нибудь правдоподобное, он может начать поклоняться мне.

Теперь, когда его полуторатысячелетняя молитва обратилась прахом, он должно быть захочет почитать и уповать на меня как на «господа», продемонстрировавшего более великое чудо. А Дильхейд с Зиордалом, наверное, будут связаны крепкими узами.

Но к сожалению…

Это лишь изменит объект, которому возносятся молитвы.

– Зиордал напал на поверхность, а я, будучи владыкой Дильхейда, вас остановил. Продолжать эту битву смысла больше нет.

Они продолжали молиться, но это их не спасло.

Спровоцировали войну и банально проиграли.

Это единственный факт, который я хотел до него донести.

– У меня к этой стране всего два требования: первое – не нападайте на нас. И ещё старайтесь хранить счастье народа настолько насколько это возможно.

Он медленно покачал головой с видом махнувшего на всё рукой человека.

– …К сожалению, я больше не имею права обещать тебе этого…

Голроана перестал держать руки в молитвенной позе, словно на это у него уже не было сил.

А затем нарисовал магический круг.

– Первосвященникам разрешено прервать молитву всего раз в жизни. – Голроана засунул руку в центр круга и вытащил из него короткий меч. – Не беспокойся, – это меч покаяния, которым заблудший первосвященник использует свою жизнь чтобы покаяться в грехах и попросить Господа о прощении. Полуторатысячелетняя молитва осталась без ответа, а мы без спасения. И всё по моей вине. Видимо моей молитвы было недостаточно.

Приложив меч покаяния к горлу, Голроана крепко сжал его рукоять.

И обнулил свою магическую силу до предела чтобы погубить самого себя.

– Да отправится моя грешная душа к Господу. Да смоет моя кровь грехи и укажет Зиордалу верный путь.

Брызнула алая кровь и стала стекать с меча покаяния в больших объёмах.

– …Кха… – раздался его неразборчивый голос.

Острая боль смерти стала терзать Голроану и его лицо исказилось в агонии. И всё же, несмотря на это он вновь переплёл свои ладони и взмолился в последний раз.

Голроана подавлял все порывы воспротивиться мечу покаяния. Если не наложить магию исцеления, то смерть, вероятно, настигнет его через каких-то несколько секунд.

Ну по идее должна была.

– …У….а… По… че…му?.. – потрясённо и дрожа от страха задался вопросом Голроана. – …Почему я жив?..

– Я наложил на тебя «Индол». Ты не умрёшь в каком бы состоянии не оказался.

– …Чт…

Лицо первосвященника окрасилось печалью.

– Первосвященник может прервать свою молитву лишь раз в жизни. Теперь ты уже не сможешь смыть свои грехи.

Его сложенные в молитвенной позе руки дрожали.

– Ты собирался лишь убрать границу, не убивая жителей поверхности – проявил милость к нам, своим врагам. Поэтому я отниму у тебя лишь покаяния и прощаю тебя.

– …Ч-что… ты… творишь!.. Развей заклинание!.. Сейчас же!

– Отказываюсь.

Я протянул руку и вытащил меч покаяния из его горла.

– …Гха!..

Тело Голроаны окутал свет заклинания и «Энт» исцелил его раны.

– Если хочешь умереть, можешь снова взять меч. Пойди против учений.

Голроана стиснул зубы, словно говоря что не может сделать этого.

– …Моя душа запятнана тем что я не смог исполнить до конца полуторатысячелетнюю молитву… Если я не верну свою жизнь, Зиордал не сможет даже смыть свои грехи и будет продолжать рушиться!..

– Тогда ты останешься запятнанным, продолжишь нести свой грех и будешь жить в позоре как первый первосвященник, который не смог закончить своё покаяние.

Голроана выглядел отчаявшимся.

Первосвященник, который не способен умереть, следуя учениям. Сколько же верующих теперь будет с упрёком тыкать в него пальцем?

– Страдай, мучайся и живи, размышляя над тем как искупить грехи собственной головой. А когда осознаешь, может вдруг и задумаешься над тем, а достаточно ли было пролитой тобой, только что, крови чтобы смыть свои грехи?

Голроана задрожал, представляя какая его теперь ждёт судьба.

– Грех вещь не настолько простая чтобы её можно было искупить смертью. Порой лучше не полагаться на господа, а искупить их собственными руками.

Влив энергию в магические глаза, я силой открыл магический круг-хранилище Голроаны и вернул в него меч покаяния и книгу следов, которая была у Ривершнедда.

От полного непонимания моих действий, лицо Голроаны искривилось.

– …Ты ведь искал воспоминания прошлого вместе со своей богиней… Может без бога следов, сила его книги и ограничена, но указать путь к воспоминаниям она должна смочь. Почему ты вернул её мне?..

– Ты забыл последние слова бога следов?

Этот бог сказал: «оставляю вашу молитву здесь».

– Эта книга хранит в себе желания первосвященников за полторы тысячи лет, посвящённых вашей стране. Какое бы право я имел говорить о мире, если бы боялся небольших провалов памяти и попытался взять книгу?

Если я воспользуюсь «Косой бога времени» – она сломается.

Книгу следов скорее всего постигнет та же судьба.

– …Чего ты хочешь?

– Требования у меня всего два, их я уже озвучил. Если будешь придерживаться их, то хоть верь в своего господа, хоть не верь – дело твоё. Я и слова не скажу. – я поднял руку и легонько сжал её. – Но я верю что однажды настанет день, когда мы пожмём руки. И не только Дильхейд с Зиордалом, но ещё и Агаха, Гадейсиола и Азесион.

