Глава 103. Дисциплинарный комитет 2

— ...У тебя болит голова? Почему?

Джоанна снова потянулась к моему лицу, обхватила за щеку и осторожно повернула сначала влево, потом вправо.

Я сказал, что испытываю ментальную боль, но Джоанна, судя по всему, восприняла мои слова буквально — будто у меня физически пострадала голова.

— Никаких ран нет...

Конечно же, их нет.

В конце концов, я вообще не был ранен.

Даже убедившись в отсутствии повреждений, Джоанна не отвела взгляда и не убрала рук.

Теперь она принялась перебирать мои пряди, выискивая что-то там.

Наблюдая за тем, как Джоанна со своим фирменным равнодушным выражением лица осматривает каждый волосок, я едва сдерживал смех.

Было бы, конечно, неплохо и дальше позволять ей играться с моими волосами, но всё же.

— Я имел в виду не физическую рану, а моральную. Да и то, эта ментальная боль — скорее легкая усталость, так что, пожалуйста, не переживай так сильно.

— Правда?

— Искренняя, кристально чистая правда. Разве я стал бы лгать сонбэ Джоанне?

— .........

Джоанна слегка кивнула.

Возможно, немного успокоившись, она убрала одну руку от моих волос, но вторая продолжала ласково их перебирать.

Если пару минут назад она трогала их из-за беспокойства, то теперь делала это исключительно из личного интереса.

Впрочем, я промолчал, ведь это было довольно приятно.

Интересно, именно поэтому Сепия тоже молчит, когда я глажу ее по голове?

— Но из-за чего собирают Дисциплинарный комитет? — спросила Джоанна, так и не убирая руку.

— А? Я почему-то был уверен, что сонбэ в курсе. Разве вы здесь не потому, что обо всем узнали? — сорвался с моих губ совершенно дурацкий вопрос.

Как она могла прийти, не зная причину?

— Просто... я очень удивилась, услышав, что тебя вызывают на заседание комитета, вот и...

— Пфф!

Слушая, как Джоанна неуверенно замолкает, я прыснул со смеху.

Похоже, она и правда прибежала лишь от самого факта, что мой случай разбирает Дисциплинарный комитет.

— Почему ты смеешься? — спросила она так, будто ей искренне было это интересно.

Будь на её месте Сепия, она бы тут же завопила: «Чего ржешь-то?!»

Подобное развитие событий, разумеется, было бы по-своему забавным, но всё-таки.

Едва подавив рвущийся наружу смешок, я заговорил:

— Нет, ничего такого. Просто стало легко на душе, и я невольно рассмеялся.

Я в подробностях рассказал Джоанне о том, почему вообще созвали комитет.

Объяснил, что Дарун спровоцировал конфликт первым, а когда его слова коснулись Сепии, я не на шутку разозлился и вломил ему чуточку сильнее, чем планировал.

Естественно, упоминать о том, что Дарун позволял себе грязные комментарии сексуального характера в адрес Сепии, я не стал.

Не думаю, что Джоанна стала бы распускать сплетни, но и болтать лишнее не имело смысла.

Молча выслушав мой рассказ, Джоанна наконец-то разомкнула губы.

Со стороны могло показаться, что её лицо осталось всё таким же невозмутимым, как и всегда. Однако...

— Значит, ты идёшь под суд комитета из-за «этой женщины».

Пройдя игру на протяжении десяти лет с единственной целью спасти Джоанну, я читал её без труда.

Её взгляд заледенел.

— .............

Заметив столь мимолетную, но по-настоящему пугающую перемену, я на мгновение онемел, не в силах подобрать нужных слов.

Рукой, что не поглаживала меня по волосам, Джоанна медленно провела по моей шее.

Она словно требовала ответа. Это прикосновение было тёплым, но от него по спине побежал лютый мороз.

— ...Потому что она — мой друг.

— Друг... А я? Кто я для тебя?

На этот вопрос я мог ответить не раздумывая ни секунды.

— Сонбэ Джоанна — это сонбэ Джоанна.

— ...Что это значит?

— Именно то, что прозвучало. Сонбэ Джоанна для меня просто сонбэ Джоанна.

Опустив руку, до этого скользившую по моей шее, Джоанна едва слышно пробормотала.

— ......Хорошо, на этот раз пропущу это мимо ушей.

Ее голос прозвучал настолько тихо, что даже находясь вплотную, я едва разобрал слова.

— А? Что вы сказали?

— Ничего.

Устрашающий холод сошел с её лица.

Она отняла ладонь от моей шеи, но от волос — всё ещё нет.

«Из меня что, золото повалится, если потереть мне макушку?»

