Глава 20. Койот и Луна
Сухая ветка жалобно хрустнула под напором навалившегося на неё сапога, и её предсмертный треск постепенно растворился в шёпоте бесчисленных духов Глухолесья.
Громоздкая фигура в чёрном плаще продолжала неспешно двигаться вперёд сквозь лесную чащу, и даже местные деревья, казалось, не рисковали препятствовать путнику, раздвигая перед ним свои когтистые ветви и освобождая узкий проход.
Из-под капюшона показался вытянутый волчий нос, а затем и пара глаз, в которых отражался силуэт нефритовой луны, парящей высоко в ночном небе. Путник остановился на месте и некоторое время продолжал наблюдать за далёким светилом.
— В чём дело? — окликнул его другой мужчина, куда более человечный на вид, хотя и он не отказывал себе в удовольствии носить кости различных животных в качестве украшений, из-за чего его сгорбившийся силуэт выглядел даже более зловещим, чем фигура волка, идущего на двух ногах.
Демон не ответил, продолжая наблюдать за луной. Вскоре охотник тоже перевёл туда взгляд — как раз в тот момент, когда в небе сначала раздался оглушительный хлопок, а следом за ним вспыхнул яркий свет, разрезавший ночную мглу и заставивший человека недовольно прищуриться.
— Ну и ну, — на лице волка появилась ехидная ухмылка, хотя взгляд его по-прежнему был прикован к тому, что происходило с останками некогда ровного силуэта ночного светила. — Эти парни точно герои?
Он на мгновение задумался, продолжая наблюдать за небом.
— Впрочем, сил им действительно не занимать.
Его напарник не мог различить того, что происходило далеко за пределами мира, однако и без этого прекрасно понимал, в чём дело: парочке охотников оказалось недостаточно земли, и они решили продолжить свой бой высоко в небесах.
Охотник снова перевёл взгляд на демона.
— У моего народа есть притча, — произнёс он после короткой паузы. — О Койоте и Луне.
Когда мир был молод, Койот захотел украсть Луну.
Потому что она слишком ярко сияла в ночной тьме.
Он попытался забраться на небо и поймать её.
И тогда Луна поднялась ещё выше.
Туда, где никто больше не мог её достать.
И от собственного бессилия…
Койоту остаётся лишь каждую ночь выть на Луну.
— Думаешь, у них тоже ничего не выйдет? — выслушав историю, Фенрис на пару мгновений задумался над тем, что именно хотел сказать человек перед ним. Он был знаком с некоторыми легендами его народа, однако человеческая культура всё ещё казалась ему слишком запутанной.
— Ха, попробуй посмотреть на эту историю со стороны Луны, — неожиданно усмехнулся шаман, и этот жест был для него совершенно несвойственным. После этого он вновь продолжил свой путь вперёд. — Может тогда Койот поймёт, насколько ему повезло.
Демон последовал за ним, однако сам был глубоко погружён в размышления о брошенных ему словах.
Со стороны Луны, да? Но разве она не опасалась Койота настолько, что решила скрыться от него высоко в небесах? Судя по реакции этого человека, всё было далеко не так просто…
Именно поэтому Фенрис не любил культуру этого мира. Для него всё было гораздо проще в те времена, когда опоясывающий землю гигантский змей был не метафорой, а вполне реальным чудовищем, ожидающим на краю света.
— Луна не хотела встречаться с Койотом? — наконец произнёс он, продолжая следовать за идущим впереди охотником. — Но дело было не в Койоте, а в ней…
Шаман тихо усмехнулся, вслушиваясь в бормотание волка, идущего позади него. В такие моменты он действительно чувствовал, что ещё способен на многое: раз уж ему удалось поставить демона в тупик, то и с остальными трудностями он вполне может справиться.
Впрочем, даже он понимал, что с этим вопросом ему просто повезло. Пожалуй, перед ним оказался единственный демон, который предпочитал разбираться во всём самостоятельно, не прибегая к своим магическим способностям. Ведь будь на то его воля, он мог бы просто вырвать ответ из глубин истории.
— В этой истории не так уж и много данных, — наконец произнёс Фенрис, видимо придя к какому-то заключению. — Раз дело в Луне, значит она не хотела, чтобы Койот оказался слишком близко к ней, ведь тогда все взгляды оказались бы направлены на него.
— Хорошая работа, — не отвлекаясь от дороги впереди, охотник подтвердил догадку Фенриса одобрительным кивком. — Если все взгляды прикованы к Луне, то стоит кому-то оказаться рядом с ней, и он уже окажется в центре внимания. Сможет ли Койот жить с таким клеймом на спине, я, честно говоря, не знаю. Но теперь эти охотники оказались в центре внимания, так что беспокоиться о них нам уже не придётся — за нас это сделает кто-то другой.
— Хм. Я понимаю, о чём ты, но разве это что-то меняет? — в волчьих глазницах вспыхнули два фиолетовых огонька. — Тогда нам всё равно придётся сражаться с теми, кто их убьёт. Неужели ты думаешь, что тебе хватит для этого сил?
