Глава 3
В настоящий момент Лин Ся находился на территории, граничащей с Цинмендон, Павильоном ЧуЧен и еще несколькими небольшими сектами, поэтому здесь можно было встретить людей всякого рода. Но эти секты вряд ли можно сравнить с Шаоян: территория у них слишком мала, да и ресурсов не хватает, поэтому между ними частенько случаются споры по поводу и без.
В этот день Лин Ся ел в гостинице, прикармливая А’Ли курицей и прокручивая в уме только что изученное руководство по очистке артефактов.
Его нынешние способности к культивированию тела и развитию элементарной энергии только-только дотягивают до уровня новичка, к тому же он совершенно несведущ в навыках владения мечом, поэтому большую часть своего времени юноша провел, совершенствуя атакующие артефакты. Несмотря на то, что А’Ли довольно силен, но он все равно остаётся магическим зверем и должен скрывать свою истинную природу.
Существует множество типов атакующих артефактов, самый распространённый из которых – меч. Но по сравнению с другими артефактами, очистка меча находится на более высоком уровне, и Лин Ся никогда еще не пробовал этого делать. До его исчезновения детишки использовали деревянные духовые мечи, и не было никакой уверенности в том, появились ли у них собственные мечи за прошедшие четыре года.
Он как раз обдумывал форму духовного меча, когда в дверях возникло волнение. Вошла группа одетых в серые одежды учеников Павильона ЧуЧен: десять мужчин заняли три-четыре стола, заказал себе мясо и вино. Лин Ся не обратил на них внимания, он опустил А’Ли на стол и неторопливо приступил к трапезе.
Через некоторое время до него донесся рев магических зверей, и на этот раз пожаловали одетые в зеленое ученики Цинмендон. И без того небольшой постоялый двор оказался полностью переполненным. Местный прислужник тут же поприветствовал их, широко улыбнувшись. Он провел здесь уже много времени и, само собой, знал о напряженных отношениях двух сект.
Вновь прибывшие огляделись вокруг и мгновенно нахмурились, обнаружив учеников Павильона ЧуЧен. Окинув последних холодными взглядами, они вошли в поисках свободного места. Однако, на весь двор свободным остался лишь один стол, и тот при всем желании не смог бы уместить девять человек.
Прислужник улыбнулся и указал в сторону Лин Ся: «Вот здесь всего один посетитель, так что не соизволят ли гости разделить с ним стол?».
Ученик в зеленом усмехнулся: «У тебя что, глаз нет?! Когда ты видел, чтобы мы, Цинмендон, делили стол с посторонними?».
Лин Ся вовсе не горел желанием становиться свидетелем их споров. В любом случае, он почти доел, поэтому встал и улыбнулся: «Брат-прислужник, я как раз закончил, рассчитай меня, пожалуйста, и упакуй мне еще две порции курицы и несколько сухих пайков».
Прислужник с благодарностью улыбнулся и поспешил убрать со стола.
Казалось бы, все решено, но ученик Павильона ЧуЧен тут же негромко усмехнулся: «Хехе, похоже, одетые в зеленое умеют только запугивать слабых».
Ученики Цинмендон сразу же вскочили, ударив по столу и закричав: «Что за трусливый ублюдок только что осмелился оскорбить нас за нашими спинами?».
Ученики Павильона ЧуЧен не пошли на попятную и не отказались от своих слов: они тут же втянулись в словесную перепалку, потерпели поражение от Цинмендон в соревновании за линши (энергетические камни) и не знали, куда выпустить пар.
Лин Ся смотрел на тихий мирный постоялый двор, который так невзначай превратился в поле битвы и не находил слов. Да уж, покой в этом мире может только сниться, а стоит на минуту зазеваться, как на голову свалятся какие-нибудь неприятности. Прислужник, в спешке собирающий сухие пайки для юноши, тоже испугался, остановился и попытался их успокоить: «Гости, прошу вас».
