Глава 109. Стол ставок: 「Подземелье Звезды Соперничества↑」 (3).

У Ребекки дёрнулся глаз. По до сих пор бесстрастному лицу впервые прошла трещина.

— ...Что?

Вряд ли за всю жизнь хоть кто-нибудь говорил ей в лицо: «Не хами».

— Перед профессором веди себя уважительно.

Я не любил ссориться. Но и отступать только потому, что конфликт стал неизбежен, тоже не собирался.

— Профессор Данте Хиакапо... По-моему, вы начинаете забываться. С момента заключения договора мы уже не просто кадет и преподаватель.

— Не уверен. Мы всё ещё в Академии. И наши роли никуда не делись.

— Профессор.

— Тогда обозначу их ещё раз. Со мной ты будешь держаться в тех рамках, которые устанавливаю я.

Ребекка недоверчиво прищурилась.

— Вы до сих пор не поняли, в каком положении оказались?

Нагло.

И потому даже любопытно.

— Очнитесь, профессор. Теперь уже вы будете играть по моим правилам. А отказаться сможете? Ваш поводок у меня в руках.

Она подняла лист договора 「Звезды Вечности∞」.

— С чего ты решила, что это мой поводок?

— Тогда слушайте внимательно. Одних ваших усилий недостаточно, чтобы сорвать открытие факультетов. Мы уже почти дошли до стадии, когда всё состоится даже без моего участия. Если вам дорога жизнь, вы будете мне помогать — и ещё просить, чтобы я сама старалась ради вас.

Ребекка почти оскалилась.

Вот, значит, откуда эта внезапная самоуверенность.

Она всегда была такой.

И именно поэтому я собирался её предать.

Я вообще мог настоять на устной договорённости. Вместо этого пошёл навстречу и согласился на стигматический договор — а Ребекка, едва получив рычаг, тут же изменила тон.

Обычная история: пока человеку что-то нужно, он готов на всё. Добившись своего, мгновенно забывает прежние обещания.

Похоже, Ребекка относилась именно к таким людям.

Я на секунду задумался.

На первый взгляд вариантов было два.

1. Начать стелиться перед Ребеккой.

Я всё равно собирался изображать союзника до момента предательства. Подыграть её самолюбию не так уж сложно.

2. Сразу поставить Ребекку на место.

Предательство предательством, но позволять ей до того дня вертеть мной тоже неприятно. Можно один раз как следует надавить и вернуть прежнюю дисциплину.

Только действительно ли выбирать приходится из двух?

Я подумал ещё немного и невольно улыбнулся.

— Вы смеётесь?

У Ребекки снова дёрнулось веко.

— Вам сейчас смешно?

— Любопытно.

— Что-то не похоже. Я знаю о вас больше, чем вам кажется. У вас много всего. А чем больше человек имеет, тем дороже ему собственная жизнь.

Я молчал.

— Я другая, профессор. Меня собственная смерть особенно не пугает.

Неважно.

Куда важнее было то, сколько она обо мне не знала.

Ребекка понятия не имела, насколько хорошо я знаю устройство этого мира.

Не знала, что мне известен способ разорвать её договор.

И уж точно не представляла, насколько далеко может зайти человек, которому этот договор ничем не угрожает.

Способов быстро привести Ребекку в чувство у меня уже набралось несколько.

Она была тираном. Львицей.

Но я сам решил стать тем самым внешним давлением, которое её сломает. На фоне львицы — чем-то вроде динозавра. Если я действительно прижму, что она мне сделает?

И всё же...

В голову пришёл другой вариант.

Гораздо интереснее.

— Хорошо.

— ...Хорошо?

Она переспросила так, словно не поверила. Похоже, тоже ждала драки.

Драка иногда отлично прочищает голову, но лучшим решением бывает далеко не всегда.

— Я буду соблюдать твои границы. Но взамен и ты кое в чём пойдёшь мне навстречу.

— ...В чём?

Голос Ребекки стал тише.

— Будь со мной честной. Тогда я стану учитывать твои границы.

Она нахмурила одну бровь. Почувствовала подвох.

До этого я сидел напротив. Теперь поднялся и подошёл к её дивану.

— Что именно вы называете честностью?

— То и называю. Если мы действительно в одной лодке, тебе придётся немного больше мне открываться.

Чем ближе я подходил, тем настойчивее Ребекка отводила глаза.

— Профессор, вы опять за своё.

— Да.

— Тогда я прошу: не подходите ближе.

