Глава 25.3 Новички
— Госпожа Юй такая строгая на работе?
— Нет, она очень хорошая, часто не приходит на работу, но она действительно хорошая, правда! — старый сотрудник многократно подчеркнул это.
Интернет-знаменитости, услышав это, подумали, что все, кажется, не так просто. Наверное, все в компании ненавидят ее за то, что она заняла чужое место. Кто будет с ней работать, тот попадет в беду.
Пара в этот момент уже скривила лица.
Они создали маленький чат в приватном режиме.
Кто-то быстро написал: [Может, если наладить отношения с госпожой Юй, можно таким образом связаться с богатыми семьями?]
Пара была в недоумении: [Вы думаете, так легко связаться с богатыми семьями? И разве они будут уважать профессию интернет-знаменитости? Подождите, как только новости о двух братьях, борющихся за одну девушку, выйдут, глава семьи Чу сразу же вмешается. Только молитесь, чтобы она не втянула нас в это... Если бы мы не подписали контракт заранее, эх...]
На какое-то время в чате воцарилась тишина, все погрузились в атмосферу разочарования и страха перед будущим.
Вскоре наступил полдень.
Новички уже немного сблизились со старыми сотрудниками, и все решили пойти вместе в столовую.
И тут они увидели несколько человек в одинаковой форме, несущих старомодные коробки для еды. Они вышли из лифта и с улыбкой спросили:
— Госпожа Юй сегодня на работе?
Секретарь, увидев логотип частного ресторана на их одежде, растерянно ответила:
— Да, она здесь.
Они кивнули и пошли доставлять еду.
— О черт! Это же уровень банкета императора*!
— Это из частного ресторана Цзиньцзи, да?
П.п.: Стандарт маньчжурско-ханского банкета (满汉全席, мань хань цюань си) — это легендарный китайский банкет, который символизирует роскошь и изысканность императорской кухни. Он объединяет блюда маньчжурской (северной) и ханьской (южной) кулинарных традиций, отражая богатство и разнообразие китайской кухни. Маньчжурские блюда: жареное мясо, блюда из дичи, пельмени. Ханьские блюда: деликатесы из морепродуктов, тушеные блюда, изысканные супы. Сейчас это скорее символ и показатель роскоши.
Интернет-знаменитости не удержались и полюбопытствовали:
— Кто это прислал?
Старый сотрудник ответил:
— Просто спросите напрямую. Это либо менеджер Лин, либо господин Чу, верно?
— А может, и господин Хэ.
Интернет-знаменитости: «???»
Ваше недовольство Юй Сян уже достигло такого уровня, что вы можете так громко обсуждать сплетни о ней?
Кто-то подошел к двери и поздоровался с Юй Сян.
Юй Сян в этот момент тоже пребывала в замешательстве.
Она опустила ноги, которые закинула на стол, и спросила:
— Это что?
— Секретарь Ван купил несколько книг о подготовке к беременности, где подробно описано, какие продукты вам нельзя есть. Господин Чу беспокоится, что вы можете забыть, поэтому специально велел нам приготовить для вас блюда и принести их сюда.
Старый сотрудник: «!!!»
Бля, точно! Беременность!
Юй Сян: «?..»
Нет, я тогда просто случайно это ляпнула!
Юй Сян: «Чу Лихань с ума сошел?»
Система: [Может, он просто хочет жениться на тебе…]
Но, несмотря на мысленное ворчание, Юй Сян не стала отказываться от еды. Она велела оставить блюда и сказала:
— Хорошо, спасибо за труд, пока?
Но человек не ушел сразу, а почтительно положил перед Юй Сян карточку.
Что это? Карточка с предложением услуг на дому?
Юй Сян внимательно посмотрела.
О, извините, я ошиблась.
На карточке было написано имя — «Чу Лихань», а за ним следовал номер телефона.
Юй Сян положила руку на карточку.
Человек, казалось, ожидал этого и поспешно улыбнулся:
— Старший господин Чу сказал, что вы ни в коем случае не должны выбрасывать эту карточку. Если вы еще хотите получить сто пятьдесят миллионов, или даже увеличить сумму...
Юй Сян: «?!»
Да ладно?!
Ее сердце на мгновение дрогнуло, и она почувствовала вину...
Как он узнал, что она собиралась ее выбросить?
Хм... ну что ж! Она ее оставит.
Интересно, старый Чу Шань так быстро побежал жаловаться Чу Лиханю?
Тем временем старые сотрудники за дверью были еще более шокированы.
WTF?!
Передайте дальше: старший господин Чу готов удвоить 150 миллионов, чтобы пригласить Юй Сян... готовиться к беременности??? Это даже звучало странно!
Из-за новых сотрудников компания решила устроить вечеринку в честь новичков на выходных, чтобы все могли лучше познакомиться.
Никто не стал задерживаться слишком долго и, потрясенные щедростью частного ресторана, молча отправились в столовую, чтобы обсудить вечеринку.
Тем временем в другом месте.
Чу Шань, не теряя надежды, пришел к Лин Чэньюаню. Он как раз планировал пообедать с ним вместе.