Но прямо сейчас обе стороны находились в пылу жаркого спора, разве они смогли его заметить?
Внезапно раздался громкий гудящий звон, мгновенно вызвавший у всех головную боль и заставивший присутствующих невольно зажать уши и опуститься на колени.
Лин Ся тоже ощутил, как у него перехватило дыхание: он тут же несколько раз к ряду пропустил психическую энергию по внутренним меридианам, что значительно уменьшило звуковое давление.
Когда колокольчик затих, молодая девушка, прислонившись к перилам, рассмеялась: «Хаха, ну наконец-то затихли. Разве не знаете, что невежливо нарушать тишину?».
Ее невероятно очаровательное лицо украшала пара пленительных миндалевидных глаз, а обтягивающая одежда раскрывала привлекательные ключицы и изящную шею. Несмотря на то, что девушке всего 15-16 лет, у нее уже прорисовались красивые роскошные формы, а финальным штрихом служил колокольчик, подвязанный к лодыжке. Лин Ся в шоке замер на месте: боже мой! Явилась будущая верная и преданная красавица-злодейка, коварная мисс Би Юнь, которая души не будет чаять в злодее!
Только вот что делает культиватор темных искусств на территории канонических сект?
Би Юнь лениво пошевелила руками, обнажая идеальную фигуру. Ничуть не заботясь о взглядах мужчин снизу, она оперлась подбородком на руку и улыбнулась: «Если снова начнете причинять беспокойство окружающим, я не стану сдерживаться!».
Девушка произнесла это тихим милым голоском, лаская слух и одновременно играя на душевных струнах. Но Лин Ся знал: эта девочка, раз сказав, – обязательно сделает! В романе культиваторы темных искусств частенько описывались как люди, которые относились к человеческим жизням, как к траве под ногами. Хотя и совершенствующиеся традиционных сект недалеко ушли: просто научились скрывать аналогичное отношение под маской справедливости.
Стоит поторопиться и покинуть это место.
Лин Ся быстро обратился к шокированному прислужнику: «Брат-прислужник, могу я получить свои сухие пайки, сколько с меня?».
Его собеседник, заикаясь, ответил: «Семь энергетических монет».
Когда Би Юнь так ошеломительно явила себя народу, он всего лишь смотрел на ее ножки и на мгновение задумался, а она тут же улыбнулась и ласково предупредила: «Продолжишь пялиться – выколю тебе глаза ~~». В итоге бедняга-прислужник покрылся холодным потом.
Изначально девушка ни во что не ставила собравшихся внизу, но, увидев Лин Ся, полностью проигнорировавшего ее, она внезапно заинтересовалась.
Чтобы прийти в себя, увидев ее красоту, да и внешность у него неплоха, к тому же нынешняя миссия слишком скучная. Так почему бы не повеселиться?
Заметив, что Лин Ся покинул двор, она на мгновение сладко улыбнулась и быстро исчезла из толпы.
К тому времени, когда юноша обнаружил, что к нему приближается Би Юнь, он не мог не остановиться: может простое совпадение? Разве она сейчас не отдыхает на постоялом дворе?
А пока он колебался, девушка «случайно» ударилась о его плечо и упала, с возгласом «ой» плавно приземлившись ему на руки.
Инстинктивно подхватив ее, Лин Ся моментально ощутил опьяняющий аромат румян, и сразу же погрузился в свои мысли.
Ему впервые в жизни довелось держать на руках такую красотку, но что это, черт побери? Да кто, блин, поверит, что этот демон во плоти - Би Юнь внезапно упадет на улице?
Он резко ослабил хватку, отступил на два шага и улыбнулся: «Осторожнее, мисс, ты в порядке?».
Би Юнь ясно поняла: юноша перед ней явно не очень-то заботится о ее благополучии. Еще больше вживаясь в роль, она сделала несколько неуверенных шагов, прежде чем со слезами на глазах поднять голову и плачевно прошептать своими красными дрожащими губками: «Похоже, я подвернула ногу, что же делать?».
