Глава 431
Учитель услышал требование Бай Цзыхуа и замер, ошеломленный.
Затем, нахмурившись, он окинул стоящего перед ним Бай Цзыхуа долгим, странным взглядом.
— Зачем тебе моя продолжительность жизни? Что ты задумал с ней сделать?
— Мне нужна ваша жизнь, чтобы привести в действие одно оружие.
— Почему именно моя?
— Потому что вы – сильнейшее существо под небесами.
— Только ваша жизненная сила способна запустить столь великое оружие.
— С его помощью мы сможем в один миг уничтожить всю верхушку Пути Демонов и бесчисленных солдат северных варваров.
— Это ведь та цена, которую вам придется заплатить, чтобы пережить грядущую беду.
— В конце концов, никто не станет помогать просто так.
— Вы ведь должны внести свой вклад, верно?
Учитель безмолвно смотрел на Бай Цзыхуа:
— С чего бы мне тебе верить?
Бай Цзыхуа выдержал его взгляд:
— Это зависит от того, какими методами Учитель решит себя убедить.
Учитель слегка прикрыл глаза, словно погрузившись в глубокие раздумья.
Шло время. Наконец он медленно открыл веки, и от его фигуры вновь заструилось бесконечное сияние Пути Праведности.
На Бай Цзыхуа упал взгляд, подобный воле самих небес, и от этого необъяснимого давления сердце юноши едва заметно дрогнуло.
— Учитель снова изменился, – пронеслось в мыслях у Ли Цина.
А вслух раздался слегка отстраненный голос Учителя:
— Твой план я понял. Всё упирается в мою жизненную силу, которая должна послужить пусковым механизмом для загадочного оружия.
— Но я не уверен до конца, правду ты говоришь или лжешь.
— Между нами нет никакого доверия.
— У меня есть способ проверки. Хватит ли у тебя смежности пройти ее?
— Что за проверка? — Бесстрастно отозвался Ли Цин.
В руке Учителя материализовалась зеленая нефритовая линейка.
— Это реликт логики, имя которому – Линейка допроса сердца.
— Перед лицом этого артефакта ложь абсолютно невозможна.
— Стоит кому-то солгать, как ее сила активируется и провинившийся мгновенно обратится в прах.
— И не думай, что раз ты действуешь через воплощение-проекцию, то сможешь избежать последствий.
— Даже если ты находишься за тысячу ли отсюда, стоить тебе солгать – и линейка отыщет тебя, чтобы покарать смертью.
— Я сам не осмеливаюсь лгать перед ней, ибо ее мощь смертельна и для меня.
Учитель говорил о невероятных вещах с совершенно спокойным выражением лица.
Ли Цин помрачнел.
Слова Учителя не были шуткой. Помолчав немного, Ли Цин произнес:
— Проверку можно устроить. Но мне понадобится кто-то для эксперимента.
— Подожди немного, я пришлю человека, который проверит, правдива ли линейка допроса сердца и нет ли в этом подвоха.
Учитель равнодушно бросил:
— Хорошо.
…
Тем временем в банде Черной Кожи Чжан Хэйпи уже получил приказ Ли Цина. Он нашел очередного обреченного бандита, от которого можно было избавиться, тайком вывезх его за пределы убежища и бросил в переулке.
Проекция сновидения прибыла на место, мгновенно стерла бродяге память и переписала ее, после чего сняла путы и велела отправляться в Академию Цзйся.
Примерно через четверть часа обработанный человек пересек порог академии и добрался до Тяньжаньцзюя Учителя.
Он предстал перед Бай Цзыхуа, чей взгляд тут же обратился к Учителю.
Ли Цин заговорил устами Бай Цзыхуа:
— Вот подопытный, которого я нашел.
— Конченый злодей, перебивший множество простолюдинов за пределами города, – головорез, что заслуживает смертной казни тысячи раз.
— Сейчас он произнесет одну правду и одну ложь, чтобы проверить, лжет ли сама линейка допроса сердца.
Выслушав слова Бай Цзыхуа, Учитель перевел взгляд на бандита.
— Ты чертовски осторожен.
— Хех, неосторожные давно мертвы, – последовал ответ. — В этом полном интриг мире культивации кроется столько скрытых угроз, что никакой уровень развития не делает тебя подлинно непобедимым.
— Излишняя осторожность никогда не бывает лишней.
Учитель сдержанно кивнул:
— Осмотрительность – залог долголетия. Кто бы ты ни был, ты постиг эту истину в полной мере.
Перед ними стоял мужчина с отталкивающей внешностью и взъерошенными волосами, казавшимися немытыми уже несколько дней.
С бесстрастным лицом он подошел к нефритовой линейке.
Учитель поднял артефакт и приложил его к плечу злоумышленника.
— Кто ты такой?
Тот мгновенно отчеканил:
— Меня зовут Фан Шаньмин.
Бай Цзыхуа произнес:
— Он сказал правду.
Учитель молча кивнул и продолжил допрос:
— Сколько тебе лет?
— Мне сорок.
Стоило ему договорить, как от нефритовой линейки повеяло странной, чужеродной силой, мгновенно оплетшей несчастного.
Тело мужчины мгновенно оцепенело. Линейка взмыла вверх, выскользнув из рук Учителя, и со страшной силой обрушилась на голову бандита.
Бац!
Раздался звонкий звук, напоминающий столкновение металлов, и в следующее мгновение тело человека рассыпалось на мириады осколков.
Эти обломки напоминали то ли металл, то ли стекло, но уже через секунду они превратились в груду обычной серой пыли.
Всё произошло донельзя просто и буднично, но от увиденного у Ли Цина по спине побежали мурашки.
Мощь этого артефакта превосходила любые ожидания: стоило ему коснуться человека, как о сопротивлении не могло быть и речи.
Он отчетливо почувствовал, как в момент гибели вся энергия внутри этого несчастного была безжалостно подавлена от начала и до конца.
Даже оставленная им ментальная печать не возымела ни малейшего эффекта.
Ли Цин воочию убедился, насколько опасна линейка допроса сердца.
— И впрямь впечатляет. Штука рабочая.
— Задавай вопросы, но сразу оговорим условие.
— Отвечать будет тот человек, которого я контролирую. Сам я не стану отвечать ни на какие вопросы пока используется эта линейка.
— Так что формулируй вопросы с умом.
Ли Цин передал эти слова через Бай Цзыхуа спокойным тоном.
Учитель окинул его взглядом:
— Договорились.
— Сила линейки допроса сердца в том, что она разоблачает любую ложь. При этом неважно, знал ли отвечающий, что говорит неправду – артефакт укажет на саму суть.
Ли Цин бросил на Учителя глубокий взгляд. Именно об этом он и подумал заранее, а потому изначально не собирался отвечать лично.
Он лишь загрузил всю информацию о плане в сознание Бай Цзыхуа, и теперь марионетка оперировала исключительно теми фактами, которыми владела сама.
Учитель поднял измерительную линейку и аккуратно опустил ее на плечо Бай Цзыхуа.
— А теперь отвечай: правда или ложь, что моя жизненная сила будет использована для запуска оружия невероятной мощи?
Бай Цзыхуа бесстрастно произнес:
— Это правда.
В этот момент Ли Цин уже разорвал ментальную связь, продолжая наблюдать за происходящим лишь глазами марионетки.
Линейка допроса сердца не активировалась. В глазах Учителя мелькнула искорка.
Затем он задал следующий вопрос:
— Ваш план действительно позволит уничтожить большую часть верхушки Пути Демонов и при этом обеспечить безопасность северных земель?
— Да!