Том 2, глава 27.3

В Обмен всегда, всегда было немного непривычно входить. Перенестись от «обычных» средневекоподобных вещей прямиком в этакий торговый центр — это было чертовски странно. Тут была реклама. Даже что-то вроде фуд-корта. И даже целая сеть. Ну, сеть ресторанов. «Чао Баоцзы» — гласила яркая вывеска со стилизованной мясной булочкой.

Чёрт, один такой я уже видел в Городе Озера Бледной Луны. Интересно, у них контракт с организацией, которая управляла обменами?

Впрочем, готовили они неплохо. Тинфэн добыл для нас несколько штук прошлой ночью. Мясные булочки премиум-класса. Гарантированно из чистых ингредиентов, без наполнителей — под страхом смерти.

В той лавке к делу относились серьёзно.

Я покачал головой, пока Большой Ди с интересом оглядывался по сторонам, а лицо Сюлань оставалось непроницаемым. Многие таращились на неё.

Хотя, возможно, они глазели на парня с курицей на плече. Вполне может быть.

Мы неторопливо прошли сквозь разноцветные флаги и небольшую толпу. Ничего похожего на то, что творилось во время сезона сбора урожая. В этот час здесь было практически пусто.

Как бы то ни было, у меня имелось дело, и мой взгляд привлекла одна из лавок. Новая — от Торговой компании «Лазурный Нефрит». Говорили, место весьма высокого класса. Даже выше, чем «Небесные Меха». Настолько высокого, что мне стало любопытно, какого чёрта они вообще делают здесь . Парень за прилавком выглядел скучающим и несчастным, так что, возможно, это было своего рода наказанием.

Он взглянул на нас, а увидев Сюлань, резко обернулся и принялся откровенно на неё пялиться.

Через мгновение он отвёл взгляд.

— Мне нужно заняться женскими делами, муж, — сказала Мэймэй, немного оглядываясь по сторонам и слегка покраснев.

— Старшая сестра, я пойду с тобой, если хочешь, — предложила Сюлань, и Мэймэй слегка застыла.

— В этом нет необходимости, — уклончиво ответила она, краснея ещё сильнее. — Это всего лишь кое-какая ткань и встреча с подругой. Я скоро вернусь.

Она что-то скрывала. Причём довольно неумело, но я не стал вмешиваться. Если она хотела сохранить это в тайне, это было её дело.

— Можешь пойти со мной, если хочешь, — предложил я, и, когда она кивнула, мы отправились проводить исследование рынка.

Предстояло продать диковинку под названием «кленовый сироп». Я начал с привычных мест. Прошёлся по знакомым торговцам, работавшим с более стандартным ассортиментом, и всё оказалось примерно так, как я и ожидал.

Около десяти серебряных монет за дорогостоящий товар. Если учесть, что мешок риса весом в сорок килограммов стоил примерно четыре серебряные монеты… что ж, это всё ещё было чертовски дорого. Пара торговцев к тому же не захотела связываться с новым товаром.

Вполне ожидаемо, полагаю. Сюлань всё это время хранила молчание, спокойно снося комментарии вроде «какая у вас красивая жена» и бесцеремонные взгляды.

Первому я сказал, что она мне не жена… и он тут же принялся к ней подкатывать. Так что с несколькими следующими я предпочёл держать рот на замке. Это мгновенно пресекало подобные разговоры, хотя от взглядов не спасало.

Даже Большому Ди стало немного не по себе.

— Твоя птица продаётся? Красавец! Дам за него двадцать серебряных! — сказал один из мужчин, жадно разглядывая мясистые бёдра и оперение моего петуха.

Он быстро перешёл от самодовольного прихорашивания под пристальными взглядами к отвращению — наглая жадность и едва ли не слюни некоторых людей его явно потрясли. Он обеспокоенно поглядывал на Сюлань, которой доставалось больше всего.

— Вот почему я попросил Сюлань сделать то, что она сделала, — прошептал я. Петух быстро выдернул хвост из потянувшейся к нему руки, которую я машинально перехватил, и свирепо уставился на старика, попытавшегося потрогать товар. Старуха надула губы.

