Том 2, глава 79
— Лазурный Клинок идёт в атаку, Хо Цзян пытается парировать… Нет, клинок достиг цели! И вот он — победитель, молодой господин Секты Лазурного Горизонта! Поднимите голоса в честь его победы! — выкрикнул в свой Звучный хрустальный помост Бай Хуэйцзун, директор по делам духовного возвышения Его Императорского Величества в Лазурных Холмах.
Зрители вежливо похлопали и поприветствовали победителя. По скромному мнению Хуэйцзуна, бой вышел весьма неплохим, но толпа уже распробовала более изысканное зрелище. Он снова проклял тот факт, что Сянхуа и Тигу оказались так близко друг к другу в турнирной сетке. Это как минимум должен был быть полуфинал. Да чтоб его, будь это в его власти, он бы лучше вышвырнул кого-нибудь из других участников — лишь бы вернуть её! Сянхуа приносила серьёзные деньги.
Пока группы зрителей переходили к вялой болтовне, взгляд Хуэйцзуна скользил по толпе. Сегодня зрители были на удивление безучастны: они следили за происходящим краем глаза, обсуждая Сянхуа и Тигу. Казалось, им больше не на что было надеяться — даже после забавного поражения, которое Цай Сюлань нанесла своей противнице. Кто бы мог подумать! Потрясение прошло лишь тогда, когда на арену вышли следующие участники.
Хотя это и создавало Хуэйцзуну проблему при составлении летописи турнира. Какая порядочная юная госпожа станет бодать противницу головой?
Он обдумал варианты. Можно было превратить это просто в удар кулаком, опустить бой… или сказать, что это была ответная реакция на какое-то нежелательное приближение. Последний вариант, пожалуй, был лучшим, тем более что секта Он Гана не отличалась особой силой — даже если они и обидятся. Хуэйцзун смутно припоминал, что они уже однажды пересекались. Тогда юная госпожа Цай тоже поставила его на место. Хуэйцзун кивнул: так точно сработает.
Следующий бой также встретили вежливыми аплодисментами.
Ань Жань против молодого господина Секты Великого Ущелья.
Судя по ходившим слухам, недавно она получила прозвище «маленький клинок травы» — вполне подходящее, подумал он с усмешкой. Она действительно была меньше, особенно в тех местах, где это имело значение. Её противником был Го Дасянь, любимый сын своей секты. Насколько ему было известно, Дасянь было почётным именем, которое получали главы секты и их прямые наследники.
Это снова был неравный бой, однако для Секты Изумрудного Клинка было примечательно, что столько её учеников продвинулись так далеко в турнире. Хуэйцзун предполагал, что после разорения, которое учинил у них Сунь Кэнь, они лишатся части своей силы, но новые ученики и молодая госпожа, похоже, восполнили эту слабость.
— Ань Жань, маленький клинок травы, против могучего, несокрушимого молодого господина Секты Великого Ущелья — Гоооооооо Дасяня!
На этот раз, к разочарованию Хуэйцзуна, никто не переговаривался. Предбоевое бахвальство всегда сильнее увлекало толпу. Вместо этого Ань Жань лишь медленно и глубоко дышала, успокаивая себя, пока её противник изучал её. Лицо Дасяня застыло каменной маской.
— Начать! — приказал он.
Го Дасянь немедленно двинулся вперёд. Его меч-верёвка хлестнул, вонзившись в землю рядом с Ань Жань. В мгновение ока он оказался прямо возле девушки.
Ань Жань едва успела поднять меч, чтобы заблокировать удар. Клинок скользнул по её собственному мечу, и в тот же миг Дасянь врезал кулаком ей в живот, силой удара согнув девушку пополам.
— Пламенное начало! — выкрикнул он. Похоже, Го Дасянь попытался быстро вывести её из строя, чтобы не потерять слишком много лица. Цай Сюлань мгновенно победила одного из его товарищей по секте, и молодой господин решил повторить её подвиг. Смелая стратегия, а стремительный натиск привлёк внимание толпы.
Дасянь продолжил свою комбинацию, обрушивая удары на юную противницу. Удар сбоку по голове. Девушка едва успела отвести его. На её руке образовалась длинная рана, брызнувшая кровью. Похоже, её поражение было неизбежно: Дасянь приблизился, чтобы закончить бой. Верёвочная часть его оружия обвилась вокруг её руки, намереваясь поймать её, тогда как клинок уже находился в руке Дасяня, готовый завершить поединок.
