Глава 14. Глава четырнадцатая: Местная болезнь
# Глава четырнадцатая: Местная болезнь
По словам Кильфы, Плач леса был местной болезнью, с которой обитатели леса Дура сталкивались испокон веков. Верными признаками заражения были высокая температура, державшаяся от двух до десяти дней, боль в горле и ломота в конечностях. Каждый год от этой болезни умирало немало зверолюдей. В целом она удивительно напоминала грипп, который на Земле тоже приходил почти каждый год. Даже в современной Японии, со всеми нашими больницами и способами лечения, грипп ежегодно уносил немало жизней, так что меня ничуть не удивляло, насколько смертоносной могла оказаться такая болезнь там, где медицины практически не существовало, особенно если учесть, что большинство зверолюдей в лесу и без того находились на грани голодной смерти.
— Матео! Матео! Держись! — рыдала Валерия, прижимая брата к себе. По её щекам текли слёзы, а бедный мальчик дышал тяжело и прерывисто.
Вокруг нас на расстеленных по полу шкурах лежало ещё около тридцати зверолюдей. Похоже, эта хижина служила чем-то вроде лазарета, куда приносили всех жителей деревни, заболевших Плачем леса. Примерно две трети больных были детьми, и, само собой, каждый человек в хижине — и стар, и млад — был худым как скелет.
— Только не ты, Матео. Ты не можешь умереть. Не оставляй меня одну. Пожалуйста, — умоляла Валерия.
— Вале… рия? — пробормотал её брат, едва приоткрыв глаза. Видимо, голос сестры разбудил его.
— Да, это я, — тихо ответила она. — А ты мой младший брат. Младший брат одной из сильнейших воительниц Лугу. Ты не можешь позволить Плачу леса забрать тебя!
— Хорошо…
— Матео? Матео!
Его глаза снова закрылись. Он ведь не умер? — подумал я, и по спине пробежал холодок. Но тут я заметил, что его грудь едва заметно поднимается и опускается. Значит, он всё ещё дышал — пусть и очень поверхностно — и просто снова уснул.
Я задумчиво хмыкнул и оглядел довольно просторную хижину. Она немного напоминала полевой госпиталь. Увидев собственными глазами, как страдают жители Лугу, я уже не мог просто стоять в стороне и ничего не делать.
— Валери… — начал я.
— Не надо, мяу, — перебила меня Кильфа и схватила за плечо.
— Кильфа? — недоумённо произнёс я.
— Я знаю, о чём ты думаешь. Хочешь вылечить всех этих больных медведелюдов зельем Драмам, да?
— Ну… да, — признал я.
— Тебе ни в коем случае нельзя этого делать, мяу, — совершенно серьёзно заявила она. — Идём со мной, мяу.
Я вышел вслед за ней из хижины.
— Слушай внимательно, Широ, — начала Кильфа. — Зелье Драмам слишком, слишком сильное, мяу. Оно лечит всё — и раны, и болезни, мяу.
Так и было: зелье Драмам действительно обладало такой силой, что могло даже отращивать утраченные конечности. В Нинориче я слышал, как несколько авантюристов предполагали, что её зелье на самом деле является эликсиром — легендарной панацеей, способной исцелить от любых недугов.
— Если они узнают, что у тебя с собой такое невероятное зелье… — Кильфа умолкла, осторожно огляделась, убеждаясь, что нас никто не слышит, а затем перешла на шёпот. — Они могут убить тебя ради него, мяу.
Я ахнул. Зелье Драмам и правда было столь же могущественным, как чудодейственное средство из легенд, а в некоторых странах его наверняка сочли бы сокровищем государственного значения. Вот насколько оно было невероятным. Но предупреждение Кильфы звучало предельно ясно: если я проболтаюсь, что владею таким мощным лекарством от всех болезней, то словно нарисую у себя на спине огромную мишень. Кто-нибудь вполне мог решиться даже на убийство, лишь бы завладеть им. Ведь, продав такое зелье, можно было выручить достаточно денег, чтобы построить замок и до конца жизни жить по-королевски.
