Глава 4.5. Глава третья: Открытие (5)
* * *
Когда Круз добирается до мостика, «Мэнсис» уже сильно накренился, затягиваемый вглубь пепельного слоя. Несмотря на то что летательный аппарат неистово швыряет во все стороны, нарушая всякие представления о гравитации, капитан совершенно невозмутимо фиксирует своё тело в кресле.
— Какова обстановка?
— Шли в штатном режиме, когда судно было атаковано китом снизу! — Саэ, подменявшая лидера на ночном дежурстве, выкрикивает доклад так, чтобы её слышал каждый на мостике. — Противник вцепился в корпус и утягивает нас в пепельный слой!
— Кит чёрный или белый?
— Судя по манере боя — белый.
Саэ явно гложет чувство вины за то, что они допустили внезапное нападение во время её смены. Её лицо искажается в болезненной гримасе, будто разжевала горькое лекарство. Мужчина снимает фуражку, пристегивает её к поясу и, откинув длинные волосы, делает глубокий вдох. Открыв все заслонки переговорных труб, рявкает:
— Всем занять боевые посты первого ранга! Наш противник — Белый Кит!
В глазах обычно бесстрастного человека зажигается яростный блеск. От командира требуют хладнокровия и расчётливости, но истинная натура Круза кроется в пылающей страсти и бурлящих эмоциях, которые вырываются наружу, стоит начаться сражению. Ловко манипулируя переговорными трубками, он связывается с рубкой управления.
— Кто в рубке? Есть там кто?
— «Это Магами, на связи рубка». — доносится ответ.
— Магами? — Круз на мгновение теряет дар речи от удивления.
— «Аниму ждать некогда. Взлетаем». — следом за голосом юноши раздаётся голос Ниль.
Ситуация критическая, и решение Ниль верно, однако Круз колеблется. Причина не только в том, что Магами — не Анима. Если его предчувствие оправдается, механизм «Амадей» неизбежно пробудится. С того самого дня, как тот ступил на борт, капитан был готов к сему исходу, но не ожидал, что этот момент настанет так скоро и помимо его воли.
В голове крутится множество мыслей о необходимых приготовлениях, но, поймав на себе обеспокоенный взгляд Саэ, окончательно решается.
«Все эти сложности — проблемы взрослых. Мы разберемся с последствиями позже, ведь в этом и заключается наша работа.» — думает и снова обращается к трубке:
— Магами, смотри язык не прикуси.
— Что?
— Полная мощность! — его растерянный возглас тонет в команде Ниль.
— Всем приготовиться к удару! — в тот же миг Круз выкрикивает в общую сеть.
Почти одновременно с его словами «Мэнсис» издаёт утробный рёв.
В сравнении с другими объектами, бороздящими пепельный слой, судно считается небольшим, но даже при этом его длина достигает ста метров, а размах крыльев превышает пятьдесят. Нетрудно догадаться, что существо, способное увлечь такую махину за собой, должно обладать исполинскими размерами. И действительно, враг, терзающий корабль, превосходит его по величине. К корме его, этой громаде чёрного железа, присосался иной стальной колосс с округлыми очертаниями. Картина напоминает смертельную хватку хищника. Противник виртуозно маневрирует в пепле, используя хвостовые плавники-двигатели, словно рыба в океане. «Мэнсис» же до поры лишь беспомощно бьёт крыльями.
Но это лишь до сей поры.
Пока Кит трясёт головой, пытаясь окончательно раздавить добычу, и внешняя обшивка корабля со скрежетом отваливается, маршевые двигатели на обоих крыльях судна вспыхивают ярким пламенем. Бледное голубое сияние сжимается в ослепительный пучок, и этот свет, в корне отличный от обычного огня, мгновенно разгоняет пепельный туман, буквально вгрызаясь в атмосферу.
Зажатый в пасти корпус с диким скрежетом вырывается на свободу под действием колоссальной тяги. Круша захватные механизмы Кита, похожие на гигантские зубы, «Мэнсис» устремляется ввысь. Не выдержав напора, Кит разжимает челюсти, и корабль мгновенно увеличивает дистанцию. Его нынешние лётные характеристики разительно отличаются от тех, что он демонстрировал в стычках с воздушными пиратами. Скорость растёт неудержимо, судно прорезает непроглядную пелену пепельного слоя, словно таран. Вырвавшись за границу атмосферы, «Мэнсис» взмывает в небо так высоко, как никогда прежде, и совершает изящный разворот на сто восемьдесят градусов. Это движение удивительно напоминает прыжок кита из воды.
В лучах солнца стальные бока ослепительно сияют. В кильватере судна тянется переливающийся след — сие радужный выхлоп механизма «Амадея» расцвечивает небо. Спустя мгновение из взбаламученного пепла вылетает преследователь. Вероятно, Кит рассчитывал настичь цель на прежней высоте, но судно уже парит далеко над ним.
Хотя железная глыба не может выражать эмоций, в этот миг кажется, будто Кит в полном оцепенении взирает на ускользающую добычу. Сверху видно, что его корпус, когда-то чёрный, теперь покрыт белой краской и изъеден ржавчиной, местами обнажающей следы былого величия. Эти создания обладают стальной броней и источают такое же радужное сияние из сочленений — тоже несут в себе «Амадей». И «Мэнсис», и Кит питаются одной силой и обитают в одном пепельном море. Разделяет их лишь то, по какую сторону границы они находятся.
