Глава 8. Осенние узы

Часть I

После того разговора Симако стала приходить в Особняк Роз и помогать нам.

Но это вовсе не означало, что она беседовала с другими за чаем, как это делали мы ежедневно.

Симако не из тех, кто бежит впереди паровоза. Ёсино-тян или Сатико звали её, когда нам действительно требовалась помощь, и только тогда она приходила, чётко разделяя помощь совету со всем остальным. Так или иначе, к работе в школьном совете она подходила совсем не так, как бутоны и их младшие сёстры.

Наступил июнь.

Май остался позади, а вместе с ним и первые церемонии. Ямаюрикай больше не занимался подготовкой к мероприятиям, так что до осенних спортивных соревнований и школьного фестиваля для нас был относительно спокойный период.

— И всё же, почему ты постоянно зовёшь Симако?

Однажды я решила допросить Ёко. Впервые за долгое время мы обедали в Особняке Роз вдвоём.

— Никакой особой причины.

Ёко ловко уклонилась от ответа.

— Она не из «семей» Роз, так что тебе не стоит посвящать её в наши планы.

Симако была помощницей, к которой мы неизбежно обращались, когда не хватало рук — именно этим предлогом Ёко пользовалась, чтобы приводить её в Особняк Роз.

— Но она всё равно понадобится нам, когда придёт время подготовки к школьному фестивалю. Так что чем раньше мы введём её в курс дела, тем лучше, верно? А, точно. Нам ещё понадобится помощь с культурным фестивалем академии Ханадэра. С моей младшей сестрой всё непросто — говорит, не хочет иметь ничего общего с мероприятиями в школе для мальчиков. Так что помощь Симако-тян будет очень актуальна.

— ...

Сказанное Ёко было правдой. Хотя у меня возникло смутное подозрение, что это оправдание, придуманное ею задним числом.

— Но разве ты не хочешь исправить «нынешнюю ситуацию», Сэй?

«Нынешняя ситуация». Под этой фразой она имела в виду, что у меня, Розы Гигантеи, до сих пор нет младшей сестры. Не разобравшись со своими проблемами, я не имела права обвинять Ёко в чём-либо. Ведь будь у меня младшая сестра, тогда помощь Симако просто не понадобилась бы.

— Знаешь, Ёко, у тебя и впрямь скверный характер стал.

— А что мне остаётся, с такой-то капризной подругой?

Ёко за словом в карман не лезла. Несмотря на хорошие манеры, со мной она была язвительна. Возможно, в этом мы похожи — обе привлекательны, но лишь издалека.

Хотя Сатико тоже была тем ещё волком в овечьей шкуре. Рэй — до смешного честная, словно верная собака. А вот Ёсино-тян дома была маленькой львицей, а на людях — серой мышкой.

Симако... Даже не знаю. Кажется, мне ни разу не удалось заглянуть под её маску.

— Эта девочка часто так делает, — сказала Ёко, глядя в окно.

— Эта девочка? — переспросила я, проследив за её взглядом.

Через школьный двор шла Симако с пачкой распечаток — вероятно, выполняла поручение от комитета или просто дежурила.

— Я подумывала о том, чтобы она стала твоей младшей сестрой. Но даже без этого, мне бы не хотелось её терять.

— В каком смысле?

— Ты не рассматривала её как Розу? Такой ценный человек для Ямаюрикай.

«Ценный для Ямаюрикай», — горько усмехнулась я. Бедная Ёко переживала даже о том, что будет после нашего выпуска. Мне её немного жаль.

— Неужели ты оставила попытки сделать её моей младшей сестрой?

— Не то чтобы оставила...

Симако скрылась в здании школы. Ёко закрыла окно и повернулась ко мне.

— Есть и другие способы удержать её.

— Другие способы?

В тот момент я подумала, что она попытается убедить Симако участвовать в выборах в феврале следующего года. У меня не было младшей сестры. Ежегодные выборы в школьный совет обычно проходили как формальное подтверждение доверия бутонам, но в нынешней ситуации пост Розы Гигантеи может стать «яблоком раздора».

Что тогда будет с Симако? Предвижу, какая драка будет за эту должность. Так что мне уже было жаль Симако.

«Жаль?»

Странное чувство. Я волновалась за Симако.

«Это оно».