— Боюсь, уже поздно. Раз мы сели в одну лодку, держать между нами ровно ту дистанцию, которая удобна только тебе, не получится.

Я всё-таки сел рядом.

Теперь Ребекка отвернула уже не только глаза, но и голову.

Я оказался настойчивее. Наклонился к ней и снова спросил:

— Что случилось?

— О чём вы?

— Почему ты сегодня настолько злая?

— Не ваше дело.

— Расскажешь — станет нашим. Что у тебя сегодня произошло?

— Ничего особенного.

— Нет. Теперь тебе придётся иногда говорить мне, что ты на самом деле чувствуешь. Наши отношения слишком односторонние. Мы с трудом договорились идти вместе, я согласился уважать твои границы. Значит, и ты покажи мне хоть немного искренности.

Недавно Ребекка допустила серьёзную ошибку.

«Я другая, профессор. Меня собственная смерть особенно не пугает».

Не стоило ей говорить мне такое.

— С какой стати наши отношения вообще должны быть равными?

— Потому что в одном ты ошиблась. Я тоже не особенно боюсь собственной смерти.

Ребекка застыла.

— В этом смысле терять нам обоим почти нечего. Без равновесия никакого союза не получится. Поэтому расскажи. Чем сегодня занималась наша принцесса?

Она снова нахмурилась.

Именно этого я и добивался.

Если Ребекка не боится умереть, я собирался это исправить.

— Ну? Что произошло? Кто тебя задел? И откуда у тебя эта рана на ноге?

Голос получился мягким — настолько, что я сам удивился. Кажется, с тех пор как оказался в этом теле, так я ещё ни с кем не говорил.

Ребекка по-прежнему избегала моего взгляда.

Это подтверждало прежнее наблюдение.

Люди с такой биографией, как у неё, часто оказываются особенно уязвимы к обычной человеческой близости.

— Если трудно, можешь не спешить. Я никуда не уйду.

Она продолжала молчать.

Могла заговорить. Могла так и не сказать ни слова.

У меня имелся запасной вариант. Если мягкий подход не сработает, вернусь к первоначальной идее: прижму силой и заставлю изменить поведение.

Честно говоря, это было бы даже проще.

Ребекка мне по-настоящему не нравилась.

Прошло несколько секунд.

Может, несколько десятков.

Всё это время я видел только её профиль.

Наконец Ребекка выдохнула так глубоко, словно усталость поднималась от самых ступней.

— ...Ничего...

Она всё-таки заговорила.

— ...Ничего особенного.

— Значит, что-то всё же было.

— Просто... когда постоянно изображаешь святую, люди начинают слишком многое себе позволять...

— Дай угадаю. Была на каком-нибудь столичном светском сборище?

Ребекка мгновенно повернулась ко мне.

Взгляд — почти враждебный.

Но как только наши глаза встретились, она снова отвернулась.

— Вы специально это делаете.

— Что именно?

— Вот это всё. Специально. Хотите вытащить из меня слабость, за которую потом сможете ухватиться...

— Твоих слабых мест я и без того знаю достаточно. Одна из причин, почему ты так держишься за меня, — моя информационная сеть. Забыла?

— Тогда зачем вы вообще это делаете?..

— Человеку, с которым ты в одной лодке, хочется помочь, когда ему плохо.

Ребекка резко вскочила.

Отошла подальше, села на другой стул, подтянула ноги к груди и обхватила колени.

— Принцесса Ребекка?

Она помолчала.

А потом я услышал голос, которого от неё прежде не слышал.

— ...Не скажу.

Впервые ведьма прозвучала на свой возраст.

Но останавливаться было рано.

Я хотел довести разговор до той точки, где она хотя бы раз скажет правду о себе.

— Тебе было тяжело?

Снова долгое молчание.

Наконец губы чуть шевельнулись.

Но слов не последовало.

Ребекка поспешно сменила тему.

— ...Давайте лучше про подземелье. Хватит этих странных разговоров...

На сегодня достаточно.

По крайней мере, она уже заметно сбавила обороты. Значит, мой подход подействовал и вызвал у неё хотя бы немного расположения.

— Твоё требование отменить поход я не выполню. Заявка уже подана в имперское управление от имени факультета. Отзывать её теперь нельзя.

— Но вы же понимаете, какие будут последствия...

— Предложи ограничения. Выслушаю и решу.

Прежней резкости в Ребекке уже не было. Она могла продолжать упрямо требовать отмены, но вместо этого приняла мои условия.