Девушка отказывалась верить, что его сердце не дрогнет!
Что делать? Игнорировать!
В это время мимо как раз проходила повозка, запряженная магическими зверьми. Лин Ся быстро махнул рукой: «Брат, пожалуйста, остановись, здесь раненая девушка!».
Невезучий парень поднял занавес повозки, и его глаза мгновенно расширились до размера блюдец. Он торопливо открыл дверцу и спрыгнул вниз: «Мисс, где вы живете, я вас отвезу».
Би Юнь: «…».
А Лин Ся поспешно ушел, держа А’Ли на руках.
Больше всего на свете он любит только свою богиню; девушки, культивирующие темные искусства, - самые страшные! Не слишком ли ужасны подростки этого мира?
Но вскоре Лин Ся узнает, что бывает, если обидеть девушку, особенно гордую и тщеславную особу.
После этого случая он столкнулся с Би Юнь еще около трех-четырех раз: на постоялом дворе, на дороге, на реке… Да, когда Лин Ся невольно увидел со спины идеальную фигуру, купающуюся в реке. Зрелище его настолько потрясло, что внезапно он применил технику исчезновения, практически растворившись в воздухе.
А все это время с трудом державшая руки в знойной позе Би Юнь разозлилась до зубовного скрежета. В жизни ей не встречался такой непрошибаемый бездарь! Ей нравится тот тип мужчин, который теряет контроль от ее манипуляций, а наигравшись, она оставляет их ни с чем. А этот – точно ли мужчина?
Поэтому ради своего ущемленного эго Би Юнь решила первой к нему подойти: она во что бы то ни стало должна добиться от него хоть какой-нибудь реакции!
На ночлег Лин Ся остался в найденной пещере и застелил пол толстым слоем листьев. Несмотря на то, что в горном лесу водилось много разноуровневых зверей, но чувствуя ауру А’Ли, никто из них не отваживался приближаться, поэтому юноша спокойно спал.
Вплоть до глубокой ночи, когда услышал знакомый «Дин-дон, дин-дон». Он был так потрясен, что быстро сел… Черт! Неудивительно: в темноте появилась знакомая фигура!
А’Ли тоже быстро проснулся и зарычал на Би Юнь, опасно сузив свои янтарные зрачки.
Зверь всей душой ненавидел эту женщину: если бы не постоянные успокаивающие поглаживания Лин Ся, он бы давно трансформировался в свою истинную форму и превратил ее в пыль!
Под грозным взглядом А’Ли Би Юнь почувствовала опасную ауру от этого милого зверька, но ничуть не испугалась. Она подошла ближе, улыбнувшись: «Юноша, ночи такие долгие, а я очень одинока, может составишь мне компанию, пожалуйста?». Она долго и протяжно выговаривала последнее слово, пытаясь наконец достучаться до его сердца. В такт ее шагам колокольчики прозвенели несколько раз.
Сердце Лин Ся даже немного дрогнуло, а слово «Конечно» почти сорвалось с его уст, но он быстро пришел в себя. Би Юнь специализируется на технике соблазна, может ли быть, что он попал под ее воздействие? Но, собравшись ей отказать, юноша был поражен: его тело вообще не могло двигаться, даже пальцем не пошевелить!
Уже добравшаяся до него Би Юнь с улыбкой прильнула к груди Лин Ся и произнесла: «Почему ты всегда столь холоден? Мне это не нравится...».
Неимоверно гордясь собой, она вдруг услышала грохот: промелькнула вспышка ослепительного света, - девушка быстро увернулась, настолько испуганная, что разразилась проклятиями. Только сейчас она заметила невесть откуда взявшуюся незнакомую фигуру белого магического зверя рядом с юношей!
А’Ли гневно оскалился, а его глаза мерцали ярким алым оттенком. Обнажив клыки, он вновь выпустил столб пламени. Би Юнь взвизгнула и увернулась, но ее одежда все же местами обуглилась, а лицо побледнело.