— Я заплачу тебе десять серебряных за каждую кладку оплодотворённых яиц, — без обиняков заявила она.

Нет, я не собирался пускать своего петуха по кругу — разве что он сам этого захочет.

Я проигнорировал её и ушёл.

— Представь, если бы тебя каждый день вот так осаждали. Если бы люди приходили на ферму поглазеть. Ещё и с такими предложениями, — пробормотал я. Большой Ди слегка вздрогнул.

И это был всего лишь городок. В большом городе, должно быть, всё ещё хуже.

— Я проверю этих ребят, — объявил я, указывая на лавку Лазурного Нефрита. Шансы были невелики, но почему бы не осмотреть все варианты.

Мы не спеша подошли к лавке: парень за прилавком что-то записывал в журнал. Увидев нас, он поднял взгляд, встал и почтительно поклонился.

— Приветствую, уважаемые покупатели! Чем этот Гуань Бо из Торговой компании «Лазурный Нефрит» может вам услужить? — мужчина распрямился с похвальной быстротой и натянул улыбку, которая и правда оказалась довольно обаятельной и приятной. Никакого скользкого продавца подержанных машин, которого я ожидал увидеть. Правда, улыбка всё же казалась немного фальшивой — наверное, потому, что я уже видел, как ему до чёртиков скучно.

Теперь, когда мы подошли к лавке, я мог лучше рассмотреть товары и… ну, их тут действительно было гораздо больше, чем у остальных торговцев поблизости.

И под «больше» я имею в виду — чертовский перебор.

Всё выглядело очень по-сяньсяшному. Кричащее золото, драгоценные камни и даже какие-то целебные пилюли на витрине. Я увидел цены и едва не фыркнул.

Капитализм, мать его. Семья Хун одними ценами выжила бы этих ребят из города. А надпись «действенно против всех смертных недугов»? Наверное, это было правдой, но звучало так, будто мне впаривают змеиное масло.

— Я просто осматриваю ваши товары, господин. Вы здесь, похоже, недавно, — сказал я, разглядывая его вещи и отмечая охранника, который прятался чуть в стороне, вне поля зрения.

— Именно. Я услышал от друзей много хорошего и приехал в эту… чудесную маленькую деревушку, уважаемый покупатель, — сказал Гуань Бо с тихим смешком.

Ага, конечно. Врал он так, что зубы скрипели, и, скорее всего, ненавидел это место.

— А какие ещё товары у вас есть? — спросил я из любопытства. Спереди было выставлено довольно много всего, но большая часть, похоже, всё ещё хранилась в глубине лавки.

Гуань Бо раздулся от гордости.

— Мы, Торговая компания «Лазурный Нефрит», торгуем всем, что есть в этих холмах, — и всё это высшего качества! Позвольте этому Гуань Бо показать вам одну из лучших вещей.

Он быстро отправился в подсобку и вынес оттуда переливающееся, лёгкое, как паутина, шёлковое платье. Довольно красивое, но какого чёрта он вообще его достал?

— Это платье из шёлка Лазурного леса, уважаемые покупатели. Подобное прекрасное сокровище должно быть облачено во что-то столь же прекрасное, разве нет? — весело спросил он, бросив взгляд на Сюлань.

А, ну да. Полагаю, это одна из причин. Лань-лань была одета в наряд, который сшила для неё Мэйлин, и это определённо был не переливающийся шёлк, лёгкий, как паутина.

Сюлань один раз взглянула на платье и тут же потеряла к нему интерес. А вот я немного заинтересовался. Ну, да, оно было очень… э-э… по-сяньсяшному вычурным, но плетение оказалось плотным и качественным.

— А как его ткали? — спросил я, внимательно рассматривая ткань.

— Боюсь, мастера хранят свои секреты, уважаемый покупатель, но оно изготовлено исключительно из лучших лазурных шелкопрядов, снятых с верхушек деревьев. На создание одного этого изделия ушло целых пять лет! — похвастался он, правда, уже не так пылко, поскольку Сюлань больше на платье не смотрела.

