Глава 667. «Захват аномалий, прикосновение ниспослания»

— Хотя Тяньган-цзы и превратился в аномалию пустотного ранга, его одержимость позволила дотону Пути Тяньгана оставаться целостным.

— Следовательно, Путь Тяньгана, сохраняя свой первозданный вид, одновременно стал одной из координат для аномальной мистической логики и мудрости.

— Во дворец в глубине гротового рая возносят молитвы и подношения идолу Бессмертного секты Беспредельности – Владыке Хундуна Инь-Ян.

— Там же почитается и Изначальный Дхарма-образ секты Беспредельности.

— Любой, кто проникнет во внутренний дворец и возжелает прикоснуться к Изначальному Дхарма-образу, в тот же миг подвергнется нападению Тяньган-цзы.

Ощущая подобную информацию, Ли Цин невольно выказал на лице легкое удивление.

— Похоже, это последнее испытание. Аномалия пустотного ранга – с ней совладать непросто.

— Нужно придумать, как обойти его стороной, чтобы добраться до Изначального Дхарма-образа.

В глазах Ли Цина мелькали различные возможные планы, пока он молча стоял перед массивными воротами в глубоких раздумьях.

— Пожалуй, можно поступить следующим образом.

Ли Цин повернулся и покинул это место. Вернувшись в гротовый рай плоти и крови, он принялся выискивать подходящую цель.

Его внимание привлекла крупная аномалия, чье тело достигало в длину почти трех метров.

Вся эта тварь состояла из сплошной плоти и крови, однако ее кожа была удивительно гладкой. Она передвигалась на четырех конечностях, напоминая человеческую фигуру, но человеческой головы у нее не было.

Лишь на том месте, где должна была находиться шея, зияла огромная пасть.

Вместо пальцев у нее торчали острые когти, и существо двигалось по земле странной, жуткой походкой.

Скорость твари поражала воображение: при карабкании один её взмах – и она оказывалась в нескольких метрах в стороне.

Исходящая от неё аура соответствовала примерно царству Духовного Сознания, что делало её довольно сильной аномалией.

Ли Цин внезапно появился у неё за спиной, и Искусство Потока Цивилизаций Десяти Тысяч Миров в мгновение ока проникло в её тело.

Перед взором Ли Цина предстал мир предельно хаотичного сознания, где царили лишь убийства, ужас, стремление всё разрушить, а также полная бессвязность и беспамятство.

С приходом Потока Цивилизаций Десяти Тысяч Миров это хаотичное ментальное пространство было мгновенно захвачено.

Разум этой аномалии представлял собой нечто холодное, подобное бездушному сгустку света, который никак не отреагировал на наступление Искусства Потока Цивилизаций Десяти Тысяч Миров и был подчинен с удивительной легкостью.

Ли Цин погрузился в задумчивость:

— Вот оно как.

— Подобные чисто агрессивные и физические аномалии, судя по всему, обладают донельзя слабым разумом.

— Вернее сказать, они настолько холодны и лишены каких-либо колебаний, что напоминают некий искусственно собранный механизм.

Ли Цин продолжил поиски следующей цели, и вскоре одна за другой под его контроль перешли новые аномалии разной степени силы.

Самые мощные обитатели этого гротового рая едва дотягивали до царства Духовного Сознания – по всей видимости, из-за каких-то ограничений здесь не могли появиться создания более высокого порядка.

Прошло полдня, и под началом Ли Цина уже насчитывалось около сотни усмиренных аномалий.

Эта толпа тварей стремительно стянулась к дворцу в самом сердце гротового рая.

План Ли Цина был прост: пустить в атаку массу аномалий, чтобы отвлечь внимание противника.

Его целью была лишь малейшая брешь, дающая возможность соприкоснуться с Изначальным Дхарма-образом.

Ссобрав воедино всех подконтрольных аномалий, Ли Цин настороженно воззрился на золотой дворец.

— Шанс выпадет лишь на мгновение. Передо мной Изначальный Дхарма-образ секты Беспредельности.

— Трудно сказать, не потревожит ли прикосновение к этому образу того, кто стоит за кулисами.

— На сей раз мое Божественное Тело может быть полностью уничтожено. Это позволит не только избавиться от оставленной на мне метки, но и испытать на прочность Бессмертного секты Беспредельности.