Если бы не высокоуровневые защитные артефакты, без сомнения, этот интенсивный мощный огонь сжег бы ее дотла!
Пристально глядя на девушку так, будто перед ним находится добыча, А’Ли открыл рот, послав в ее сторону еще более мощный огненный вихрь!
Лин Ся не мог не закрыть глаза: хотя ему не нравилась Би Юнь, он не хотел, чтобы она погибла от рук А’Ли. Но его тело все еще оставалось неподвижным...
В этот момент Би Юнь заслонила высокая фигура, аналогичным образом выпустив мощную огненную энергию, после чего схватила девушку и оказалась с ней на дереве.
Ошеломленный Лин Ся обнаружил, что наконец снова может двигаться и сразу же посмотрел на большое дерево, увидев величавую и милую ежикоподобную голову.
Парень самонадеянно обнял Би Юнь за талию и дерзко заявил: «Эй, эй, эй, брат, ты довольно хорошенький… Но вредить людям плохо!».
Чеееерт! Это же мой любимый главный герой!
Но эта колючая роза не часть твоего гарема!
Лин Ся вскочил.
Войдите, чтобы отвечать, голосовать и сохранять комментарии.
После вмешательства Сун Сяоху А Ли ещё больше разозлился, вонзил когти в землю, и во рту у него медленно сформировался ещё более мощный энергетический огненный шар.
Лин Ся поспешно обнял А Ли за шею, погладил его по голове и тихонько утешил: «А Ли, будь хорошим, всё в порядке, он не враг…» После утешений Лин Ся А Ли постепенно расслабился, но всё ещё смотрел на двоих на дереве, из его горла вырвался предупреждающий стон.
Сун Сяоху с недоумением наблюдал за движениями Лин Ся. Почему ему казалось, что выражение лица и движения этого симпатичного парня так знакомы? Просто… как…
Не дожидаясь его ответа, Би Юнь тут же схватила его за одежду у груди, подняла лицо и со слезами на глазах воскликнула: «Помогите! Этот мужчина пытался меня изнасиловать!»
Обгоревшая одежда обнажила большую часть блестящей кожи и часть декольте, а вблизи чувствовался запах румян. Сун Сяоху, которой было всего 14 лет, быстро покраснела, усадила ее на дерево и стала защищать: «Она сказала правду?»
«…» Главный герой книги действительно был наивным и страстным… Но разве допустимо так отворачиваться от незнакомцев?
Лин Ся испугался, что попался на удочку Би Юнь, поэтому выпрямился и рассмеялся: «Если то, что она сказала, правда, что ты будешь делать?»
Сун Сяоху был ошеломлен, но быстро принял оскорбительную позу: «Мой учитель сказал, что мужчины, которые издеваются над женщинами, — отбросы! И я не могу тебя отпустить!»
Прошло четыре года, но главный герой всё ещё… такой глупый! Судя по словам Сун Сяоху, можно сделать вывод, что он успешно попал под опеку второго благородного господина, потому что Фэн Шумин никогда бы такого не сказал.
Лин Ся внимательно посмотрел на Сун Сяоху. За четыре года он действительно сильно вырос. Рост увеличился примерно на голову, на его и без того милых, пухлых щеках появились мужественные черты, а вместе с все более надменной ежовой головой и парой исключительно ярких глаз он мог привлечь внимание где угодно. Внутри он был по-настоящему счастлив, его переполняло волнение. А как же за эти четыре года вырастет этот сорванец Юй Чжицзюэ?
Он намеренно встал перед А Ли, сделал защитное движение и сказал Сун Сяоху: «Почему бы тебе тогда не попробовать?»
Не успев договорить, он тут же столкнулся с подавляющей силой. Лин Ся вздрогнул: не слишком ли быстро этот проклятый ребенок нападает, как только он это сказал? Он ловко схватил валун, чтобы заблокировать удар перед собой, но под атакой Сун Сяоху валун разлетелся на куски. Лин Ся быстро увернулся от остаточной атаки, ударная волна распространилась среди защитных артефактов на его теле, но он все равно был в холодном поту от страха.