Охотник ответил не сразу. На этот раз он остановился и встретился со своим демоническим напарником лицом к лицу, отражаясь в колышущемся свете пламени.
— Даже если и так… то, что мне суждено проиграть, ещё не значит, что я должен сдаться.
Сгорбившийся силуэт медленно выпрямился, поднимаясь во весь рост, и его дикая тень легла на лесные массивы, словно заставляя древние деревья плотнее прижать ветви к своим стволам.
— Иногда самой борьбы уже достаточно, чтобы победить.
— Вот как… — Фенрис не стал спорить, на мгновение задумавшись над словами своего напарника. Однако вскоре он оторвался от размышлений и перевёл взгляд куда-то вглубь леса, скрытого за сотнями древесных стволов.
— Цепи рвутся.
— Тот золотой парень, — охотник опередил его, обозначив нависшую в воздухе проблему. Сотни заточённых в лесу злых духов освобождались один за другим, постепенно ослабляя древний магический лес.
— Действительно так, — волк утвердительно кивнул. — Едва ли он сможет очистить таким образом всё Глухолесье, но если продолжит в том же духе, этого будет достаточно, чтобы нарушить стабильность ритуала. Мы не можем оставить всё так, как есть.
Множество вариантов пронеслось в голове охотника: различные пути и решения складывались в сложный лабиринт, в котором, однако, существовал лишь один возможный выход. Его инстинкты редко ошибались, и на этот раз не стали исключением.
— Попробуем выиграть время. Сражаться с ним сейчас не вариант.
Достав нож, шаман подошёл к одному из деревьев и вонзил остриё в древесную кору. Из раны тут же хлынула бурая жидкость, которая, растекаясь по земле, постепенно сформировала нечто отдалённо напоминающее карту.
Наблюдая за происходящим, Фенрис подошёл чуть ближе. Он не собирался вмешиваться и даже не пытался — сейчас ему было искренне интересно, что именно собирается сделать его напарник.
— Есть несколько групп неподалёку, — внимательно всматриваясь в кровавую карту, охотник отметил на ней положение Рамы, а также несколько групп дикарей, находящихся поблизости. — Этого должно хватить, чтобы вывести его к пляжу.
Выдернув нож из дерева, шаман провёл им по бурой жидкости, переливая её из одного места в другое и тем самым отдавая духам соответствующий приказ, через которых он мог управлять и подчинёнными ему дикарями.
— Пляж? — волк на пару мгновений задумался, пытаясь вспомнить, чем именно это место могло его заинтересовать. — Ах, теперь я, кажется, понял. Надеешься, что тот охотник, о котором ходит так много слухов, сделает всю работу за тебя?
— Нет, я не настолько наивен, чтобы рассчитывать на нечто подобное, — закончив ритуал, охотник убрал нож обратно на пояс и поднял взгляд на стоящего перед ним демона. — Ему достаточно задержать его или хотя бы ослабить, пока я не смогу устранить его сам. Не слишком изящно, но именно так и сражаются слабые.
— Слабые? — Фенрис ещё раз внимательно посмотрел на человека перед собой. Он прекрасно знал, на что именно тот способен, однако в этой охоте, где каждый был героем, превзошедшим обычных людей, его навыки действительно сияли не так ярко.
— Кажется, я понимаю, о чём ты. Есть два пути: один — стать сильнее, другой — ослабить своего врага. Но никто не говорил, что их нельзя совместить.
— Можно сказать и так. Но я всего лишь делаю всё, что могу. Моё чутьё подсказывает мне, что это лучший из возможных вариантов, хотя лучший далеко не всегда означает хороший. Если бы идеальный путь существовал всегда, мы бы сейчас не разговаривали с тобой.
На лице демона мелькнуло лёгкое удивление: он не ожидал услышать нечто подобное из уст человеческого героя. Впрочем, в этом действительно был смысл. Возможно, именно эта борьба и делала мужчину перед ним настоящим героем.
Даже Фенрис прекрасно понимал, что иногда жестокое поражение вдохновляет людей куда сильнее, чем славная победа.
— Так вот о какой борьбе идёт речь… — тихо пробормотал демон, наконец начиная хоть немного понимать охотника перед собой.
— О чём ты? — удивлённо переспросил шаман, уже привыкший к странным ограничениям, из-за которых им порой приходилось играть в своеобразные шарады, чтобы узнать друг у друга хоть что-то.
— Нет, ничего. Всего лишь мысли вслух, — Фенрис небрежно отмахнулся, пока что не желая обсуждать это со своим напарником. Сначала ему нужно было увидеть его борьбу в действии, и только тогда он сможет вынести свой вердикт. — Не стоит терять время. Нужно поспешить к городу, чтобы жертвы не оказались напрасны.
Удивлённый внезапной переменой своего спутника, охотник на мгновение замер, но спорить не стал. Сейчас им действительно стоило поторопиться, ведь до конца оставалось всего несколько шагов, а время уже давно перешло в овертайм.