Конечно, я чувствовала беспокойство за неё. Да, она меня очаровала. Но всё не так просто.

По крайней мере, мои чувства к Симако кардинально отличались от тех всепоглощающих эмоций, что я питала к Сиори.

У них было много общего. Обе были истово верующими католичками, с длинными волосами, к тому же изящными и красивыми. Но не это меня очаровало.

Я желала всю Сиори целиком и хотела отдать себя ей без остатка. Наши отношения закончились, когда стало очевидно, что это желание не может воплотиться в жизнь. Сиори первой это поняла. Поэтому, чтобы продолжать жить, мы должны были расстаться.

Сиори была моим ангелом. И кто-то вроде меня просто не мог привязать её к земле. Симако же была человеком.

Я наблюдала за ней вблизи.

Уже одного этого было достаточно.

Сама того не заметив, я стала находить в ней утешение.

Часть II

«Симако».

Мне очень приятно именно такое обращение.

Не Симако-сан и не Симако-тян. Просто Симако.

За исключением первокурсницы Ёсино-сан, все в Особняке Роз называли меня «Симако». Каждый раз, когда они так ко мне обращались, я чувствовала себя частью группы, пусть даже временной.

Роза Гигантея первой стала называть меня «Симако».

Всё началось с того, что Роза Хинэнсис поддела её: «Ты же ей не старшая сестра, чтобы опускать вежливый суффикс, или как?» Роза Гигантея мрачно ответила: «Ну, вы тоже её так называйте». Сатико-сама послушно последовала этому указанию, и в конечном итоге все привыкли обращаться ко мне именно так.

В каждой группе приняты свои обращения. Это помогает поддерживать порядок.

Возьмём, к примеру, Ёсино-сан. Старшекурсницы звали её «Ёсино-тян», а одноклассницы — «Ёсино-сан». Её старшая сестра, Рэй-сама, была единственной, кто звал её «Ёсино».

Когда к моему имени добавляли «-сан» или «-тян», я всегда чувствовала себя чужой для этого человека. Но «Симако» невольно привязывало меня к кому-то, словно я и впрямь чья-то младшая сестра.

Мне нравилось проводить время в Особняке Роз, нравились все члены Ямаюрикай.

В результате я иногда забывала о своём положении и чувствовала, что сливаюсь с группой. Потому что там царила такая мягкая, успокаивающая атмосфера.

Моё мнение о Розе Гигантее постоянно менялось. Иногда она казалась загадочной, иногда пугающей, иногда болтливой, а иногда нежной. Но всегда — заинтересованной во мне.

Каждый раз, оглядываясь назад, я чувствовала облегчение от того, что Роза Гигантея рядом. Даже когда она не смотрела на меня или когда смотрела с раздражением. В любой момент.

Интересно, почему я находила это таким успокаивающим?

Мы были как родственные души, её присутствия рядом уже было достаточно, чтобы расслабить меня. С Розой Гигантеей было спокойно от осознания, что я не одна.

В начале лета я увидела Розу Гигантею во внутреннем дворе после уроков.

Она с интересом кормила кошку сухими гранулами.

— Кошек любите? — тихо спросила я, подойдя сзади.

Мне потребовалось немало смелости, чтобы обратиться к Розе Гигантее, но я чувствовала, что должна это сделать.

— Да. Я вообще животных люблю.

— Даже змей и червей?

— И их в том числе.

Роза Гигантея почесала кошку указательным пальцем за ухом, и та довольно замурчала.

— Чтобы успешно сосуществовать, необходимо уважать чужую территорию.

— Сосуществовать?

— Ага.

Кошка была чёрно-бурой, с полосками. Слишком большая для котёнка, но и взрослым животным её не назовёшь. В некоторых местах были вырваны клочья шерсти и видны ещё не зажившие шрамы.

— Даже у ворон, которые нападали на неё, были свои причины. Возможно, у них птенцы голодали, — пробормотала Роза Гигантея. — Нет плохих и хороших. Только два разных вида, пытающиеся выжить. Может, это и эгоистично, но я не хочу видеть страданий больше, чем необходимо, хотя прекрасно осознаю, что убийства и смерти — неотъемлемая часть жизни.

Интересно, а люди Розе Гигантее нравятся? Мы ведь тоже животные. Иногда, когда она сонно смотрела в окно на зелёную аллею, мне казалось, что она мечтает оказаться как можно дальше от людей.