Её платье было немного лучше этого. К тому же оно гораздо лучше подходило для боя. В некоторых местах оно было усилено, а это платье, похоже, легко порвалось бы.

Однако улыбка не сходила с его лица, пока он не начал выкладывать другие украшения, меха, лекарства и даже меч.

Ну да, всё это было вполне неплохим, но… Лазурные Холмы были слабоваты. В Городе Багрового Горнила я видел уличных торговцев, которые предлагали мечи получше, чем тот тип из Обмена.

Но вообще-то я пришёл сюда не покупать, а продавать. Поэтому я достал собственные товары. Бедняга выглядел раздосадованным, но любезно принял мой кленовый сироп на оценку.

Он капнул крошечную каплю себе на запястье и внимательно её рассмотрел.

Он смотрел на неё мгновение. Потом ещё немного.

Он пялился.

— Его вообще-то едят, — безучастно сказал я.

Гуань Бо с трудом сглотнул и осторожно слизал каплю.

Он закрыл глаза и выдохнул. Затем повернулся ко мне.

— Сколько вы собирались продать, уважаемый покупатель? — тихо спросил он.

Я достал из тележки, которую катил за собой, три большие банки.

Его глаза расширились.

— А цена? — спросил он.

Честно говоря? Я понятия не имел. Слишком дорого просить было нельзя — это всего лишь кленовый сироп, — но посмотрим, сколько этот парень сам сочтёт его стоящим.

— Как вы думаете? — спросил я.

— Пятьдесят серебряных монет за банку? — предположил он, с ходу назвав безумную сумму. Серьёзно? Пятьдесят?

Я слегка нахмурился.

— Шестьдесят, — тут же поправился он, заметив мою реакцию.

Ну, это и правда было нечто новое. Если он представлял «Лазурный Нефрит», то наверняка имел связи среди знати, а те готовы были бы выложить за такое последние деньги…

Сюлань кашлянула.

— Семьдесят пять? — с надеждой спросил он.

Так, теперь он повышает цену. Моё чувство чести и справедливости боролось с пониманием того, что я собирался обобрать какого-то городского франта.

Старые привычки не умирают. Живущий во мне деревенский парень визжал, словно обезьяна, предвкушая, как проведёт какого-нибудь городского пижона, а воспоминания Жоу подсказывали мне вогнать нож поглубже и выжать из него всё, что только можно.

Я не идеальный человек.

— Меня устроит восемьдесят… — Мужчина поморщился. — И если всё пойдёт хорошо, я стану единственным поставщиком для человека из столь уважаемой торговой компании.

Глаза мужчины расширились, и на его лице расцвела улыбка.

— Для меня честь и удовольствие вести с вами дела, уважаемый покупатель. Мы незамедлительно составим контракт.

— Завтра, во Дворце? — спросил я.

Он почтительно склонил голову.

— Как пожелаете, господин!

Я и правда чувствовал себя немного виноватым из-за того, что только что сделал. Возможно, это было немного подло — особенно с учётом того, какие выгодные сделки я предлагал магистрату… но, скорее всего, всё в итоге уладится.

* * *

Гуань Бо, благополучно укрывшись в задней части лавки, плясал и подпрыгивал, как сумасшедший.

Гуань Бо ненавидел этот маленький городок. Он находился в самой заднице мира. Здесь было холодно. Еда была слишком простой. Люди — тупицами высшей пробы: сплошь грязные фермеры и свиноводы. Даже проститутки здесь были невыносимыми — дочери фермеров, не обладавшие ни каплей искусства любовных утех.

Мелкие люди, проживающие мелкие жизни.

Он уже начинал сомневаться в достоверности сведений своего информатора. Записывающий кристалл продают здесь, в этом захолустье? Возможно, магистрату, но тот ничего не сказал, лишь с приподнятой бровью осмотрел его товары, а потом попросту проигнорировал его.

