Глава 23.1 Цена за сына

У Чу Лиханя, похоже, совсем не было аппетита, он лишь закинул в рот пару кусочков и отложил палочки.

Увидев, что Чу Шань очень сильно побледнел, словно вот-вот потеряет сознание, он просто взял со стола салфетку, медленно вытер руки и произнес:

— Здоровье моего отца становится все хуже и хуже. В будущем вам следует убедить его не выходить на улицу из-за чего попало.

Горничные дрожали от страха, не смея произнести ни одного лишнего слова.

Зато Чу Шань хотел что-то сказать. Но его сердце билось слишком сильно, он тяжело дышал, рот открывался и закрывался, но он не мог издать ни звука.

В этот момент Лин Чэньюань похлопал его по спине.

И от его поддержки Чу Шань почувствовал облегчение.

Он хорошо знал характер Чу Лиханя — это был человек, в чьих костях была запечатлена холодная бесчувственность. Безжалостный и равнодушный.

Но к счастью, у него был еще сын...

Затем он услышал холодный голос Лин Чэньюаня:

— Проводите его наверх отдохнуть.

Горло Чу Шаня сжалось.

Нет.

Это дело... он еще не отчитал их за это дело? Он еще не преподал им урок…

Но горничные, боясь, что он действительно потеряет сознание, уже вывели его под руки.

Система: [Чу Шань ведь так и не поел, верно?]

Юй Сян: «Вот именно! Смотри-ка, действительно великое сыновнее благочестие».

Система: [Как говорится, на каждого злодея найдется еще больший злодей. Если Чу Шань будет иметь дело с такими, как вы, его жизнь сократится на десять лет.]

Юй Сян: «Такие, как мы? Это же твой главный герой и твой главный злодей».

Система запнулась, а затем неуверенно произнесла: [Не мой… и даже не оригинального произведения. Теперь они твои.]

Юй Сян: «?»

Лин Чэньюань наконец сел на стул.

Горничная, которая только что вернула краба в вине, теперь принесла новое блюдо.

Жареная капуста. Очень простое блюдо.

Чу Лихань поднял глаза, взглянул, и больше не говорил о том, может ли Юй Сян это есть.

Затем это блюдо поставили перед Лин Чэньюанем.

Лин Чэньюань внутренне усмехнулся и огляделся.

Блюда перед тремя людьми были четко разделены. На первый взгляд, можно было легко решить, что Юй Сян — хозяйка этого дома.

Ведь только перед ней блюда были особенно роскошными.

— Как вкус у этого тушеного говяжьего филе в красном вине? — вдруг спросил Лин Чэньюань.

Теперь взгляд Чу Лиханя тоже устремился на нее.

Юй Сян, причмокнув, уверенно кивнула:

— Очень вкусно.

Как раз когда Лин Чэньюань собирался подвинуть свою чашу, Юй Сян взяла последний кусочек и положила в рот, снова подчеркнув:

— Действительно очень вкусно.

Лин Чэньюань: «...»

Юй Сян подумала: «Ха, и это все?»

Вы двое деретесь до потери пульса, но не думайте, что сможете перекинуть огонь на меня!

Юй Сян съела все вкусное, а все невкусное оставила на столе.

Затем с удовольствием похлопала себя по животу и удовлетворенно выдохнула:

— Я наелась.

Лин Чэньюань: «...»

Ему вдруг стало интересно, как такая женщина, как Юй Сян, будет выглядеть, когда действительно влюбится. В любом случае вряд ли она оставит самое невкусное блюдо для другого.

Чу Лихань медленно моргнул, глядя на ее руку, похлопывающую по животу, и тихо сказал:

— Тогда прогуляйся по саду.

Юй Сян вскинулась:

— Я собиралась домой...

Но Чу Лихань перебил ее, строго спросив:

— В семье Юй есть личный врач?

Юй Сян задумалась и после недолгой паузы ответила:

— Раньше был, но после того как обанкротились, больше нет.

Чу Лихань кивнул и сказал:

— Здесь личный врач есть, останься на ночь для наблюдения.

Почему это прозвучало так холодно?

Юй Сян моргнула, но не стала спорить, только спросила:

— Кто самый красивый телохранитель в семье Чу?

Чу Лихань: «?»

Лин Чэньюань: «?»

Юй Сян как ни в чем не бывало продолжила:

— Разве прогулка по саду не должна быть безопасной? Нужен телохранитель.

Чу Лихань приподнял бровь и с подозрением уточнил:

— И обязательно красивый?