Когда это проклятый ребёнок стал таким страшным?
А Ли взревел и чуть не набросился на него. Лин Ся быстро схватил А Ли и успокоил его. Сун Сяоху был действительно смелым. Если бы он действительно был его врагом, даже если бы он стал сильнее, снежный зверь восьмого уровня в своей полной форме все равно был бы на совершенно другом уровне. Неудивительно, что главный герой часто получал ранения, но он мог продвигаться вперед, как только получал травмы.
Увидев, что Сун Сяоху уходит из зоны досягаемости Би Юня, Лин Ся выпрямился и улыбнулся: «Глупый Сяоху! Неужели ты не можешь оценить ситуацию, прежде чем действовать?»
Сун Сяоху, услышав своё имя, был потрясён, отшатнулся назад и, бросив на него многозначительный взгляд, спросил: «Кто ты? Откуда ты знаешь моё имя?»
Его тело претерпело трансформацию из тринадцати-четырнадцати в семнадцать-восемнадцать, из юности во взрослую жизнь, поэтому неудивительно, что он его не узнал. Лин Ся улыбнулся: «Это я, Лин Даге (старший брат), Лин Ся, ты меня уже не помнишь?»
Как только он закончил говорить, глаза Сун Сяоху внезапно расширились от шока, рот его приоткрылся от удивления. Он быстро оценил Лин Ся, и действительно, хотя внешность значительно изменилась, едва заметная теплая улыбка на его лице была такой же, как у Лин Даге из его воспоминаний…
Лин Ся взглянул на дерево; Би Юнь уже исчезла, эта дама ускользнула довольно быстро… Когда его взгляд снова упал на Сун Сяоху, выражение его лица чуть не напугало его.
Главный герой с сияющей аурой, сильный будущий красавец, вдруг выпятил грудь, слезы навернулись на глаза, губы поджали, лицо стало как у ребенка, который вот-вот заплачет: «Ты же умер? Все говорили, что ты умер…»
Сердце Лин Ся смягчилось, и он невольно подошел к нему и погладил его колючую ежовую голову — он действительно вырос, ему приходилось поднимать руку довольно высоко… Он улыбнулся и сказал: «Я не умер».
Он дал Сун Сяоху простое объяснение, сказав, что его спас эксперт, который наблюдал за ним четыре года, и он только недавно очнулся.
Сун Сяоху только что вспомнил девушку, которую видел раньше, но вокруг никого не было. Куда же она делась? — недоуменно спросил он. — Лин Даге, что случилось раньше? Почему она сказала, что ты… над ней надругался?
Лин Ся с усмешкой похлопал его по плечу: «В следующий раз не будь таким дерзким! Эту Би Юнь, которую ты видел раньше, не стоит обижать, будь осторожен, когда увидишь её в следующий раз. А почему ты вдруг здесь появился?… Где А Цзюэ?»
Сун Сяоху смущенно показала две ямочки на щеках: «Я видела, как она несчастна, и поверила ей. Тело Фэн Ло Шицзе подхватило странный яд, для исцеления от которого нужна кровь очень редкого демонического зверя. Мы с А Цзюэ и несколькими другими учениками пришли сюда, чтобы поймать этих зверей. Раньше мы легко нашли их следы, но во время погони разделились, и зверь тоже скрылся».
Он сделал паузу и снова замялся: «Лин Даге, мне кажется, А Цзюэ сильно изменился, но я не могу ему ничего посоветовать… Может, ты попробуешь его убедить?»
Лин Ся заплакал. Он ведь вернулся только ради этого, не так ли? Даже этот легкомысленный Сун Сяоху заметил, что Юй Чжицзюэ действительно был проблемным ребенком!
