Глава 52. Плачущий клинок - 4
Из соседней комнаты раздался ужасающий крик, от которого пол под ногами задрожал. Я не хотела заходить туда, но шанс убежать исчез в тот же миг, когда через бумажную раздвижную дверь влетела отрубленная голова лысого монаха. Секунду спустя кончик клинка проткнул неповреждённую панель рядом с дырой от головы и тремя стремительными ударами вся дверь развалилась на куски.
Вид того, что появилось из комнаты, заставил мой желудок сжаться, а горло наполнилось едкой горечью желчи. Фигура была гротескно искривлена, словно кости изменили форму и размер, превратив её в асимметричное чудовище, которое, возможно, когда‑то было одним из монахов храма. Остатки бело‑чёрного одеяния болтались клочьями, обнажая искривлённый торс, но прикрывая неприглядные части ниже пояса. Рёбра выпирали сквозь кожу, едва не прорывая её, а грудная область была странно деформирована, словно тело монаха пыталось превратиться в женское. Длинные чёрные волосы ниспадали с головы, а его лицо было… мягко говоря, неприятным. Глаза были полностью скрытыми тьмой и лишь крошечная искорка отражения мерцала в них. Челюсть бесцельно болталась под головой, удерживаемая кожей и несколькими уцелевшими мышечными волокнами. Зубы разной длины напоминали клыки хищника, выстроенные в несколько рядов, как у акулы. Кожа местами обвисла, местами натянулась, словно барабанная перепонка, а её отталкивающая текстура напоминала гибрид лимона и ананаса.
Когда существо уставилось на меня, всё тело застыло. Голова наклонялась из стороны в сторону, оценивая меня, а нижняя челюсть подрагивала, будто жила своей жизнью. Из горла вырвалось странное гортанное заикание и длинный, похожий на хлыст язык ненадолго высунулся, скользнув по воздуху, словно пробуя на вкус мой запах и страх.
Затем я заметила, что оно держит в правой руке, клинок скреб по полу, пока оно делало несколько шагов ко мне своими деформированными ногами. Меч был словно зеркало, отполированный до идеального блеска, он отражал в основном темноту комнаты, но на мгновение я уловила своё изображение: бледную кожу и отблеск янтарного света в каштаново‑коричневых глазах.
Остальная часть утигатаны, которую Ужас крепко сжимал в руке, выглядела довольно стандартно. Наиболее примечательными деталями были серая цветовая гамма, эмблема белого лотоса и красная нить, свисавшая чуть ниже гарды.
Оно сделало ещё один шаг вперёд и я вернулась в реальность, отбросив ужас ровно настолько, чтобы выполнить «Быстрый выхват». Клинок рассек существо вдоль груди и верхней части руки, но не смог прорвать кожу, а лишь оставил борозду на гранитоподобном эпидермисе.
Храм содрогнулся до самого основания от вопля, вырвавшегося из его лёгких, и я бросилась мимо него в комнату, откуда оно появилось, прежде чем оно успело меня достать. Мои пальцы зацепились за руку тела прямо за порогом и я поскользнулась на мокром полу, покрыв себя слоем крови, серой воды и различных телесных выделений.
То, что открылось моему «Зрению» в липком мраке, было серьёзно искажено...Тела были повсюду, буквально повсюду. Некоторые пригвождены к стенам, другие брошены на пол, как сломанные игрушки, несколько даже свисали с потолка на крюках для мяса или верёвках. Самым тревожным, помимо окровавленного пьедестала в одном конце комнаты, судя по всему, места покоя меча всего несколько минут назад, было то, что большинство тел находилось в различных стадиях разложения, от нескольких дней до, возможно, недель.
У трупов имелись две общие черты: они были обескровлены, напоминая использованные коробки из‑под сока с чуть большим количеством мясистых фрагментов; и по телосложению они напоминали истощённых горожан, запертых в обнесённом стеной посёлке сразу за храмовым комплексом.
Я сомневалась, что Гинко всё ещё будет сердиться на меня за убийство монахов, когда увидит это… Монахи создали чудовище в клинке. Они кормили его телами бедных и слабых. Почти поэтично, что их монстр в итоге обернулся против них. Почти… если не считать того, что в его чёрных глазах не осталось ни капли человеческого разума. Лишь бездонный голод светился в них, и теперь, закончив изучать меня, оно было готово наконец наброситься.