В Нинориче я пользовался зельем направо и налево, но мог позволить себе это лишь благодаря своему положению в маленьком городке. Я не только дружил лично с мэром, но и был в хороших отношениях с Ней, главой местного отделения Гильдии авантюристов «Благословение феи», а ещё немало поспособствовал развитию города: строил дома, гостиницы, общественную купальню и даже целый комплекс с казино и кинотеатром. Всё это вызвало в Нинориче настоящий туристический бум, а заодно привлекло торговцев со всей округи, благодаря чему экономика города процветала как никогда. Разумеется, не я один добился всего этого, но мой вклад помог мне заслужить расположение горожан. Однако сейчас я был не в Нинориче. Я находился в поселении медведелюдов, да ещё и в совсем другой стране. Здесь я был практически никем. А чрезвычайно ценные ресурсы испокон веков становились причиной конфликтов. К тому же зверолюди испытывали к хьюмам глубокую неприязнь, так что моё положение изначально было невыгодным. Кто защитит меня, если дело дойдёт до драки?
— Тебе правда не стоит пользоваться здесь этим зельем, мяу, — повторила Кильфа.
Я снова задумчиво хмыкнул. Может, воспользоваться флейтой и позвать Драмам? Нет, не пойдёт. Она наверняка прилетит в драконьем облике, а в нынешней ситуации это принесёт больше вреда, чем пользы.
— Тогда, пожалуй, можно сделать вот что, — пробормотал я себе под нос.
Я вспомнил, что основные симптомы Плача леса, включая жар, были очень похожи на симптомы обычной простуды.
— Ладно. У меня есть другая идея, — объявил я.
— Широ? — вопросительно произнесла Кильфа.
— Я понимаю, чего ты боишься, Кильфа, поэтому зелье использовать не стану.
— Х-хорошо, мяу, — ответила она, хотя всё ещё выглядела немного озадаченной.
— Но другими лекарствами ведь можно пользоваться, правда?
— А? Лекарствами? Хочешь сказать, у тебя прямо сейчас есть с собой лекарство, Широ, мяу? — спросила Кильфа.
Я хитро усмехнулся.
— Не совсем с собой. Ну, пока что.
— Мяу? — Кильфа в полном недоумении склонила голову набок, но я не стал ничего объяснять.
— Пойду в туалет, — бросил я, уже отходя прочь. — Я, наверное, буду о-о-очень долго, так что пока займись чем-нибудь.
— Эй, Широ! — окликнула Кильфа, пытаясь меня остановить, но я её проигнорировал.
— Скоро вернусь! — крикнул я через плечо, помахал ей рукой и убежал в лес.
Спрятавшись за деревом, я открыл портал в бабушкин дом.
— Ну что, за дело! — сказал я себе, шагнул через дверь шкафа и впервые за несколько дней оказался дома.
◇◆◇◆◇
Вернувшись в Руффальтио, первым делом я разыскал Кильфу. Судя по всему, в «туалете» я пробыл так долго, что она успела забеспокоиться: едва увидев меня, сразу спросила, не болит ли у меня живот. Я заверил её, что всё в порядке, после чего мы вместе вернулись в хижину, где лечили примерно тридцать жителей деревни, заболевших Плачем леса.
— Валерия вон там, Широ, мяу, — сказала Кильфа, посмотрев в сторону медведелюдки. Та сидела на корточках возле младшего брата, сжимала его ладонь и снова и снова звала по имени. На лице у неё застыло отчаяние.
— Госпожа Валерия, — окликнул я её.
— Чего тебе? Прости, но сейчас мне не до… — начала она, но я её перебил.
— Можно я осмотрю вашего младшего брата?
— Ты?
— Да, я. С настоящим врачом мне, конечно, не сравниться, но кое-что я всё-таки знаю. И к тому же… — Я уверенно улыбнулся и помахал перед ней маленькой картонной коробочкой. — У меня как раз есть лекарство, которое поможет сбить ему температуру.
— Что?! — воскликнула Валерия, широко раскрыв глаза и уставившись на коробку с лекарством от простуды в моей руке.
Ага, именно так. Вернувшись в бабушкин дом, я заскочил в ближайшую аптеку и купил лекарства. Зелье Драмам было слишком уж имбовым, чтобы пользоваться им направо и налево, но обычные лекарства, как мне казалось, не должны были вызвать подозрений.
