Глава 412. «Исполнение плана и расстановка сетей»

Точки конфликта были созданы, и следом Ли Цин приступил к выбору целей, официально запуская первый этап своего плана.

В городе Янчжоу притаилась лавка антиквариата и живописи под названием «Антикварная лавка».

Бесшумно и незаметно на столе у лавочника материализовался старинный свиток.

Хозяин лавки, старик лет шестидесяти, покачивая головой, увлеченно изучал древнюю книгу.

В этот момент его взгляд случайно упал на свиток, и какая-то неведомая сила мягко подчинила его разум.

Развернув картину, он расплылся в улыбке.

— Поистине бесценная вещица, на этот раз мне крупно повезло.

— Этому свитку не меньше трех тысяч лет, и на нем изображен сам Янчжоу!

— Доживи эта вещь до наших дней, она стоила бы целое состояние!

— И надо же было тому нищему учесться настолько оплошать, раз он по незнанию сбыл такое сокровище!

— Провернув эту сделку, я смогу выйти на пенсию!

— Заработать десять тысяч золотых за раз! Какое безумие!

— Скоро начнется янчжоуский аукцион!

— Стоит переговорить с управляющим Ваном, чтобы сделать эту картину главным лотом вечера!

Глубоко вздохнув, лавочник бережно скатал свиток и убрал его в тубус.

Теневой бумажный человек молча наблюдал за происходящим, а уголки губ Ли Цина тронула легкая улыбка.

«Техника „Желание“ творит с обычными людьми настоящие чудеса!»

«Память можно менять по собственному желанию, и они даже не догадываются о подвохе!»

«Что ж, теперь пора закидывать следующую приманку!»

…

В банде Золотых Денег Ма Минюэ опустил взгляд на неожиданно оказавшийся у него в руках свиток.

В его сознании уже прозвучал приказ Ли Цина.

На лице бандита вспыхнуло безумное воодушевление. — Великий Владыка Человечества, Ма Минюэ знает, что нужно делать!

— Будьте спокойны!

Спрятав картину, Ма Минюэ незаметно покинул убежище банды и направился в свой «Минюэ».

Примерно полчаса спустя в помещение беззвучно шагнула фигура.

Это был не кто иной, как покровитель Ма Минюэ – Чжао Цянькунь.

Лицо Ма Минюэ озарилось лучезарной улыбкой, и он почтительно поприветствовал гостя сложенными ладонями:

— Господин Чжао, вы пожаловали!

— Прошу, садитесь!

Взгляд Ма Минюэ уперся в Чжао Цянькуня:

— Я позвал вас сегодня по весьма важному делу!

В глазах Чжао Цянькуня промелькнуло любопытство:

— Какое еще дело? Зачем так спешить?

Ма Минюэ не ответил сразу, а лишь аккуратно запер дверь.

Подойдя к Чжао Цянькуню, он наклонился к самому его уху и шепнул:

— Мне в руки попал древний свиток тысячелетней давности!

— Древний свиток? — Чжао Цянькунь нахмурился. — Мало ли старых картинок на свете, что в нем особенного?

Он интуитивно почувствовал здесь неладное.

Ма Минюэ улыбнулся:

— Особенного хватает.

— В этой картине скрыта тайна.

— Я случайно обнаружил на ней зашифрованные иероглифы.

Любопытство Чжао Цянькуня было разбудено окончательно, и он поспешно спросил:

— Что за иероглифы?

— «Долголетие»!

— Это очень древние знаки. Когда-то я увлекался палеографией.

— Немного изучал их, но письменность та сложна, так что знаю я всего с десяток символов.

— Когда мне достался этот свиток, я поначалу принял его за заурядный антиквариат.

— Но при детальном рассмотрении заметил странности.

— Очертания домов на картине в точности складывались в знакомые мне древние иероглифы.

— «Долголетие»!

— Я сразу понял, что этот свиток может быть связан с миром культивации!

— Сам я в делах сект разбираюсь слабо, а вы, господин Чжао, вышли из дао-воинов, вам и карты в руки.

— Вот и позвал вас незамедлительно, чтобы вместе во всем разобраться.

С этими словами он достал бамбуковый тубус для свитков – высушенный стебель бамбука надежно защищал содержимое от влаги, не давая бумаге мяться или перекашиваться.

Ма Минюэ развернул полотно перед глазами Чжао Цянькуня и осторожно произнес:

— Взгляните, господин Чжао, это и есть та самая древняя картина, ей никак не меньше тысячи лет!

Чжао Цянькунь не промышлял древностями и разбирался в них слабо.

Но глядя на пожелтевшую бумагу, свежие на вид чернила и поражающую воображение тонкость линий, он ощутил мощный прилив эстетического трепета.

Словно перенесясь сквозь время, он собственными глазами созерцал город из далекой эпохи.

С первого же взгляда он узнал в нем Янчжоу – слишком уж знакомыми были изгибы рек.

— Это же Янчжоу?

— Именно, древняя карта Янчжоу!

— Взгляните на эти два здания, линии их крыш весьма необычны.

Ма Минюэ вытащил другой лист бумаги, на котором были нарисованы два странных символа.

— Это письмена эпохи Великой Дай, трехтысячелетней давности.

— Посмотрите на архитектурные формы этих двух домов: при всей тонкости работы здесь видна странная нарочитость.

— Если выделить эти причудливые линии, получаются как раз эти два знака.

Ма Минюэ водил пальцем по очертаниям зданий, сопровождая свои слова подробным разбором.

Чжао Цянькунь внимательно сравнивал рисунки и вскоре заметил странность.

— И впрямь один в один?

— Где ты добыл эту карту?

В голосе Чжао Цянькуня прорезалось напряжение.

— У одного падшего ученого.

— Он задолжал нам крупную сумму по игорным долгам, и мои люди забрали этот свиток из его дома в уплату долга.

Услышав это, Чжао Цянькунь слегка кивнул – дела Ма Минюэ его мало волновали.

Его занимало лишь то, чиста ли эта находка.

Мысли лихорадочно крутились в голове: «В этой картине сокрыт огромный секрет, и он связан с долголетием».

— Моему нынешнему положению пришел предел. Чтобы дослужиться от тысячника до генерала, нужны связи и влиятельные покровители, без них хода наверх нет.

— Но это сокровище может стать моим трамплином!

— Правда, для подношения требуется подходящий момент.

— Лучше всего сделать это прилюдно, на глазах у бесчисленной толпы.

— Иначе вместо награды меня просто уберут как лишнего свидетеля.