Глава 96
Я сглотнул вязкую слюну.
Гендиректор Ча во что бы то ни стало намеревался помешать мне заключить контракт со Службой.
Однако я всё равно планировал подписать договор со Службой.
И Чан Согюн тут ни при чём.
Я просто... хотел отплатить хотя бы за проявленную ко мне доброту.
В StP я применял способности напропалую.
Че Хёно хотя бы знал о моём Послании, но Гвак Ханмук и Мо Хэин понятия о них не имели, а я без лишних раздумий развернул перед ними системное окно.
К тому же применил Покровительство, даже не притворившись, будто достаю предмет, и всю мою ложь раскрыли.
Повесь они на меня обвинения в угрозе национального масштаба с добрый десяток раз, мне не нашлось бы что возразить.
Но никто из них не донёс об этом в Службу.
То, что сейчас я мог держаться перед Чан Согюном уверенно, – целиком и полностью заслуга молчания спецгруппы.
У Мо Хэин из-за меня была разбережена старая душевная травма, но она не позволила себе выйти за рамки дозволенного.
Она вмешалась только тогда, когда я бессмысленно пытался расстаться с жизнью.
А когда я просил мне помочь, требуя вызволить близнецов, именно она первой бросилась ко мне и вспорола брюхо красного дракона Чёрной Глефой.
«И капитан Гвак ведь... назвал меня частью команды».
Я ясно помнил, как он убеждал меня, потерявшего голову из-за поступка Инфернума, что мы же одна команда, и предлагал сказать, если мне что-то нужно.
«К тому же, если бросить подполковника Че одного, что, если он снова вырвет себе крылья?»
Самра тоже прикладывал немало усилий ради меня на самых разных направлениях.
Далеко ходить не надо: когда гендиректор Ча напал на Службу, Самра без колебаний взвалил меня на спину и бросился наутёк.
В конечном счёте мне удалось благополучно закрыть Испытание лишь благодаря доброте и помощи бойцов спецгруппы.
Сделать вид, будто ничего не было...
...для меня слишком сложно.
К тому же Служба и спецгруппа понадобятся мне и впредь.
В одиночку закрывать Испытания сил у меня не хватит.
Выйти на след создателя без Самры в рядах «Эхо» тоже невозможно.
Так что я намеревался провести основательные переговоры с Чан Согюном.
«Проблема в том, как убедить гендиректора Ча».
Я осторожно начал говорить:
– Пока что я склоняюсь к...
Грохот. Стул опрокинулся назад, не выдержав того, как резко вскочил гендиректор Ча.
Обнажив Тэиль Ёрэ, он произнёс бесстрастным синтезированным голосом:
– Видимо, снести половину Службы оказалось мало.
– Гендиректор Ча, подождите!
– Это из-за спецгруппы?
...Как он догадался?
Не успел я опомниться от его дьявольской проницательности, как он зашагал широкими шагами дальше.
– Гендиректор Ча!
– Слетят спецгруппе головы с плеч – и ты подпишешь контракт с «Эхо».
Я кубарем слетел с больничной койки и бросился за ним вдогонку.
– Гендиректор Ча, да выслушайте же меня!..
Но тот и слушать не желал.
И прямо перед тем, как он взялся за ручку двери палаты...
...я вцепился в край его ветровки и истошно завопил:
– Я умру!!!
Гендиректор Ча наконец замер как вкопанный. Он медленно обернулся ко мне.
– ...Чего?
– Е-если я не останусь в Службе, я труп. Из-за... из-за создателя!..
– Что значит «умрёшь»? Изъясняйся понятно.
Я принялся объяснять, виртуозно смешивая правду с вымыслом.
Создатель выдаёт мне определённые квесты: выполнишь – сохранишь жизнь, провалишь – погибнешь.
И в этих квестах жёстко прописано обязательное условие: числиться в составе Службы.
У гендиректора Ча, лично столкнувшегося с тем, что создатель – Иной бог, вызвавший со мной временную аномалию, не было иного выбора, кроме как мне поверить.
«К тому же я ведь не совсем соврал».
– Думаете, мне самому в радость сидеть на привязи у Службы? Да я обеими руками за то, чтобы стать директором под началом глубокоуважаемого и любимого мной гендиректора Ча!
Но что поделать?
Я усердно распинался, что из-за создателя прохожу квест «закрыть Испытания, находясь в составе Службы по Противодействию Испытаниям», так что у меня связаны руки.
Выслушав меня, гендиректор Ча опустил взгляд.
И я заметил собственные пальцы, вцепившиеся в его одежду как в спасательный трос.
Ахнув от неожиданности, я запоздало разжал пальцы, и гендиректор Ча снова вперил в меня взгляд.
Я поднял открытые ладони, демонстрируя безоружность, и смирно замер в ожидании его ответа.
Гендиректор Ча смерил меня взглядом и спросил:
– Квесты продолжают поступать?
– Да... Не знаю, когда это закончится.
– Условия.
– Текущий квест требует закрыть семь Испытаний за два месяца, находясь в составе Службы.
Гендиректор Ча издал смешок.
