Глава 562
Свет обладал жуткой силой, способной разрезать всё на свете.
Окружающий мрак разлетался на куски под его лучами.
Со всех сторон доносились жуткие вопли и предсмертные крики.
— И-и-и…
— Ц-ц-ц… И-и-и-и…
— …
Мрак рухнул под мощью божественного артефакта, и всё вокруг снова пришло в норму.
Ли Цин прислушался к своей человеческой душе, которую окружала гирлянда из семи светящихся бусин, образуя позади него сияющий круг.
Семь разноцветных лучей непрерывно струились в этом кругу, окутывая человеческую душу.
Ли Цин едва заметно улыбнулся, и на его лице промелькнуло мимолетное выражение радости.
«Человеческая душа закалена, на очереди земная душа!» – подумал он.
При этой мысле его лицо мгновенно посуровело.
Сфера земной души кардинально отличалась от человеческой!
Как гласит древняя истина: небесная душа возвращается на небо, земная – в землю, а человеческая вечно обитает в теле смертного!
Чтобы собрать земную душу воедино, прежде всего нужно её отыскать.
Земная душа скрывается глубоко под толщей земли, и почувствовать её присутствие можно только после того, как полностью сформирована душа человеческая.
Ощутив, где находится земная душа, необходимо покинуть телесную оболочку и погрузиться в запредельный духовный слой, преодолеть всевозможные опасности и лишь тогда отыскать её.
Глубоко вздохнув, Ли Цин нахмурился.
«Закалка земной души связана с невероятным риском, тут не отделаешься простым накоплением ресурсов», – размышлял он.
«Чуть оступишься – и погибнешь прямо посреди культивации, а то и вовсе станешь жертвой чудовищной скверны».
«Для успешного обретения земной души необходимо владеть духовными техниками».
«Но у меня есть Искусство Потока Цивилизаций Десяти Тысяч Миров, которое способно подавить практически любую опасность ментального порядка».
«Оно как раз пригодится, чтобы справиться с возможными угрозами на пути».
«И всё же земная душа – штука опасная, действовать нужно предельно осторожно».
«Отдохну-ка денек, а то от непрерывного усердного труда за последнее время рассудок уже на пределе».
Его взгляд переместился на последние новости, обновившиеся на Нефритовой Плите.
Он выделил для себя несколько наиболее важных моментов.
Во-первых, император в столичном дворце бушевал от гнева: в сокровищнице пропали какие-то вещи.
Под удар попала целая куча народу, а главным заговорщиком, как выяснилось в ходе расследования, оказалась принцесса Удэ.
Она втайне изготовила дубликат императорской печати, за что её прямо на месте обвинили в измене и в тот же вечер казнили в темнице.
Всех стражников, замешанных в этом деле, скрутили и в тот же день предали публичной казни на базарной площади в столице – не уцелел ни один человек.
Таинственного даоса из Дворца Документов император Кунтай лично стер в порошок ударом меча.
Всех, кто хоть что-то знал о том злосчастном нищем, проникшем во дворец, ликвидировали, а концы тщательно спрятали.
Узнав об этом из записей на плите, Ли Цин невольно испытал легкий трепет.
«Император Кунтай верен себе – беспощаден до мозга костей, жесток к другим и еще суровее к себе».
«Даже родную дочь не пощадил».
«Жаль только, что все твои расчеты в итоге послужат лишь мне».
Затем он перевел взгляд на информацию о Сунь Цянькуне, и в его глазах промелькнула тень сосредоточенности.
«Сунь Цянькунь и впрямь хорош».
«Сумел же внедрить тысячи различных замыслов, используя разные подходы и привязав их к судьбам Избранников Небесной Судьбы, чтобы взять под контроль бандитские группировки на Севере и в Лучжоу».
«Каждая ключевая фигура в любой из сфер теперь принадлежит нашим людям, а Избранники Небесной Судьбы стали для нас отличным прикрытием».
«Взоры всех бессмертных сект надежно ослеплены ореолом самих Избранников».
Видя, как Сунь Цянькунь за столь короткий срок разработал и последовательно претворил в жизнь столь грандиозный план, Ли Цин не мог не дивиться.