У меня было чувство, что Роза Гигантея отвергнет меня просто потому, что я человек.

— Что вы собираетесь делать с ней?

Кошка выглядела пугливой, но, когда я протянула руку, она не убежала, позволяя себя погладить.

— Да ничего, — улыбнулась Роза Гигантея.

Потом она неудачно пошутила о том, что не сможет продать такую драную шкурку мастеру по изготовлению музыкальных инструментов.

— Но вы же её подкармливаете?

— Думаешь, не стоит?

— Не в этом дело, но...

Я не знала, что хочу сказать, но нужно было что-то ответить.

— Если она привыкнет к тому, что её кормят, она не приспособится к самостоятельной жизни.

— Гм.

— Что будет на летних каникулах? Или на зимних? Вас ведь не будет здесь следующие десять или двадцать лет, пока живёт эта кошка, правда?

Подразумевала ли я себя, говоря о животном? В глазах защипало, когда эта кошка представилась мне в образе преданного пса Хатико, продолжающего ждать Розу Гигантею уже после выпуска.

— Что, если ваша краткая доброта обрекает её на долгие мучения в будущем?

Нет, даже я не считала, что стоило оставить котёнка на растерзание воронам.

— Бьёшь по больному, — нежно улыбнулась Роза Гигантея.

Я отвернулась и смахнула проступившие слёзы, чтобы она не увидела их.

— Что ж. Может, ты и права. Но она всё ещё котёнок. Её раны наконец-то начали заживать. Думаю, иногда побаловать вкусным — это простительно. Я не каждый день её кормлю.

Кошка когда-нибудь вырастет и сможет охотиться сама. Когда это случится, Роза Гигантея хладнокровно отпустит её?

Возможно, но что из этого выйдет? Кошка наверняка будет помнить тепло руки Розы Гигантеи всю оставшуюся жизнь. Она никогда не сможет забыть вкус сухого, хрустящего, похожего на печенье корма.

— За встречами всегда следуют расставания. Рано или поздно наши пути разойдутся. Но избегать отношений из-за страха расставания — немного тоскливо, не находишь? Знаешь, Симако... — Роза Гигантея оттянула правый рукав школьной формы. — Я благодарна своей старшей сестре, которая уже выпустилась. Она отдала мне всю любовь, что у неё была. Я не вправе сетовать на то, что её больше нет в школе. И продолжаю жить дальше.

Я мельком увидела нечто похожее на чётки на её правой руке.

Часть III

— Удивительно, как люди могут прожить в браке всю жизнь, — сказала я скорее самой себе, не будучи уверенной, что Симако воспримет это.

Вскоре наступили летние каникулы.

Я провела эти долгие недели, как и любая другая ученица, то есть совершенно не думая об экзаменах и не посещая дополнительные занятия.

Смотрела кино ночи напролёт, вместе с Ёко ходила в гости к Сатико. Иногда, под настроение, делала домашнюю работу.

И ещё...

Возможно, почувствовав укол совести после разговора с Симако, я несколько раз носила кошачий корм во внутренний двор школы. Чаще всего кошку не удавалось застать там.

Я оставляла немного корма рядом со школой, в месте, укрытом от дождя. Потом он благополучно исчезал. И это меня радовало. Значит, кошка жива и здорова.

Но, даже если корм съедало какое-то другое животное, меня бы это ничуть не расстроило.

После каникул главным событием в школьной жизни были спортивные соревнования. И до меня дошёл один странный слух: Симако собиралась стать младшей сестрой Сатико.

— Что это значит?

Во время перемены я пришла в класс Сатико и потребовала ответа. Та встретила меня с обычной для неё холодностью:

— С какой стати я должна слушать ваши жалобы, Роза Гигантея?

— А?

— Не припомню, чтобы мне нужно было чьё-то разрешение, чтобы выбрать себе младшую сестру.

Она не уступала даже в споре со старшекурсницей. Младшая сестра Ёко заслуживала восхищения.

Вокруг нас начали собираться зрители. Спор между Розой Гигантеей и бутоном Розы Хинэнсис — такое нечасто увидишь.

Однако...

— Ты серьёзна насчёт Симако?

— Да.

Меня не волновало, что думали люди со стороны. А Сатико просто отказывалась их замечать.

