Глава 33.4 На коленях

— Наш старший молодой господин пропал, — сразу заявил секретарь Ван. 

Лицо господина Хэ-старшего моментально изменилось в цвете. Он ни за что не хотел брать на себя такую ответственность и поспешил отвести секретаря Вана в сторону.

— Как так вышло? Я... я сейчас же велю проверить камеры наблюдения. 

Лучше бы он этого не делал. 

Увидев запись, отец Хэ побледнел, крупные капли пота выступили у него на лбу. Он едва осмелился признать, что, похоже... это он... приказал запереть старшего молодого господина Чу в той комнате. 

— Босс пропал наверху, господин Хэ. Вы понимаете последствия? — холодно произнес секретарь Ван. 

Отец Хэ не посмел скрывать правду и поспешно ответил: 

— Я проведу вас, поищем вместе... 

Секретарь Ван кивнул, но вызвал нескольких охранников. 

Теперь отец Хэ оказался зажат между ними, и давление было невыносимым. 

В резиденции семьи Хэ тоже были охранники, но разве он посмел бы их вызвать? 

Нет. 

Наконец они подошли к заколоченной двери. Отец Хэ дрожащими руками позвал садовника с инструментами... чтобы вскрыть дверь. 

— Вы хотите сказать, что старший молодой господин заперт там? — уголки губ секретаря Вана дернулись в подобии улыбки. 

— Эту комнату и так собирались заколачивать, а слуги глупые, не спросили, есть ли кто внутри, и начали работу. Старший молодой господин пропал как раз тогда... — поспешно объяснил отец Хэ. 

Конечно, он не сказал, что изначально планировал запереть кого-то там до конца банкета, чтобы потом разобраться. 

Если бы внутри была Юй Сян — еще лучше. Можно было бы оставить ее на ночь «по уважительной причине». 

Но теперь...  Он запер старшего молодого господина Чу. 

Сердце отца Хэ готово было выпрыгнуть из груди. 

Снаружи зазвенели инструменты, а затем кто-то из слуг начал выдирать гвозди. 

Внутри Чу Лихань поманил Юй Сян пальцем и прошептал: 

— Иди сюда. 

Юй Сян без вопросов подошла. 

Чу Лихань обхватил ее за талию и легко притянул к себе. 

Мужской аромат мгновенно окружил ее. 

И без того душная атмосфера стала еще более удушающей. 

Чу Лихань крепко держал ее за талию, не собираясь ослаблять хватку. 

Юй Сян приоткрыла рот, хотела что-то сказать, но передумала. 

А, так это, кажется, чтобы напугать отца Хэ?

Ладно, сегодня я тоже сыграю роль «собаки, что рычит благодаря силе хозяина». Хотя... зачем я себя собакой назвала? 

Лучше сказать «лиса, пользующаяся могуществом тигра»!

П.п.: 狗仗人势 gǒu zhàng rén shì — досл. собака пользуется покровительством человека, образно — распоясаться под защитой сильного покровителя.

狐假虎威 hú jiǎ hǔ wēi — значит, пользоваться чужим авторитетом; досл. лиса пользуется могуществом тигра.

Юй Сян активно включилась в игру. Она даже подвинулась, мягко перекинула ногу и уселась верхом на бедра Чу Лиханя лицом к нему. 

«Теперь я похожа на соблазнительную femme fatale». 

«Прямо как те, из-за которых мужчины теряют голову». 

Чу Лихань на мгновение замер, но это было почти незаметно. В его глазах мелькнул темный огонек. Он поднял другую руку и обхватил ее за шею. 

Юй Сян: «?..» 

В следующее мгновение Чу Лихань притянул ее голову к себе и поцеловал в шею. 

Юй Сян застыла, ее дыхание перехватило.  Ощущение было странным и незнакомым.

На мгновение она ощутила только его дыхание — властное, жаркое. 

Она инстинктивно попыталась отстраниться, но не смогла слезть с его колен. 

Он удерживал ее за талию, не собираясь отпускать. 