Юй Сян щелкнула языком и почти возмущенно ответила:

— Если ночью обернуться и увидеть рядом с собой уродливого человека, скажи мне, разве это не напугает до смерти? Так и до выкидыша недалеко.

Чу Лихань уставился на нее немигающим взглядом.

Система даже немного испугалась.

Наконец, Чу Лихань снова заговорил:

— Есть женщина-телохранитель.

Затем он повернулся и попросил горничную принести внутренний телефон, а когда требуемое быстро принесли, позвонил по нему.

Вскоре женщина-телохранитель, о которой говорил Чу Лихань, появилась.

Ее рост был 175 см, на ее длинных ногах были кожаные ботинки, и выглядела она в них так, будто если пнет кого-то, это будет очень больно.

Длинные волосы женщины были собраны в хвост, ни единого волоска не выбивалось из ее прически. На ее бледном лице холодно светились яркие темные глаза.

Эта сестра выглядела очень круто.

Юй Сян встала и с радостью пошла за ней.

Чу Лихань: «?..»

Лин Чэньюань: «...»

В их головах почти одновременно промелькнула мысль: «Почему кажется, что даже с женщиной-телохранителем все равно что-то не так?»

Как только Юй Сян ушла, они остались только вдвоем, лицом к лицу.

Они больше не разговаривали.

В конце концов, сидя за одним столом, обмениваться пустыми угрозами и грубыми словами – глупо, это ни к чему не приведет и лишь выставит того, кто позволяет себе подобное, в плохом свете.

Настоящая борьба всегда происходит втайне.

Горничная почувствовала, что воздух словно застыл с уходом госпожи Юй.

Полчаса спустя.

Чу Лихань медленно встал, промокнул салфеткой губы, вытер руки и покинул столовую… Полностью проигнорировав Лин Чэньюаня.

Лин Чэньюань положил палочки для еды и тихо усмехнулся.

Тем временем Юй Сян гуляла по большому саду семьи Чу целый час, она даже вышла посмотреть на пожилых женщин, танцующих в парке квадратные танцы.

Затем она медленно вернулась назад.

Как только она вошла в дверь, Чу Лихань заметил, что на ней была надета кожаная куртка, которая ей не принадлежала.

Первым, кто задал вопрос, был Лин Чэньюань, только что вернувшийся после звонка.

— Госпожа Юй, откуда у вас эта куртка? — спросил Лин Чэньюань.

Юй Сян указала на женщину-телохранителя рядом с собой и улыбнулась:

— Это ее.

Женщина-телохранитель выглядела холодной как лед, но все же кивнула и ответила:

— Госпожа Юй замерзла, когда прогуливалась у озера.

Уголок рта Лин Чэньюаня дернулся.

Юй Сян везде чувствует себя как дома?

Почему-то ему казалось, что независимо от того, мужчина это или женщина, итог для нее всегда один.

Юй Сян не обращала внимания на их мысли, она лениво зевнула, натянула куртку поглубже и, поднимаясь по лестнице, обернулась к женщине-телохранителю:

— Спасибо, завтра верну.

Она всегда выглядела как маленький обольстительный демон, и ее голос, став мягче, звучал сладко как мед, словно она кокетничала.

Женщина-телохранитель кивнула и сказала:

— Не за что, госпожа Юй.

Чу Лихань и Лин Чэньюань: «...»

Что сказать, настроение у них действительно стало немного сложным.

Юй Сян поднялась наверх и мягко спросила горничную:

— Где я буду ночевать сегодня?

Это была та мягкость и сладость, которую они раньше почти не видели.

Чу Лихань невольно повернул часы на запястье.

Он ошибался...

Поведение Юй Сян — даже здесь, в доме семьи Чу,  не будет растерянным. Она словно бы чувствует себя еще более свободно, чем раньше. Будто хозяйка здесь она.

Юй Сян провела ночь в доме Чу. Она была сыта, напилась и хорошо согрелась, за ночь ничего не произошло, не говоря уже о лихорадке, даже головной боли не было.

Только ее телефон был почти разорван лавиной звонков.

Пропущенных вызовов было целых 48!

Из них 31 был от семьи Юй.

Юй Сян поспешила сначала перезвонить родителям, а затем, разговаривая по телефону, вышла наружу:

— Все в порядке, все правда в порядке, в любом случае полиция разберется с последствиями.

— Мы видели новости... — заговорил взволнованный голос из динамика, затем замолк, словно человек сдерживался, но вскоре последовал вопрос: — Где ты сейчас? Папа приедет за тобой на машине, хорошо?