Глава 707. Отсылка к «Терминатору»
Дерьмо.
Эта мысль эхом прокатилась по ноющему черепу Ноя, словно раскатистый рев. Он едва мог подумать о чем-либо еще. Его мозг был настолько основательно перегружен, что создавалось ощущение, будто он воспринимает окружающий мир с задержкой в четверть секунды, но даже этого было недостаточно, чтобы сдержать тяжесть ситуации, обрушившуюся на его плечи.
Апостолы нашли его.
Они здесь потому, что в конце концов догадались, что я тот самый, кого искал Декрас? Или они здесь из-за Гарины?
Проклятье. Что-то пошло не так. Очень, очень не так. Гарина точно не хотела, чтобы это произошло, не больше, чем я. Неужели она действительно погибла от Тени Ночи? Не может быть. Но ее здесь нет… а я ни в коей мере не готов иметь дело с Апостолами в каком бы то ни было качестве.
"Это замечательно, но у меня вообще-то уже есть планы на ужин. Может, мы могли бы перенести встречу на другое время?" – сказал Ной, его взгляд метался по комнате, пока мозг лихорадочно искал выход. У него не было доступа к его магии. Его тыква находилась в комнате вместе с ним. Смерть раскрыла бы его секрет, не говоря уже о том, что потенциально могла бы выдать его связь с магией Декраса.
Расплавленные глаза Апостола впивались в череп Ноя, словно пытались прожечь в нем дыру насквозь. Было невозможно понять, о чем на самом деле думал этот мужчина. Его черты лица были настолько запавшими и натянутыми, что он едва ли выглядел человеком. У Сомнуса определенно вообще не было внутренних органов. Он состоял лишь из костей и кожи.
"Это не было приглашением", – сказал Сомнус. "Это приказ. Твое повиновение не обязательно. Полагаю, ты достаточно знаешь об Апостолах, чтобы понять, что попытки сопротивляться будут бессмысленны, – или же Гарина полностью провалила свои обязанности?"
Ной на мгновение замолчал.
Хорошо. Они здесь из-за всей той истории с Кроном, когда мы убедили их, что она моя наставница. А не из-за того, что на самом деле я именно тот человек, за которым они все охотились. Это хорошо. Дела еще не совсем в полной заднице.
Они всего лишь на 80% приблизились к этой цели.
"О, нет. Она очень хорошо справляется со своими обязанностями. Добросовестна. Очень добросовестна", – забормотал Ной, выигрывая время. Даже если Апостолы пока не знали, кто он на самом деле, будет очень сложно сохранить это в тайне, если он действительно пойдет с Сомнусом. Ему нужен был путь к отступлению. Такой, который не подверг бы никого…
Погодите.
Где Мокси?
Глаза Ноя резко метнулись к окну. Солнце продвинулось в небе уже довольно заметно. Прошло уже несколько часов с тех пор, как он рухнул на кровать. Недостаточно, чтобы его магия вернулась, но достаточно, чтобы Мокси уже возвратилась со встречи с Кариной и Контессой.
Все остальные мысли вылетели из его головы. Черты лица Ноя стали бесстрастными, как лист металла. Даже боль, стучавшая в висках, как будто рассыпалась и отступила на второй план. Он едва не перепрыгнул через стол, чтобы схватить другого мужчину за воротник, но вовремя остановился.
Внезапный бросок на Сомнуса выдал бы слишком многое. Он не мог показать, насколько она ему дорога, иначе Апостолы использовали бы ее против него. Предоставить им такой рычаг давления означало проиграть игру.
Ной не заметил в комнате никаких следов борьбы. Все было точно так же, как он оставил, когда вернулся с Мокси. Он отказывался верить, что она сдалась бы без боя, даже против кого-то настолько же могущественного, как Гарина.
Это означало, что она, вероятно, была где-то в другом месте. Но это не означало, что она в безопасности. Мокси могли перехватить где-то за пределами комнаты, пока она была с Контессой и Кариной, или по дороге обратно.
Беспокойство в душе Ноя нарастало. Он не мог напрямую спросить у Сомнуса. Потеря Маскота ощущалась еще болезненнее. Если бы кот был здесь, он мог бы попросить его проверить, как она. Но Маскота больше не было рядом, чтобы помочь ему.
Он был совершенно один.
Что мне делать? Я не могу просто позволить ему забрать меня. Не тогда, когда Мокси может быть в опасности. Даже если они не имеют никакого отношения к тому, что ее здесь нет, это просто означает, что напасть мог кто-то другой. У нас нет недостатка во врагах.
Пульсирующая боль в его черепе вернулась, и теперь ее уже было невозможно игнорировать. Ной стиснул зубы.
