Глава 21. Побочная история! Ужасная судьба!
| Осака, Япония, три месяца назад |
Звон разбитого стекла резанул по ушам. Пивная бутылка разлетелась вдребезги о стену, и остатки дешевого алкоголя потекли по обоям, капая на осколки.
Мужчина в дорогом, но помятом костюме хищно оскалился. — Принеси еще одну! — Д-да, дорогой, — прошептала женщина, направляясь к холодильнику.
Мужчина щелкнул пальцами, глядя на девушку, стоявшую у окна. — Мелкая, а ну иди сюда, сядь рядом с папочкой. — Он похлопал по дивану рядом с собой. Юми, не двигаясь с места, до боли сжала кулаки. — Ты мне... не отец.
Мужчина медленно поднялся. Его лицо исказилось от злобы. — Ах ты неблагодарная сучка! Он рванулся вперед, схватил её за волосы и с силой швырнул на пол. — Если я чего-то хочу, ты это делаешь, поняла?! — Юми! — мать бросилась к ней, закрывая собой. — Пожалуйста... не трогай её! — Тогда научи её уважению, — прорычал он, возвращаясь к телевизору. — Или я вышвырну вас обеих на улицу, будете спать в сточной канаве!
Мать помогла Юми подняться и вывела её в коридор. — Почему? Почему мы терпим это, мама? Женщина лишь ниже опустила голову, сжимая подол платья. — Еще немного... мне просто нужно время, чтобы встать на ноги. Он помогает нам деньгами, Юми.
Юми вырвалась, взбежала по лестнице в свою комнату и с грохотом захлопнула дверь. Она упала на кровать и уткнулась лицом в подушку, заглушая крик ярости. «Будь он проклят! Будь он проклят!» Она бросила взгляд на фотографию покойного отца на тумбочке. — Я так скучаю по тебе, папа... Вскоре изнеможение взяло верх, и она провалилась в тяжелый сон.
БАХ!
Юми подскочила на кровати. За окном бушевала гроза: гром гремел так, что дрожали стекла, а ветер неистово трепал деревья. — Что это было? Она вышла в коридор, чувствуя, как по спине пробежал холодок. — Мам?
Юми сбежала вниз и распахнула дверь в кухню. Воздух застрял у неё в горле. — МАМА! Тело матери неподвижно лежало на кафеле. Из-под головы медленно растекалась густая алая лужа. Отчим стоял рядом, сжимая в руке очередную бутылку. — Вставай, чертова дрянь... — он пнул тело и громко икнул. Юми бросилась к матери, упав на колени. — Мама! Мамочка!
Она осторожно приподняла голову матери, укладывая её к себе на колени. — Она в порядке, — пробормотал мужчина, пошатываясь. — Просто голова разболелась... поваляется и встанет. Юми вскинула голову. Её глаза горели яростью, став почти кроваво-красными. — Ублюдок! Не подходи к ней! — Ч-что ты вякнула?! — он сделал шаг вперед, но запнулся о собственные ноги и рухнул на пол. — Твою мать...
Мать Юми слабо приоткрыла глаза. Её жизнь угасала с каждой секундой. Она коснулась щеки дочери слабеющей рукой. — Ю... Юми... Уходи. Беги... Отчим начал неуклюже подниматься. — Ты тоже сдохнуть хочешь? Слезы застилали Юми глаза, но она не двигалась. — Я никуда не уйду! — П-пожалуйста... — рука матери бессильно соскользнула на пол. Её глаза остекленели. — Мама? Мама?! — Юми в отчаянии затрясла её за плечи, но ответа не последовало.
Мужчина уже почти встал. Юми осторожно опустила голову матери на пол и вскочила. — Я... я приведу помощь! Держись! Она бросилась к выходу. Отчим попытался схватить её, но снова споткнулся о тело жены. — Чертова подстилка! — он со злостью пнул мертвую женщину.
Юми вылетела на улицу. Под проливным дождем она бежала мимо дорогих машин к главным воротам поместья. Трясущимися пальцами ввела код. Ворота медленно поползли в стороны. Оглянувшись на ярко освещенный особняк, она нырнула в темноту леса.
Промокшие носки липли к ногам, камни и шишки впивались в ступни, но она не чувствовала боли — только всепоглощающий ужас. В темноте она не заметила крутого склона. Нога соскользнула, и Юми кубарем полетела вниз, ударяясь о камни и ветки. В конце склона её голова врезалась в острый камень, и она вылетела на мокрый асфальт дороги.
Мир перед глазами плыл. Юми попыталась приподняться. — Кто-нибудь... Два ослепительных круга света возникли в темноте и стремительно приближались. Она замерла, глядя, как свет отражается в её зрачках. Грузовик даже не притормозил. — Пожалуйста... помоги...
Юми резко открыла глаза и вскочила. Голова кружилась, а вокруг расстилалась бесконечная серебристая дымка. — Г-где я? — Правильный вопрос: «Куда ты собираешься отправиться?» — раздался спокойный голос.
Юми обернулась. Перед ней на троне, закинув ногу на ногу, сидела женщина в ослепительно белом платье с золотыми глазами. — Что за... Ты еще кто такая? — Эй! — девчонка с бирюзовыми волосами, стоявшая рядом с троном, возмущенно притопнула ногой. — Как ты разговариваешь с леди Хеленой?! — Всё в порядке, Серафина, — Хелена мягко подняла руку. — Люди всегда на взводе после смерти. Это естественная реакция.
Хелена посмотрела на Юми. — К сожалению, несколько секунд назад ты погибла. — Я... чего? — Юми в бешенстве взмахнула рукой. — Не пудри мне мозги! Серафина сделала шаг вперед и щелкнула пальцами. Тело Юми мгновенно онемело, и она рухнула в невесть откуда взявшееся кресло. — Ч-что за чертовщина... я не могу двигаться! Серафина торжествующе ухмыльнулась: — Вот что бывает с теми, кто хамит леди Хелене!
Хелена вздохнула и отвесила Серафине короткий, но звучный «подзатыльник» по макушке. — Ой-ой-ой! Паралич тут же спал, и Юми жадно глотнула воздух. — Ты, я смотрю, ничему не учишься, — заметила Хелена, обращаясь к ангелу. — Может, оставим тебя без видеоигр еще на месяц? — НЕТ! Только не это, леди Хелена! — Серафина жалобно заскулила и повернулась к Юми. — Слышь, ты! Прости, ладно?!
Юми перевела взгляд с богини на хнычущую Серафину. — Не верю я ей, — буркнула она. — Никакого Genshin Unpact еще месяц! — провозгласила Хелена, подняв палец вверх. — НЕЕЕЕЕЕТ! — Серафина рухнула на пол, заливаясь горючими слезами.
Юми невольно усмехнулась. — Значит, я реально умерла, да?.. Погоди! А что с мамой? Она здесь? Юми начала оглядываться по сторонам. Хелена щелкнула пальцами — перед ней возникла книга, страницы которой закружились в безумном вихре. Наконец книга захлопнулась. Богиня посмотрела на Юми с оттенком печали. — Боюсь, твоя мать тоже мертва...