Глава 394. «Покидая Янчжоу, загородная обитель духов»

Время медленно тянулось в этой жутковатой атмосфере.

Ли Цин мог полагаться лишь на едва теплившееся чутье, улавливая перемены вокруг и ежесекундно остерегаясь Матери Кровавых Демонов.

В ту пору он пребывал под воздействием печати из таинственной энергии, вся его аура упала на дно, а проявления жизни казались едва заметными.

Это диковинное состояние должно было продлиться до тех пор, пока сила печати не иссякнет окончательно.

Единственным его подспорьем оставалось врожденное чутье тела.

Секунды сменяли друг друга, пока завывания ночного ветра и призрачный шепот окончательно не утихли.

С небес хлынули солнечные лучи, и мир в одночасье вернулся к привычному порядку.

Безбрежное сияние осветило землю, заставив Мать Кровавых Демонов прервать медитацию.

Взглянув на залитое светом небо, она сохранила на холодном лице непроницаемое выражение, лишь на алых губах сама собой заиграла манящая улыбка, делавшая её лик поистине прекрасным.

Подняв руку, она легко постучала по крыше кареты.

Звук эхом разнесся внутри экипажа. Снаружи сидел бесстрастный кучер лет тридцати или сорока с видом человека, которому вечно приходится пропадать в дороге.

Кучер слегка взмахнул кнутом, и тот мягко опустился на спину коня.

— Но-о-о! Ну-ка!

Чувствуя легкое понукание, лошадь резво подалась вперед, и колеса заскрежетали по земле.

Глухо застучали копыта.

Раздался глуховатый гул.

Позади кареты, растворившись в зыбком мареве, бесшумно скользила человеческая фигура, издалека наблюдая за Матерью Кровавых Демонов внутри.

Мгновение за мгновением утекали в вечность, и вскоре они беспрепятственно миновали городские ворота: благодаря звонкой монете досматривать их повозку никто не стал.

Всё прошло донельзя просто, и вот они уже выехали за городские стены.

Оказавшись за пределами Янчжоу, Мать Кровавых Демонов бесцеремонно подхватила Ли Цина, в мгновение ока выскочила из кареты и, обратившись в полосу яркого света, взмыла в небеса.

Су Муцинь неотступно следовал за ними, однако держался на почтительном расстоянии, остерегаясь выдать свое присутствие.

Скорость их передвижения многократно превосходила обычный полет, казалось, Мать Кровавых Демонов изо всех сил старается убраться подальше от этих мест.

Су Муцинь приходилось нелегко: ему нужно было и сохранять скрытность, и не терять беглецов из виду.

Тем временем в самом Янчжоу поднялся нешуточный переполох.

Кто-то обнаружил, что Ли Цин пропал, а на кровати покоится лишь искусно созданная человеческая оболочка.

Вскоре фальшивка полностью утратила последние признаки жизни, что и навело наблюдателей на мысль о неладном.

Когда смельчаки решились проверить всё лично, перед ними предстали лишь пустая комната да черная кукла.

Многие мастера различных учений переглянулись в растерянности: они поняли, что к похищению приложили руку слуги Пути Демонов, но никак не ожидали столь стремительных и безжалостных действий.

В глазах каждого читалась тревога, люди принялись лихорадочно размышлять.

— И что теперь делать?

— Похищен патрульный Поднебесной Ли Ушуан? Разве это не плевок в лицо Академии Сяся?

— Академия Сяся этого так не оставит.

Весть стремительно разнеслась повсюду и вскоре достигла стен Академии Сяся в городе Лундао.

…

Учитель, изучая прилетевшее из Янчжоу донесение, слегка нахмурил брови.

Прислушавшись к собственным ощущениям, он на мгновение уловил присутствие Ли Цина.

В его взгляде мелькнуло странное выражение:

— Держит путь к Двум Мирам.

— Неужели всех похищенных свозят к Городу Двух Миров?

В глазах Учителя промелькивала задумчивость.