Как мне из этого выбраться?
"Апостолы столь настойчиво намерены увидеть меня за ужином?" – спросил Ной.
"Да", – просто ответил Сомнус. Казалось, его не особо беспокоила длительная пауза в ответах Ноя.
"Великолепно", – сказал Ной. "Тогда возвращайся к ужину. В конце концов, я не хотел бы заставлять их ждать. До него еще несколько часов. Этого времени мне хватит, чтобы как следует приодеться. Было бы позорно представать перед всеми в таком виде. Мне нужно взять мою белую краску для лица и темные тени для глаз (1)".
"Нет", – сказал Сомнус. "Я не буду возвращаться позже. Ты пойдешь со мной. Сейчас же".
Великолепно. Есть ли хоть у кого-нибудь из Апостолов чувство юмора, или они все либо сухари, либо психи, либо просто мудаки?
Сомнус обнаружил наиболее эффективную стратегию против Ноя. А именно – полностью игнорировать все, что говорит Ной, и просто неуклонно двигаться вперед к тем целям, ради которых он сюда пришел.
Мне плевать, чего, черт побери, хотят Апостолы. С ними я разберусь после, когда буду знать, что Мокси в безопасности. Я не смогу проверить, как она, пока этот тип здесь. Это может только подвергнуть ее еще большей опасности.
"Десять минут?" – попытался Ной. "Я быстро собираюсь. Я даже обойдусь без модного нижнего белья".
Кстати, почему он вообще со мной болтает? Судя по всему, ему наплевать на все, что я говорю. Но при всех этих разговорах, что нужно уходить сейчас, он не особо настаивает на том, чтобы действительно куда-то меня забирать. Даже Джален похитил меня быстрее, чем это.
"Нет", – сказал Сомнус. "Мы уходим сейчас".
Ной собирался ответить, но слова так и не сорвались с его губ. Его брови нахмурились. Тени в углу комнаты выглядели… странно. Они собирались там так, как не должны были, – почти как вода, а не как свет.
Глубокое чувство тревоги вдруг взорвалось в нем, словно вырвавшись из оков. Спина Ноя напряглась, а тени в углу комнаты стали сгущаться еще быстрее.
Стены комнаты внезапно поплыли. Они изогнулись, словно водоросли, а кровать под Ноем деформировалась, как будто простыни вдруг забыли, что должны поддерживать свою целостность. Он резко вскочил на ноги, растерянно оглядываясь по сторонам.
"Что это за чертовщина?" – вопросил Ной. Пол под ним запузырился и просел, словно превратившись в зыбучий песок. Он вырвал ноги из его тисков и, спотыкаясь, попятился, пока изгибающаяся стена не уперлась ему в спину.
Сомнус даже глазом не моргнул. Он продолжал молча пристально смотреть на Ноя. Создавалось впечатление, будто Апостол совершенно не замечает происходящего.
Ной замер, когда одна мысль внезапно пробилась сквозь растерянность и удивление.
Сомнус не моргал вообще. Он не просто казался не замечающим окружающий мир. Он был полностью застывшим, неподвижным изображением в плавящемся мире.
Острая боль пронзила голову Ноя. Его разум содрогнулся. Он схватился руками за свой череп и стиснул зубы. Фрагменты комнаты осыпались вокруг него, словно кусочки краски, отслаивающиеся от обожженной солнцем стены. Из оставленных ими отверстий хлынул яркий белый свет.
Это был свет, который Ной узнал.
Повреждение Души. Что за…
Его глаза расширились.
"Я не проснулся", – прошептал Ной.
Мир разлетелся на куски.
Его глаза резко распахнулись. Ной резко сел, внезапно очутившись снова в кровати Мокси. Комната вокруг него была прежней – и в кресле у изголовья сидел Сомнус. Он держал одну руку над животом Ноя, а другую – ладонью наружу – в воздухе позади себя.
За его спиной вихреобразно кружился извивающийся черный портал размером с обеденную тарелку. В тот короткий миг, когда Ной перевел взгляд на него, портал увеличился еще на дюйм.
На этот раз лицо Апостола было далеко не бесстрастным. В его глазах промелькнуло удивление.
"Ты проснулся?" – спросил Сомнус, отдергивая руку, бывшую над Ноем. "Как? Ты должен был спать. Я не хотел прерывать твой отдых".
"Вот почему ты с таким удовольствием просто сидел и только и делал, что говорил мне нет", – сказал Ной, сузив глаза до щелей. "Ты удерживал меня во сне, пока не завершил создание портала".
