Глава 565. Вопрос Контроля
Дерик качает головой и произносит.
"Мы можем предположить, что в будущем состоятся и другие турниры, если Система будет придерживаться текущего расписания. Со временем, когда некоторые из нас, вероятно, приблизятся к 400‐му уровню, было бы разумно дать определённые обещания или согласовать свод правил для периода после завершения Обучения. Урон, который мы способны причинить даже без активного использования навыков, слишком велик, чтобы его игнорировать. Даже если у вас не завязанный на ману билд, стоит вам высвободить свою ману – и она всё равно сможет покалечить или даже убить обычного человека."
Виктория слушает, а затем слегка подаётся вперёд, опираясь локтями на стол.
"Это зависит от того, сможем ли мы вообще сойтись во мнении о том, какими должны быть эти ограничения. И нужны ли они нам в принципе."
"Рассуждаешь как политик," — фыркает Джин.
"Я просто реалистка," — отвечает она.
"Нельзя ожидать, что группы людей, брошенные в Обучение на Адской сложности и вынужденные пять лет сражаться за выживание, вернутся и станут послушно соблюдать какие‐то навязанные самим себе правила просто потому, что так было бы правильно."
Её взгляд скользит по лицам собравшихся за столом.
"Даже если мы договоримся потом или прямо здесь и сейчас, сколько людей на самом деле сдержат слово, когда вернутся на Землю и осознают, насколько слабее все остальные?"
"Именно поэтому и работали договоры о ядерном сдерживании," — хмыкает Клара.
"Это были не просто слова, а взаимное сдерживание. Если бы их применила одна страна, остальные ответили бы тем же. Угроза и возможные последствия – вот что держало всех в узде."
"Но мы не государства," — вмешивается победительница турнира из Китая, Yama.
"Ни одно правительство не заставит нас разоружиться. По крайней мере, тех, кто переживёт Обучение на Адской сложности и Запределье. Ни одна армия не сможет удержать нас в узде – в лучшем случае им повезёт убить парочку неосторожных. Даже если бы мы захотели заключить договор, кто бы следил за его исполнением?"
Дерик с шумом выдыхает через нос.
"В этом‐то всё и дело. Над нами нет никакой высшей инстанции, которая призывала бы нас к порядку. Если кто‐то решит стереть с лица земли целый город просто из‐за того, что ему вожжа под хвост попала, кто сможет остановить его достаточно быстро?"
"Абсолют," — вновь подаёт голос Yama, чей тон звучит всё так же невозмутимо.
"Или, по крайней мере, наши первые Чемпионы. Та страна, у которой первой появится Чемпион, и будет решать, в каком направлении двигаться нашему миру. Разумеется, только в том случае, если подобные люди решат сохранить верность своей нации и помочь своей стране. Если не вы будете контролировать других или сотрудничать с ними, тогда контроль будет навязан вам силой. История доказывала это снова и снова."
Разговор становится всё интереснее, поэтому я стараюсь слушать внимательно. В то же время её слова кажутся слегка противоречивыми, учитывая, что она стоит на ногах, пока в её кресле сидит кто‐то гораздо слабее её.
Но вместе с тем у меня возникает чувство, что она поступила бы именно так, как сказала, – навязала бы нам свою волю, чтобы контролировать нас, окажись мы слабее.
"Красивое определение слова «тирания»," — произносит Джин, откидываясь на спинку скрипящего кресла.
"Тирания, обеспечивающая выживание. Если вы не тот, кто её насаждает, вы рискуете тем, что её навяжут вам," — парирует она.
"Всё это лишь теория," — замечает Виктория.
"Никто из нас не знает наверняка, с какими именно уровнями силы нам предстоит столкнуться. Сколько людей выйдет отсюда способными, скажем, случайно испепелить мегаполис?"
Дерик морщится.
"Я бы сказал, немало. К концу Обучения? Таких может оказаться с десяток или даже несколько десятков."
"Дело не только в парочке мудаков. Даже так называемые «хорошие люди» тоже опасны. Некоторые станут ходячими ядерными бомбами, и в отличие от настоящих, нам не нужны ракетные шахты или коды запуска."
В тоне Клары сквозит нечто отдалённо похожее на веселье.
На мгновение за столом повисает тишина.
Затем Гектор выдыхает и ухмыляется.
"Регламенты, ограничения... Всё это мне совершенно не по душе."
