Глава 86

Ли Цин внимательно наблюдал издалека, не спеша приближаться к городским воротам.

Вскоре он убедился, что окружающие, скорее всего, не знают о том, что страж на воротах – практик. Люди относились к нему с почтением, но без того страха, который обычно внушают обладатели сверхъестественных сил.

Для простых смертных бояться тех, кто наделен могуществом – явление повсеместное.

Однако этот практик не выказывал никаких странностей перед другими стражниками.

Он вел себя как обычный офицер: шутил и смеялся с подчиненными, и лишь его взгляд цепко сканировал каждого проходящего мимо человека.

«Значит, в городе Лундао практики встроены в обычную жизнь на разных должностях», – размышлял Ли Цин. — «По крайней мере, на государственной службе».

Обдумав это, Ли Цин решил не входить через главные ворота.

Он обошел стену и, найдя безлюдный уголок, применил Искусство Побега Сквозь Десять Тысяч Вещей. Погрузившись под землю, он направился внутрь города.

Активировав Искусство Божественного Ока Солнца и Луны, он принялся тщательно изучать фундамент стены.

События в Саньчуане научили его: города могут быть защищены массивами.

Лундао, как сердце северных земель, наверняка имел скрытые под землей магические печати, способные перехватить любого незваного гостя.

Присмотревшись, Ли Цин замер в трех метрах от основания стены.

Внизу он увидел мириады мерцающих запретных печатей. Они сплетались в единую сеть, уходящую вглубь земли на тридцать метров.

О самой стене и говорить не стоило: она была буквально испещрена скрытыми контурами. Стоило им активироваться, и мощь удара была бы сокрушительной.

Покачав голвой, он выбрался на поверхность и тихо вернулся к воротам.

Пробраться под землей было невозможно.

Он проверил все четыре входа в Лундао – везде дежурили практики.

«У меня есть Жемчужина Сокрытия Ци, она полностью подавляет любые эманации энергии. В глазах этих практиков я выгляжу как обычный смертный».

«Должно получиться проскользнуть».

Наблюдая за очередью, он заметил, что проверке подорожных грамот в Лундао уделяют не слишком много внимания.

Достаточно было сунуть стражникам немного денег, и те с легкостью пропускали людей. Практики на воротах, казалось, вовсе не обращали на это внимания.

Приняв решение, Ли Цин изменил облик, превратившись в заурядного на вид книжника. Он переоделся в простое черное одеяние, а все свои артефакты спрятал в мешочек Цянькунь.

Приведя себя в порядок и придав лицу вид усталого путника, он пристроился в хвост людского потока, текущего к одним из ворот.

Вскоре подошла его очередь.

Проверяющий его стражник с безразличным видом бросил:

— Подорожную.

Ли Цин быстро протянул руку, незаметно вложив в ладонь солдата монеты:

— Вот моя грамота.

Тот привычным жестом принял деньги и махнул рукой:

— Проходи.

Ли Цин кивнул и шмыгнул в город.

Стоявший неподалеку практик даже не взглянул в его сторону, словно книжник был ему совершенно не интересен.

«Охрана не такая уж и строгая», – с облегчением подумал Ли Цин.

Он успешно проник в город Лундао.

Внутри царило процветание. На лицах прохожих читалось спокойствие и безмятежность – черта, присущая только мирным временам.

— Танхулу! Сладкие ягоды в глазури!

— Жареные лепешки! С пылу с жару!

— Вонтоны! Горячие вонтоны, всего две монеты за чашу!

Повсюду слышались выкрики зазывал.

На Ли Цина нахлынули запахи уличной еды, и у него разыгрался аппетит.

Купив жареную лепешку, он присел за столик у лоточника с вонтонами и принялся с удовольствием есть.

На его лице появилась довольная улыбка.

— Всё-таки еда – это лучшее удовольствие.

«Все человеческие желания сводятся к трем вещам: еде, сну и похоти».

Он прихлебывал нежные вонтоны, закусывая их хрустящей лепешкой. Во рту оставался приятный аромат специй.

Через четверть часа Ли Цин закончил трапезу, чувствуя приятную сытость.

— Ну вот, поел, теперь можно и делом заняться.

Коснувшись висевшего на груди жетона, он задумался.

«Сначала нужно найти Академию Цзися и разведать обстановку».

«Академия – это место, где собираются Сто Философских Школ. Своего рода объединенный центр образования».

«Судя по тому, что мне известно, многие великие полководцы, чиновники и мудрецы вышли именно оттуда».

«Они представлены во всех сферах жизни, но вот как именно туда попасть – вопрос».

— Сперва подыщу жилье, а там разузнаю подробности.

Поплутав по улицам, он наткнулся на постоялый двор с вывеской «Тунфу».

Ли Цин усмехнулся: «Гостиница Тунфу? Похоже, это обязательный атрибут любого попаданца».

Едва он вошел, к нему с радушной улыбкой подскочил слуга.

— Господин, добро пожаловать! Желаете отобедать или остановиться на ночлег?

— Мне нужна комната. Лучшую, с видом на улицу.

— Будет исполнено! — Просиял малый. — Свободны покои первого класса!

Ли Цин поднялся за ним на второй этаж в просторную комнату.

— Вот, господин, окна выходят прямо на главную улицу!

Слуга распахнул ставни, и в комнату ворвался шум города.

В руке Ли Цина появился серебряный слиток. После обыска тел врагов у него скопилось несколько десятков тысяч лянов серебра.

Для вольных практиков обычные деньги не имели большой ценности – у них хватало способов их добыть.

Ли Цин бросил слиток слуге.

— У меня есть вопрос.

— Если ответишь толково, сдача твоя.

Глаза малого загорелись. Слиток весил пять лянов. Даже за вычетом оплаты номера за несколько дней, оставалось еще как минимум два – это больше его месячного заработка.

— Слушаю вас, господин!

— Знаешь ли ты об Академии Цзися?

Слуга тут же расплылся в улыбке:

— О, разумеется! Академия Цзися – гордость нашего города Лундао. Нет человека, который бы о ней не слышал.

— Расскажи мне о ней подробнее. Я прибыл сюда ради обучения и хочу заранее всё разузнать.

Малый затараторил:

— Академия находится в северной части города, она занимает огромную территорию – сотни му. У каждой из Ста Философских Школ там свои лекционные залы. Любой желающий может поступить в выбранную школу, если пройдет испытания.

— Экзамены проводятся дважды в год – весной и осенью. Тот, кто справится, зачисляется в ученики.

Ли Цин задумчиво кивнул и спросил дальше:

— А ходят ли об Академии какие-нибудь особенные слухи?

Слуга на мгновение задумался:

— Да нет никаких особых слухов. Известно только, что оттуда вышло множество великих людей. А еще там часто проводят книжные собрания, поэтические вечера и диспуты между школами. На такие мероприятия пускают даже простых людей, посмотреть и послушать.

«Проводят такие вещи на виду у всех… значит, тут кроется что-то еще», – подумал Ли Цин.

Он улыбнулся:

— Хорошо. Можешь оставить сдачу себе.

— Огромное спасибо, господин! Отдыхайте. Если что-то понадобится – позвоните в колокольчик у двери, и я мигом прибегу.

— Ступай.