Юй Чжицзюэ в книге в семнадцать лет перешёл из секты Шаоян на путь демонического совершенствования, а это значит, что у него ещё есть время!
«Где А Цзюэ?» — поспешно спросил Лин Ся. Ему хотелось немедленно найти этого проклятого беспокойного мальчишку и, прежде чем что-либо делать, дважды дать ему пощёчину!
Сун Сяоху и его спутники жили в небольшой гостинице, там же проживало несколько младших учеников, все они считались самыми ценными молодыми учениками секты Шаоян, ведь поймать такого рода демонического зверя было непросто. Лин Ся почувствовал, что за эти несколько лет его лицо сильно изменилось, его наверняка не узнают, к тому же он был всего лишь никому не известным учеником, поэтому он без колебаний смело последовал за Сун Сяоху.
По пути враждебность А Ли к Сун Сяоху быстро исчезла, мощная энергия Сун Сяоху, обладавшего схожей энергией, привлекла его внимание, и Сун Сяоху также проявил особый интерес к А Ли. Лин Ся, наблюдая за этой парой, превратившейся из врага в друга, человека и зверя, не мог сдержать смеха.
В гостинице Ю Чжицзюэ, как и ожидалось, не вернулся. Комната Ю Чжицзюэ находилась в самом дальнем углу второго этажа. Сун Сяоху, словно взрослый, подозвал Лин Ся сесть и спустился вниз, чтобы заказать еду у Сяо Эр. Превращение А Ли отняло немало энергии, и он тоже начал проголодаться. Он прыгнул на тело Сун Сяоху и последовал за ним вниз.
Пока Лин Ся ждал в одиночестве в комнате, его сердце вдруг немного затрепетало, он нервно открыл окна, чтобы впустить прохладный ветерок, и только тогда немного пришел в себя.
Как ему следует поприветствовать Юй Чжицзюэ, когда он увидит его позже? Должен ли он сказать: «Ах, Цзюэ, ты скучал по мне?» Или лучше пошутить: «Я не умер, ха-ха, разве я не говорил, что не умру?»
Оба варианта кажутся неуместными…
Внезапно дверь открылась. Лин Ся подумал, что это возвращается Сун Сяоху, и обернулся с улыбкой, но перед ним предстали глаза, словно у феникса. Он был ошеломлен, и на мгновение его разум опустел.
Черт! Он до сих пор не придумал хорошую вступительную речь, проклятие!
Но странное, но знакомое лицо напротив него было очень спокойным, в нем не было ни малейшего диссонанса, зато зрачок, казалось, сузился.
Губы Лин Ся несколько раз шевелились, но он ничего не мог сказать, лишь с улыбкой смотрел на Юй Чжицзюэ.
Он больше не мог называть его ребёнком… Ю Чжицзюэ был почти такого же роста, как и он, его иссиня-чёрные волосы развевались на ветру, а на него смотрели яркие, как у феникса, глаза, настолько сосредоточенные, что смотреть им прямо было неловко.
Похоже, за последние четыре года этот ребенок очень хорошо вырос.
Спустя долгое время Лин Ся улыбнулась: Ах, Цзюэ, я вернулась
Воздух словно замер, и Юй Чжицзюэ медленно подошёл, делая каждый шаг с осторожностью, почти так, словно боялся проснуться от сна.
Он напряженно протянул руки и попытался дотронуться до лица Лин Ся, словно желая убедиться, настоящий он или нет.
Губы Лин Ся мягко двигались, не отстраняясь, голос его замедлился, и он прошептал: «Я вернулся».
Руки, лежавшие на его лице, были тонкими и привлекательными, но холоднее льда, настолько холодными, что Лин Ся невольно вздрогнула. В этот момент свет свечи тоже замерцал и затрещал, почти гаснув.
«Ах, Цзюэ?» Лин Ся почувствовала легкое беспокойство; было очевидно, что водная энергия в теле Юй Чжицзюэ, вместе с эмоциями его обладателя, зашевелилась, вызывая леденящий холод.
.