Совершив маневр, корабль под острым углом снова входит в пепельный слой и, едва погрузившись, начинает разворот.
— «Начинаю сонарное сканирование». — доносится голос акустика по одной из труб.
— Подготовить орудия к залпу! — Ниль, не выпуская штурвала, отдаёт приказ.
— Живее, открыть порты!
Пока сонар вычисляет положение цели, по всему корпусу приходят в движение скрытые доселе орудия. Кит вновь бросается в погоню. Неизвестно как, но в глубине пепельного слоя враг ориентируется гораздо лучше. Впрочем, «Мэнсис» не уступает: в грохоте, сопровождающем бег сквозь пепел, акустик ловит слабый отражённый сигнал.
— «Цель обнаружена! Вывожу координаты!»
Перед Магами вспыхивает монитор, указывающий на противника. Кит идёт наперерез, и «Мэнсис» направляет нос прямо на него. Курсы пересекаются, суля неизбежное столкновение. Когда дистанция сокращается до нескольких сотен метров, в серебристом мареве наконец проступает нос Кита. Скорости обоих судов колоссальны, времени на раздумья нет. В этот критический миг «Мэнсис» выполняет резкую бочку, проносясь в считанных сантиметрах от врага. В момент сближения корабль обрушивает на противника всю свою мощь.
Сжатая энергия «Амадея» высвобождается, выстреливая гигантские гарпуны. Шесть стальных копий вонзаются в бок Кита. Суда расходятся в разные стороны, и Кит, исчезая в пепельной пучине, издаёт пронзительный металлический стон, похожий на предсмертный крик.
Однако и «Мэнсис» получает повреждения при столкновении. Убедившись по сонару, что враг прекратил бой и скрылся, корабль вновь выныривает из пепельного слоя и на максимальной скорости уходит из зоны сражения. Рассекая серебристые облака, он являет собой воплощение боевой мощи. Но вопреки своей пугающей силе, уходящий вдаль корабль, оставляющий за собой радужный шлейф, выглядит поистине величественно и даже божественно.
Несмотря на яростную схватку, экипаж чудом избегает потерь. Однако судно сильно пострадало — имеющихся запасов материалов явно недостаточно для полноценного ремонта. Как выразился главный инженер Канаяго, летать в штатном режиме можно, но вступать в бой с такими ранами опасно.
С наступлением ночи Круз наведывается в лазарет. В комнате, залитой тусклым светом, Агата приводит в порядок аптечные шкафы, содержимое которых разбросало во время боя. Услышав звук открываемой двери, она оборачивается и, узнав капитана, возвращается к работе. Мужчина замирает у порога, не планируя задерживаться.
— Как там Ниль?
— В порядке. Нагрузка на организм оказалась минимальной. — женщина отбрасывает лишние предисловия и бьёт в самую суть, как и подобает прагматику. — Лучше скажи, как собираешься объяснять ситуацию с Магами?
— Даже не знаю, что и сказать. — тот засовывает руки в карманы и прислоняется к стене.
— Тогда спрошу иначе: когда ты это заметил? — она закрывает дверцу шкафа и бросает на него острый взгляд.
— В тот самый день, когда Ниль привела его. — капитан делает глубокий вдох и медленно отвечает.
— Мог бы и раньше предупредить. Я чуть в обморок не упала, когда увидела результаты анализов.
Она протягивает ему медицинскую карту, испещрённую терминалами и цифрами. Круз лишь отмахивается от нагромождения непонятных данных.
— И что ты сказала ему самому? — спрашивает он, отводя взгляд.
— Ничего. Он был слишком возбуждён, так что просто велела ему отдыхать. На этом всё.
— Ясно. — на мгновение воцаряется тишина, пока Круз обдумывает дальнейшие шаги, но Агата прерывает его размышления. — Проблема не только в самом Магами. Полная активация «Амадея» — вот что может стать куда большей головной болью.
— Радужный выхлоп... Да, это красноречивый признак. Я бы и сам предпочёл этого не видеть. — вздыхает лидер, воскрешая в памяти картину с мостика.
Невероятная мощность двигателей и этот радужный след, возникший благодаря дуэту Ниль и Магами — всё это казалось невозможным. Однако, если сложить все детали воедино, ответ напрашивается сам собой. Секрет, который пока знают лишь они двое, начинает обретать форму.
— Мы спишем всё на самостоятельный вылет Ниль. — предлагает Круз план по улаживанию дел. — О полной активации механизма тоже умолчим. В любом случае нам нужно возвращаться в институт для пополнения запасов и ремонта, а поднимать там эту тему — дело хлопотное.
— Пожалуй, лучшее решение. По крайней мере, сейчас. — Агата присаживается в своё привычное кресло, которое отзывается жалобным металлическим скрипом. Тяжело вздохнув, словно пытаясь избавиться от груза забот, достаёт сигарету и закуривает, несмотря на запрет. — Надеюсь, нам удастся это скрыть. Хотя предчувствие у меня дурное.
— Сделаем всё возможное. А если что... — Круз обрывает фразу на полуслове.
Продолжать нет нужды — они оба понимают последствия. Капитан выпрямляется и, не прощаясь, выходит из лазарета. Оказавшись в пустом коридоре, дожидается щелчка закрывшейся двери и выпускает долгий, тяжёлый вздох.