Меч Ань Жань раскололся надвое, и меньший кинжал позволил ей парировать клинок, а второй удар заставил Дасяня отступить.
Ань Жань пошатнулась, восстанавливая равновесие после свирепого натиска, затем перевела дух и вернулась в боевую стойку.
Увидев, что противница всё ещё стоит на ногах, Дасянь нахмурился ещё сильнее, а его глаза сузились от ярости.
Но созданная ею дистанция не пошла ей на пользу: молодой господин из Секты Великого Ущелья сменил тактику.
Атаки обрушились на неё с совершенно беспощадной стремительностью. Оружие Дасяня было весьма необычным: его клинок крепился к длинной верёвке. Верёвка опутывала противника, а клинок плясал вокруг, двигаясь по непредсказуемым траекториям. Попытаешься справиться с клинком — и верёвка внезапно обовьётся вокруг ноги. Ударишь по верёвке — и клинок, словно змея, хлестнёт в сторону, нанося удар под неожиданным углом.
Ань Жань отчаянно парировала, лихорадочно следя глазами за всем происходящим и одновременно пытаясь сократить дистанцию. Оружие Дасяня извивалось и скользило, словно живое существо, срывая любую её попытку. Против Цай Сюлань или любого основного ученика Секты Изумрудного Клинка это преимущество не было бы столь сокрушительным. Их парящие клинки превратили бы дистанционный бой в равное противостояние. Однако Ань Жань не могла заставить свои клинки парить, из-за чего была привязана к одной дистанции. Ей не оставалось ничего, кроме как броситься вперёд, прямо в пространство, которое контролировал Дасянь.
Дасянь пресёк её бросок. Он осторожно удерживал Ань Жань на расстоянии, постепенно изматывая её. Кто-то мог бы назвать такую тактику трусливой, но люди Великого Ущелья славились своим стилем боя, основанным на стремительных наскоках и отступлениях. Хуэйцзуну было всё равно. Зрелище определённо вышло напряжённым.
— Ещё один удар! Даже с двумя Клинками Травы Ань Жань не может сократить дистанцию! — раскатисто прогремел голос Хуэйцзуна, пока он комментировал бой, стараясь воодушевить толпу. Тигу и сама кричала достаточно громко, выкрикивая насмешки в адрес обоих бойцов, за что Хуэйцзун был ей благодарен. Она вновь вернула зрителей к поединку.
Он даже мог сделать для девочки что-нибудь приятное. Она уже заметно утяжеляла его кошелёк.
Ань Жань бросилась вперёд, намеренно врезавшись в верёвку и пытаясь лишить противника равновесия. Она метнула свой короткий призрачный клинок в образовавшийся просвет. Казалось, он сам по себе изгибался, почти летя по воздуху, и устремился прямо к противнику.
Дасянь безразлично отбил его тыльной стороной ладони. Клинок взорвался клубами ци. Его верёвка свернулась, обвивая тело женщины, а клинок занял положение для удара, готовый глубоко вонзиться и закончить бой.
Го Дасянь скривился и отвёл удар. Клинок на конце верёвки вместо того, чтобы поразить цель, в последний момент изогнулся, обвился вокруг груди и шеи Ань Жань и крепко связал её. Сохранив инерцию, клинок вернулся в руку своего хозяина. Го Дасянь дёрнул за верёвку: один её конец обвивал его руку, а другой был прикреплён к клинку в его ладони. Ань Жань оторвалась от земли и полетела к молодому господину Секты Великого Ущелья.
Дасянь поймал её в воздухе и прижал одной рукой, а другой приставил клинок к горлу Ань Жань.
Обездвиженная и неспособная вырваться, девушка обмякла, сдаваясь.
Раздался удар гонга.
— Победа за молодым господином Секты Великого Ущелья! — крикнул Хуэйцзун.
Толпа недовольно загудела, но ропот почти полностью утонул в вежливых аплодисментах. Зрители всегда ценили, когда красивая женщина покидала арену относительно невредимой. Она была милой крошкой. Жаль почти, что она оказалась культиватором, но, увы, так уж вышло.
