Глава 173

За время, проведённое в теле Тун Яня, Сюй Синьдо многому научилась. Возвращаясь в собственное тело, она непременно старалась закрепить полученные умения. Девушка самостоятельно оттачивала навыки рукопашного боя и занималась игрой на синтезаторе, а вот играть в теннис «от своего лица» ей прежде не доводилось.

Сюй Синьдо требовалось приложить немало усилий, чтобы научить своё тело игре в теннис, по этой причине она и не смогла полностью раскрыть потенциал в прошедших матчах.

Перемену Сюй Синьдо решила посвятить упражнению в использовании ракеткой.

— У меня руки немного замёрзли, — посетовала она, потирая ладони после разминки.

Пусть спортивный зал и отапливался, в нём было не так тепло, как в классной комнате. Тун Янь и сам подметил неудобство подруги.

— Вэй Лань, иди-ка сюда, — вдруг подозвал он одноклассника.

Тем временем Вэй Лань общался со школьной знакомой.

— В чём дело? — отозвался друг, оторвавшись от разговора, и подошёл к парочке.

— Присядь, — скомандовал Тун Янь, указывая на место перед Сюй Синьдо.

В глубокой озадаченности Вэй Лань присел на корточки. Тут Тун Янь схватил ладони Сюй Синьдо и запустил их прямо другу за воротник. От холодного прикосновения юношу пробрала дрожь.

— Послушай, Янь, ты так всех друзей растеряешь, — упрекнул Вэй Лань, вяло подняв на него взгляд.

— Значит, нашей дружбе конец? — спросил тот.

В этот момент в спортивный зал вошёл тренер школьной команды по теннису. Он хотел переговорить с Сюй Синьдо лично и надеялся, что она решится присоединиться к команде.

Многие учащиеся международных классов играли в теннис для поддержания хорошей физической формы и репутации, а те, кто играл умело, получали шанс выступить на национальных и зарубежных соревнованиях. Кроме того, одарённым спортсменам позволялось тренироваться за границей, а призовые фонды составляли весьма внушительные суммы.

Сюй Синьдо удалилась вместе с тренером, и Вэй Лань сел на её место.

— Янь, ты пожертвовал другом ради девушки. Что за дела? — возмутился он.

— Чушь. Как ты мог такое подумать? — парировал Тун Янь. Ему начинало казаться, что с Вэй Ланем творится нечто странное: слишком уж часто он стал выдавать такую несуразицу.

— Раз уж ты себя так ведёшь, я нашлю на тебя проклятие и ты никого не полюбишь в ближайшие шесть месяцев, — буркнул Вэй Лань, мотнув головой.

— Всего полгода… Маловато будет. Думаю, за это время Янь не успеет ни повзрослеть, ни набраться ума, — высказался только что подоспевший Су Вэй.

— Нет, полгода — в самый раз, — помотал головой Вэй Лань с ещё большим усердием. — Если он ничего не поймёт и за этот срок, наша божественная красавица Додо достанется кому-нибудь другому.

— Додо и Янь неразлучны целыми днями. Кто же осмелится её добиваться? — усомнился Су Вэй.

— Красоты Додо вполне достаточно, чтобы рисковать ради неё здоровьем, — уверенно возразил друг.

Устав от этих разговоров, Тун Янь закатил глаза, немного откинулся назад и вытянул ноги. Его длинные ножищи мешали ходить остальным, однако ученики как ни в чём не бывало перешагивали через них и не смели сказать ни единого слова против.

Сюй Синьдо, пообещав тренеру обдумать предложение, возвратилась в спортивный зал и приблизилась к троице.

— Ну, что решила? Попробуешь? — первым спросил Тун Янь.

— Тренировка займёт слишком много времени, а возможная травма рук помешает моей игре на пианино. Всё-таки музыка для меня важнее, чем теннис, — объявила Сюй Синьдо.