Опустившись на свое сиденье, он медленно прикрыл глаза.

На макушке у него вспыхнуло ослепительное сияние, источающее праведный свет Пути Праведности.

Лучи обратились в стремительный поток света и растаяли в пустоте, не оставив после себя ни единого следа.

…

Удерживая жетон патрульного Поднебесной, Ли Цин почувствовал, как внутри него зарождается едва уловимое колебание – настолько слабое, что заметить его было почти невозможно.

Его ощущал лишь прижимавший жетон к груди Ли Цин, тогда как Мать Кровавых Демонов не замечала ни малейших изменений.

К тому моменту они приблизились к окрестностям Города Двух Миров.

Там, на склоне небольшой возвышенности, примостилась заурядная усадьба.

Древняя с виду обитель дышала стариной, судя по всему, простояв здесь уже немало лет.

Мать Кровавых Демонов бесшумно приблизилась к ее воротам.

Створки медленно отворились, являя двух бледных слуг, почтительно застывших в проходе.

Эти слуги выглядели странно: чуть опустив головы, они являли миру лишь мертвенно-бледные лица со смутными, затуманенными взглядами. Их рты словно зашили суровой нитью, а от тел веяло холодом и мертвенной сыростью.

Втащив Ли Цина внутрь, Мать Кровавых Демонов перешагнула порог, и слуги тут же захлопнули створки, возвращая усадьбе прежнюю тишину.

Вскоре они оказались в просторном зале особняка, где в одиночестве восседала лишь одна фигура.

То был Юань Чжихуэй. Он молча наблюдавшей за вошедшей Матерью Кровавых Демонов.

Его взгляд опустился на безвольное тело в ее руках.

— Это и есть последний, патрульный Поднебесной Ли Ушуан?

— Да, старший Юань Чжихуэй!

Юань Чжихуэй едва заметно кивнул, не сводя глаз с Ли Цина.

— Выведите остальных!

Прятавшийся в тени бледный слуга почтительно поклонился:

— Слушаюсь, хозяин!

Бросив Ли Цина на пол, Мать Кровавых Демонов со странной улыбкой на губах обратилась к Юань Чжихуэю:

— Старший Юань Чжихуэй, неужели тот, кто строил против нас козни, действительно прячется среди этих десятерых?

Юань Чжихуэй с усмешкой ответил:

— Сам толком не знаю, но подозрений с него достаточно.

— Стоит вытащить его душу и заглянуть в память, как всё прояснится.

— Если виноват кто-то из них, я покажу ему, что такое настоящий ад.

— Осмелился водить меня за нос? Уж за это я заставлю его заплатить сполна.

На лице Матери Кровавых Демонов застыла ледяная, жестокая усмешка, не оставлявшая сомнений в серьезности ее угроз.

Тем временем Су Муцинь беззвучно приблизился к ограде усадьбы, но в следующий миг резко замер: сердце кольнуло предчувствие опасности.

Это сработал выученный им высший закон Школы Вертикалей и Горизонталей, предупреждая о беде.

Незримое и жуткое величие грозило ему впереди.

Осознав угрозу, он подумал: «Внутри скрывается нечто чудовищное! Выше уровня Божественной Души? Мастер ступени Первородного Духа!»

Лицо его переменилось, он тихонько отступил на добрых десять ли, после чего сотворил диковинное заклинание.

Над его головой взметнулся звездный свет, превратившись в парящее к небесам зеркало.

Среди лучей полуденного солнца это зеркало, ставшее невидимым словно луч света, молниеносно взлетело над усадьбой.

Посредством зеркала Су Муцинь наконец разглядел то, что творилось внутри.

— Обитель духов? Ума не приложу, как я мог не замечать подобное место неподалеку от Города Двух Миров.

Обители духов не были чем-то заурядным: их возводили на землях, где находили упокоение бесчисленные мертвецы, впитывая скверну погребенных там тел.

Погибшие источали особую, смрадную духовную энергию – поистине зловещую эссенцию, способную разъедать всё живое.