Глава 314. Желание увести талант из-под носа!
.
Чу Хэн смотрел на Цинь Жань, не отводя взгляда.
– Я не знаю, но… она кажется очень уверенной.
– Она Король первокурсников, еще бы ей не быть уверенной? – пробормотал Син Кай. Несколько дней назад в общежитие первокурсников ворвались старшекурсницы из Студенческого союза, и это не было секретом.
Чэн Цинъюй все еще выглядел внушительным.
Никто, кроме Син Кая и Чу Хэна, не осмелился заговорить. Они смотрели, как Цинь Жань шаг за шагом идет к Чэн Цинъюю.
Увидев, как она приближается к нему, Чэн Цинъюй взял еще один пневматический пистолет и разобрал его. Он представил ей структуру и добавил:
– Отдача считается сильной для женщин. Будь осторожна…
Хотя она ему не нравилась из-за того, что она была слишком балованной, он все же обращал внимание на подробные инструкции.
Цинь Жань играла с пневматическим пистолетом в руке, слушая равнодушно и явно не срывая нетерпения.
Чэн Цинъюй спокойно говорил, пока не увидел это. Он невольно потянулся и потер брови. Старый мастер Чэн действительно доставил ему большие неприятности.
Взвешивая пневматический пистолет в руке, девушка равнодушно взглянула на него.
– Я могу уже начать?
– Да, можешь стрелять. – Чэн Цинъюй сделал шаг назад и дал ей место. – Курсанты, десять шагов назад.
Он боялся, что она случайно навредит другим студентам.
После команды он взглянул на нее, его острые глаза слегка сузились.
На дистанции в 50 метров для рядовых семьи Чэн считалось трудным попасть в яблочко, тем более для первокурсников. Не каждый мог попасть в центр мишени один раз из десяти выстрелов.
Первокурсник считался талантливым, если он мог попасть в цель и не выставить себя дураком, попав в молоко.
Но кто ей виноват? Кто ее заставлял недооценивать это обучение? Кто сказал, что ей можно своевольничать?
Пока он неспешно думал об этом, Цинь Жань уже подняла руку. Поскольку поля ее кепки были опущены, она сняла камуфляжную кепку одной рукой, держа в другой пневматический пистолет. Ее поднятая рука была прямой и устойчивой, без намека на дрожь невооруженным глазом.
Но выражение ее лица было таким же равнодушным, как всегда, немного ленивым, с чуть приподнятым подбородком.
Ее поза была… довольно профессиональной?
Чэн Цинъюй удивился.
Он думал об этом, когда Цинь Жань прицелилась и...
Даже не моргнув, она сразу нажала на курок…
Бах!
Бах!
Бах!
…
Непрерывно прозвучало десять выстрелов, все длилось около пяти секунд и случилось в мгновение ока.
В этот период рука Цинь Жань оставалась неподвижной.
Отстрелявшись, она согнула руку и даже не стала смотреть на цель. Подув на дуло, она бросила пневматический пистолет на стол и взглянула на Чэн Цинъюя.
– Инструктор, теперь я могу уйти?
Чэн Цинъюй ничего не говорил, а просто пристально смотрел на мишень.
Цинь Жань перестала обращать на него внимание и просто снова надела камуфляжную кепку. Она взглянула на Нань Хойяо и спокойно сказала:
– Пойдем отсюда.
Услышав ее голос, Нань Хойяо отвернулась от мишени и издала растерянное «о».
Цинь Жань подняла подбородок, поманила ее за собой, сунула руки в карманы и направилась к постройкам.
Нань Хойяо напряженно последовала за ней.
Казалось, она забыла о боли в животе.
Когда девушки начали уходить, Чэн Цинъюй и студенты первого класса наконец пришли в себя.
У Син Кая было хорошее зрение, и он мог видеть единственное отверстие от пули в мишени. Он задохнулся и начал заикаться:
– Чу-Чу Хэн, ты это видел?! Видел?!
