Глава 2.6. Глава первая: Я просто хотел догнать свою сестрёнку (6)

— А, Ю! Вот ты где!

— О? А где «Дабл-пис»? Вы разве не вместе?

— Она получила какой-то рабочий звонок от производителя и уехала пораньше.

«Надеюсь, не бросила работу на полпути, как это обычно делает...»

— Ха-ха, так ей и надо! А вот я ради этой встречи подготовила и следующую рукопись, и бонусный рассказ,у меня всё идеально, ни единого промаха!

«Ну ты и ребенок!» — вертится у меня на языке, но, поскольку действительно добросовестно выполнила свои обязательства, решаю промолчать.

В этот момент из ниоткуда возникает Синозаки-сан.

— О, вы здесь, Товано-сэнсэй. И Энрю-сэнсэй тут? Какими судьбами?

— Я преданная поклонница Ю, моё присутствие вполне закономерно! — заявляет она с каким-то необъяснимым восторгом.

«В своём репертуаре.»

— К слову, Синозаки-сан, где вы пропадали всё это время?

— Была занята телефонными переговорами. Благодаря моим усилиям, кажется, нам удастся миновать кризис, нависший над вашим произведением. Сейчас лишь жду финального подтверждения от главного редактора.

«Кстати, о каком таком кризисе он всё время твердит?»

— Впрочем, сейчас это вторично. Мне нужно сообщить о дальнейших планах.

— А разве не возвращаемся домой? Встреча ведь окончена.

— Мы не можем просто так отпустить автора, который проделал такой путь. Запланирован торжественный ужин. Изначально должны были идти втроём с главным редактором, но, как уже сказала, человек занят, оттого пойдём только мы с вами.

— Ужин? Прямо сейчас?

— Эй! Ужинать с Ю наедине — нечестно! — тут же вклинивается Май с протестом.

— В таком случае, Энрю-сэнсэй тоже может присоединиться. Межведомственный обмен опытом между авторами пойдёт только на пользу.

Пока они решали всё за меня, начал всерьёз нервничать. Конечно, беспокоюсь о Сузуке. Не могу оставить её одну, но и знакомить её с Синозаки-саном сейчас — идея провальная, моё чутьё подсказывает, что это добром не кончится.

— Послушайте... — уже собрался было решительно отказаться, как вдруг у неё зазвонил телефон.

— Прошу прощения. — извлекает смартфон и отвечает на вызов. — Алло? Да, это я... слушаю... да... Что вы говорите?! Редактор, же не хотите сказать, что согласились на такие условия?! Глупость какая! Как могли?! Впрочем, по телефону ничего не решим, немедленно возвращаюсь. — кладет трубку с предельно мрачным видом. — Тысяча извинений, Товано-сэнсэй. Появились неотложные дела, мне нужно срочно быть в издательстве. Боюсь, вам придётся поужинать без меня. Заведение проверенное, столик заказан, никаких проблем. Предъявите это, и записывайте все расходы на мой счёт. — протягивает мне визитку, на обороте которой нацарапано название ресторана.

— Да бог с ним, с ужином! Что случилось? Неужели с моей книгой всё настолько плохо?!

— Возникли определенные трудности с проектом аниме-адаптации... — Синозаки-сан скорбно кивает.

— И что же там не так?! — моё сердце уходит в пятки от дурного предчувствия.

— Главный редактор сообщил, что производство поручено одной из ведущих студий, утверждены планы на медиамикс, включая игры и мангу... звонил в диком восторге, предвкушая небывалый масштаб...

Мы с Май переглядываемся в полном недоумении.

— Э-э... но ведь это же хорошие новости, разве нет?

— О чём вы говорите?! Произведения Товано Сэя не должны ограничиваться столь тесными рамками! С таким беспрецедентным успехом обязаны как минимум целиться в Голливуд!

— В Г-голливуд?!

— И это лишь начало! Моя цель — заставить всё человечество преклонить колени перед вашим творчеством, доведя тиражи до уровня Библии!

— Синозаки-сан... вы хоть понимаете, что несете?