Подобные методы просто выходили за рамки обычного человеческого понимания – уму непостижимо, как можно одновременно обдумывать и реализовывать столько задач без единой ошибки.
«Неужели это эффект пробужденной природы дракона? Она позволяет простому смертному проворачивать в уме столько дел сразу, и рассудок при этом ни капли не страдает – поразительно».
«Благодаря этому мне стало намного проще».
«Пока верхушки этих банд находятся у меня под контролем, все грандиозные планы никогда не выйдут из-под моего подчинения».
«Однако наряду с методами Сунь Цянькуня мне необходима и запасная система».
«У последователей Судьбы множество различных предприятий, и стараниями Сунь Цянькуня верхушка в каждой отрасли окажется нашей».
«Но тех людей, которых контролирую я лично, я внедряю прежде всего в армию, делая их костяком вооруженных сил».
«Поэтому сейчас Божественному Телу предстоит взять под контроль верхушку абсолютно всех сфер деятельности».
«Иначе со временем эти люди неизбежно затаят дурные замыслы».
«Судя по изысканиям ученых из прошлых жизней».
«Люди, получившие огромную власть, часто страдают излишней самонадеянностью, а их умственные способности снижаются, толкая их на безрассудные поступки ради минутной выгоды».
«Вот почему я обязан заранее предотвратить подобный исход».
«Как только лидеры окажутся под контролем, придется подбирать вторые номера на роль дублеров».
«В общей сложности под моим началом окажется не менее десяти тысяч человек».
«Для моего рассудка это станет определенной нагрузкой».
«Впрочем, прямое подчинение – мера временная, дальше нужно будет сформулировать четкие идейные принципы».
«Великое единение мира, где все люди – братья и сестры».
«Ха!»
«И в таком мире я буду в тени взращивать силы, ожидая часа прорыва!»
Ли Цин прекрасно понимал: в обычных условиях общественный строй определяется уровнем производительных сил.
Для нынешней феодальной эпохи лучше всего подходила именно модель централизованной власти.
Верхи управляют серединной прослойкой, императорская власть не опускается до уровня деревень, основу правления составляют местные землевладельцы и чиновники, а религиозные секты стоят над всеми остальными, незримо дергая за ниточки.
В конечном итоге это неизбежно ведет к концентрации ресурсов, массовому захвату земель и непосильным поборам, обрекая династию на закат.
Крах любого государства всегда упирается в финансовый тупик.
И теперь всё, что требовалось сделать Ли Цину – это установить тотальный контроль над средними и низшими слоями общества, перекрыв кислород чрезмерному накоплению ресурсов.
Забрать бразды правления в свои руки и распределять всёсамостоятельно.
Так он сможет обеспечить стабильное развитие собственной группировки и одновременно облегчит распространение своих идей.
Связать интересы низов и середняков со своими собственными, а затем с помощью Нефритовой Плиты пресекать на корню любые проявления предательства или воровства, мгновенно вычисляя и тайком устраняя крыс.
Это позволит добиться высочайшей эффективности, чистоты и сплоченности низовых структур.
Ресурсы будут казаться сосредоточенными в руках верхушки, но на самом деле они останутся под контролем низов и среднего звена – вроде зернохранилищ и земель местных князей.
На первый взгляд они ломились от несметных богатств, но в действительности все эти запасы принадлежали Ли Цину, и он мог распоряжаться ими по своему усмотрению.
Пока низы и середняки беспрекословно ему подчиняются, господа наверху никогда не докопаются до правды.
Ведь их слишком мало, а потребить еды, жилья и вещей они могут лишь строго определенное количество.
Излишки ресурсов в будущем будут отображаться для них лишь в виде сухих цифр на бумаге, но дотронуться до реальных благ им будет не суждено.
В конце концов, мир окажется подспудно подчинен его воле.
Бессмертным сектам до этих материальных ценностей и вовсе нет никакого дела, ибо для них они не имеют ни малейшей ценности.
И вся эта грандиозная конструкция возводилась ради совершенно иной цели Ли Цина.