«Чу-Чу Хэн» обалдело кивнул.
– Ага…
Поджав губы, Чэн Цинъюй большими шагами направился к мишени. В мишени было только одно пулевое отверстие, чуть шире обычного. Поскольку воздушная колонна постоянно колебалась, управляя воздушным потоком, проникающая способность была велика, и пулевые отверстия положенных в одну точку пуль выглядели больше, чем обычно.
Все десять выстрелов попали в красный кружок в центре кольца. Взгляд Чэн Цинъюя стал напряженным. Действительно, было несколько человек, которые могли бы достичь такого результата, но что заставило его чувствовать себя еще более сбитым с толку, так это…
Цинь Жань сделала десять непрерывных выстрелов. Десять выстрелов за пять секунд, насколько она была меткой? С такой сильной отдачей, как она могла удерживать руку в стабильном положении? Ее манера стрельбы была похожа на каплю воды, падающую в море, без малейшего намека на волнистость!
Чэн Цинъюй счел это невероятным. Даже он был бы более или менее затронут отдачей. После выстрела он должен был бы сделать паузу хотя бы на одну-две секунды…
Чэн Цинъюй уставился вслед Цинь Жань и Нань Хойяо. Цинь Жань шла медленно, но по ней совсем не было похоже, что у нее болит голова.
Что касается Нань Хойяо… она медленно плелась за Цинь Жань, держась одной рукой за живот…
У Чэн Цинъюя появилось подозрение, что это не у Цинь Жань болит голова, а кто-то другой чувствует себя плохо.
– На базе есть госпиталь. Идите прямо и поверните налево, потом спросите дорогу, – крикнул он девушкам.
Цинь Жань лениво помахала, показывая, что услышала, даже не поднимая глаз и не оборачиваясь.
Когда он повернулся назад, другие студенты все еще смотрели на нее. Он сузил глаза и резко сказал:
– Куда уставились? Тоже хотите отпроситься?
– Никак нет! Инструктор! – гаркнули ребята из 1-го класса.
Они были слишком убиты горем, чтобы плакать. Они не могли позволить себе отпуск такой ценой…
Чэн Цинъюй кивнул.
– Напра-во! Бего-м марш!
***
Цинь Жань направилась в сторону штаба базы, а не в госпиталь.
Вход в главный двор охраняли два отряда людей в черной одежде. Нань Хойяо дернула Цинь Жань за рукав и тихо сказала:
– Жань-Жань, инструктор сказал нам идти в госпиталь. Давай не будем входить, наш куратор предупреждал, что мы не должны бродить здесь где попало…
В основном она находила два отряда мужчин в черном пугающими.
Цинь Жань взглянула на дверь и небрежно сказала:
– Все в порядке. Иди за мной.
Она вошла через ворота, и люди в черном, охранявшие обе стороны двери, остались неподвижны.
Трепещущее сердце Нань Хойяо успокоилось, и она невольно подумала: неужели куратор просто пугал их?.
Гостиная выглядела как небольшая беседка во дворе, и дверь в середине комнаты была открыта. Ши Лимин вышел, и его глаза загорелись при виде неожиданной посетительницы.
– Мисс Цинь!
Возможно, в последнее время он слишком много времени проводил на солнце, потому что сильно загорел.
Весь его облик претерпел множество изменений. Он не был так эмоционален, как раньше, но когда он увидел Цинь Жань, его волнение явно возросло.
Цинь Жань кивнула ему и повела Нань Хойяо внутрь.
– Ты здесь с момента прибытия в Пекин? – спросила она.
Он исчез сразу после приезда в Пекин.
– Да, я был зачислен после серии отборов. Теперь я капитан базы. – Ши Лимин повернулся боком и впустил Цинь Жань, его тон был очень взволнованным. – Мистер Чэн Цзинь сказал мне, что через несколько месяцев я смогу подняться до должности Мастера Зала в семье Чэн, и тогда я смогу свободно передвигаться.