До моего появления во всём мире закрыли в общей сложности девять Испытаний.
Закрытие Испытания считалось делом практически невыполнимым, так что его недоумение перед столь абсурдной цифрой вполне понятно.
Впрочем, гендиректор Ча прекрасно знал о моих прошлых успехах в закрытии Испытаний.
Для меня это было вполне реально.
– Разраб, чёртов ты...
По тону слышно, сколько матов осталось недосказанными.
Помолчав немного, он холодно процедил:
– В игры играл я, а Хан Гоё отправляют не в «Эхо», а в Службу?
...Как бы там ни было, ложь вроде бы сработала.
С трудом отведя угрозу отчаянной ложью, я замялся и добавил:
– Только... я ведь рассказал об этом только вам, гендиректор Ча, так что, прошу прощения, не могли бы вы сохранить это в тайне?..
Я и без того мозолил всем глаза, незачем привлекать к себе ещё больше лишнего внимания.
Разумеется, Самра точно слушал наш разговор через телефон Хам Чиволь.
«Но Самре я и так собирался всё рассказать».
Главное – закрыть рот гендиректору Ча передо мной.
Другой вопрос, что сделать это ох как непросто.
– Какой же ты проблемный, Хан Гоё.
В синтезированном голосе уже сквозило неприкрытое раздражение.
Зная его крутой нрав, я слегка струхнул. Совсем чуть-чуть...
Гендиректор Ча наклонился. Придвинув лицо вплотную к моему, он прошептал:
– Двадцать раз.
Опасаясь, как бы он не врезал мне лбом, я весь подобрался и с заминкой переспросил:
– ...Что?
– Двадцать командировок. Меньше не обсуждается.
Число вылазок в Испытания меня ничуть не заботило.
Всё равно эпический квест в будущем почти наверняка потребует закрыть ещё больше Испытаний.
Изобразив глубокую задумчивость, я ответил:
– Договорились. Пусть будет двадцать. Но у меня тоже есть встречное условие.
– Какое?
– Выделите мне один купон на свободный вызов гендиректора «Эхо».
Прежде чем он успел наставить на меня Тэиль Ёрэ, я шустро добавил:
– Вы ведь и сами прекрасно знаете мою цену, гендиректор. И понимаете, что даже при таких условиях не останетесь внакладе.
На что гендиректор Ча дал поразительный ответ:
– Дам два.
Оставив меня ошеломлённым, он без лишних слов достал из инвентаря предмет-контракт и принялся вписывать пункты.
Приняв договор, я впился глазами в строчки.
«И впрямь прописал два».
Не веря собственным глазам, я дотошно проверил каждый пункт на предмет мелких приписок, после чего заглянул в описание предмета.
Лютый контракт: пергамент, хранящий крупицы Бездны. Нарушение записанного здесь договора повлечёт за собой лютые последствия.
Настоящий контракт для адаптантов. Стоило приложить ладонь к пергаменту, как появилось гусиное перо.
Сжав перо, я напоследок бросил взгляд на Доминика.
Тот сидел смирно и никак не реагировал.
«С этим всё в порядке?»
Видимо, дело в том, что это обычный договор, не оставляющий следов на теле или душе.
Едва я черкнул подпись, перо с контрактом растворились в воздухе.
– Сработаемся, Хан Гоё? – сунул руки в карманы ветровки и надменно бросил гендиректор Ча.
Натянув дежурную деловую улыбку, я ответил:
– Рассчитываю на плодотворное сотрудничество, гендиректор Ча.
Переговоры с гендиректором Ча завершились успешно.
* * *
Достигнув согласия с гендиректором Ча, я наконец смог покинуть больничную палату.
Хам Чиволь властью главы отдела одобрила мою выписку.
Под конвоем солдат меня провели в комнату, похожую на прежний изолятор.
Обстановка почти не отличалась от старой, так что ощущения чуждости не возникло.
Самра будет занят до тех пор, пока Чан Согюн и гендиректор Ча не завершат свои переговоры.
За это время я тоже рассчитывал переделать кое-какие дела.
Я сменил больничную одежду на форму Службы.
Приведя себя в максимально опрятный вид, я протянул руку к ждавшему меня на столе пудинговому слайму.
Доминик вскарабкался по ладони и поинтересовался:
– Как насчёт того, чтобы принять человека в маске в свой сонм, Каштан? От него определённо будет немало проку.
Судя по всему, гендиректор Ча пришёлся ему по душе.
Раз уж сам Доминик предложил зарегистрировать персонажа, гендиректор Ча и впрямь невероятен.
Да и характер у него в реальности оказался куда мягче, чем представлялось.
И дело вовсе не в слепой симпатии к любимому персонажу: он на самом деле вёл себя куда сговорчивее, чем в игре.
В очередной раз убедившись, что слепо верить игре нельзя, я ответил Доминику:
– Я стараюсь по возможности никого не регистрировать в свой сонм. Брать ответственность за чьё-то существование для меня пока слишком страшно.
– Вот как.
Доминик замер на предплечье и поднял на меня взгляд.
