Глава 38.3

Тань Мусин весь измучился, пока пролистывал сценарий в телефоне. Выбрать подходящую роль не получалось.

— Почему ты не хочешь сыграть генерала? Ты ведь очень подходишь! — недоуменно спросила Чу Цяньли.

Она ошибочно посчитала, что у Тань Мусина разыгрался комплекс неполноценности. Какие проблемы в том, чтобы сыграть генерала?

Столкнувшись с такой мощной поддержкой, у Тань Мусина не осталось другого выбора, кроме как согласиться, хотя внутри он все еще колебался.

Чу Цяньли подбежала к Жуань Я, чтобы вписать имена в актерский лист. У генерала и его советника не было даже имен, они исполняли функцию типичной массовки.

Наблюдая за тем, как его соседка, словно попрыгунчик, ускакала записываться на роль, Тань Мусин еле слышно произнес:

— …потому что генералы убивают людей.

Его слова моментально рассеялись в воздухе будто дуновение весеннего ветерка.

Финальные экзамены и выпускной — двойной удар для старшеклассников. Все были по уши в делах, и у Хэ Шичэня не было времени бороться с Чу Цяньли, которая продолжала разъезжать на велике в школу и обратно.

Она настояла на том, чтобы добираться в школу на велосипеде и отказалась от машины. Вскоре к ней присоединился Тань Мусин, который провожал ее домой со школы.

Они стали одной из немногих велосипедных тусовок в школе. Время от времени они останавливались в пути, чтобы перекусить на обочине, доезжали вместе до перекрестка и махали друг другу на прощание.

Чу Цяньли заявила ему однажды, что велик с ней не навсегда. Просто наступил такой период, когда ей нельзя ездить на машине.

У Тань Мусина не было своего мнения на этот счет, он просто следовал за ней. Сначала все было тихо и спокойно, но в последнее время у него появилось необычное ощущение.

Как-то раз они остановились на перекрестке перед шумной толпой и непринужденно болтали, ожидая зеленого света.

Сидя на велосипеде, Тань Мусин оглянулся вокруг и нерешительно спросил:

— Ты торопишься домой? Может, прокатимся кружок вокруг реки?

— Не тороплюсь, дома ждет домашка, — ответила Чу Цяньли. — Ты хочешь еще покататься?

— Да не особо, просто… мне кажется, что за нами кто-то следит, — Тань Мусин сосредоточенно сдвинул брови. — Как-то неспокойно на душе.

Когда-то давно семья Тань Мусина отправляла его на курсы военной подготовки, чтобы парень немного сбросил вес и укрепил здоровье. С той поры он не скинул ни грамма, но зато приобрел обостренное чувство опасности.

— Перегрелся? — бросила Чу Цяньли, не придавая особого значения его словам, посмотрела на зеленый огонек светофора и тут же предложила: — Эй, давай наперегонки до реки!

— Не езди так быстро, — предостерег Тань Мусин, глядя на то, как она со скоростью света крутит педали.

Вдоль обочины медленно ехало такси, внутри которого сидел никто иной, как Лю Кайцзя.

Проследив за удаляющимися велосипедистами, он нетерпеливо бросил водителю:

— Господин, вы можете свернуть за угол?

Водитель с ярким пекинским говорком нервно застрекотал:

— Нет, да куды вам надо в конце концов? Там речка, только в одну сторону двигаться можно, так что мне прямо сейчас нужно знать, куды ехать!

— Тогда давайте объедем...

— Куды объедем? Где ж оно видано, чтоб так водили! Нам, таксистам, и даром не нать таких маршрутов! Вы со мной так не шутите!

Вспыльчивый от природы Лю Кайцзя был на последнем волоске от того, чтобы сорваться на водителя. В конце концов, в разгаре препираний он вылетел из машины, разъяренно хлопнул дверцей, сплюнув:

— Тьфу! Недоделанные столичные таксисты! Тут важному человеку надо успеть за гадалкой проследить, а не абы что!

Лю Кайцзя со всех ног бросился к речному берегу, где Чу Цяньли и след простыл. В отчаянии он принялся колотить воздух.

После того, как его опозорила маленькая девочка на юбилее, он рассказал своему учителю, что встретил человека, хорошо владеющего Цзы Вэй.

Лю Кайцзя не ожидал, что хозяин заставит его остаться в столице еще на пару дней и отыскать этот талант. Он не знал имени девочки, не говоря уже о ее семье. Единственное, что он запомнил — она любит сидеть в интернете.

Он разузнал, где учится Ци Янь и там хотел устроить Чу Цяньли засаду, но кто мог подумать, что ей вздумается уехать на велосипеде? Отыскать номер велосипеда уже невозможно.

Лю Кайцзя — прорицатель, а не собачка, гоняющаяся за машиной, и тем более не частный детектив. Надо позвонить своему учителю и все высказать!

Только прозвучал один короткий гудок и Лю Кайцзя еще не успел открыть рот, как старик на другом конце затараторил первым:

— Нашел Чу Цзиньлэ или нет?* Он сейчас в столице?

*П.п.: слишком внимательный Лю Кайцзя, видимо, именно так услышал имя Чу Цяньли.

Напыщенный в обычное время Лю Кайцзя вдруг куда-то потерял свою спесь перед лицом учителя и стал послушным паинькой:

— Нет, учитель, не так быстро… Я знаю, где учится эта девочка, но не знаю ее имени, как тут ее найти…

Старик недовольно пробурчал:

— А зачем ты тогда мне звонишь? Чего ты там промямлил?

— Просто…

— Просто что? Скажи спасибо, что ты все еще мой ученик, ты искусством-то толком не владеешь. Вот для чего я тебя Цзы Вэй учил, чтобы составлять людям жалкие гороскопы? — старик взрывался от гнева словно петарда. — Все, забудь, на тебя рассчитывать не приходится, возвращайся, я приеду искать сам!

Закончив изливаться яростью, старик просто положил трубку, не дав Лю Кайцзя шанса защититься.

Обиженный Лю Кайцзя в шоке держал в руках телефон, не зная кому пожаловаться.

— Все гадают по-разному, у него неправильно работает логика…

Лю Кайцзя подумал, что его учитель понятия не имеет, что такое причинно-следственная связь, его нрав просто возмутителен.

Что значит «не владеешь искусством»?

Он проиграл Чу Цяньли в предсказаниях, и именно это заставило учителя вспомнить про его существование. Если бы он обошел Чу Цяньли, то учитель бы даже не узнал этого!

Логика здесь точно страдает. Похожее происходит на собеседованиях во многих компаниях.

— У вас нет опыта, почему вы не найдете работу?

— Так я ищу работу прямо сейчас.

— Вы ищете работу без опыта работы, как мы можем вас взять?

«?!»

Лю Кайцзя чувствовал себя чрезвычайно беспомощно, оставшись одиноко бродить по пекинским улицам без цели и понимания, что делать дальше.