Без чьей-либо помощи Ши Лимин получил повышение от новичка до нынешнего капитана всего за два месяца, и это стало чудом для всей семьи Чэн.
Во время этого процесса он также постепенно становился стабильным и во многом напоминал Чэн Цзиня.
– Босс внутри, – сказал Ши Лимин и вежливым кивком поприветствовал Нань Хойяо.
Сейчас в голове Нань Хойяо был кавардак, и она не могла понять разговоры про капитана и мастера зала. Но она могла сказать, что этот военный был другом Цинь Жань.
Они свернули за угол, пройдя по коридору.
У окна спиной к ним стоял человек, выглядевший благородно и невозмутимо. Он обернулся, услышав шаги, и солнечный проем окна за его спиной стал фоном, подчеркивая его безупречную красоту.
Он совсем не был похож на обычных людей.
Он был похож на богатого и знатного наследника.
Нань Хойяо думала, что нет никого красивее ее «муженька», Цинь Сючэня. Но в этот момент…
Нет, не может быть, ее «муж» не был самым красивым!
У нее словно открылись глаза!
Пока Нань Хойяо напоминала себе, Чэн Цзюань открыл ящик с одной стороны стола и достал пузырек с лекарством, потом спокойно бросил его Цинь Жань.
– Не совсем то, у нас пока есть только это, – лениво сказал он.
Цинь Жань поймала пузырек и посоветовала Нань Хойяо сначала принять две таблетки.
– Зачем примчался сюда? – Посмотрев, как Нань Хойяо принимает таблетки, Цинь Жань сел на край стула. Она откинулась назад и подняла на него бровь.
Дорога сюда из Пекина заняла почти три часа.
С момента их прибытия прошло меньше часа.
Чэн Цзюань посмотрел вниз и поправил свою одежду, праведно заявив:
– У меня здесь официальные дела.
***
На тренировочном поле.
Чэн Цинъюй отпустил всех на обед. Он стоял в глубокой задумчивости посреди тренировочного поля. Вместо того чтобы пойти в столовую, он повернул к большому зданию.
Через пять минут он стоял перед мужчиной средних лет.
Мужчина средних лет все еще держал коробку с обедом и ел. Он взглянул на него и неофициально сказал:
– О, Цинъюй, садись. Через несколько дней я вернусь в дом семьи Чэн. Ты здесь, чтобы уточнить информацию?
– Нет. – Чэн Цинъюй покачал головой. Его лицо было холодным, и он казался собранным и спокойным. – Я нашел очень многообещающего кандидата на тренировке первокурсников.
— Первокурсник Пекинского университета? – Мужчина средних лет прожевал свой обед и небрежно поднял бровь. – Насколько он хорош?
Увидев Ши Лимина, новичка, который был сильнее солдат семьи Чэн, мужчина средних лет почувствовал, что его разум уже поднялся на вершину.
Чэн Цинъюй взглянул на него и спокойно сказал:
– Она. На сегодняшней тренировке по стрельбе она десять раз попала в яблочко за пять секунд, и ее руки очень стабильны.
– Кжа-кха-кха… – Подавившись, мужчина средних лет задохнулся, прежде чем сглотнуть.
Чэн Цинъюй протянул ему чай.
Мужчина средних лет с минуту откашливался, потом спросил:
– Она раньше не проходила специальную подготовку?
– Конечно, нет, она даже не может нормально стоять в военной позе. – Чэн Цинъюй, естественно, вспомнил тренировки первых пяти дней, а также непрофессиональную позу Цинь Жань. Он раздраженно усмехнулся. – Но с ней трудно иметь дело.
– Ну и что! Нам не хватает таких людей! – Мужчина средних лет отшвырнул коробку с обедом, и его глаза загорелись.
***
В то же время.
На третьем этаже столовой Пекинского университета.
Декан Цзян разговаривал с другом, когда внезапно зазвонил его мобильный телефон.
.