– …Не знаю насчёт поверхности, но конфликт подземных глубин имеет глубокие корни. Не думаю что настанет день, когда дракониды с разными учениями смогут понять друг друга…

– Во время мировой войны 2000 лет я тоже думал что поладить с людьми не выйдет. – сказал я растерянному Голроане. – Ты только что лишился бога и молитвы, взвалил на себя большой грех и тебе тоже о многом нужно поразмыслить. Я не стану сейчас протягивать тебе руку, но ты должен привести свои мысли в порядок к моменту нашей следующей встречи. – я нарисовал магический круг «Флеса» и влил в него магическую силу. – Позволь задать всего один вопрос: факт того что Аркана является богиней абсурдности уже сомнениям не подлежит, но ранее ты назвал её богиней созидания Милитией, так? – спросил я прежде чем улететь.

Первосвященник прислушался к моим словам и посмотрел прямо на меня.

– Это была ложь, призванная ввести меня в заблуждение? Или же она ещё и богиня созидания?

Богиня абсурдности не является её корректным божественным именем. Это так жители подземных глубин назвали, пошедшую против порядка и постоянно предающую всех богиню.

А раз так, то у Гэндонвы должно быть изначальное божественное имя. Не удивлюсь если её имя: богиня созидания Милития.

– Это… – шёпотом пробормотал первосвященник.

Я взглянул на его правую руку с отборочным камнем пакта, и увидел что она окрасилась в чёрный цвет.

– Что ты делаешь?

– …О чём это ты?

Голроана выглядел озадаченным, и не похоже чтобы он обманывал меня.

Однако, как только я напряг магически глаза, то увидел что испускаемая его правой рукой магическая сила аномально подскочила.

– Хм, в тебе что-то скрывается.

С этими словами, я отрубил правую руку Голроаны Ливайнгирмой.

– …Гх… А-а!!..

После чего из разреза правой руки вдруг показалось лицо пурпурного дракона. Я приготовился к тому что он бросится на меня, но дракон съел руку Голроаны.

В его магических глазах вспыхнуло два зелёных огонька. Съесть он хотел отборочный камень пакта – заключённых в нём, из-за того что их уничтожили, бога следов и бога госпела.

– Чей ты бог? Назовись.

Я взмахнул Ливайнгирмой при помощи «Вэнеджиары» и голова дракона рухнула на пол.

– …Гх… А-а-а-а-а-а-а-а-а!!.. – завопил Голроана.

Похоже он паразитировал в его теле и боль они тоже испытывают общую.

– …Д-дракон-гегемон… Гегемон Гадейсиолы?.. Гха…! – сказал Голроана перебиваясь на стоны. Из его спины, прорвав тело, выросли два драконьих крыла. – …Глупые еретики… Моё тело посвящено Господу! Думаете я позволю вам делать с ним что вам вздумается!!..

Из нарисованного первосвященником магического круга появилось большое копьё. Он отправил его в полёт «Флесом», пронзил свою грудь и пригвоздил к полу.

– Гхо!..

– Молодец, так и держись.

Я отрубил драконьи крылья Ливайнгирмой.

– …Гх… Гха-а-а-а-а-а-а-а!!..

– Будет немного больно. Потерпи.

Я пронзил тело первосвященника пальцами с «Бевздо», схватил дракона-гегемона, паразитирующим на его основе и силой сорвал его.

– ГИЭ-Э-Э-Э-Э-Э-Э-Э-Э-Э!!! – прогремел раздирающий уши драконий рёв.

Каждый раз, когда я вытягивал правую руку из тела Голроаны, из него постепенно вываливался огромный дракон.

– Хм, вот уж не думал что такой гигантский дракон будет скрываться.

Я поднял крупного дракона-гегемона и как следует ударил его об пол. Однако пурпурный дракон даже не дрогнул и, открыв пасть, бросился на меня, словно собираясь проглотить.

Я разрубил его пополам Ливайнгирмой. Основа рассечённого на две части дракона полностью исчезла.

Однако в следующий миг, рассечённые половинки тела дракона исказились и превратились в двух драконов.

Я оттолкнулся от земли в мгновение разрубил, летящую на меня с двух сторон парочку. Две основы точно были уничтожены. Но через секунду их куски плоти превратились в четырёх драконов.

– Гуа-а-а-а-а!!..

Я взглянул на вопящего Голроану и увидел что его тело наполовину превратилось в драконье.

Голроана взлетел вверх.

Я порубил ринувшихся на меня четырёх драконов Ливайнгирмой. На этот раз куски плоти превратились в восемь драконов. И вместе с тем как я рассёк бросившуюся на меня в атаку восьмёрку, Голроана открыл рот и собрался выдохнуть на меня пурпурное пламя.

Через миг передо мной было уже шестнадцать драконов. Как только я порубил их и уставился вперёд, Голроана уже скрылся из виду.

– …Сбежал?

Основа дракона точно была вырвана из Голроаны и всего я их уничтожил тридцать один раз.

Дракон-гегемон – это слияние множества драконов? Или же у него, прямо как у Рэя, тоже было несколько основ?

Похоже что целью Гадейсиолы с самого начала был Голроана.

Дракон ждал пока он утратит божественную силу и не сможет сопротивляться. Уверен что бог следов заметил бы что он скрывается в теле первосвященника. А раз не заметил, то не из-за силы-ли дракона-гегемона?

Возможно дракон надеялся авось получится разобраться с истощённым мной, но учитывая что он этого не сделал – он не дурак не понимающий разницы в силе.

А ещё есть проблема в лице Селиса. Думаю мне придётся познакомиться с гегемоном Гадейсиолы. Раз он специально забрал Голроану не убивая, то какое-то время живым он его явно подержит.

Теперь у меня есть предлог для встречи с ним.