Глава 202. Меч, упавший с небес, и невинные жертвы

Шан Сюэвэнь резко побледнел. Этот удар потряс саму его душу.

На его губах выступила кровь. Холодный и бесстрастный разум больше не мог сдерживать эмоции.

Из глубин души поднимался первобытный страх.

«Мне не выстоять. Надо уходить».

Шан Сюэвэнь принял решение. Он понимал, что все люди на этом корабле обречены на смерть, но сделать ничего не мог.

Сейчас важнее было спасти собственную шкуру.

Однако стоило ему приготовиться к побегу, как небеса содрогнулись от ослепительной вспышки. Из облаков, разгоняя тьму, ударил багровый луч меча.

Он был подобен божественной каре и целился прямиком в призрачную лапу даоса Гуй Лина.

В вышине раздался звонкий, раскатистый голос:

— Одним мечом искореню я зло под небесами, и воссияет праведный закон!

Слова поэтического речения слились с ударом клинка. В то же мгновение призрачная лапа была рассечена надвое, а яростный поток энергии устремился к самому даосу Гуй Лину.

Тот изменился в лице и выкрикнул:

— Путь Меча Адского Пламени – Яньчитянь!

Не колеблясь ни секунды, он призвал обратно оставшихся девять чудовищ, терзавших судно. Все они устремились к его спине.

Монстры растворились в девяти знаменах формации. Из полотнищ повалил густой черный дым, который влился в туманное облако над головой даоса.

В следующее мгновение этот дым полностью поглотил Гуй Лина, явив миру жуткое призрачное божество.

Исполинская фигура была усыпана уродливыми головами, а ее массивная когтистая лапа состояла из переплетения бесчисленных дергающихся конечностей.

Эта лапа устремилась вверх, сталкиваясь с пикирующим багровым мечом.

Грохот разорвал ночную тишь.

Алый свет меча и черная призрачная энергия сдетонировали, породив мощную взрывную волну.

Исполинский фантом взмыл в небо и превратился в черную стрелу, устремившуюся прочь.

Клинок ринулся следом, а вдогонку полетел крик:

— Даос Гуй Лин, стоять!

Темное свечение призрака и багровые всполохи меча один за другим скрылись за горизонтом.

В этот момент Ли Цин едва не выругался. Эти двое пролетели прямо над его укрытием!

В вышине багровая вспышка разлетелась на тысячи огненных росчерков, которые метеоритным дождем обрушились на убегающего исполина.

Тот в ответ отрастил новые головы и руки, пытаясь отбиться кулаками, окутанными черной энергией.

В небе развернулась безумная битва колоссов.

Осколки мечей и сгустки призрачного пламени градом посыпались на землю.

Один из таких разрушительных шквалов накрыл область в радиусе нескольких десятков метров вокруг Ли Цина.

У него зашевелились волосы на голове. Задействовав Искусство Звездного Перемещения Мирского Странника, он без оглядки рванул прочь.

В следующий миг он уже стоял на берегу неподалеку от торгового судна.

Место, где он находился секунду назад, превратилось в перепаханное кратерами пепелище, а земля под ногами все еще мелко дрожала.

Ли Цин облегченно перевел дух: «Стоит на секунду расслабиться, как мир пытается меня прихлопнуть. Давление судьбы поистине чудовищно».

Тем временем Шан Сюэвэнь, стоя на палубе, проводил взглядом исчезающие силуэты практиков и тоже тихо вздохнул.

Защитный платок плавно опустился и скользнул обратно в его рукав.

Он негромко произнес:

— Приказ Закона: Пробуждение.

Мягкая теплая волна омыла судно, и люди, погруженные в магический сон, начали приходить в себя. Они недоуменно озирались, так и не поняв, что только что находились на волосок от гибели.

Шан Сюэвэнь нашел капитана, отдал несколько распоряжений и скрылся в каюте.

Ли Цин тоже незаметно вернулся к себе, сделав вид, будто никуда не уходил.

Успокоив бьющееся сердце, он приоткрыл окно и посмотрел на ночное небо.

Вспышки сражения окончательно угасли вдали.

«Кажется, пронесло. На озере Панъян теперь должно быть спокойно».

«Но раз даоса Гуй Лина прогнали, пострадает ли их общий замысел?»

«Если да, то считается ли это моим вмешательством в ход причинно-следственных связей?»

Ли Цин все больше ощущал себя песчинкой, которая, попадая в шестеренки судьбы, ломает весь механизм и вызывает непредсказуемые последствия.

Теперь он отчетливо понимал, что значит быть человеком без судьбы.

«Одно мое существование притягивает неприятности».

«Бедствий не избежать. Так будет продолжаться до тех пор, пока я не стану настолько силен, что никакая кара не сможет причинить мне вред».

«Возможно, тогда я достигну нового равновесия с небесным законом».

«Как говорится, Пятьдесят Великих Дао порождают сорок девять путей, а один ускользает».

«Быть может, в будущем я и стану этим ускользающим единым?»

«Когда мир поймет, что не может контролировать меня, он просто примет мое существование и перестанет насылать бедствия, перестроив саму структуру причинности».

«Но этот путь потребует колоссального времени. Это великая игра между мной и вселенной».

«Если я найду способ скрывать свое влияние и минимизировать вмешательство в причинно-следственные связи, возможно, тяжесть кары снизится?»

«Но в нынешних реалиях это практически неосуществимо».

Ли Цин глубоко вздохнул, упорядочивая мысли.

Его взгляд стал задумчивым. «Могу ли я как-то похитить чужую судьбу?»

«До сих пор мне не попадалось ни одной техники предсказания или сокрытия судьбы. Это главное белое пятно в моих знаниях».

«Чтобы решить эту проблему, мне нужно раздобыть мощные техники предсказания».

«Объединив несколько таких учений, я смогу задействовать Нефритовую Плиту, чтобы вывести совершенную формулу скрытия судьбы».

«Только так появится шанс замаскировать мою суть человека без судьбы».

Ли Цин нахмурился: «Судя по известной мне информации, лучшие предсказатели принадлежат к Даосской школе, школе Инь-Ян и приверженцам Искусства Перемен из школы конфуцианства».

«Но их наследие ревностно охраняется и считается строжайшим секретом. Получить к нему доступ невероятно сложно».

«Остается полагаться на удачу».

«Отсутствие судьбы – моя главная уязвимость».

«Или же стоит найти артефакт, способный имитировать обычную человеческую судьбу?»

Прокручивая в голове различные варианты, Ли Цин лишь покачал головой.

Ни один из путей не был простым.

«Придется действовать по обстоятельствам».

«В городе Лянцзе есть Академия Цинлин, принадлежащая школе Инь-Ян. Возможно, там мне удастся раздобыть хоть какие-то зацепки по теории предсказаний».

«Кроме того, среди исторических личностей, чьи данные хранит Нефритовая Плита, были выдающиеся мастера прорицания».

«Например, живший тысячу восемьдесят лет назад великий стратег Чжугэ Шэньцзи».

«По слухам, он обладал даром предвидения и всегда просчитывал шаги врага наперед. Его Искусство Стратегического Планирования очень близко к магии судьбы».

«Нужно составить четкий список целей и методично прорабатывать каждую из них».