Его слова тоже звучат как завуалированная угроза. Он не похож на парня, которому понравится, если кто‐то попытается его подавить.
Джин склоняет голову набок.
"Так что вы все предлагаете? Какой‐то пакт о взаимно гарантированном уничтожении? «Нарушь правила, и на тебя откроют охоту все остальные»? Звучит весело."
Клара посмеивается.
"Я бы предпочла, чтобы Земля не слишком сильно изменилась. Всё и так не идеально, но с нашими нынешними возможностями мы сможем отхватить себе здоровенный кусок пирога и жить более чем припеваючи. Доёбываться до целых стран, взрывать города – всё это лишь погрузит мир в хаос и похерит вообще всё. Уж лучше я сохраню свои предметы роскоши, чем позволю какому‐то мудаку всё разрушить и втянуть нас в войну. Уж не знаю, как вы, а я не горю желанием разгребать дерьмо своей страны или позволять им превращать себя в пешку для захвата власти."
"Просто не суйтесь в Корею, и меня всё устроит," — зевая, произносит Пэк, оторвав голову от стола.
"Так мы теперь делим королевства?" — фыркает Джин.
"Каждому достанется территория, на которую не будут соваться остальные? Вполне вижу себя во главе Канады."
"Мы могли бы сотворить много хорошего," — произносит Дерик.
"С нашей силой мы обретём огромное влияние и сможем использовать свои способности, чтобы получать желаемое, или же задействовать наших целителей в обмен на серьёзные одолжения."
"Подобные рассуждения невероятно наивны," — произносит Yama, глядя на него с долей веселья.
"Ни у кого из нас нет опыта ни в политике, ни в понимании баланса сил, торговли и геополитики. И вы всерьёз полагаете, что сумеете контролировать всех без исключения людей из вашего потока? Участников с Адской сложности или из Запределья? Или же людей с Лёгкой и других сложностей, которые вернутся туда раньше вас?"
"Она права," — подтверждает Клара.
"Я уже насмотрелась и наслушалась, как многие из моей группы планируют ту ещё лютую хуйню. А если объединятся несколько сильных Запредельцев, они вполне смогут тебя завалить, будь ты хоть трижды «Король»."
"А что мешает нам тоже объединиться?" — спрашивает Дерик.
"Я этого не хочу," — с улыбкой отвечает Джин.
Обведя взглядом стол, я подмечаю, что китайский Король, Пэк, русский мальчишка и Вик тоже не горят особым желанием.
Дерик с раздражением стонет и откидывается на спинку стула.
"Всё просто," — произношу я в повисшей тишине, когда все поворачиваются ко мне.
"Если ты достаточно силён, они будут слушать, либо станут очень даже мёртвыми."
Они продолжают хранить молчание, поэтому я встаю.
"Тридцать минут прошло. Увидимся на втором испытании."
Я отмахиваюсь от них; когда Вик тоже поднимается, она вкладывает свою ладонь в мою, и я телепортирую нас прочь.
Вычурный распылитель ароматов, над которым кто‐то так усердно пыхтел, тоже исчезает – и всё благодаря незаметно прикреплённой к нему [Лей‐Линии].
◯
Тихое гудение мастерской кажется едва ли не слишком умиротворяющим теперь, когда я остановился. Полузавершённые проекты лежат нетронутыми, инструменты брошены там, где я оставил их в последний раз, а комнату заполняет затяжной жар.
Я откидываюсь назад, на мгновение уставившись в потолок и позволяя мыслям блуждать. Может, ещё есть время втиснуть немного тренировок, урвать ещё хотя бы пару минут на оттачивание навыков – но я и так знаю, что это самообман.
С раздражённым вздохом я заставляю себя подняться и принимаюсь убирать последние вещи.
Пока время неумолимо отсчитывает секунды до начала второго испытания, я с недовольным стоном сворачиваю все тренировки и раскладываю по местам последние предметы.
С минуту я просто сижу и думаю, подыскивая себе оправдания.
Так их и не найдя, я телепортируюсь по одной из Лей‐Линий, которые протянул в зону первого потока.
Засекаю сигнатуру Джина, убеждаюсь, что он один, и направляю к нему ещё одну линию, осторожно огибая защитные формации, раскиданные этими парнями по периметру.
