Глава 127. Особая тренировка 17

«Кажется, я уже где-то это видел…»

Раздался возмущенный щебет. Маленькая птичка, сидевшая на макушке Сепии, пищала, изо всех сил хлопая крошечными крылышками.

Наверное, по-своему она пыталась выглядеть угрожающе, но для меня это зрелище казалось просто умилительным.

А злилась она, скорее всего, потому, что секундой ранее я посмотрел на нее и спросил Сепию, не ее ли это экстренный запас провизии.

Птица залилась непрерывным щебетом и, не переставая махать крыльями, начала медленно подниматься в воздух.

«Ого».

Конечно, взлетела она всего сантиметра на два, и не продержалась даже секунды, прежде чем снова плюхнуться Сепии на голову.

Резко вскочив на лапки, птаха, видимо, окончательно выбилась из сил. Она перестала махать крыльями и просто обиженно чирикнула.

— Хо? Вот как! Неужели?

Короткий писк.

— Понял. Спасибо за информацию.

Два коротких писка.

— Да, пожалуйста, дай мне знать, если в следующий раз узнаешь что-то подобное.

Сепия уставилась на меня округлившимися глазами, пораженная тем, что я вдруг завел светскую беседу с птицей.

Ну, если бы в своем родном мире я увидел на улице человека, разговаривающего с пернатыми, я бы тоже решил, что он спятил.

Но это фэнтезийный мир, переполненный мечами, магией, романтикой и мечтами.

Разумеется, здесь существуют артефакты, позволяющие общаться с животными.

— Хогу, ты ведь на самом деле не понимаешь, что она говорит?

— Нет, просто ляпнул первое, что пришло в голову.

Я ведь и не утверждал, что у меня есть такой артефакт.

Если бы он у меня был, или если бы я обладал врожденной способностью понимать язык зверей, то стал бы ветеринаром, а не клоуном.

«..............»

Сепия посмотрела на меня с таким выражением лица, словно хотела сказать: «Что это за придурок?», но, наверное, мне просто показалось.

Наша добрая Сепия никогда бы так на меня не посмотрела.

— Так когда вы начали воспитывать эту птицу, Сепия-сси?

Скорее всего, она завела ее совсем недавно.

Если бы питомец жил у нее давно, он бы не был таким крошечным, да и тащить птицу в академию не было бы никакой необходимости.

Сепия на мгновение задумалась, подбирая слова, а затем заговорила:

— Помнишь, о чем я рассказывала в прошлый раз?

— Конечно, помню.

Она прищурилась.

— Я ведь даже не уточнила, когда именно.

— Э-э, разумеется, я помню абсолютно все наши разговоры, Сепия-сси.

Уголки губ Сепии слегка приподнялись, словно мой ответ пришелся ей по душе.

— Ха! Правда? За день до миссии в баронстве Ашро профессор Элизия велела нам отдохнуть с утра, помнишь?

— А? Хм… что там было-то…

— Угх, ты издеваешься?

— Ха-ха, шучу. Конечно, я все помню. Разве вы тогда не сказали, что духи почувствовали нечто странное, и вы куда-то уходите?

— Т-ты и правда помнишь.

— Естественно.

Должно быть, Сепия получила один из ключей к своему Пробуждению именно там, куда ее привели духи.

Но почему она заговорила об этом сейчас… Неужели?

«Да нет, бред какойто».

То, что Сепия должна была получить в Кроаке — это не желтая птица, похожая на ходячий сухпаек, а единственное желтое перо, испускающее неземное сияние.

Желтая птица… желтое перо…

— Вы ведь не хотите сказать, что пошли за духами и нашли эту птицу?

— Нашла? Если быть точной, это было яйцо.

«......................»

И как мне на это реагировать?

Предмет, который она должна была получить, превратился из одного пера в целую птицу, состоящую из этих самых перьев. На первый взгляд, звучит как апгрейд, но…

Я подошел к Сепии и внимательно посмотрел на пернатое недоразумение, оккупировавшее ее макушку.

Птица не отступила и ответила мне таким же пристальным взглядом.

«Я точно где-то ее видел».

Я всегда гордился своей хорошей памятью.

Но раз уж я никак не могу вспомнить, может, мне просто мерещится?

— …Угх.

Чтобы получше разглядеть птицу на голове Сепии, мне, естественно, пришлось подойти вплотную.

Сейчас нас разделяло настолько ничтожное расстояние, что я слышал ее легкое дыхание.

— Угх… мы не слишком близко?

Обычно я бы не упустил случая подразнить Сепию.

К сожалению, сейчас я не мог этого сделать.

Потому что вспомнил, где видел эту птицу.

Когда эта мысль впервые мелькнула у меня в голове, я попытался ее отогнать, но интуиция вопила, что я прав на все сто процентов.

«Самый ублюдский паттерн того некроманта под номером два».

Была причина, по которой я забыл о ней, даже несмотря на то, что это был второй по степени ублюдочности паттерн.

Когда некромант использовал ее в Кроаке, она не была желтой, да и размерами значительно превосходила эту кроху.

И все же, на всякий случай, не помешает проверить.

— Сепия-сси, тело этой птицы случайно не излучает электричество?

— А? О, да. Откуда ты знаешь? Когда она сидит у меня на голове, то ничего не происходит, но в других местах она немного искрит.

— Ох.

Я был искренне впечатлен.

Можно ли считать, что я выиграл в лотерею?

«Блядь! Еще бы!»