— Безусловно. Моя миссия — вписать имя Товано Тикая в анналы истории как величайшего литератора всех времён. В будущем в учебниках в ряду классиков должны стоять: «Мурасаки Сикибу, Нацумэ Сосэки и Товано Тикай».

— В такой компании я буду выглядеть как посмешище на всеобщем обозрении!

— Популярность требует жертв. Совершенно очевидно, что среди вышеперечисленных вы, как автор ранобэ, являетесь лучшим. О-о-ох, ранобэ — воистину венец литературной формы...

«Всё, этот человек безнадёжен. С ней бесполезно разговаривать.»

— В общем, без моего участия они там дров наломают, пошлепала я. А вы, сэнсэй, не забивайте голову пустяками и продолжайте создавать шедевры, как и прежде. — с этими словами стремительно удаляется.

«Погодите-ка... Так вот в чём заключался 'кризис'?»

— Кажется, единственной причиной этого кризиса является сама Синозаки-сан... — изнурённо шепчу я.

«Все мои переживания были напрасны.»

— Ну, он немного перегибает палку, хотя в том, что Товано Тикай — лучший, с ним согласна! — заявляет Май.

Её я тоже решаю проигнорировать.

— Ладно, раз уж нам предложили поужинать самим, что будем делать?

— Конечно, пойдём! Раз столик заказан, да ещё и за счёт издательства, было бы глупо упускать такую возможность! — спутница так и сияет от предвкушения. — Значит, пойдём мы с тобой и Сузука-сан... Кстати, а где она?

Только собрался ответить, что она скоро вернётся, как раздаётся электронный сигнал. Похоже на входящий звонок.

— Ой, простите, это мой. Редакция?.. Ну чего им опять надо в такой момент! — коллега отходит в сторону. — Да, слушаю... Да... Что? Прямо сейчас?.. Но я в Токио... хорошо, скоро буду... — её лицо постепенно тускнеет. Закончив разговор, поворачивается ко мне с виноватым видом. — Прости, Ю. Ужин отменяется. Срочный вызов на совещание в редакцию.

— Ничего себе, у тебя бывают столь срочные встречи? Со мной такого ещё ни разу не случалось.

— У меня тоже крайне редко. Вот же досада, такой шанс поужинать вместе, и всё прахом! — поворчав немного, прощается и уходит, пообещав увидеться в школе после выходных.

В итоге я остаюсь один.

— Я вернулась. Братик? Что-то случилось? — как раз вовремя появляется Сузука.

«Что ж, похоже, всё складывается именно так. Раз уж нам выпала такая возможность, грех ею не воспользоваться.»

— Слушай, Сузука, не хочешь сходить куда-нибудь поесть?

— Вы опять за своё... Ой, что? — она замирает, забыв о своих нотациях. Её щёки мгновенно вспыхивают пунцовым цветом. — Поесть?.. Вдвоём?! Неужели это свида...

— Да просто Синозаки-сан заказала столик для ужина... — вкратце объясняю ситуацию, надеясь, что поход в хороший ресторан поднимет ей настроение и избавит от необходимости готовить дома.

Однако Сузука, выслушав меня, сначала замирает, а затем начинает мелко дрожать.

— Н-не смейте давать мне ложные надежды! Дурак вы, братик!

«Что?! Я опять что-то не то сказал?»

▼

— Что ж, главное, что автограф-сессия прошла успешно. — подытоживает Сузука, когда заканчиваем трапезу.

Похоже, вкусная еда сделала своё дело: её гнев сменился благодушием, и она даже тихонько улыбалась, бормоча себе под нос про «ужин с братиком».

«Видимо, девушки и впрямь любят такие выходы в свет.»

— Да, хорошо, что всё обошлось без происшествий.

«Я же чувствую себя не в своей тарелке. Ресторан оказался слишком пафосным, отчего я постоянно пребывал в зажатом состоянии, в то время как Сузука держалась на удивление естественно. Но беспокоило меня не только это.»

— Братик? Что-то случилось?

— О чём ты?

— Не пытайся меня обмануть: весь вечер витаешь в облаках, и вид у тебя довольно мрачный. Что-то тревожит?

«Да уж, от неё ничего не скроешь.»

— Я всегда наблюдаю за тобой, вижу насквозь.