Спору нет, я и сам как-то раз около часа чесал Сепии за ушком, но тогда это начиналось скорее как шутка.

Если бы мне велели гладить её ещё час, не уверен, что меня бы на это хватило.

А вот Джоанна перебирала мои волосы так, словно ей это ни капельки не надоедало.

В прошлый раз, по пути в герцогство Фрейя, она возилась с моей шевелюрой добрых несколько часов кряду.

Может, этот процесс как-то успокаивает? Во мне проснулось любопытство, утолить которое не составляло труда.

Надо было всего лишь потрогать собственную голову.

Хлоп.

Я потянулся к затылку, но рука опустилась, так и не достигнув цели.

Джоанна резким движением отбила мою кисть.

«Наверное, случайно задела, пока гладила».

Я попытался коснуться головы ещё раз.

На сей раз моя рука благополучно миновала преграды и......... нет.

Хлоп.

— ...........?

Хлоп.

Первый раз я принял это за ошибку.

Второй раз можно было списать на совпадение.

Но как мне назвать третий, четвёртый и все последующие удары?

Хлоп.

— Сонбэ? — подал я голос, параллельно занося руку.

— ...............

Хлоп.

Джоанна сбила мою ладонь, даже не удосужившись ответить.

Что вообще за цирк тут происходит?

Пока я тупо таращился на Джоанну, она отвернулась и пробормотала себе под нос:

— .......Только мне разрешено это трогать.

— Но это моя голова.

— ......Из правил не бывает исключений.

Бросив эту фразу, она демонстративно уставилась в другую сторону.

Сейчас!

Я нанес молниеносный внезапный удар собственной рукой!

Хлоп.

Джоанна идеальным движением парировала мой выпад.

Хватит тратить талант, которому завидуют все мечники мира, на такую чушь!

Да у неё даже победная улыбочка на губах промелькнула.

От всей этой абсурдности ситуации мне захотелось просто рассмеяться.

— Но почему вы всё-таки пришли?

— Не слишком ли нагло ты меняешь тему?

Что-то люди вокруг стали слишком часто обвинять меня в наглости.

Тяжко живется таким честным людям, как я, в этом несправедливом мире.

— ........Мне просто искренне интересно, потому и спросил.

Джоанна, окинув взглядом пустующий класс, произнесла:

Она, должно быть, спрашивала о том, почему я торчу тут, а не на разбирательстве комитета.

Так хотелось попробовать поднять руку ещё раз, но шанс на успех всё равно был равен нулю.

— Ну, понимаете..........

Я рассказал ей о том, что Дарун сейчас не в состоянии предстать перед людьми, поэтому заседание перенесли на чуть более позднее время.

— Вот мне и приходится ждать начала суда здесь.

— Тогда я тоже посижу.

Самому было бы скучно, так что общество Джоанны пришлось очень кстати. Однако...

Разве сейчас не идут уроки?

— А разве вам можно торчать тут вместо того, чтобы идти на занятия?

— Всё в порядке.

— Вы получили разрешение?

— .....Всё в порядке.

— Сонбэ?

Она заладила твердить, что всё нормально, ни словом не упомянув ни о каком разрешении.

Если бы любой другой студент самовольно прогулял занятия, его репутация среди преподавателей и учеников рухнула бы в тартарары, но...

«Если это Джоанна, всем, наверное, плевать».

Я подошел и сел за парту, на которой была разложена целая куча вещей: книги, какие-то снеки, чайник и игральные карты.

— Сонбэ, садитесь сюда. Давайте хотя бы чаю попьем.

Джоанна, выслушав мое предложение, помотала головой.

Она плавно опустилась прямо на пол, полностью проигнорировав наличие в классе стульев.

— ...............

А затем молча похлопала себя по коленям.

Учитывая наш недавний опыт, я не мог не догадаться о смысле этого жеста.

Она приглашала меня улечься ей на колени.

Даже при том, что я просто коротал время до начала комитета, использовать человека вместо подушки в пустом классе...

Признаю, мне чертовски нравилось так валяться, но вдруг кто-нибудь зайдет? Тут следовало проявить характер и стоять на своем.

— Так ты не ляжешь?

— Бегу-бегу~

***

— Ну, как тебе?

— Божественно~

Я с треском проиграл.

Но этот проигрыш был прямым билетом в Рай, в истинную утопию.

Я лежал на коленях Джоанны, а она ласково поглаживала мое лицо и волосы.

Ее роскошные платиновые пряди спадали вниз, повинуясь гравитации, и щекотали мне кожу.

Я частенько болтаю с ней, развалившись вот так после утренних тренировок, но разница заключалась в том...

Что сейчас моя маска была стянута не полностью, а только наполовину.