— Не догадается ли он о моем присутствии из-за того, что кто-то прикоснулся к Изначальному Дхарма-образу?

Глубоко вздохнув, Ли Цин мысленно связался со всеми сотней аномалий.

Он напряг свое Божественное Тело, доведя технику Безупречного Божественного Тела Человеческого Пути до абсолютного предела.

В следующий миг его физическая оболочка стала призрачной, словно растворившись в воздухе и погрузившись в состояние невидимости.

В глазах сверкнула искра:

— Война началась!

Грохот раскатился под сводами.

Множество аномалий разного размера с безумным ревом ринулись к золотому дворцу.

Они с грохотом выбили ворота и ворвались внутрь, а их устрашающие ауры в тот же миг взметнулись до предельной высоты.

Сам Ли Цин следом за ними в тени проскользнул в просторные залы.

Искусство Звездного Перемещения Мирского Странника к этому моменту достигло пика раскрытия, и вся накопленная мощь сосредоточилась в этой технике.

Он ждал подходящего мига.

Стоило бесчисленным аномалиям ворваться в главный зал, как Тяньган-цзы, до того безмолвно восседавший у алтаря, резко распахнул глаза.

В этот момент его облик сделался невыразимо жутко: глазницы налились непроглядной чернотой, а сам он единым прыжком сорвался с места, превратившись в чудовищное скопление плоти и крови.

Пронзительный, душу раздирающий вопль разорвал тишину, обрушив ментальный удар не только на орды монстров, но и на самого Ли Цина.

Хлоп-хлоп-хлоп-хлоп-хлоп!

Серия непрерывных взрывов прокатилась по залу.

Слабейшие из монстров не вынесли мощи звуковой волны и разорвались на куски прямо на месте, брызнув во все стороны кровавыми ошметками.

В то же время порожденное Тяньган-цзы мясное чудовище врезалось в гущу монстров.

Он лишь легко взмахнул руками, и тут же взметнулись потоки смертоносной плоти.

Его пальцы мгновенно удлинились, превратившись в бесчисленные нити, несущие погибель – всё, к чему они прикасались, стиралось в порошок.

И как только Тяньган-цзы завязал бой с монстрами, Ли Цин наконец перешел к действиям.

Миллиарды лучей сияния вспыхнули с ослепительной яростью, и Искусство Звездного Перемещения Мирского Странника проявило себя во всем величии, пронеся его сквозь поле боя подобно перемещению в пространстве и времени.

В следующее мгновение он материализовался прямо перед алтарем.

Однако, оказавшись на месте, Ли Цин резко изменился в лице: от груди до нижней части живота его тело покрылось бесчисленными ранами.

Искусство Звездного Перемещения Мирского Странника тоже пострадало от влияния силы Тяньган-цзы – как-никак, речь шла о мощи долголетия, преодолеть которую было не так-то просто.

Он ясно чувствовал, что его Божественное Тело рассечено на десятки кусков, но уникальные свойства этой оболочки спасали его от гибели.

Его рука уже бесшумно легла на свиток, и в тот же миг Нефритовая Плита содрогнулась.

Потоки информации хлынули в недра плиты, и Свод Всеобъемлющего Человеческого Пути затрясся в неистовой судороге.

К тому моменту он уже собрал три Изначальных Дхарма-образа, происходивших из буддизма, даосизма и конфуцианства, а также несколько канонов дхарма-образов второго и третьего поколений буддийской школы. И вот теперь, в момент прикосновения к новому Изначальному Дхарма-образу, Ли Цин ощутил резкий ментальный толчок.

Ощущение беспредельной опасности беззвучно и внезапно нависло над ним – без малейшего намека на колебание.

И без того разорванное на куски Божественное Тело окончательно развеялось, не оставив после себя ни следа.

С исчезновением тела растворилась в небытие и метка, оставленная чудовищем мистической логики.

В это место снизошла туманная, призрачная фигура: черты лица неразличимы, виднеется лишь смутный силуэт.

Угрожающая аура хлынула во все стороны, и в этот миг всё в огромном зале замерло, будто само время остановилось.

Даже безумный Тяньган-цзы глухо рухнул на колени.

— Сбежал? Шустро же унес ноги.