Глава 17. Верность

Демоническая паучиха застыла на месте. В её бесчисленных глазах отражался сияющий силуэт героя, но даже так было трудно понять, что именно стало причиной внезапной заминки. Узнала ли она его? Или… было что-то ещё?

— Т-ты… прекрасен! — владычица леса внезапно скрестила две пары рук возле лица, с нескрываемым восторгом разглядывая Обещанного Героя.

Древние корни, окружавшие поляну, медленно отступили, а на ветвях деревьев вокруг начали распускаться небольшие бутоны, словно выдавая её внезапное нежелание сражаться.

Рама не ответил демонице, продолжая внимательно наблюдать за ней. Сейчас он не чувствовал исходящей от неё угрозы, но это вполне могло оказаться ловушкой. Даже неопытный герой вроде него прекрасно знал, насколько коварными бывают демоны — особенно перед лицом более сильного противника.

И всё же…

— Похоже, я обознался. Создание вроде тебя едва ли представляет опасность, — опустив пылающее копьё, герой отвёл взгляд от едва скрываемой демонической наготы. — Мне ещё нужно найти моего брата, так что… я пойду.

Смущённо улыбнувшись, он неловко почесал затылок, позволяя оружию в его руках исчезнуть в золотой сокровищнице.

— Ты ищешь брата? Я могу помочь! Весь этот лес принадлежит мне. Я слышу каждый шаг и…

Демоница что-то возбуждённо бормотала себе под нос, уже подбегая к огромной паутине.

Дёрнув за несколько нитей, она приложила ухо к паутине и замерла, внимательно вслушиваясь в колебания. Спустя несколько мгновений её лицо озарилось радостью.

— Я его нашла! Он рыбачит у озера. Это недалеко. Я могу проводить!

Воодушевлённая собственной полезностью, паучиха сияла от радости, и цветы вокруг словно вторили её настроению, раскрывая бутоны навстречу небу.

— Рыбачит? Ха, в таком случае всё в порядке, — Рама довольно кивнул, уже представляя Лакшмана на берегу озера.

Похоже, слова Ситы действительно задели его, и он решил доказать свою полезность делом. Вот только едва ли у него из этого выйдет хоть что-то.

За тринадцать лет жизни в лесу они с братом уже не раз пытались привыкнуть к подобной жизни, однако получалось у них не слишком хорошо. Судьба принцев словно не позволяла им в этом преуспеть.

Чего нельзя было сказать о Сите.

Маленькая принцесса с первых же дней чувствовала себя в лесу удивительно спокойно и уютно. За это братья были ей бесконечно благодарны. Трудно было представить, что бы они делали без неё.

— И… девчонка.

Паутина едва заметно дрогнула.

Демоница прислушалась гораздо внимательнее, чем прежде.

Цветы вокруг мгновенно выпустили шипы, а сам лес словно насторожился, ощетинившись перед незримым противником.

— В той хижине в лесу с тобой живёт девчонка, — голос паучихи затрещал от внезапной злобы, и она едва удерживала себя в руках.

Но стоило ей поднять взгляд на Раму, как вся ярость тут же растаяла в его глазах.

— Зачем тебе жить с ней в этой убогой хижине? Живи со мной, прекрасный герой! Ты достоин дворца и несметных богатств. И я подарю их тебе!

Почти умоляя, девушка бросилась к нему, падая на многочисленные колени.

— Может быть, — герой мягко взял её за руку и помог подняться, спокойно встретившись с ней взглядом. — Но мой дом там, где моя семья. И если мне суждено прожить всю жизнь в лесной хижине, значит так тому и быть. Сита не бросила меня в изгнании, и она не заслуживает того, чтобы я бросил её.

Надежда в глазах паучихи быстро угасла, сменившись отчаянием.

Бутоны вокруг начали гнить прямо на ветвях, источая тяжёлый сладковатый аромат, от которого кружилась голова.

— Я… не позволю тебе уйти, — её голос сорвался на шёпот, но лес услышал его.

Раскинув руки, паучиха привела лес в движение.

Вековые деревья вырвали корни из земли, поднимаясь во весь рост. В их кронах загорелись призрачные огни, а многочисленные ветви потянулись к герою.

Из-под гнилой листвы пробились костлявые руки.

Один за другим поднимались бесчисленные жертвы дремучего леса — ведомые силой демона и собственной жаждой мести.

— Значит без боя всё же не обойтись… — тихо произнёс герой, словно сожалея о неизбежном.

Его улыбка стала печальной, но не исчезла.

Позади него раскрылись золотые врата, и из них медленно вышло позолоченное копьё. По поверхности оружия спиралью двигались многочисленные письмена, непрерывно меняя своё положение.

— Брахма-Шакти…

Поток праны хлынул из тела героя в копьё, наполняя его божественной силой. Письмена закрутились ещё быстрее, а исходящий от оружия свет засиял ослепительным сиянием.

— Очисти их души!

Золотая вспышка накрыла лес.

Поднявшиеся мертвецы рухнули обратно на землю, позволив своей злобе угаснуть, а заблудшим душам — вернуться в цикл перерождений. Ожившие деревья застыли, покрываясь трещинами, и начали медленно рассыпаться.