Эта птица была вторым по степени ублюдочности паттерном того некроманта, но при этом — сильнейшим среди всех используемых им скелетов.

Я никогда не забуду ее мощь и ту невыносимую головную боль, которую она доставляла, летая по небу и непрерывно сыпля молниями.

Позже я мог проходить этого босса с закрытыми глазами, но при первой встрече с этой птицей мне приходилось играть, записывая каждый паттерн молний в блокнот.

Изучение этих атак стоило мне огромного стресса.

Зато потом я мог снимать этот стресс, издеваясь над нубами.

«Сейчас не это важно».

Украсть эту птицу еще до боя с некромантом?

Это все равно что злодей, крадущий предмет трансформации девочки-волшебницы до начала битвы.

«Хотя, конечно, мы не злодеи».

Я обеими руками схватил ладони Сепии.

В этот момент она казалась мне божеством, излучающим свет.

— …Что ты вдруг делаешь?!

Будь моя воля, я бы ее расцеловал, но если бы я действительно выкинул нечто подобное, одним ударом по спине, как в прошлый раз, дело бы не обошлось.

Кто-то может сказать, что я преувеличиваю, но с уверенностью заявляю: моя реакция еще весьма сдержанна.

Если вы представите себе человека, который заранее решил все самые сложные задачи еще до начала экзамена по математике Сунын, то, возможно, поймете, что я чувствовал.

Почувствовав очередной прилив благодарности к Сепии, я бессознательно сжал ее руки.

— Угх, больно же.

Ах, сломалась.

Впрочем, я бы тоже удивился, если бы кто-то внезапно сжал мои руки с такой силой.

«Может, стоит радоваться, что я не получил пощечину?»

Разумеется, я отпустил ее не потому, что ее реакция показалась мне забавной.

* * *

К счастью, Сепия вскоре взяла себя в руки.

Хотя она все еще обмахивала лицо, от которого, казалось, шел пар.

— Так как зовут эту птицу, Сепия-сси?

Называть ее «эта птица» или «та птица» было неудобно.

— А? Я еще не дала ей имя.

И правда, по словам Сепии, птенец вылупился из яйца только вчера, когда она, измотанная тренировками, носила маску.

«Наверное, у нее просто не было времени придумать имя».

Птица, которая еще минуту назад казалась мне ходячим сухпайком, теперь выглядела как ангел.

Крылышки, напоминавшие куриные, теперь казались безупречно белыми крыльями.

— Вот как? Если у вас нет вариантов, Сепия-сси, могу я дать ей имя?

Сепия ответила, что ей все равно, раз уж она сама ничего не придумала.

Я считаю, что имя — это первое впечатление.

Грубо говоря, это невероятно важно.

А я славился своим умением давать имена.

Это легко понять хотя бы по названию клуба, который я создал: Клуб Альянса Клоунов.

Один из хороших способов придумать имя — отталкиваться от образа.

Я пристально посмотрел на птицу, и пока еще безымянное создание ответило мне тем же.

«Птица… желтая… электричество…»

Вспышка.

Пока я комбинировал слова, в голове мелькнуло отличное имя.

Оно идеально сочетало в себе все три понятия.

— Жареная курица с электричеством.

Раздался яростный щебет.

— Не знаю, что это значит, но, кажется, она злится?

Может, ей не нравится курица?

Какая привередливая.

— Ччимдак?

Писк.

— Такпоккымтан.

Писк.

— Яннём чикен.

Писк.

— ПпуринО?

Пронзительный визг.

— Не знаю, что все это значит, но звучит как-то странно. Может, мне самой придумать?

— Ахаха. Это была просто шутка. А теперь давайте придумаем нормальное имя. Посмотрим…

Конечно же, я бы ни за что на свете не стал давать имя в шутку.

Не стоит слишком много думать над именами.

Точно так же, как я просто придумал прозвище Локи на основе своего настоящего имени.

Мое настоящее имя…

— Угх!

— Ч-что такое?! Ты ранен?

Когда я внезапно схватился за голову и опустился на колени, голос Сепии наполнился тревогой.

— Ничего страшного. Просто внезапная головная боль.

Если быть точным, боль возникла, когда я вспомнил свое настоящее имя.

Дело не в том, что у меня вдруг случилась амнезия, и я его забыл.

Нет, амнезия была бы даже к лучшему.

Потому что тогда я смог бы забыть свое настоящее имя.

Когда я вспоминаю, как надо мной издевались из-за него… угх.

Именно тогда я поклялся всегда подходить к выбору имен со всей серьезностью.

— Хогу?

Я поспешно заговорил, чтобы Сепия не начала волноваться из-за того, что я слишком глубоко ушел в себя.

— На самом деле, все это были шутки, и у меня с самого начала было на примете одно имя.

Птица тихо пискнула.

Сепия посмотрела на меня взглядом, который ясно говорил: «Я поверю тебе в последний раз».

Я произнес имя, которое крутилось у меня в голове с того самого момента, как Сепия разрешила мне его выбрать.

— Чик-Чирик.

Повисла тишина.

«..............»

Что за холодная реакция?

Оно ведь интуитивно понятное, милое и крутое, разве нет?

* * *

После окончания всех занятий в академии. В лесу.

Сегодня Локи и Сепия собрались после уроков и тайно проникли в лес для особой тренировки.

— Ну что, начнем нашу сегодняшнюю увлекательную тренировку? Месяц пролетит быстрее, чем вы думаете, Сепия-сси.

Раздался бодрый писк.

И наш новый товарищ, Чик-Чирик, был с этим полностью согласен.