Глава 44.1 У нас гости

Невестка Дуань, поняв намеки Сун Чжаоди, отправилась домой, чтобы обсудить вопрос поступления на обучение сестринству со своей дочерью Лю Пин.

Родственники лучше остальных знают друг друга.

Командир дивизии Лю сказал, что отдаст рекомендованные места в университете своим солдатам и не изменит своего решения, даже если Лю Пин будет угрожать ему своей смертью. Впрочем, если бы Лю Пин и осмелилась угрожать родителям, отец просто-напросто отхлестал бы ее ремнем. И Лю Пин и Лю Вэй боялись побоев больше, чем смерти.

Лю Пин согласилась идти в медицинское училище, а Лю Вэй сказал, что в следующем году пойдёт служить в армию.

Невестка Дуань не хотела, чтобы ее сын стал солдатом, но молодые ребята с острова, если не идут служить, становятся рабочими или отправляются в деревню. Невестка Дуань сама родом из деревни, и она знала, как там тяжело, поэтому она не хотела, чтобы сын отправлялся в деревню.

В итоге она согласилась на меньшее из двух зол. Хоть невестка Дуань и не умела читать, она могла анализировать ситуации наперед, поэтому согласилась, чтобы сын пошел служить.

Когда Лю Пин пошла в медицинское училище, ученики первого класса, которых вела Сун Чжаоди, перешли во второй.

Осенью 1968 года в первый учебный день Сун Чжаоди пришла в школу с Санвой на руках и увидела, что школьные учителя снова собрались в кабинете директора. Насторожившись, девушка спросила у директора, что случилось.

Директор, заметив, что Сун Чжаоди очень волнуется, быстро ответил, что ничего плохого не произошло, все просто ждали ее.

Девушка села, держа на руках Санву.

Директор начал с того, что сегодня в основном будут обсуждать вопросы, касающиеся учителя Сун.

Это заявление сбило Сун Чжаоди с толку, и она с любопытством спросила директора, в чем именно заключается проблема.

Директор продолжил, что командир У сказал ему, что надеется, что Сун Чжаоди сможет перейдет во второй класс и будет преподавать им английский язык. Затем он указал на нескольких учителей и добавил, что их дети в этом году поступили в 1 класс, и они надеются, что Сун Чжаоди продолжит преподавать язык первому классу.

С одной стороны командир У, с другой — собственные коллеги, и директор оказался в затруднительном положении, поэтому он собрал собрание, чтобы все могли найти компромисс.

Когда Сун Чжаоди выслушала директора, она покачала головой и улыбнулась; разве компромисс не состоит в том, что она будет преподавать в первом классе, а потом проводить уроки для второго?

Директор не был дураком. Когда он заметил улыбку девушки, он сразу понял, что Сун Чжаоди раскусила его задумку. Смутившись, он неловко спросил, подойдет ли девушке работа сразу в двух классах.

Сун Чжаоди получала высокую зарплату, и, в принципе, было неразумно возражать против преподавания в двух классах, но она все равно спросила директора:

— Когда ученики 2 класса перейдут в третий и захотят, чтобы я осталась их преподавательницей, что вы собираетесь делать в этом случае?

Директор замялся.

В их средней школе есть два учителя английского языка, один из которых переведен из начальной школы. Когда Сун Чжаоди взяла первый класс, другой учитель вернулся обратно в начальную школу. Но если Сун Чжаоди возьмет все три класса английского, другому учителю будет грозить безработица.

После минутного раздумья директор понял, что компромисс в этом вопросе невозможен, и отправился к командиру У.

Командующий У не хотел, чтобы кто-то говорил, что он ради сына заставил другого учителя потерять работу, поэтому обсудил с сыном, точно ли он хочет учиться в классе Сун Чжаоди.

Сын командующего У хочет стать дипломатом, и он знает, что дипломаты должны хорошо знать иностранный язык, поэтому он настаивал, что Сун Чжаоди должна преподавать и во втором классе.

Директор школы боялся, что Сун Чжаоди не согласится взять еще один класс, поэтому несколько раз подчеркивал, что сын командующего У хочет стать дипломатом.

Сун Чжаоди не ожидала, что ребенок семьи У не откажется от своей мечты даже после того, как вступительные экзамены в университеты закрылись. В итоге она согласилась взять на себя второй класс и одновременно вести первый. А еще после этого случая Сун Чжаоди поняла, что хороших учителей английского языка на острове не хватает.

Так как занятия по английскому поставили на утро, Сун Чжаоди было нечего делать после обеда. Девушка пошла в кооператив сбыта и снабжения и купила толстую тетрадь, в которую собиралась переписать повседневные слова английского языка из учебников всех классов, а заодно прописать рядом произношение на китайском. Опасаясь, что дети не смогут распознать некоторые иероглифы, девушка добавила поверх китайских слов пиньинь.

Когда Чжун Цзяньго только начал учиться в средней школе, он тоже использовал такой же неуклюжий метод с пиньинем, чтобы хорошо выучить английский.

Сун Чжаоди также сказала Чжун Цзяньго, что она это делает ради трех детей их семьи, и мужчина так обрадовался ее заботе, что по вечерам забирал у нее тетрадь и переписывал слова сам.

За день до Нового года эта толстая тетрадь была полностью исписана всеми словами, которые только могла вспомнить Сун Чжаоди.

Первым утром 1969 года Сун Чжаоди вручила тетрадь Даве. Мальчик еще не знал английских слов, но зато Сун Чжаоди рано научила его читать пиньинь.

Хотя Дава учился только в первом классе, он уже мог распознать многие слова с помощью пиньинь и, выбрав одно наугад, спросил:

— Мама, а что такое pǎo léi sǐ?

— Police*, там написано рядом, — сказала Сун Чжаоди и повернулась к Чжун Цзяньго. — И почему мне кажется, что это ненадежный способ?

П. п.: Дава читает слово 跑累死 (пиньинь pǎo léi sǐ), что значит «бежать до смертельной усталости», и пиньинь отдаленно звучит как транскрипция англ. слова «Police».

— Конечно, это ненадежный способ. Но лучше говорить неправильно, чем не уметь говорить вообще. Когда Дава пойдет в среднюю школу, ты сможешь исправить его произношение, а сейчас лучше выучить с ним как можно больше слов.

— Значит, я могу читать это, если захочу, и не читать, если не хочу? — торопливо спросил Дава.

Сун Чжаоди рассмеялась:

— Мы с твоим отцом много работали, чтобы написать это, неужели у тебя хватит наглости не прочитать эти слова?

Дава поперхнулся.

— Или можешь учить младшего брата, — предложила Сун Чжаоди.

— Такое мне нравится! — обрадовался Дава и позвал младших братьев: — Идите сюда, старший брат научит вас английскому.

— Не порви книгу. Иначе я отлуплю тебя по заднице, — поспешно пригрозила девушка.

— Не порву.

Другие дети на острове не знали английского, и Дава, используя самодельный учебник матери, уже мечтал похвастаться, что знает английский.