Телепортировавшись, я оказываюсь посреди поляны, где сидит и тренируется Джин. Хотя он и не двигается, его мышцы подёргиваются и спазмируют. Кожа натягивается и рвётся от колоссального напряжения, и я готов поклясться, что слышу треск костей.
Он даже не замечает меня вплоть до того момента, пока я не вступаю в радиус его быстрой атаки. Тогда он открывает глаза и склоняет голову набок.
"Хули тебе здесь нужно?" — спрашивает он.
От этого мне почти хочется передумать, но я заставляю себя остаться и усаживаюсь на траву прямо напротив него, скрестив ноги.
Я начинаю говорить сходу, прежде чем успею передумать.
"Я нарушил данное тебе обещание. Ну, технически не нарушил – скорее проигнорировал. Вообще‐то, это даже не моя вина. Столько всего навалилось, а ты умеешь заебать как никто другой. Не знаю, вини во всём Систему или типа того."
Он громко ржёт со сбитым с толку выражением лица, но ничего не говорит.
Вот же гондон. Готов поспорить, он делает это специально, чтобы усложнить мне задачу. И я даже не могу злиться, потому что сам бы провернул ровно ту же херню. Вероятно, это кое‐что обо мне говорит, но об этом поразмышляю как‐нибудь потом.
"Проще говоря, я отклонил твой вызов, когда ты припёрся в нашу зону, а затем и во время испытания, хотя обещал, что сражусь с тобой в любое время."
"Это правда."
Джин прекращает тренироваться.
"Вот мне и любопытно: должен ли я в таком случае держать своё обещание?"
"Ты имеешь полное право тоже отказаться от своих слов."
"Ты реально плох во всём этом."
"Ага."
"Расскажи, что случилось. У вас пропала та блондиночка, и вокруг ходит столько слухов, что мне прямо‐таки любопытно," — произносит Джин.
Он смеётся и придвигается ближе, с любопытством глядя на меня.
"Я не хочу."
"Если расскажешь, я не стану расценивать твой отказ от вызова как нарушение обещания – только в этот раз."
Какое‐то время я просто пялюсь на него, а он отвечает мне тем же взглядом, и его улыбка становится всё шире.
Мудак.
Я бы стопроцентно поступил точно так же.
"Внутри неё сидит мимик, но есть способ её спасти. Чтобы это сделать, я должен провернуть кое‐что, о чём не могу тебе рассказать, поскольку это может повлиять на исход. Так что можно сказать, что я занят и пребываю далеко не в лучшем настроении большую часть времени."
"Понятно. Я это заметил. Ну да ладно, сколько раз ты умер с момента нашего разговора?"
"А? Дважды."
"Я умер трижды," — с победной ухмылкой отвечает Джин.
"Сколько раз с начала турнира?" — спрашиваю я.
"Не знаю. Наверное, несколько десятков раз. Я сбился со счёта."
Это меня удивляет. Судя по его словам, он переносит смерти на удивление хорошо – лучше, чем кто‐либо из group 4, за исключением меня.
Он закидывает руки за голову и с протяжным зевком потягивается.
"Расскажи мне одну историю про эту девчонку. Первое, что придёт в голову. И не спрашивай зачем."
В очередной раз удивившись, я на секунду задумываюсь, прежде чем начать говорить.
"Тогда, на Земле, мы оба были младше, и познакомились всего за пару дней до этого. В то время она толком не знала, как «официально» заводить друзей. Раньше у неё никогда не было друзей, и она понятия не имела, как это работает, поэтому попыталась форсировать всё с помощью логики."
Это воспоминание яркой вспышкой проносится перед моими глазами.
"В один прекрасный день она просто вручила мне список. Написанный от руки список причин, почему нам стоит стать друзьями. С маркированными пунктами. Некоторые из них звучали до смешного официально, вроде «Хороший показатель совместимости» или «Субъективно говоря, мы оба обладаем высоким интеллектом». Я сохранил тот листок."
Какое‐то время Джин просто громко хохочет, качая головой, а затем встаёт и жестом велит мне сделать то же самое.
Своей здоровенной ручищей он несколько раз с силой хлопает меня по плечу.
"Не такой уж ты и плохой парень. Скажем так, я не могу прикончить здесь твоего мага разума, так что бросать тебе вызов, чтобы до неё добраться, не имеет никакого смысла, верно? В этот раз ничьё обещание не нарушено. Усёк?"
"Усёк."
Обдумав его слова пару секунд, я добавляю.
"Спасибо."