— Это лекарство? — спросила Валерия, указывая на коробку, которую я держал перед собой.
— Ага. Оно сбивает температуру и заодно облегчает некоторые другие симптомы, — объяснил я.
На долю секунды в глазах Валерии вспыхнула надежда, но тут же снова погасла.
— Чего ты хочешь от меня? — резко спросила она, пронзив меня подозрительным взглядом.
Такого вопроса я не ожидал и смог выдавить в ответ лишь весьма невыразительное:
— А?
— За лекарство. Лекарства стоят дорого. Так что ты хочешь получить взамен?
— А-а. Понятно, понятно. — Мне потребовалась секунда, но потом всё сложилось. Моя уверенная улыбка произвела ровно противоположное впечатление: вместо того чтобы успокоить Валерию, она лишь заставила её насторожиться ещё сильнее. В Японии лекарства от простуды стоили недорого и почти любой мог купить их без особых проблем, но в этом мире даже самые простые снадобья обходились дорого. А если бы я сказал, что собираюсь отдать лекарство бесплатно, вся ситуация наверняка показалась бы ей ещё подозрительнее.
— Ну, вообще-то я действительно кое-чего хочу взамен, — начал я.
— Так я и думала.
— Только я понятия не имею, что именно ты можешь мне предложить.
Валерия озадаченно посмотрела на меня.
— Поэтому у меня есть идея. — Я сделал паузу и снова принял серьёзный вид. — Если когда-нибудь попаду в беду, я хочу, чтобы ты мне помогла.
Валерия удивилась ещё сильнее.
— Считай это лекарство предоплатой, хорошо? Но не волнуйся, ничего безумного я от тебя требовать не стану. Если мне понадобится помощь, а ты решишь, что это слишком опасно, можешь отказаться. Ну? Что скажешь о моём предложении?
Несколько секунд она молчала.
— Почему? — наконец прошептала Валерия.
— Что?
— Почему ты нам помогаешь? — спросила она. — Какая тебе от этого выгода, хьюм?
— Я смогу сохранить достоинство, — ответил я. — Если брошу вас всех, хотя могу помочь, потом не смогу смотреть на себя в зеркало.
Мои слова снова ошеломили Валерию.
— Бабушка с самого детства постоянно повторяла мне одно и то же, — объяснил я.
— Твоя бабушка? — переспросила Валерия. — И что она говорила?
— «Делай всё, что в твоих силах, чтобы помочь людям, попавшим в беду», — процитировал я.
— «Людям»? — переспросила она, повторив это слово. — Ты и нас, зверолюдей, считаешь людьми?
— Ну конечно. Вы же люди. Я, Кильфа, ты, естественно, и все остальные здесь — мы все люди.
Валерия смотрела на меня в полном недоумении, а в её глазах постепенно собирались слёзы.
— Н-но ты же торговец, значит, должен понимать, чем для тебя обернётся помощь нам, верно? Ты больше никогда не сможешь торговать в Орвиле, — предупредила она.
Я рассмеялся.
— Я торговец из королевства Гируам. Мне всё равно, смогу я торговать в Орвиле или нет.
— Но мы бедные! Если ты когда-нибудь попросишь нас что-нибудь тебе дать, мы не сможем, потому что у нас ничего нет!
— Если совсем честно, мне от вас ничего не нужно, — признался я. — Я просто хочу снова увидеть вас здоровыми.
— Но почему? — продолжала допытываться Валерия, всё ещё не в силах понять меня.
— Я же сказал. Ради собственного достоинства. Да, я торговец — и деньги я люблю, уж поверь, — но иногда даже для меня сохранить самоуважение важнее прибыли и убытков. Похоже, сейчас как раз такой случай.
Валерия снова лишилась дара речи, и тогда Кильфа подошла к ней и похлопала по плечу.
— Широ очень, очень, очень хороший человек, мяу, — сказала она. — Тебе стоит ему поверить, Валерия, мяу.
— Не могу поверить, что длиннохвостая вроде тебя так расхваливает хьюма.
— Я бы не стала так говорить о любом хьюме, мяу, — заметила Кильфа. — Но Широ я доверяю, мяу.
Валерия несколько секунд молчала, затем подняла руки, сдаваясь.
— Ладно, твоя взяла.