— А-а-а!

Паучиха взвыла от боли. Её белое тело пылало под божественным светом, сгорая в очищающем сиянии. Оружие причиняло ей невыносимую боль, но не могло убить.

— П-прекрати!

Демон рухнул на землю, корчась от боли. И уже через мгновение свет погас.

Пламя исчезло, но страшные раны остались. Её некогда прекрасное лицо было изуродовано ожогами, а белая кожа превратилась в обугленную плоть.

— Мне жаль, что до этого дошло.

Герой позволил копью исчезнуть в сокровищнице, но всё ещё оставался настороже.

— Я мог бы избавить этот мир от твоего зла. Но в благодарность за помощь позволю тебе уйти.

С той же мягкой улыбкой он смотрел на побеждённого демона без презрения и без жалости. Он не был настолько глуп, чтобы поверить в её невинность — демоница погубила сотни людей. Но и закрыть глаза на её искренность он тоже не мог.

Теперь всё зависело только от неё.

— Я… поняла…

Из расколотых глаз чудовища потекли слёзы, испаряясь на раскалённой коже.

— Но перед тем как я уйду… назови своё имя.

— Да будет так. Я — Рама. Принц в изгнании.

Он не видел смысла скрываться.

— Рама…

Взгляд девушки прояснился. Она уже слышала это имя. Её брат предупреждал о герое, который уничтожил сотни демонов и однажды придёт за ним.

Так значит… это он.

Но Обещанный Герой уже уходил, направляясь к озеру, где ждал его брат. Сита будет злиться, если они оба опоздают к ужину. А если Рама чего-то и боялся, так это маленькую принцессу в гневе.

— Я запомню… Рама… — изуродованное лицо демоницы медленно покрылось слабым румянцем. — Ты ещё непременно станешь моим… 

Искажённое и изуродованное лицо демоницы покрылось слабым румянцем, рождённым её собственными фантазиями о будущем. Об истории, что однажды станет величайшей легендой своего времени. Но эта легенда уже совсем другая история.

— Хм. И тебе нисколько не жаль её? — когда Рама закончил свой рассказ, его напарница первым же делом задала вопрос, который, похоже, давно не давал ей покоя. — Неужели ты и меня прогонишь после первой же оплошности?

Подвинувшись к герою ближе, Вёлунд изобразила самое жалобное выражение лица, какое только могла, и даже выдавила пару слезинок из своего единственного глаза.

— Так вот как это выглядит со стороны? — Рама не стал отодвигаться дальше, хотя за его спиной уже не оставалось почти никакого места — он и без того сидел на самом краю ветви. — Пожалуй, я действительно никогда не умел понимать девушек. Поэтому я и здесь.

Его желание. Та самая заветная мечта, которую он так и не смог исполнить при жизни. Сожаление, не позволившее ему обрести покой и уйти из мира. Такая ноша была у каждого охотника, решившего принять участие в этой игре.

Далеко не каждый герой согласился бы сотрудничать с демонами. Но в этом и заключалась их главная сила. Демоны всегда находили способ заключить сделку, выгодную прежде всего для них самих.

В подобной войне победитель получал всё. Поэтому им не составляло труда пообещать что угодно — исполнение желания, возвращение утраченного, даже изменение самого прошлого. Ведь прежде им ещё предстояло победить. А что касается этого…

— Но ты ведь понял, к чему я веду? — лицо демоницы внезапно лишилось всякого притворства и стало серьёзным. — Если тебе нужно кого-то найти, гораздо проще дать второй стороне причину действовать.

— Хм, — задумчиво протянул Рама, взявшись за подбородок и обдумывая её слова. — Кажется, я понял. Нам вовсе не обязательно искать противника. Достаточно сделать так, чтобы он больше не мог от нас прятаться.

Довольный собственным выводом, герой кивнул своей напарнице и легко поднялся на ноги. В его спокойных глазах отразился древний лес, простирающийся до самого горизонта, наполненный злобой и ненавистью сотен и тысяч душ.

— В таком случае… — открыв врата сокровищницы, Рама достал позолоченное копьё, предназначенное для уничтожения зла. — Можешь мне немного помочь?

Вёлунд ответила ему улыбкой. Её силуэт начал терять форму, расплываясь тёмной жидкой массой, которая медленно перетекла на оружие, скрывая его сияние за покровом всепоглощающей тьмы. Спустя несколько мгновений некогда божественное копьё потемнело, словно поглощая собственный свет. По его поверхности раскрылись десятки демонических глаз.

— Брахма-Шакти.

Подняв копьё к небу, Рама активировал оружие, наполняя лес чёрным сиянием, которое проникало в стволы деревьев и разливалось по их корням, уходя глубоко в землю.

— Пусть хотя бы после смерти они обретут покой. 

Лес содрогнулся, словно через него прошёл разряд молнии. Злобные духи, веками населявшие эти земли, сгорали вместе с оковами, удерживавшими их. Но на их лицах больше не было ненависти — лишь долгожданное спокойствие.

Ведь Обещанный Герой наконец-то пришёл.