А теперь он терял деньги. Ладно, не то чтобы терял — здесь хотя бы всё было дёшево, — но уж точно ничего не зарабатывал. Его товары были слишком изысканными и дорогими для этих людей. Они приходили поглазеть на его прекрасные вещи, а потом бледнели, и их глаза вылезали из орбит, когда они видели цены, после чего убегали из его лавки.

Единственное, что ему удалось продать, — ожерелье одной из «благородных» семей. Кажется, каким-то Чжугэ. Вряд ли стоило даже запоминать.

Хватайся за возможности, Бо! — провозгласил его дед, глава Торговой компании «Лазурный Нефрит». И он считал, что ухватился за возможность. Обычно этому человеку можно было доверять: он знал, где и когда появляются продавцы кристаллов. По-видимому, магистрат запрашивал их, но для другого человека. Для человека, который, судя по всему, часто бывал в городе.

Ходили также слухи о шкурах превосходного качества и о рисе неслыханного сорта. Но говорили об этом тихо, шёпотом.

Ни один обычный человек не мог позволить себе записывающий кристалл. А если тот человек регулярно бывал в городе, то наверняка мог позволить себе потратить деньги.

Новый рынок, на который он мог выйти после долгих лет, проведённых в бессмысленном хождении по кругу, — и при этом не имея за душой ни единой заслуги.

Но всё оказалось напрасно. Три месяца — и ничего.

До этого момента.

Он вскинул руки вверх. Эта поездка не прошла впустую!

Теперь нужно защитить источник. Нельзя допустить, чтобы после обнаружения этой серебряной жилы сюда сунулись конкуренты. Это будет его находка. Его заслуга. Его путь к расширению Торговой компании «Лазурный Нефрит»!

Восемьдесят серебряных монет за банку — немалая сумма. Определённо, это было выгодно культиватору. Но у него было хорошее предчувствие насчёт этого товара. Такое же, какое, по словам деда, возникало у него в отношении некоторых вещей.

И никто не посмеет расследовать дела Торговой компании «Лазурный Нефрит». «Тайные источники» пользовались уважением у сект, с которыми вели дела, поскольку те опасались однажды внезапно оказаться отлучёнными от Торговой компании «Лазурный Нефрит».

Он поднял бутылку вина, произнося тост. За культиватора, его странно знакомую жену и даже за их веснушчатую служанку!

* * *

Я был очень, очень рад, что Большой Ди отнёсся ко всему с таким пониманием. После случившегося на обмене — когда его чуть не растерзала толпа, его засыпали грубыми вопросами и пожирали похотливыми взглядами Сюлань…

Он категорически настаивал, чтобы никто из этих людей не узнал о ферме. Я, честно говоря, был впечатлён тем, что он почти никого не убил. Под конец он заметно дрожал от ярости — как раз когда Мэймэй вернулась с целой кучей ткани.

Вернувшись во двор Чжугэ, он даже по-своему извинился перед Сюлань за то, что сердился на неё. За свою обиду и ревность.

Моя курица была воспитаннее многих людей. Она говорила несколько неловких вещей.

Как бы то ни было, после подписания договора нам, скорее всего, предстояло уехать. Я улёгся в нашу постель рядом с женой, которая хмурилась, глядя на свиток, и украдкой поглядывала на меня.

— Цзинь? — тихо позвала она.

— Да, любимая? — спросил я.

Она выглядела немного неловко, но всё же взяла себя в руки.

— Мэйхуа вот-вот должна родить, и я знаю, что тебе нужно возвращаться на ферму… Но можно я останусь, пока она не родит? — спросила она, закусив губу.

Чего она так нервничала? Без неё мне было бы немного одиноко, но она переживала за подругу. К тому же, если бы я захотел её увидеть, то сам приехал бы в гости.

— Да, конечно, — просто ответил я.

После этих слов напряжение покинуло её тело, а на губах появилась улыбка.

— Отправить с тобой Риззо? Тебе нужны деньги на жизнь? — спросил я.

— Мэймэй? — позвал я, поскольку она ещё некоторое время молчала.

Она поцеловала меня.

— Мне больше ничего не нужно, Цзинь, — сказала она с нежной улыбкой.