«Она чертовски проницательна и сообразительна, поэтому любые попытки что-то утаить заранее обречены на провал. Ладно, придётся признаться.»

— Неужели... мучаешься из-за какой-то женщины, в которую влюбился?!

— Ч-что?! С чего вообще это взяла?! — едва не поперхнулся от столь неожиданного предположения. — Я просто... немного переживаю из-за рукописи для следующего конкурса.

— Вот оно что... Фух, не пугай меня так.

«Не понял, а чего она облегченно выдохнула?»

— Неужели всё ещё переживаешь из-за того, что не прошел второй тур? — бьёт прямо в цель.

«Моя сестрёнка бывает крайне беспощадна.»

Впрочем, права. Недавно впервые в жизни преодолел первый этап конкурса «Рюсэй Бунко», но на втором этапе потерпел сокрушительное поражение. Не подумайте ничего дурного, привык к неудачам — за три года я столько раз вылетал в первом туре, что уже должен был заработать иммунитет к депрессии! Серьёзно, это не повод для гордости!

Конечно, мне было чертовски обидно, и даже провёл пару вечеров, страдая в подушку, но уже взял себя в руки и начал работу над новым проектом. Сузука видела мои страдания и, разумеется, была в курсе ситуации.

— ...Ну и что с того? Соберись, братик. Раз дошел до второго тура, значит, у тебя есть потенциал, нужно просто продолжать оттачивать мастерство. Всё получится, сам же так говорил.

«Да, она подбадривала меня, когда пришли результаты. И действительно так считал. Да и сейчас считаю... Вот только... Проблема была в том, чего Сузука не знала.»

Через несколько дней после объявления результатов второго тура получил оценочный лист. В «Рюсэй Бунко» всем, кто прошел первый этап, присылают детальный разбор работы от судей. Я с трепетом открывал конверт, ожидая конструктивной критики, но содержание письма буквально раздавило меня.

Оценки были ужасающими. Текст пестрил настолько суровыми выражениями, что больно было даже читать. Было несколько скупых комплиментов, но они служили лишь прелюдией к бесконечным «однако» и «но», за которыми следовал разгром. Не хочу вспоминать всё дословно, слишком тяжело для психики, но одна фраза нанесла мне удар, который не смогу забыть, даже если очень захочу.

— «Мастерство в определенной степени заметно, но качество персонажей весьма неровное. Особенно это касается протагониста, который становится лишь инструментом для развития истории.»

— Да что мне, по вашему мнению, делать-то?! Я ведь пишу, полностью вживаясь в образ! И протагонисту уделяю львиную долю внимания, так какого же черта?!

В тот момент долго возмущался и, мысленно выкрикивал «да пошли вы!», после отшвырнул оценочный лист в сторону, однако данное замечание до сих пор терзает мне душу. Стоит взяться за новую рукопись для конкурса другого издательства, как невольно вспоминаю о тех словах, отчего руки сами собой опускаются. Бесконечно вопрошаю себя, все ли делаю правильно, и в итоге работа над текстом совершенно не движется.

Когда автограф-сессия подходит к концу и мы с Сузукой остаемся наедине, я из доверенного лица Эйэнно Тикаи вновь превращаюсь в обыкновенного Нагами Ю, мечтающего стать писателем лайт-новелл. И тогда подобные тревоги мгновенно возвращаются, начинаю без конца торопить себя, осознавая, что обязан как можно скорее создать по-настоящему качественный материал.

Вот такая ситуация сложилась у меня на данный момент.

К слову, не показывал Сузуке тот злополучный оценочный лист. Полагаю, она даже не подозревает о существовании подобных документов. Да и планов посвящать её в подробности у меня нет. Вряд ли её вмешательство поможет делу, ведь это сугубо моя проблема, следовательно, мне и предстоит как-то преодолеть данное препятствие.

— Ты из-за этого витал в облаках? Понимаю положение вещей, но прошу тебя больше не отвлекаться на посторонние мысли, чтобы не допускать досадных оплошностей. — произносит она.

— Да все в порядке. Сегодняшнюю встречу с фанатами с честью выдержал в роли твоего представителя.

