Глава 417. Аррод.

Увидев сцену в серебряном зеркале, Клейн изобразил задумчивую мину.

Надо же, настолько мощный артефакт, что у него даже собственное имя есть… Похоже, внутри него запечатан кто-то живой…

Такие Запечатанные артефакты почти не несут в себе негативных свойств, но крайне тяжелы в исполнении… Эту вещь используют крайне редко и только по особым случаям… Полагаю, этот Бернард Икансер занимает какое-то высокое положение в иерархии Разума Машины… Наверняка он дьякон и уж точно не такой простой, каким хочет казаться…

Я думаю, мне не переплюнуть пророчество этого зеркала, даже поднявшись над серым туманом…

Да уж, как бы то ни было, с таким прорицанием далеко не уйдешь… В Баклунде бесчисленное множество обладателей высоких скул и голубых глаз… — задумался Клейн и не успел заметить, как изображение в зеркале поменялось.

«Теперь мой черед задавать вопрос. Ошибешься или замолкнешь — выполнишь мое поручение или понесешь наказание», — гласило оно.

Клейн от удивления изогнул бровь, увидев кроваво-красные огни, исходившие из зеркала.

Как интересно… — разглядывал слова он, словно кровью выведенные в отражении.

Буквы кровавыми разводами обратились новыми словами:

«Каково истинное имя Красного Свечения?»

Красное Свечение? Он имеет в виду одного из лидеров Братства Чистого Света? — Подумал Клейн, но вдруг понял, что не знал правильного ответа.

Он знал только о Желтом Свечении, Венитане.

Бернард нервно сглотнул, а на его лбу выступил пот.

После мгновений гнетущей тишины, он наконец вымолвил:

— Нанид!

«Ошибаешься», — кровавые слова вновь построили новую строку. — «Поручение или наказание?»

По лице Бернарда было заметно, как его охватили сомнения. Наконец он выдохнул и промолвил:

— Наказание.

Едва успев договорить, как вдруг откуда ни возьмись его ошарашила серебристо-белая молния, что угодила ему прямо в голову.

Волосы с его головы зашипев встали дыбом, а тело с грохотом рухнуло на пол, испуская струйки черного дыма.

Зеркало, что секунду назад лежало в его руке, как ни в чем не бывало поплыло будто перышко и аккуратно приземлилось на стол.

Спустя пару секунд Бернард, встал на дрожащие ноги и тяжело переводил дыхание.

Клейн молча смотрел на все это, не зная, как ему реагировать.

Икансер, более-менее придя в себя, взглянул на него с вымученной улыбкой.

— Вы, наверняка, знаете о Запечатанных артефактах и о вреде их использования.

— Да… — посмотрел на торчащие «ежиком» волосы на голове Бернарда и понял, от чего у него была такая затейливая прическа.

— На самом деле, вам, наверное, не стоило проводить такое следствие при мне. В одиночку, я полагаю, было бы куда сподручнее.

— Ух, по требованиям безопасности, во время пользования таким зеркалом должен находиться сторонний наблюдатель, — с небольшой дрожью в голосе объяснил Бернард.

Ну, это вполне разумно… — подумал Клейн.

Он подошел к столу и внимательно посмотрел на серебряное зеркало и из любопытства обнаружил, что кроме необычных узоров и декоративных камней, этот Запечатанный артефакт не выглядел как-то особенно.

— Вы можете задать ему вопрос, коли угодно. Мы не возражаем, — с усмешкой бросил Бернард.

— Я, пожалуй, обойдусь, — поджав губы ответил Клейн.

Ну не мог же он играть в «правду или действие» с чем-то вроде спиритической доски?

Клейн попытался легонько дотронуться до края серебряного зеркала.

Холодное… Это явно непростой металл… — заключил любопытный сыщик и увидел, как древний артефакт слегка дрогнул.

В его отражении проступили белого цвета слова:

«Ваш верный и покорный слуга, Аррод, к вашим услугам»

Ась?

У Клейна на секунду потемнело в глазах.

Что происходит? Всего секунду назад с этого зеркала чуть было кровь не капала… Почему оно ко мне так вежливо? — Удивился Клейн.

Впрочем, он быстро сделал предположение, основанное на только что увиденном им представлении.

Серебряное зеркало знает истинное имя Красного Свечения, поэтому, похоже, оно как-то связано с Духовным Миром…

Таинственное пространство над серым туманом, кажется, тоже как-то связано с Духовным Миром… Неужели это зеркало способно ощущать ауру серого тумана? — Промелькнуло в сознании Клейна.

Не успел Клейн вдоволь надуматься над этим явлением, как Бернард Икансер, кажется, окончательно пришедший в себя, схватил зеркало со стола, а пришедшие с ним официальные Потусторонние, до этого бесцельно осматривающие комнату, перестали притворяться, что не видели своего лидера в неважном свете.

После пары вопросов и небольшого обыска, Клейн распрощался с Бернардом и компанией, а затем нашел Изенгарда Стэнтона, который сидел на кресле с откидной спинкой, внутри гостиной.

— Что будем делать дальше? — Прямо спросил детектив Мориарти.

— Надо сказать Стюарту и остальным, чтобы они ехали к семьям, — с серьезным выражением лица ответил Изенгард. — Так будет лучше, однако, может быть, не навсегда. Ну вы, Каслана и я, будем отправлены под защиту. Будем надеяться, что Апостола Желаний отыщут как можно скорее. Насколько я помню, вы веруете в Бога Пара и Машин, верно? — Верно, — ответил Клейн и исполнил соответствующий молебный жест.