— Последние несколько месяцев я наблюдала за Тодо Симако и пришла к выводу, что она будет очень ценным членом школьного совета.

— И только поэтому ты сделаешь её своей младшей сестрой?

Я не могла прочесть мысли Сатико, но не могла признать её права, пока она не скажет, чего хочет на самом деле.

— Интересно, какие причины вы бы сочли приемлемыми? Может, мне стоило выбрать её за внешность?

— !..

Я покраснела от ярости, инстинктивно сжав руку в кулак. Почему меня до сих пор задевают комментарии насчёт моей старшей сестры? Мне с трудом удалось сдержать руку в кармане юбки.

Бросив на меня единственный взгляд, Сатико сказала:

— Если так дорожите Симако, почему сами ей не предложите?

— Что это значит?! Чтобы я, Симако...

Сатико смутила меня. Действительно, я была слишком беспечна. Думала, что Симако не станет ничьей младшей сестрой и как ни в чём не бывало продолжит приходить в Особняк Роз.

«Есть и другие способы удержать её», — вспомнила я слова Ёко. Так вот что она имела в виду. Симако может стать младшей сестрой Сатико, а потом и Розой Хинэнсис.

И Сатико не нужно было ничьё разрешение, чтобы предложить это.

Да, я первой заметила Симако, но так и не сделала ход, потому что боялась сблизиться с кем бы то ни было. И при этом я постоянно хотела видеть Симако. Но на двух стульях не усидишь.

И вот теперь, когда в игру вступила Сатико, всё пошло наперекосяк. Я потеряла самообладание.

Стоило ли заполучить Симако? Почти наверняка.

Однако...

Я просто не представляла, когда нужно отступить.

— Что ты знаешь о Симако?

— Не скажу, что много, — ответила Сатико, — но точно знаю, что нельзя продолжать обращаться с ней так, как мы делаем сейчас.

— А...

— Так продолжаться не может. Мы должны либо отпустить её, либо сделать чьей-то младшей сестрой и официально представить в Особняке Роз.

— ...

Я лишилась дара речи.

— А...

Она права.

Как я раньше не додумалась? Почему забыла о чувствах Симако?

— Ладно, — кротко согласилась я.

Мне льстило осознание того, что я лучше всех понимаю Симако. Но в итоге упускала самое важное, пока Сатико, младшекурсница, не объяснила мне. Какой позор. Хотя у меня и до этого не было никакой чести.

— Но я не отдам Симако.

Что-то внутри меня сломалось, но на его месте зарождалось что-то другое.

— И что вы собираетесь делать? — спросила Сатико, глядя на меня с сомнением.

Тогда я нанесла ей ответный удар, объявив войну:

— Сделаю её своей младшей сестрой.

Толпа за спиной Сатико ахнула. Отлично. Пути назад нет.

— Собираетесь увести её у меня?

— Не говори глупостей, я никого не увожу. Симако же пока не приняла твои чётки?

Значит, ещё ничего не началось.

Точнее, началось, но до финиша можно успеть.

А если нет... Я перехвачу её прямо на финишной прямой.

— С чего вы взяли?

Прозвенел звонок на урок.

— С чего? — сказала я, быстро отворачиваясь. — Очевидно, потому что лучше знаю Симако.

Оглянувшись через плечо, я подмигнула зрителям за спиной Сатико.

Победа будет за мной.

Сатико ни за что не пропустит урок ради участия в борьбе за Симако.

«В каком классе учится Симако?» — задумалась я, пока бежала по коридору.

Вспомнила. Первый курс, группа «Персик».

Часть IV

Прозвучал звонок на урок, когда Роза Гигантея неожиданно вывела меня из класса.

— А, э-э...

— Пошли.

Роза Гигантея не обратила ни малейшего внимания на моё замешательство. Мы продолжили идти по коридору, двигаясь против потока учениц, спешивших в классы. И хотя прогулять урок было немыслимо, мне было приятно ощущать, как Роза Гигантея тянет меня за руку. Сердце колотилось так быстро, что становилось не по себе.

— Куда вы меня ведёте? Мы же не будем убегать с урока, — спросила я, оказавшись у запасного выхода.

Звонок уже смолк.

— А, прости.

Роза Гигантея отпустила мою руку, словно только что вспомнила, что держала её.