Снаружи слуги продолжали греметь инструментами. Неизвестно, в какой именно момент дверь откроется, но…

Юй Сян обычно не была стеснительной.  Однако неизвестность и сама ситуация, что их вот-вот обнаружат, заставляли ее сердце биться чаще. 

Она не отстранилась, лишь вцепилась в воротник Чу Лиханя, да так сильно, что кончики пальцев онемели. 

Свет в комнате не выключали, и теперь он отражался в их глазах, слепя. 

Замкнутое пространство комнаты лишь усиливало ощущения. Напряжение разливалось по крови, поднимаясь вдоль позвоночника. 

Когда она почувствовала, что Чу Лихань отреагировал на нее, напряжение достигло пика.  Его ладонь на ее талии не двигалась, но казалось, температура поднялась еще выше. 

Рука на ее шее незаметно сместилась, обхватывая сбоку…  А затем его пальцы мягко сжали мочку ее уха. 

Дыхание Юй Сян стало тяжелее, а взгляд Чу Лиханя потемнел еще сильнее из-за расширившихся зрачков. 

Как у хищника, готового поглотить свою добычу. 

Если бы не это место... 

...Здесь нельзя. 

Разум Чу Лиханя быстро вернулся. Он снова сжал мочку ее уха и подался вперед…

А в следующее мгновение дверь со скрипом открылась. 

Чу Лихань прекратил поцелуй. 

Юй Сян подумала: «Нельзя же, чтобы только мне досталось?» 

Не раздумывая, она наклонилась и укусила Чу Лиханя. В спешке не поняла, куда именно... Когда дверь полностью распахнулась, она резко выпрямилась. 

В тот же момент господин Хэ-старший моргнул, разглядывая сцену перед собой. 

Старший молодой господин Чу.  Черт, это действительно он! 

Более того...  У него на коленях сидела Юй Сян. 

Чу Шань же был здесь! 

Как Юй Сян посмела... Разве она не должна была избегать его любой ценой? Именно поэтому отец Хэ осмелился позволить себе эти мысли! 

Но откровенная сцена перед глазами разбила его иллюзии вдребезги. 

Чу Лихань медленно повернул голову, его взгляд был ледяным. 

Юй Сян тоже посмотрела на него, хмурясь. 

Отец Хэ едва не упал на колени. 

Узнает ли старший молодой господин Чу о его мыслях?

Нет, не может быть. Даже Юй Сян не знает. 

— А смелости тебе не занимать, — медленно произнес Чу Лихань. 

Отец Хэ не был трусом, но он действительно боялся Чу Лиханя. Мало кто его не боялся. 

Он тут же начал кланяться и лепетать: 

— Простите, простите, слуги ошиблись, не знали, что вы здесь... 

— Я не хочу, чтобы кто-то узнал о сегодняшнем происшествии, — веско произнес Чу Лихань. 

— Конечно, я обязательно... 

Чу Лихань прервал его: 

— Ты понимаешь последствия, если кто-то узнает? 

Последствия?.. 

Сердце отца Хэ пропустило удар. 

Чу Лихань вдруг вспомнил старую выдумку Юй Сян: что после ее смерти он поймет, как она была ему нужна. 

Зачем ждать смерти? 

Он поправил у нее прядь волос и отпустил ее, помогая подняться со своих колен и одновременно с этим говоря: 

— Мой отец не одобряет наши отношения. Но я хочу, чтобы ты знал: она для меня — как жемчуг и нефрит. 

Юй Сян подумала: «Ну и ну! Вот ты жжешь!»

Ты что, тоже читал романы о крутых боссах? Как же убедительно! Я почти поверила! 

А отец Хэ? 

Услышав «как жемчуг и нефрит», он с грохотом рухнул на колени. 

Чу Лихань ни за что не должен узнать о его мыслях!!! 

Он и не подозревал, что благодаря болтовне Юй Сян Чу Лихань уже все знал.

Более того — план наказания уже был в разработке.