Эх, полагаю, на ближайшее время, единственным местом, откуда я смогу возноситься над серым туманом, будет ванной комнатой… — сокрушался Шут.

Район Императрицы, в роскошном имении графа Холла.

Одри посмотрела на изысканного вида настенные часы и села перед туалетным столиком, перебарывая волнение в своем сердце.

Она собиралась отправиться к своему учителю психологии, Оселеке Эскаланте и намеревалась совершить ключевой шаг, для вступления к Алхимикам Психологии.

Перед тем как взмолиться Шуту, ей нужно было все хорошенько обдумать.

На сей раз моя очередь узреть его ангела, ведь так? — С предвкушением подумала Одри.

После нескольких секунд молчания она сложила руки перед лицом и тихо произнесла почтенное имя.

На Минек-Стрит, 15, Клейн стоял посреди гостиной, разглядывая все вокруг.

Апостол Желаний мне сулит лишь опасность и некоторые трудности, когда остальным серьезнейшие перемены в жизни… — вздохнул сыщик.

Я правда очень надеюсь, что все это закончится как можно скорее… В это дело замешано так много официальных Потусторонних и Запечатанных артефактов… — подумал Клейн и услышал иллюзорную мольбу.

Должно быть, это Мисс Справедливость… — предположил Шут и будто ничего не случилось отправился в ванную комнату.

Моя жизнь тоже претерпела некоторые перемены… — выдохнул Клейн, запер за собой дверь.

До того момента, как процессия, завязанная Апостолом Желаний прекратиться, ему надлежало пореже подниматься в пространство над серым туманом, так как за ним безустанно приглядывал Разум Машины.

На следующей неделе, во время собрания Клуба Таро, должно быть полегче… Однако, на все про все у нас будет около десяти минут… Ну, что сказать, запор — явление вполне нормальное…

Настроившись на оптимистичный лад, Клейн сделал четыре шага против часовой стрелки и поднялся над серым туманом.

Одри, в свою очередь, согласно тому, чему ее учили, совершила простой ритуал и вошла в состояние искусственного сомнамбулизма.

Когда Клейн увидел расплывчатый силуэт Мисс Одри, он, уже по привычке, обратившись в свое Духовное Тело, дотронулся до карты Темного Императора, а затем отправил очередную, но похорошевшую на вид бумажную фигурку, прямиком в алую звезду.

Оригами вобрало в себя бурлящую энергию пространства вокруг и обратилась гигантским ангелом с черными крыльями.

Одри изумленно разглядывала, как священный образ величественного ангела спускался к ней, окутывая ее своими бесчисленными крыльями. Она потеряла дар речи.

Это воистину ангел… Ангел господина Шута… У него двенадцать пар крыльев! Все в точности как в священных писаниях… Это ангел нашего Клуба Таро!

Девушка разглядывала, как силуэт ангела расплывался из виду, обволакивая ее чувством сладостного блаженства.

Она искренне поблагодарила мистера Шута, а затем позвала своих служанок и велела им собираться в путь.

Клейн улыбнулся и вернулся в гостиную. Он глядел в пулевое отверстие в стене и погрузился в думы.

Хм, может быть, мне повесить здесь какую-нибудь картину?

В Районе Хиллстон, в доме Оселеки Эскаланте,

Одри оставила служанку и своего телохранителя в гостиной, а сама, на пару со Сьюзи, последовала за хозяйкой дома.

В комнате отдыха их ждало еще двое. Первым был Гилберт Алукард, психолог, с которым Одри познакомилась благодаря леди Норме. Вторым был Стивен Хэмпрес, человек, принимавший предыдущее собрание у себя дома.

К тому времени, когда уже была пора банкета, в комнате горела только одна свеча, что стояла посередине кофейного столика и одаривала все вокруг мерцающим теплым светом.

Поприветствовав друг друга, Гилберт, на чьей слегка смуглой коже играл свет от свечи, молча посмотрел на Сьюзи.

Одри несколько виновато улыбнулась и вымолвила:

— Я чувствую себя спокойнее, когда она рядом.

Сьюзи, припустив хвост, взглянула на Гилберта невинными глазками.

После того как Одри заняла свое место, Гилберт поднес к своему лицу свечу и взглянул на пришелицу сквозь прыгающий огонек.

— А теперь ответьте честно. Вы уверены, что вы хотите присоединиться к Алхимикам Психологии?

В свете свечи казалось, что его глаза окрасились золотом. Если приглядеться, то можно было заметить, как его зрачки приобрели вертикальную форму.

Разум Одри на мгновение затуманился, но придя в себя, он медленно кивнула и произнесла:

— Да.

Гилберт задал новый вопрос:

— Вы намерены причинить вред Алхимикам Психологии?

В его тоне слышалось нечто странное, будто подталкивающее говорить.

— Нет, — очень логично ответила Одри.

После нескольких вопросов Гилберт, Эскаланте и Стивен облегченно выдохнули.

— Есть еще что-нибудь, о чем вы бы хотели рассказать? — С улыбкой спросил Гилберт.

Одри на мгновение опешила, а затем в качестве проявления искренности, поведала:

— Однажды я купила формулу зелья Зрителя на одном из тайных собраний. Я… Я уже Зритель.

И это собрание случилось в Клубе Таро…