Глава 187

Тун Янь распахнул глаза и ошеломлённо уставился в потолок. Придя в себя, он заметил, что крепко сжимает край одеяла. «Это просто сон… но до чего смехотворный. Каким бы образом Сюй Синьдо влюбилась в Инь Шаошу?» — роились в его голове мысли об увиденных сценах, ещё не успевших выветриться из памяти.

В дурном настроении Тун Янь оглядел себя, одетого в пижаму. «Ну вот, опять… Впрочем, давненько ты не давал о себе знать…» — безмолвно вздохнул юноша.

Перевернувшись в постели, Тун Янь безостановочно размышлял о своём сне. Поцелуй был невероятно сладок, однако сердце его жгло непривычной горечью. Он запомнил даже тепло губ Сюй Синьдо.

Пока Тун Янь обдумывал сновидение, известный участок его тела заныл лёгкой болью. «Чёрт. Сдурел, что ли? А ну успокойся!» — разозлился на себя Тун Янь.

***

Когда врач удалился, Сюй Синьдо встала с кровати, оделась и медленно прошлась по комнате. Обычно она надавливала на акупунктурные точки, чтобы облегчить боль, однако после сеанса, проведённого специалистом высокой квалификации, боль ещё долго не удавалось унять. Во время процедуры девушка даже хваталась за руку врача, когда ей становилось слишком уж больно. Иглоукалывание живота укрепляло пищеварительную систему, что, к сожалению, не отменяло болезненных ощущений.

Помимо акупунктурной терапии, следовало принимать и многочисленные препараты всех форм и оттенков.

Напоследок перекусив, Сюй Синьдо ушла в кабинет и села за чтение книги. Вскоре она отвлеклась от осмысления текста и задумалась о разговоре Тун Яня и Инь Хуа. Сюй Синьдо всегда знала, что Тун Янь не имеет к ней романтического интереса. Тун Янь был предельно открыт и прямолинеен: если ему что-то не нравилось, он заявлял об этом напрямую; точно так же друг поступил бы и со своей симпатией.

Сюй Синьдо и Тун Янь общались уже очень давно. Неудивительно, что девушка досконально изучила его повадки. Тун Янь всем своим видом давал понять, что относится к Сюй Синьдо исключительно как к близкому другу. Даже когда вокруг Сюй Синьдо разгорался скандал, Тун Янь немедленно спешил к ней на помощь из дружеских побуждений.

«Какой стыд… — думала Сюй Синьдо. — Влюбилась в лучшего друга…»

Она бы никогда не пожелала втягивать Тун Яня в неприятности, но именно это у неё раз за разом и выходило.

Между прочим, Сюй Синьдо была очень рада вернуться в семью Му. Во-первых, родители вызвались оплатить уход за бабушкой Сюй, что делало Сюй Синьдо независимой от Тун Яня, а во-вторых, живя с богатыми родственниками, девушка смогла бы чаще видеться с другом. Даже уступая Тун Яню в социальном положении, при таких условиях Сюй Синьдо обретала большее уважение, чем безродная девочка из деревни. Для Сюй Синьдо не имело значения, родной её считают или приёмной, — сейчас она только радовалась возможности быть ближе к Тун Яню и посещать уроки вместе с ним.

И всё же постепенно Сюй Синьдо утрачивала способность довольствоваться тем, что имеет. Чем ближе она оказывалась к Тун Яню, тем большего жаждала. Сюй Синьдо даже начинала замечать за собой желание видеть давнего друга и касаться его ещё чаще, чем прежде.