— Хорошо. Тогда три пункта.

Она загнула пальцы.

1. Зарегистрировать отряд Данте анонимно.

2. Не давать им никаких сведений о внутреннем устройстве подземелья.

3. Не проводить специальную подготовку и отправить внутрь сразу.

— Так мы хотя бы не привлечём к детям внимание Империи...

В итоге Ребекка оказалась права лишь наполовину.

Она забыла об одной детали.

О том, насколько талантливы кадеты группы «Спящий Дракон».

* * *

< ↑ Команда [Аноним] входит в подземелье. >

< ↑ Возрастная категория: сервер 10–19 лет >

< ↑ Тип подземелья: выход из лабиринта >

< ↑ Задача: доберитесь до выхода из лабиринта. В случае смерти или истечения отведённого времени будет выполнен обратный призыв за пределы подпространства подземелья. >

Перед Бальмунгом раскинулся настоящий каменный лабиринт: тёмный пол, высокие стены и совершенно чёрное небо над головой.

— Не, ну это уже перебор...

Грей ворчала рядом.

— Что именно?

— Мы первый раз в жизни идём в подземелье, а нас даже не потренировали... Ничего про устройство не рассказали... Просто взяли и закинули сюда. Кто так делает?

Бальмунг задумался и нехотя кивнул.

Пожалуй, обидно. Профессор Данте наверняка знает и структуру подземелья, и испытания, и способы прохождения. Однако настоял, чтобы они вошли вслепую.

— Хм. Но это же профессор. Значит, у него есть причина.

— Думаешь?

— Всё нормально. Не переживайте. Так!

Бальмунг поднял руку, привлекая внимание.

Грей и Кендрейк повернулись к нему.

— Я кое-что знаю про этот сервер. В семье заставляли изучать старые прохождения. Поэтому держитесь за мной и делайте, что скажу...

— М-м!

Элиза, до этого стоявшая с задранным носом и принюхивавшаяся к воздуху, вдруг сорвалась с места.

— Эй! Элиза! Ты куда?!

— За мной, Бальмунг! И вы тоже. Кажется, нам сюда.

Вот так сразу?

Бальмунг растерялся, но остальные уже побежали следом.

Элиза неслась как ветер. Троим пришлось всерьёз напрячься, чтобы не отстать.

Они миновали один поворот, другой, третий — всего около семи развилок. Потом стены внезапно разошлись, открывая огромную площадку.

Гр-р-р-о-о-о!

Посреди неё стоял промежуточный босс — тролль-огр с громадной дубиной.

Ростом чудовище было раза в три выше человека.

Гр-о-о-о!

Дубина обрушилась на Элизу, но та уже ушла в сторону.

БАБАХ!

Удар пришёлся в пустую землю. Грохот ударил в стены и потолок так, что заложило уши.

— Кх! Нашли правильно! Элиза! Все сюда!

Бальмунг перекричал шум.

— Осторожно! Он не просто огромный — у него для таких размеров ещё и чудовищная защита! Сначала отвлеките, потом бейте в слабое место на затылке...

Элиза закрыла глаза и пригнулась.

⋮

『Тропа рассветной пустоши』

⋮

Она выстрелила вперёд, как пуля.

Шурх...

「Бестелесный меч○」 прошёл по шее огра.

Толстая, как каменная колонна, шея разошлась по диагонали. Голова сползла набок и рухнула на пол.

БУМ!

Следом завалилось четырёхметровое тело.

И больше не шевельнулось.

Элиза обернулась с мечом в руке и счастливо улыбнулась.

— Я его сделала!

— О-о-о!

— У-о!

Грей и Кендрейк искренне обрадовались. Бальмунг тоже — врага всё-таки убили.

— Дальше! Сюда!

Они снова побежали в глубь лабиринта.

Перед глазами возникло окно 「Звезды Соперничества↑」.

< ↑ Первый участок пройден. >

И тут Бальмунг почувствовал неладное.

«Погодите.»

Он на ходу достал кристалл связи.

Какой там исторический рекорд первого участка для сервера 10–19?

По памяти — чуть больше четырёх минут.

«Так...»

Рекорд поставили около ста лет назад. Если вспомнить точнее — 4 минуты 12 секунд.

За целый век его никто не побил. И неудивительно: лидер той наёмнической группы теперь занимал первое место в мировом рейтинге.

Но цифры на кристалле Бальмунга выглядели как-то неправильно.

< 00 часов 03 минуты 57 секунд 34 >

«...А?»