"Милость, которая, похоже, была потрачена зря", – сказал Сомнус. "Оставайся на месте. Я здесь не для того, чтобы сражаться с тобой. Ты настолько же проблемный, как и предупреждал Крон, но для вражды между нами нет причин. Мы пока не враги".
"Я более чем рад побыть друзьями", – сказал Ной. "И мы можем начать это ровно через десять минут, когда я вернусь, переодевшись. Это вполне разумная просьба".
"Это не так", – ответил Сомнус. "Меня могут увидеть другие. Я не могу этого допустить. Это приведет к слишком сильной дестабилизации. Гарина будет недовольна. Любого, кто заметит мое присутствие, придется убрать, а я не испытываю удовольствия от убийства слабых. А теперь перестань меня отвлекать и молчи. Я сковал свою душу так, чтобы никто не обнаружил мое присутствие, но если ты наделаешь столько шума, чтобы сюда кто-нибудь пришел, то их смерть будет на твоей совести".
Взгляд Ноя заострился. Сам того не зная, Сомнус только что выдал ему немало жизненно важной информации. Гарина была жива. Это было хорошо. Остальные Апостолы тоже по-прежнему уважали ее достаточно, чтобы не пытаться вмешиваться в ее работу.
Портал Сомнуса стал уже достаточно большим, чтобы через него пролезть, но, похоже, он планировал сделать его еще больше. Ной не возражал. Каждая секунда, которую Апостол тратил на подготовку, давала ему еще одну секунду, чтобы протолкнуть хоть какие-то мысли сквозь ноющий разум.
"Тебя здесь вообще не должно быть, верно?" – спросил Ной.
"Как уже было сказано. Гарина занята".
Уголки губ Ноя дрогнули. Она была занята прямо сейчас, но что-то подсказывало ему, что она не станет одобрять вторжение Сомнуса на ее территорию без предупреждения. А это означало, что если Ною удастся от него избавиться, то у Апостола вряд ли появится шанс вернуться сюда в ближайшее время.
Ладно. С этим, пожалуй, можно что-то сделать. Даже без моих Рун у меня есть способ привлечь внимание Гарины. Если я толкну Сомнуса в портал в тот самый момент, когда он его создаст, а потом обращусь к своему паттерну и попробую выжать из себя немного магии с его помощью, у меня должно получиться заставить Гарину прийти и проверить, какого черта здесь происходит.
Это было далеко не идеальным вариантом. Апостолы не будут в восторге, но это будет далеко не первый раз, когда он пойдет им наперекор. Они были из тех, кто уважал силу превыше всего. Крон свое слово действительно сдержал, так что Ной был готов поставить на то, что они не разозлятся слишком сильно из-за того, что их переиграли.
С другой стороны двери послышался стон.
"Что за Проклятые Равнины?" – раздался голос Мокси, в котором усталость сочилась буквально из каждого слова.
Глаза Сомнуса сузились. "Она проснулась. Еще одна? Как?"
При звуках ее голоса Ноя окатило облегчением.
Сомнус, должно быть, каким-то образом усыпил ее, чтобы скрыть свое присутствие.
Последовала секунда тишины. Затем Ноя в мгновение ока бросило в ужас. Он знал Мокси более чем достаточно хорошо, чтобы догадаться об ее процессе мышления. Она не была из тех, кто может случайно заснуть в коридоре, – а это означало, что кто-то заставил ее это сделать.
И если бы Ной внезапно проснулся прямо у двери комнаты Мокси, когда она спала бы в кровати, он точно знал, что бы сделал.
Сомнус со вздохом повернулся к двери. Он поднял руку, и его посеревшие пальцы согнулись в виде когтей. "Какая трата потенциала".
Нет!
Из-за двери с грохотом хлынули лозы, срывая ее с петель, и в комнату обрушилась приливная волна зеленой растительной плоти.
"Я вернусь!" (2) – заорал Ной, резко бросаясь вперед.
Он с размаху врезался плечом в те останки, что служили Сомнусу телом (3). Другой мужчина весил примерно как перышко. Удивленный хрип вырвался из его тонких губ, когда его оторвало от пола. И, сопровождаемый довольно значительным ощущением дежавю, Ной кувыркнулся в черный портал вместе с Апостолом.
- - -
П.: Я определенно обожаю отсылки автора в ближайших нескольких главах... Но не собственно переводить их *facepalm**dying*
(1) – Подозреваю, что Ноя понесло в направлении "I have to get my white face paint and dark eyeshadow", потому что Апостолы в целом (и Гарина в частности) напоминают ему субкультуру готов...
(2) – “I’ll be back!” – собственно, та самая "Terminator Reference", которая в названии главы))
(3) – в оригинале "the husk of a body that was Somnus", выкручивались, как могли)