Глава 90.1

Другие люди за пределами пространства Ли Вэйланя, должно быть, убирали беспорядок, оставшийся после битвы. Чэнь Чэн все еще не могла осознать тот факт, что Ли Вэйлань, который обычно является воплощением спокойствия и последовательности в своих действиях, вдруг взял и потащил ее в пространство, проигнорировав все и вся, что происходит за его пределами.

Но она действительно не считала себя виноватой. Если кто и виноват, то это детеныш, который теперь строит из себя праведника!

Хотя пантера на экране застыла в напряжении, Чэнь Чэн авторитетно заявила:

— Я была права, а ты нет!

— Хорошо, — Ли Вэйлань рассмеялся в ответ, но затем тут же посерьезнел, погладил пушистые кончики ушей пантеры и, заключив ее в своих объятиях, сказал: — Я тебя выслушаю.

Чэнь Чэн с полной уверенностью заговорила:

— Только что там было невероятно опасно! Конечно же, должна была пойти именно я, ведь на самом деле я все равно не пострадаю, а худшее, что может со мной произойти — небольшая потеря денег! Кроме того, я единственная на всей базе, кто умеет общаться с животными, а если бы ты повел туда команду, она могла бы погибнуть. Посмотри, как хорошо все прошло: никто не погиб, мы удержали базу. Битва благополучно завершена!

Осада зомби должна была быть крупным заданием, и, по расчетам Чэнь Чэн, после ее завершения должно было быть много наград. Она с нетерпением ждала результатов квеста, а детеныш не давал ей увидеть их! Плохой детеныш!

Ее голос звучал так уверенно, что Ли Вэйлань на некоторое время замолчал, даже не зная, что сказать: в конце концов, все его опасения и тревоги были вызваны его личными переживаниями за нее.

Он расслабил руку, которой поглаживал ухо пантеры, и бессильно вздохнул.

— Ты права, — тихо сказал он.

Она все сделала правильно, но, когда он увидел пантеру, лежавшую на земле, не в силах даже увернуться от удара, его сердце пронзила такая боль, что он не смог сдержаться.

Ли Вэйлань не мог передать словами, какая сильная паника охватила его в тот момент.

Он лелеял крупицу надежды, что однажды апокалипсис завершится, вернется спокойная жизнь и они смогут быть вместе в каком-нибудь из миров.

Но все это только его мечта: для нее он всего лишь маленький человечек в игре, с которым можно веселиться, когда у нее хорошее настроение, и которого можно игнорировать, когда у нее нет настроения играть. Его радости и печали для нее — ничто.

Чэнь Чэн заметила, что у детеныша на экране стало немного грустное выражение лица, но поскольку это была Q-версия, печаль выражалась лишь в том, что уголки его глаз слегка опустились, а губы перестали изгибаться в улыбке, что было не слишком заметно.  

Она отчетливо поняла это только когда услышала его голос.

Чэнь Чэн тут же замолчала.

Она тихонько вздохнула и мягко произнесла:

— Тогда... эм... прости меня? Не расстраивайся.

Тем не менее она все еще не понимала, что сделала не так.

Он довольно быстро признал свою неправоту, но… разве он не должен быть рад, что теперь она его еще и утешила?

Сердце Ли Вэйланя было разбито, так что он не хотел больше разговаривать.

Увидев его бесстрастное выражение лица, Чэнь Чэн сочла, что ей удалось его утешить, и, протянув руку, она легонько ткнула его пальцем в щеку со словами:

— В таком случае... может, нам стоит выйти?

— Чэнчэн.

Ли Вэйлань сделал паузу и вдруг произнес фразу, которая лучше всего отражала его истинные чувства:

— Я люблю тебя.

Он не ждал от нее ответа, ведь он даже не считал, что она должна что-либо отвечать на его признание, поэтому сразу добавил:

— Я люблю тебя, поэтому я не хочу, чтобы ты страдала, особенно из-за меня. Я бы не смог простить себе это.

Прежде чем он договорил, раздался щелчок — и пантера в его объятиях внезапно беззвучно обмякла.

Она отключилась.

Ли Вэйлань оцепенел, словно весь его мир погрузился во тьму.

***

Чэнь Чэн смотрела на свой полностью мокрый мобильный телефон и не могла выдавить ни слезинки.

Черт ее дернул взять телефон с собой в ванную и продолжить игру там!

Все кончено!

Ее лицо, только что покрытое ярким румянцем, резко побледнело. Впервые в жизни кто-то сказал ей «я люблю тебя», и в этот момент сердце Чэнь Чэн забилось так, что чуть не вырвалось из груди, рука обмякла, и мобильный телефон, который она держала в руке, упал в раковину и намок.

К счастью, у нее был телефон старой модели с водонепроницаемым корпусом.

Чэнь Чэн выловила телефон со дна раковины и с замиранием сердца осмотрела его: несмотря на водонепроницаемый корпус, внутрь все-таки залилось немного воды.

При нажатии кнопки телефон тут же выключился. Она не решилась сразу же пытаться включать его, а положила в мешочек с рисом и оставила на холодильнике, чтобы, когда из него испарится вода, посмотреть, как можно спасти положение.

Закончив с принятием первых мер по исправлению ситуации, Чэнь Чэн не смела даже предполагать, что подумал детеныш, когда она внезапно отключилась. Она могла только молиться Богу, чтобы ее внезапно утонувший мобильный телефон не стал причиной новых проблем.

Ее волновало, исчезнет ли эта феноменальная игра из ее телефона из-за попадания воды и пропадет ли у нее доступ к игре, если она сменит телефон.

В этом случае дверь в тот мир окажется для нее навсегда закрытой.

А как же детеныш?

Если однажды эту игру откроет другой человек, будет ли он так же заботиться о ее детеныше, как она?

Если да, то примет ли детеныш эту заботу?

Будет ли он вести себя так же с другим человеком?

Чем больше Чэнь Чэн думала об этом, тем тревожнее ей становилось, и от разыгравшегося воображения у нее на глазах даже выступили слезы.

Ей хотелось убить себя за то, что она положила телефон на раковину! Она ведь знала, что это положение неустойчивое, и, если ее рука соскользнет, то телефон упадет.

В интернете писали, что, если в телефон попала вода, нужно подождать не менее двадцати четырех часов, прежде чем пытаться снова включить телефон, иначе материнская плата может перегореть, что вызовет еще большие проблемы.

Хотя у Чэнь Чэн щемило сердце от тоски и тревоги, она не решилась включить телефон раньше времени.

Она молча легла в пустую постель, накрылась одеялом с головой, но не смыкала глаз до рассвета и лишь тогда ненадолго провалилась в беспокойный сон.