Ровно на столько, чтобы в случае внезапного вторжения я мог за секунду скрыть лицо.

— ..............

Поначалу она издавала смешные странные звуки при виде моего лица, но сейчас...

Джоанна, кажется, слегка попривыкла к нему. По крайней мере, она поглаживала мои щеки с мягкой полуулыбкой на губах.

Конечно, встреться наши взгляды напрямую, а не под углом, она бы снова засмущалась и запыхтела.

— Да уж, если так подумать, в последнее время мы почти всё время проводим вот в такой позе, сонбэ.

Общение лёжа на ее коленях давно перевалило за хронометраж обычных бесед стоя или сидя.

— ....Тебе это неприятно?

— Конечно нет. У меня уже зависимость появилась. Да я был бы счастлив, если б мне разрешили валяться так до конца жизни.

Едва заметно улыбнувшись, я ответил ей предельно честно.

— Я могу делать это для тебя до конца жизни, — прошептала Джоанна, так же улыбаясь.

— Правда? И вы не убежите, как в прошлый раз?

— Угх...

И после этого мы еще долго болтали ни о чем.

***

— Тяжело тебе в последнее время приходится?

Руки Джоанны не переставали очерчивать контуры моего лица.

Её внезапный вопрос застал меня врасплох, но я постарался ответить честно.

— Хм, вообще я об этом даже не задумывался... Можешь дать мне секунду на размышление?

— Да. Думай, сколько потребуется.

Тихий голос Джоанны переплетался с мягкими касаниями ее пальцев.

Внимая этому ощущению, я погрузился в мысли.

Я был абсолютно уверен в одном — сожалений о содеянном у меня не было.

Я давно устал сожалеть, потому-то и выбрал путь, на котором мои действия не принесут раскаяния.

Но Джоанна спрашивала не о сожалениях. Не об укорах совести, а именно о тяжести пути.

— ......Теперь, когда я об этом думаю, да. Мне действительно тяжело.

Стычка с Рофри, убийство Мордора, бой с Даруном и его прихвостнями. Все это забирало силы.

Сделай я один неверный шаг, пострадал бы не только я сам, но и люди вокруг.

Что до драки с Даруном — пусть я победил его в сухую, это вовсе не значило, что было просто.

Охват человеческого сознания и сотворение кошмара требовало колоссального расхода духовной энергии.

Подобную технику я применял лишь тогда, когда жаждал втоптать врага в беспросветное отчаяние, даже рискуя собственной психикой.

Но причина, по которой я мирился со всеми этими трудностями, была предельно проста.

— Но раз всё это ради мечты, то моя усталость ничего не значит.

— Какой ещё мечты?

— Прожить так ровно год.

— Один год?

Да. Строго один год.

Чем быстрее, тем, конечно, лучше, но...

— Кому-то покажется, что год — это целая вечность. Но в масштабах всей моей жизни это не более чем миг. И этот единственный миг я проведу, вкалывая до седьмого пота и терпя все невзгоды, лишь бы стать как можно сильнее и стереть в порошок всех раздражающих ублюдков на моем пути. А потом.

— А что будет потом?

— Изначально я хотел отправиться путешествовать по миру, как и рассказывал в прошлый раз, но сейчас кое-что поменялось.

Чтобы прикончить этих раздражающих ублюдков, мне и без того придется исколесить континент вдоль и поперёк.

— И чем же ты собираешься заняться теперь?

— Хочу потратить всё скопленное богатство и целыми днями лениво пинать балду. Желательно так... лет эдак десять?

Вкалывать на пределе возможностей всего лишь один год ради того, чтобы отдыхать целых десять лет.

Сейчас моя высшая мечта выглядела именно так.

— И где же ты собрался так отдыхать?

Джоанна не засмеялась и не отругала меня за столь абсурдные идеи. Напротив, она спросила абсолютно серьезно.

— О-о, я пока ещё не придумал. Может, ты знаешь какие-нибудь райские местечки?

— ...И что же это за место, о котором ты так грезишь?

— М-м... Если в общих чертах, то...

И я начал выкладывать все накопившиеся требования к личному Эдему.

— Во-первых, львиную долю денег я потрачу в других городах. Так что здорово, если в месте постоянного проживания почти не придётся раскошеливаться. Во-вторых, дикая глушь мне не подходит, не люблю бессмысленные неудобства. Ну и желательно, чтобы в округе парочка приличных ресторанов затесалась, и ещё...

Слова лились потоком.

Даже во время перечисления я поймал себя на мысли, что описываю идеальную утопию, которой не существует на карте.

Это просто физически невозможно, думал я, как вдруг...

— Я знаю такое место.

Она знает?

— Да ну? И где это?

— Мой дом.

Чего?