– Но, Каштан, вы не можете вечно оставаться маленьким и юным. Рано или поздно вам тоже придётся вырасти.
Стоило мне подумать, что его слова подозрительно перекликаются с репликами системного окна, как раздался динь.
Вы думаете, что слова ужасающего бедствия могут оказаться правдой.
Ведь расти в качестве юного бога – важнее всего остального.
Прежде система на дыбы вставала от одного вида Доминика, а тут с готовностью уцепилась за его слова, признавая их правоту.
Прекрасно зная, что последует дальше, я сразу закрыл системное окно.
Убедившись, что Доминик удобно устроился на моём плече, я произнёс:
– Я постараюсь, Доминик.
Что фактически означало вежливый отказ от регистрации.
– Хм, понятно.
Доминик не стал развивать тему. Он вообще охотно прислушивался к моему мнению.
«Всё-таки он куда лучше системного окна», – подумал я и толкнул дверь.
Поскольку это было не здание Службы, замок открывался и изнутри.
Щёлк.
Караулившие у двери солдаты немедля наставили на меня стволы.
Я с улыбкой обратился к ним:
– Прошу прощения, не могли бы вы проводить меня в кабинет 3-й оперативной группы? Мне нужно увидеться с капитаном Гвак. Он ведь уже вернулся с задания?
– Предварительных распоряжений не поступало. Пройдите обратно.
– Во время сегодняшней беседы с главой Службы я получил разрешение на встречу. Можете проверить. А если с главой Службы связаться сложно, спросите напрямую у капитана Гвак.
Капитан- Гвак, уповаю на вас!
Выйти на Чан Согюна солдаты точно не смогут, так что наверняка свяжутся с Гвак Ханмуком, до которого достучаться куда проще.
Я не сомневался: услышав о неожиданной встрече, Гвак Ханмук без лишних вопросов подыграет мне.
Глядя на мою невозмутимую физиономию, солдаты переглянулись.
Поколебавшись немного, они даже не стали связываться с Гвак Ханмуком и повели меня за собой.
– ...Следуйте за нами.
Однако дело было вовсе не в том, что моя железобетонная уверенность убедила их в правдивости слов...
Скорее они попросту избегали лишний раз связываться с Гвак Ханмуком.
Да и наверняка рассудили, что если никакой встречи не назначалось, Гвак Ханмук сам разберётся на месте.
Зная открытый и добродушный нрав Гвак Ханмука, я искренне удивился подобной реакции.
Солдаты довели меня до временного кабинета 3-й оперативной группы.
За стеклянной дверью среди бойцов 3-й группы мелькнула рыжая макушка.
Сидевший на самом дальнем месте Гвак Ханмук работал с совершенно бесстрастным лицом.
Он стучал по клавишам, – наверное, составлял отчёт.
Непривычно.
Наверное, потому, что я привык видеть его вечно улыбающимся.
Один из подчинённых осторожно подошёл к нему и о чём-то спросил.
Не отрывая глаз от монитора, Гвак Ханмук бросил короткий ответ, после чего боец отвесил подчёркнуто выверенный поклон и поспешил отойти.
Создавалось впечатление, будто с сослуживцами по группе он держится отчуждённо.
Возможно, это лишь моё поверхностное впечатление, но бойцы явно робели перед Гвак Ханмуком.
Я-то представлял, что в группе под его началом настрой царит исключительно тёплый, так что увиденное немало меня озадачило.
Под присмотром конвоя я толкнул стеклянную дверь и вошёл в кабинет.
Серые глаза сразу же устремились на меня и на секунду дрогнули.
– ...Гоё?
Гвак Ханмук немедля поднялся с места. Окинув взглядом стоявших за моей спиной солдат, он сразу считал ситуацию.
– Я вызвал курсанта Хан насчёт контракта, так что можете больше не караулить. Свободны, свободны.
Солдаты отдали честь махнувшему рукой Гвак Ханмуку и удалились.
Расплывшись в улыбке, Гвак Ханмук шагнул ко мне и уже хотел закинуть руку мне на плечо, но осёкся.
– Ох.
Наткнувшись взглядом на сияющий пудинговый слайм, он оставил попытку приобнять меня и задорно ухмыльнулся:
– Гоё-о, о том, как ты рухнул, харкая кро-о-овью, уже все вокруг треплются.
– А, ну это...
– Говорят, подполковник Че с гендиректором Ча из-за нашего Незрелого Каштана пиздец как сцепились, разнося здание к чертям?
– ...
Возразить было нечего, ведь это чистая правда.
Гвак Ханмук расхохотался и, ткнув большим пальцем за спину, предложил:
– По кофе? Я угощаю.
И добавил, что на крыше никого нет.
Нам обоим было что обсудить. И как раз тогда, когда я хотел ответить согласием:
– Каштан, сейчас самое время выдать награду за квест.
От слов Доминика сердце забилось чаще.
«Наконец-то я узнаю, почему капитан Гвак видит Доминика?»
Предвкушая разгадку после стольких мучений, я с замиранием ждал продолжения, но...
– Прикажите этому слуге из вашего сонма раздеться, Каштан.
...Э?