Ужас совершил безумный прыжок, преодолев расстояние от двери до другого конца комнаты, где я стояла, и оставил длинную, идеально ровную борозду в татами и деревянной стене ровно там, где я была секунды назад. Я оказалась у него за спиной после панического переката и вонзила клинок в спину. Меч лишь слегка сколол поверхность и мгновение замешательства позволило Чудовищу нанести удар по моему защищённому доспехами животу. Удар отбросил меня через всю комнату, и я остановилась только когда врезалась в стену, с такой силой, что сломала несколько рёбер и разнесла древесину за спиной. Без кирасы моё тело было бы разрезано надвое, и даже мои доспехи, выдержавшие удар за ударом, теперь имели тревожную борозду в нижней части грудной области.
Я поспешно вскочила на ноги и в тот же момент Ужас снова прыгнул на меня. Я отвернулась и выпрыгнула из окна второго этажа, словно подражая летящему трупу, которого мы видели ранее.
Приземление на гравий снаружи оказалось убийственным для коленей и заставило израненную грудную клетку почувствовать себя в десять раз хуже. К моему ужасу, эта тактика лишь отсрочила мою неминуемую гибель примерно на пятнадцать секунд, поскольку Тварь быстро последовала за мной, вырвав с собой всю оконную раму.
Земля слегка просела под его ногами при приземлении, заставив меня подумать, что он намного тяжелее, чем должен быть, вероятно, этим объяснялась его невероятная сила. Вместо того чтобы сразу снова броситься на меня, оно замерло, издав громкий плач, искажённый его чуждыми голосовыми связками. В ответ на этот звук его оружия начало «плакать», испуская большие капли серой воды, которые впитывались в землю и распространяли неестественный туман, полностью изменяя текстуру гравия под ним и частично скрывая Чудовище.
«Оно производит больше муси!» — внезапно предупредил Гинко.
Я не имела понятия, что он имел в виду, но знала, что нужно остановить это. Я бросилась в туман, молясь, чтобы «Зрение» осветило путь. Однако было недостаточно темно для его активации и я оказалась в крайне невыгодном положении. Тем не менее я продвигалась вперёд, пока не достигла гротескного силуэта в центре тумана.
Я едва успела увернуться от ответного удара. Использовав чрезмерное усилие Чудовища, я превратила его в возможность и после уклонения выполнила частично заряженный «Быстрый выхват», перешедший в «Рассечение». Последовали три отчётливых звука металла о камень. Хотя я не видела, куда пришлись удары, было ясно, что ни один не причинил существенного ущерба.
Я развернулась вокруг Ужаса как раз в тот момент, когда услышала, как зеркальный клинок пронёсся по воздуху в мою сторону. Затем обрушила «Рассекатель Шлемов» на то, что, как я предполагала, было задней частью его головы. Вместо очередного звука металла о камень я услышала удовлетворительный хруст, за которым последовал визг и удар ногой в живот, отбросивший меня из покрытого туманом серого поля. Я кувыркалась по гравию, разрывая кожу и кожаную броню в процессе и подтверждая факт, что да, мои рёбра действительно были сломаны. Ещё один визг и оно выпрыгнуло из туманного укрытия, преодолев расстояние между нами в один прыжок и прижало меня к земле зеркальным клинком, прежде чем я смогла ускользнуть. Я ощутила тревожную податливость моей до этого непробиваемой «Кирасы из чёрной стали»,кинетическая сила сплющила грудь и, вероятно, сломала ещё несколько рёбер. Хотя это уже не имело особого значения, но я была почти уверена, что это конец.
Я посмотрела на свою гибель. Ранее деформированная голова Чудовища теперь представляла собой полный хаос после моего удачного удара в заднюю часть черепа. Я могла бы поклясться, что оно ухмыльнулось, поднимая зеркальный клинок снова.
Из лежачего положения я бесцельно ткнула клинком в его живот, как последняя тщетная попытка сопротивления перед тем, как зеркальный клинок обрушится на мою грудь, рассекая броню и меня надвое. Кончик моей катаны ударил в непробиваемую шкуру и я ощутила неожиданную податливость, когда он вонзился в плоть.
Я немедленно применила «Рассечение», ощущая, как последние искры моей выносливости улетучиваются и исчезают вместе с ним. Мой клинок с силой протащил себя через живот Чудовища, больше не сдерживаемый гранитной кожей, и излил его мерзкую кровь и внутренности прямо на меня. Запах* был отвратительным, вызывающим рвоту и слёзы. Что ещё хуже, оно всё ещё было живо…
___________________________
От автора: "Представьте себе запах раздутого, выжженного солнцем трупа, который на третьей неделе пребывания на открытом воздухе внезапно вырвался наружу и распространил свой запах в воздухе."