Впрочем, если Хуэйцзун правильно догадывался, Го Дасяня, скорее всего, волновали более практические вещи. Молодой человек редко так себя сдерживал и не придавал особого значения полу противника. Нет, его беспокоили честь и кое-что более насущное. Орхидея, убивающая демонов, сдержалась, сражаясь с одним из членов его секты, и нанесла ему вежливое поражение, даже не ранив его. Это было своего рода оскорблением, но всё же лучше, чем быть жестоко избитым.
Молодой господин Секты Великого Ущелья повернулся к секции участников Изумрудного Клинка и кивнул. Цай Сюлань ответила ему тем же.
Разумно было поступить так же, и Дасянь не стал исключением. Девушка, похоже, была близка со своей молодой госпожой… А в полуфинале Дасяню предстояло сразиться с Орхидеей, убивающей демонов.
С той самой Орхидеей, убивающей демонов, которая до сих пор не продемонстрировала ни одной техники. Которая в проявлении абсолютного превосходства победила большинство соперников одним ударом.
Да, разумнее всего было отплатить ей добром, а Секту Великого Ущелья ещё никто не обвинял в глупости. Варварские племена, — разве что шептались у них за спиной, — но никогда не глупцы.
Бой Хуэя против Тье Дэлун тоже закончился стремительным поражением. Хуэй неожиданно хорошо себя показал: ему удалось подобраться поближе и обрушить клинок на места, которые обычно считались уязвимыми… Вот только удары заскользили по коже Дэлун, а массивная рука сомкнулась на горле Хуэя и полностью оторвала ученика Секты Изумрудного Клинка от земли. Последний удар в локоть тоже ничего не дал, и Хуэй сдался.
Следующий бой оказался ещё страннее. Всё началось как обычно: более опытный противник взялся избивать Цзан Вэя как бог черепаху. Каждый удар был безупречен, и вскоре маленький независимый культиватор оказался распластан на заднице. Хуэйцзун моргнул: Цзан Вэй лежал на спине, а его противник готовился нанести завершающий удар, но в следующий миг Цзан Вэй снова стоял на ногах — избитый парень ухмылялся сквозь распухшее лицо. Его противник рухнул на землю, закатив глаза, и потерял сознание.
Арена огласилась криками: «Громкий парень! Громкий парень!» — пока он купался в лучах своей победы.
Последний бой дня уже во второй раз подряд достался Тигу, и она не подвела. Настоящая драка до последнего, в которой они с Дулоу Ганем обменивались сокрушительными ударами, хотя её затяжной характер объяснялся скорее стойкостью мужчины, чем чем-либо ещё. Он получил по полной, пока Тигу избивала его. Не так захватывающе, как напряжённый бой с Лю Сянхуа, но для финальной схватки вполне приемлемо.
Хуэйцзун отпил воды, пока Земляная Арена вновь поднималась, и закрыл глаза, когда прохладный ветерок прошелестел над его лысеющей головой.
Подниматься всё выше в небо никогда по-настоящему не надоедало.
В этом году турнир выдался странным. Полным неожиданных поворотов и извилистой сюжетной линии.
На его лице появилась лёгкая улыбка.
Теперь настало время для его другой работы.
— Нет-нет, не так. Мышцы слишком большие, немного смягчи её облик. И глаза поправь — слишком узкие. Слишком хищные, — Хуэйцзун покачал головой, глядя на художника, который продолжал рисовать иллюстрацию к новой статье Хуэйцзуна.
Художник нахмурился, обдумывая свою работу.
— Опасная, но не совсем злодейка? Сделать акцент на образе юной девушки, а не на образе «бойца»?
— Именно! — Хуэйцзун кивнул. — Она — твоя озорная дочка. Немного не то, к чему мы стремились вначале, но и так хорошо. Самоуверенная и дерзкая, но не зверь, который подкараулит тебя на обочине дороги. Пусть выглядит как любимая младшая дочь.
— Да, господин, я всё сделаю, — художник поклонился.
— Молодец! — Бай Хуэйцзун отложил кисть и передал свиток одному из помощников. Он сидел за письменным столом на небольшом балконе, откуда открывался вид на расположенную внизу мастерскую. Внизу рабочие ковали молотами и сверкали иглами, создавая по его проектам кукол, которых он собирался продавать.