Поскольку наш учитель всегда приходил вовремя, я уже опоздала, даже если бы побежала обратно прямо сейчас. Но я бы не бросила Розу Гигантею, лишь бы успеть на урок.

Тяжёлая дверь поддалась под весом наших тел, и порыв ветра, ворвавшийся внутрь, растрепал мои волосы.

Мы с Розой Гигантеей вместе вышли из школы.

Она хотела привести меня сюда, или это вышло случайно? Мы стояли под сакурой, на том самом месте, где встретились впервые.

— Что ж, у нас будет не так много времени, но... — сказала Роза Гигантея, глядя прямо на меня. — Пожалуйста, будь моей младшей сестрой.

Ждала ли я этих слов? Нет, хотя где-то в глубине души, возможно, надеялась услышать их.

— Не обещаю, что стану образцовой старшей сестрой, но уверена, что идеально тебе подойду. Я не буду тебя ограничивать, ты по-прежнему сможешь делать всё, что захочешь. К тому же...

— М-м...

Я прервала речь Розы Гигантеи.

Она ведь не знала всего. Вдруг её желание стать сёстрами испарится, когда правда вскроется?

Но как рассказать ей? С Розой Гигантеей я могла поделиться чем угодно. Однако я в любом случае не хотела обременять её, независимо от того, как продолжатся наши отношения.

— Ты не хочешь?

— Не то чтобы! — энергично помотала головой я. — Но...

— Никаких «но». Всё, что я хочу услышать — это «да» или «нет».

Роза Гигантея смотрела прямо на меня. В её глазах читалась бескомпромиссная строгость.

— Это...

Я осеклась на полуслове и с облегчением осознала, что зря волновалась. Я недооценила Сато Сэй.

Её не интересовало, что тяготит меня. Она не знала многого, но говорила, что готова принять меня такой, какая я есть.

Поэтому мне стоило временно отпустить своё бремя и предстать перед ней без тяжёлых доспехов, впустить её в свой мир.

Два путника, решившие отдохнуть в тени одного и того же дерева после долгого странствия. Может, мы многого не рассказывали о себе, но всё равно можем быть вместе. Даже зная, что скоро наши пути разойдутся, наши души всё равно могли бы обрести покой, чувствуя присутствие другой.

Без слов.

Мы так понимаем друг друга.

— Позвольте мне стать вашей младшей сестрой.

Я приняла её руку.

— Хорошо.

— Пожалуйста, позаботьтесь обо мне.

Со стороны это выглядело как рукопожатие, но его смысл был гораздо глубже. Казалось, будто наши пальцы переплелись в объятии. Я почувствовала абсолютный покой.

— А, точно.

Роза Гигантея сняла чётки со своего правого запястья и собралась надеть их мне на шею. Затем, словно передумав, она обернула их вокруг моего запястья.

— Так проще.

Значит, я в любой момент могу снять их. Хотя она и не произнесла этого вслух, я подумала, что Роза Гигантея выбрала запястье, чтобы облегчить моё бремя.

Чётки были чуть тёплые.

— Слушайте... — сказала я, пока Роза Гигантея улыбалась, явно довольная тем, что чётки благополучно перекочевали на моё запястье.

— М-м?

— Нам не пора вернуться на урок?

— А?

— Урок. Если пойдём сейчас, опоздаем всего на 15 минут.

— Симако, ты такая ответственная.

— Зато вы слишком несерьёзны, сестра.

Сестра.

Это звучало немного неловко и удивительно для нас обеих.

— Ну ладно, пойдём.

Сестра схватила меня за правую руку и потащила за собой.

— У вас так резко меняется настроение.

Я побежала следом за ней. Чётки на моей правой руке подпрыгивали. Свисая с запястья, они покачивались там, где наши руки соединялись кончиками пальцев.

Как же это хорошо.

Бежать вот так, держась за руки с кем-то.

Я мысленно попросила прощения у Сатико-сама и поклонниц Розы Гигантеи.

«Извините, но она — именно та, кто нужна мне».

Между нами два года разницы.

И всего шесть месяцев нам отведено, чтобы быть вместе.

А потом — неизбежное расставание.

Но до тех пор я не отпущу эту руку.

— Симако, не отставай!

И чётки, покачивающиеся между нами, стали символом этой связи.