— ... Допустим, серьезных промашек не случилось. Если только не брать в расчет тот случай, когда ты, братик, вечно расплывался в масляной улыбке перед каждой поклонницей.

— Наговорить не надо, такого точно не было!

— Однако я считаю, что этого недостаточно. Нужно сильнее подчеркивать образ Товано Тиакая, иначе начинаю всерьез опасаться, что рано или поздно правда выплывет наружу.

— Образ? Ты это к чему?

— Т-тебе определенно стоит активнее демонстрировать свою любовь к младшей сестренке! Н-например, когда обращаешься к фанатам, обязательно добавляй: «Надеюсь на вашу поддержку. И кстати, сестренки — это ведь просто чудо!».

— Да читатели возненавидят такого писателя!

— А во время раздачи автографов можно дописывать фразу: «Я люблю свою сестру так сильно, что просто не могу с собой совладать!».

— Ты не думаешь, что подобное признание поставит поклонников в неловкое положение?!

— В-вовсе нет! Это будет абсолютно в духе автора! Ты ведь мой представитель, будь любезен соответствовать роли, это крайне важно! — Сузука настаивает на своем с пунцовым лицом, но, честно говоря, я очень прошу её пощадить меня.

«Мне и так нелегко нести на плечах тяжкое бремя названия истории — от одного его живот крутит — так еще и заставляют ныне разыгрывать из себя конченого сисконщика... В реальности у меня есть настоящая сестра, Сузука, отчего подобные наклонности выглядят просто омерзительно! К тому же сейчас мне едва хватает сил, чтобы разобраться с собственными трудностями.»

— Ну же! Впереди нас ждет экранизация, количество твоих публичных выступлений будет только расти. Пожалуйста, осознай уже свою ответственность как Товано Тикай!

«Вот именно... В отличие от меня, дела у произведений Сузуки идут просто великолепно, и сей факт лишь подстегивает мою тревогу. Чтобы хоть немного приблизиться к ней, мне необходимо прикладывать запредельные усилия. Да, нельзя позволять какому-то оценочному листу сбивать меня с пути.»

— Да-да, буду ответственно исполнять роль твоего представителя. Не переживай, все будет в норме.

— Вовсе не переживаю! П-просто... мне хочется, чтобы братик проявлял к сестренке чуть больше интереса... и поэтому... = Сузука, густо покраснев, бормочет что-то невнятное, но мне сейчас не до того.

«Мне до смерти хочется поскорее вернуться домой и продолжить работу над рукописью для конкурса.»

— Слушай, раз уж закончили с едой, может, двинемся к дому?

— .. К чему спешить? Мы еще не приступали к десерту и послеобеденному кофе.

— А?

Под немым укором её пристального взгляда вынужден опуститься обратно на стул, с которого уже успел приподняться. И тогда продолжает, будто видя мои метания насквозь:

— Роль представителя заканчивается только по возвращении домой, имей это в виду. И еще...

— Ч-что-то еще?..

— ... Д-даже если прошу проявлять интерес к сестре, ты должен четко осознавать, что называть тебя «братиком» позволено только мне...

— Чего? Э-это ты про случай с Миназуки-сан?

«Зачем она сейчас об этом заговорила?» — в замешательстве смотрю на неё, но Сузука, опустив голову и залившись краской, выглядит так очаровательно, что у меня не находится слов для возражения.

— К-кроме того, спасибо тебе за то, что ты, как мой представитель, успешно провел автограф-сессию. Ты сегодня действительно потрудился на славу, братик.

На щеках её играет румянец, а на губах расцветает едва заметная улыбка. Столь внезапные и искренние слова благодарности застают врасплох, сих хватает лишь выдавить неловкое: «А, ну да».

«Но что это за чувство? Кажется, вся моя давешняя тревога и накопившаяся за день усталость испаряются в одно мгновение...»

— Что-то не так, братик?

— Н-нет, ничего. — торопливо пытаюсь скрыть свое замешательство, боясь, что она услышит бешеное биение моего сердца.

Сузука смотрит в ответ и снова посмеивается надо мной: «Странный ты у меня». В этот миг в очередной раз ловлю себя на мысли, что моя сестра всё-таки невероятная красавица.