Лин Чэньюань, увидев его, не слишком обрадовался, но отнесся к нему с большим уважением, чем Чу Лихань.
Лин Чэньюань привел его в столовую для сотрудников.
Чу Шань вздохнул:
— Есть здесь — это унижение для тебя...
Лин Чэньюань сделал вид, что не понял:
— Что здесь унизительного? Когда я и моя мать были за границей в трудные времена, мы ели даже остатки хлеба от хозяев.
Чу Шань был потрясен.
Лин Чэньюань никогда не рассказывал ему об этом.
Он сразу же пролил несколько слез в своем сердце за младшего сына, думая, что нельзя позволить ему идти по гибельному пути.
— Сегодня я пришел, чтобы поговорить с тобой о Юй Сян.
Чу Шань использовал тот же метод, что и раньше, и включил запись для Лин Чэньюаня.
Лин Чэньюань: «…»
Ну, что сказать?
Было ли это неожиданно? Не совсем.
— Ты не знаешь, какой твой старший брат. Я не хочу, чтобы ты с ним конфликтовал. Откажись от нее, ради такой женщины не стоит...
Лин Чэньюань щелкнул зажигалкой.
Его голос был холоден, когда он спросил:
— А ваш отец тоже так уговаривал вас расстаться с моей матерью?
Чу Шань застыл, умолкнув на полуслове.
— Это совсем другое... — слабо начал оправдываться он.
— Какие чувства у вас вызвали мои слова о том, что я ел чужой хлеб? — спросил Лин Чэньюань.
Чу Шань сглотнул, но ответил:
— Мне очень больно, действительно больно...
Лин Чэньюань:
— Тогда добавьте немного веса к этой боли. 70 миллионов. Разве я и моя умершая мать значат для вас меньше, чем Чу Лихань? Это больше похоже на подачку нищему. В прошлый раз, когда я отравился, вы спрашивали, куда я ушел из больницы? Я пошел навестить Юй Сян. В тот день мой старший брат подарил ей бесценный изумруд. Я другой, у меня нет денег, я мог предложить ей только часы. Вы хотите, чтобы я снова и снова показывал ему, что я жалкий, нищий незаконнорожденный сын, что я ваша ошибка?
Голос Лин Чэньюаня постепенно повышался, он даже не смог сдержаться и швырнул зажигалку.
Чу Шань был мгновенно поражен в самое больное место. Бедственное положение Лин Чэньюаня только подчеркнуло бы его собственную несостоятельность.
Более того, мать Лин Чэньюаня, женщина, которую он больше всего любил, уже умерла...
Как Лин Чэньюань мог быть ошибкой?
Чу Шань стиснул зубы и, постаравшись сдержаться, спросил:
— Что ты хочешь, чтобы я сделал?
Лин Чэньюань посмотрел на него и ответил:
— Я хочу стоить хоть немного больше, чем мой старший брат, даже если это всего один фынь*.
П.п.: в 1 юане 10 цзяо, а в 1 цзяо 10 фыней, то есть в 1 юане 100 фыней
Чу Шань подумал, что один фынь — это слишком унизительно.
Чем больше Лин Чэньюань так говорил, тем больше он чувствовал боль.
Он встал и сказал:
— Я понял... Отец исполнит твое желание.
Чу Шань вышел за дверь и вдруг осознал...
Подождите-ка...
Почему Лин Чэньюань, услышав это, тоже не разозлился?
Дело не в том, кто из них дороже — он или Чу Лихань!
Дело в том, что Юй Сян без сожаления вымогала у них деньги!
И оба это принимали!!!
Внезапно сердце Чу Шаня будто упало в пропасть, он почувствовал гнев и беспокойство, даже пошатнулся.
Больше нельзя тянуть... Юй Сян слишком хитра!
Даже в такой ситуации... они не хотят отпускать ее!
Единственное решение — заставить Юй Сян уйти самой...
Пока она здесь, семья Чу не будет спокойной.
В этот момент Чу Шань еще не знал... что у Юй Сян есть сценарий «темной комнаты и неразделенной любви», который еще не был разыгран.
Она может убежать.
Но они могут ее «поймать». Все-таки он мало общался с Юй Сян.
Чу Шань уже планировал отправить Юй Сян в тюрьму, но теперь, столкнувшись с сопротивлением со стороны Чу Лиханя и Лин Чэньюаня, он увидел, как его два умных и способных сына безнадежны: оба добровольно приняли любовный яд под названием «Юй Сян».
Чу Шань тяжело вздохнул и, стиснув зубы, отдал по телефону распоряжение:
— Подготовьте договор дарения...
Тем временем Юй Сян, сытно поев, срыгнула.
Затем она получила сообщение от Лин Чэньюаня: [В сердце госпожи Юй я стою всего 70 миллионов?]
Система: [Ты в опасности!]
Юй Сян совершенно не беспокоилась, она даже начала спорить с системой: «Если не 70 миллионов, то сколько? Больше — и я боюсь, что окажусь за решеткой!»
Система: […]
Я все-таки переоценил твою совесть.