Глава 74.2

В месте, скрытом от ее глаз, Ли Вэйлань держал бутылку, прислонившись всем телом к куче мусора и тяжело дыша.

На его груди были видны три следа от когтей, располосовавших его тело до кости.

Когда зелье начало действовать, раны, обнажавшие кости, постепенно затянулись. Можно было увидеть даже невооруженным глазом, как нити плоти и крови сплетаются друг с другом, закрывая огромные отвратительные разрезы.

Крысы-мутанты были сами по себе слабы, и обычно нападали большими стаями, пытаясь подавить противника количеством, но вот чего Ли Вэйлань совсем не ожидал, так это того, что среди них окажется крысиный король-мутант, внешне почти не отличавшийся от остальных. Прячась среди сородичей, он был практически незаметен, однако его атаки были основаны на металлической способности. Своими когтями он рассекал плоть аж до кости. Ли Вэйлань не смог вовремя увернуться, и ему чуть не перерезали глотку.

Он винил себя за свою неосторожность. На тот момент запас его способности немного восстановился, и он использовал эти крупицы, чтобы избежать смертельного удара, однако теперь за ним тянулся кровавый след и велась погоня.

Наконец он додумался спрятаться на мусорной свалке и скрыть свой запах в окружающей вони, чтобы обмануть обоняние крыс. Ли Вэйлань наблюдал, как его рана постепенно заживала, и его губы изогнулись в самоуничижительной улыбке.

В критический момент он снова выжил исключительно благодаря ее помощи. Ли Вэйлань не жалел о том, что, влив почти всю свою пространственную способность в резервуар, оказался на грани смерти. Его волновало лишь то, что он снова причинил ей неудобства.

Что с ней происходит?

Дождись меня, Чэнчэн.

Хотя Ли Вэйлань не был уверен, что сможет ее увидеть, когда заполнит шкалу пространственной способности до тысячи, но, имея хоть малейший шанс, он без колебаний отдавал свою силу.

Все, что у него было сейчас, он получил благодаря ей, так что отплатить он сможет лишь отдав всего себя.

Ли Вэйлань сделал два глубоких вдоха, посмотрел на свинцово-серое небо, и когда его способность немного восстановилась, он продолжил вливать ее в окошко перед собой, тщетно пытаясь выдавить из себя всю энергию до капли.

***

На следующий день Чэнь Чэн связалась с адвокатом — она нашла в интернете юриста по фамилии Ван с хорошей репутацией в округе.

Адвокат Ван, очевидно, не ожидал, что его клиенткой окажется такая юная девушка, не говоря уже о том, что ее первыми словами было:

— Здравствуйте, господин адвокат. Боюсь, сейчас я могу позволить себе только почасовую оплату консультации, но я хотела бы обсудить с вами гонорар успеха*.

П.п.: Гонорар успеха — форма оплаты юридических услуг, при которой юрист получает основное вознаграждение в случае победы в деле.

На мгновение он опешил.

Субтильная девушка в простом и незамысловатом платье выглядела одинокой и беспомощной. Казалось, она не слишком хорошо понимала все тонкости юридических процессов.

Сегодня она позвонила ему, чтобы объяснить свою ситуацию. Ситуация была довольно плачевной. Обычно у него были другие расценки, но он все равно уделил ей время из чувства сострадания.

Однако теперь она говорит о гонораре успеха?

Он нахмурился и сказал:

— Гонорар успеха — минимальное требование в нашей юридической фирме. Какова сумма иска?

Чэнь Чэн кивнула, изо всех сил стараясь сохранять спокойствие, хотя ее ладони были липкими от пота, и ответила:

— Два миллиона.

Только теперь адвокат Ван отнесся к ней с должным интересом, внимательно выслушав объяснение ситуации. Он просмотрел портфель документов, который она принесла, нахмурился и крепко задумался.

Согласно оценке стоимости, скончавшийся старик оставил после себя три дома. Самый большой, с двором, имел рыночную цену более шести миллионов, а два старых дома поменьше — два миллиона каждый.

В «Заявлении об отказе от наследства» в основном упоминалось право собственности на эти три дома.

У старика было трое живых сыновей, плюс покойный отец этой девушки. В отсутствие завещания и супруги почившего имущество общей стоимостью в десять миллионов распределялось между четырьмя наследниками, соответственно, девушка могла получить около двух с половиной миллионов.

Теперь она говорит, что речь идет о двух миллионах. Может быть, она имеет в виду стоимость одного из домов?

— Дом в центре города... — сказав это, Чэнь Чэн почувствовала, как ее глаза слегка покраснели: — Мой отец купил его. Это был мой дом.

Она больше ничего не хотела, только вернуть себе этот дом и отдать дань уважения своим покойным родителям.

После того как адвокат Ван тщательно расспросил ее о ситуации, он узнал, что в то время у ее семьи были огромные долги.

Когда родители Чэнь Чэн скончались, ее бабушка с дедушкой со стороны отца все еще были живы. Имущество родителей должно было быть разделено на две равные части, из которых одна причиталась Чэнь Чэн, а другая — ее бабушке с дедушкой. Другими словами, Чэнь Чэн должна была получить право собственности на половину этого дома.

Но все было не так просто.

На тот момент Чэнь Чэн было всего восемь лет. Ее бабушка и дедушка со стороны отца оформили долговую расписку, доказывающую, что первоначальный взнос был внесен ими, а родители Чэнь Чэн заняли у них денег на покупку дома.

Чэнь Чэн была совершенно уверена, что деньги одолжили не родители ее отца, а родители ее матери, однако родители матери умерли преждевременно и не осталось никаких доказательств.

После долгих перипетий дом перешел к семье ее второго дяди, а Чэнь Чэн, истинная владелица дома, была оставлена на попечение своих родственников.

Но судьба расставила все на свои места. Теперь, когда ее дедушка скончался (бабушки не стало еще несколько лет назад), Чэнь Чэн, как законная наследница, должна была получить четверть всего имущества их семьи. Если немного округлить, то получается, что этот дом... все равно должен быть возвращен своему настоящему владельцу!

Произведя некоторые расчеты и прикинув возможную выгоду, адвокат Ван пришел к выводу, что за это дело стоит побороться.

Доказательства того, что произошло тогда, давно уничтожены, но теперь в силу вступил закон о наследовании, и они все еще могли получить два миллиона юаней!

— Я берусь за это дело, — сказал адвокат Ван и протянул ей руку. — За плодотворное сотрудничество.