— Отнеси это к камню передачи. Если поторопимся, ещё успеем выпустить всё сегодня, — его помощник кивнул и засеменил прочь. — Ху! А как приняли предыдущий отчёт?
Вперёд шагнул другой помощник и поклонился.
— Очень хорошо, господин. Писцы, как вы и велели, организовали срочную работу и развесили баннеры. В Городе Травяного Моря приём Лю Сянхуа и Жоу Тигу оказался превосходным, а завтра мы узнаем, как обстоят дела на Озере Бледной Луны.
— А показатели продаж? — спросил он.
— В пределах ожидаемого, господин. Правда, писцам пришлось выйти во вторую смену: первый тираж полностью раскупили.
— Великолепно! Назначьте премию тому, кто сделает больше всего копий, — объявил Хуэйцзун.
— Как прикажете, господин.
Хуэйцзун улыбнулся, потянулся и достал ещё одну медовую конфету из чаши на столе. Мёд помогал успокоить голос после долгого дня. Он и правда уже не молодел, а к концу каждого мероприятия его голос обычно начинал садиться.
— Как продвигаются проекты? — спросил он у начальницы мастерской Хэй Чо, которая работала на него уже больше двух десятилетий. Она знала, чего он хочет.
Ему подали поднос с куклами.
— Просто, но эффективно, — заметил Хуэйцзун, подняв куклу Жоу Тигу. Она была довольно хорошо сделана: отметины на лице получились заметными, глаза выкрасили жёлтой краской, а волосы сделали из оранжевой пряжи. Производить такую будет легко.
— Да, господин. Однако расходы на Лю Сянхуа будут выше, если мы добавим кукле печь, — предупредила Чо.
Хуэйцзун почесал подбородок и поднял другую куклу. Зелёная печь с дымовой трубой, вырезанные из дерева, были прикреплены к спине куклы. — ...Оставьте печь, а цену не меняйте. Меньшую прибыль компенсируем увеличением продаж. У меня хорошее предчувствие насчёт этой куклы. Мы всё ещё укладываемся в график?
— Наверное, успеем выпустить ещё одну и сохранить основной выпуск к концу турнира, — сообщила ему Чо.
Хуэйцзун на мгновение задумался, а затем покачал головой.
— Нет, и так достаточно хорошо. Передайте кукол и проекты посыльному и начинайте производство, как только сможете.
— Да, господин, — сказала Чо, элегантно поклонившись.
Хуэйцзун не сводил глаз с её зада, пока она уходила.
Пока не услышал, как она хихикнула.
Он кашлянул, покачал головой и повернулся к остальным своим людям.
— Есть ещё что доложить? — спросил он.
Ху снова шагнул вперёд и кивнул. — Ходят слухи о ещё одной вечеринке, которая состоится в первый день перерыва перед финалом. Последнюю мы пропустили — она была вполне приличной, но эта, похоже, будет намного масштабнее.
— Есть главный организатор?
— Чэнь Ян из Секты Обрамлённого Солнца... и Лю Сянхуа. Есть приглашения. Если верить слухам, пригласили каждого, кто участвовал в турнире.
Хуэйцзун промычал.
— Интересно. Отправьте несколько людей в толпу и предупредите торговцев. Смельчаки смогут получить свою награду — разумеется, за вычетом нашей доли. А если дела испортятся из-за кучки пьяных юнцов, дайте ясно понять, что это не наша проблема.
— Именно, — хихикнул Ху.
— Что-нибудь ещё? — спросил Хуэйцзун.
— Владелец Чао Баоцзы отказывается продавать нам товар. Он хочет оставить столы в ресторане.
— ...Смените тактику. Узнайте, позволит ли он снять с них угольные оттиски, а если на это он тоже ответит отказом... просто сделайте это без разрешения.
— Как скажете, господин.
Хуэйцзун кивнул. — Тогда займусь завтрашними бумагами. Отнесите ребятам туда что-нибудь особенное, они усердно работали последние несколько дней.
Ху сложил руки и поклонился, принимая разрешение уйти.
Хуэйцзун протянул руку к подносу, который для него приготовили помощники, и взял самый первый свиток. Он нахмурился, глядя на лежавший перед ним лист пергамента: тот разрешал выдать ещё одну партию бочек для делегации от Секты Окутанной Горы. Сколько же эти ублюдки могут выпить?!
Раздражённо вздохнув, он подписал документ.