— Значит, позволишь мне осмотреть твоего брата?
— Да. Я доверяю тебе своего брата, — сказала она, вытирая глаза. — Пожалуйста, Широ, спаси моего брата.
Отчаяние слышалось в каждом её слове.
Я кивнул и уверенно произнёс:
— Положись на меня.
◇◆◇◆◇
Первым делом я обошёл хижину и измерил температуру всем больным термометром. Сердце у меня ушло в пятки, когда термометр раз за разом начал показывать «H°C», то есть температуру выше 42 °C. Однако для проверки я измерил температуру Валерии и Кильфе и получил соответственно 39 °C и 38 °C. Значит, у зверолюдей нормальная температура тела просто выше, чем у хьюмов. Придя в себя после первого потрясения, я попросил Кильфу и Валерию помочь раздать лекарство от простуды всем больным в хижине.
— Валерия?
Примерно через час младший брат Валерии очнулся. Лекарство начало действовать, и температура у него опустилась до 41 °C, что примерно соответствовало 38 °C у хьюмов. Это означало, что ему всё ещё было не по себе, но он уже не был прикован к постели.
— Матео! — вскрикнула Валерия, и в её глазах снова заблестели слёзы.
— Валерия… — слабо пробормотал мальчик и попытался сесть, но тут же болезненно поморщился.
— Нет-нет-нет, — поспешно вмешался я, вставая между Валерией и её братом, чтобы она не подняла его на руки. — Ему всё ещё нужен покой.
— Почему? Температура ведь спала, разве нет? — возразила Валерия.
— Пока да. Но когда лекарство перестанет действовать, она снова поднимется.
— Нет… — выдохнула она, и на лице снова мелькнуло отчаяние.
— Поэтому через несколько часов я дам ему ещё лекарства, и мы будем повторять это столько, сколько понадобится, пока все симптомы не исчезнут, — объяснил я.
— Ты дашь нам ещё этого дорогого лекарства? И будешь давать, пока Матео не выздоровеет? — не веря своим ушам, спросила Валерия.
— Ага, пока не выздоровеет. Но хорошо, что он пришёл в сознание. — Я улыбнулся и повернулся к мальчику. — Ты голоден?
Он настороженно посмотрел на меня.
— Ты вообще кто такой?
— Э-э, знакомый твоей сестры, наверное? — неуверенно ответил я.
Валерия покачала головой.
— Он не просто знакомый. Этот хьюм — мой благодетель.
— Твой благодетель? Хьюм? — недоверчиво переспросил мальчик.
— Да. Всё хорошо, Матео, — успокоила его старшая сестра. — Ему можно доверять. Широ можно доверять.
— Ну, если ты ему доверяешь, тогда, наверное, и я могу, — сказал мальчик и слегка кивнул.
— Так что? Есть хочешь? — повторил я. — Аппетит есть?
— У нас еды нет. Конечно, хочу, — огрызнулся он.
Его грубость меня не особенно удивила. Да, Валерия уже вроде бы дала мне своё «добро», но неприязнь зверолюдей к хьюмам слишком глубоко укоренилась, и я понимал, что мальчику понадобится время, прежде чем он действительно начнёт мне доверять.
— Именно это я и хотел услышать, Матео, — хитро усмехнулся я и позвал свою приятельницу кат-ши, находившуюся в другом конце хижины. — Кильфа!
Она отозвалась мгновенно:
— Хорошо, мяу! Сейчас же начну готовить рисовую кашу, мяу!
Она налила воду в кастрюлю и поставила её на переносную плитку, которую я достал из Инвентаря. Когда вода закипела, Кильфа бросила туда пакет с готовой рисовой кашей, чтобы разогреть его. Кипящая в помещении вода заодно увлажняла воздух, а сухой воздух, как известно, усиливает боль в горле, так что лишняя влажность была очень кстати.
— Готово, мяу! — объявила Кильфа, вскрыла пакет и вылила кашу в миску. Затем передала её младшему брату Валерии вместе с ложкой.
— Что это? — спросил мальчик.
— Называется рисовая каша. Очень вкусная, мяу, — объяснила Кильфа.
Мальчик посмотрел сначала на миску, потом на сестру, словно спрашивая глазами, действительно ли ему можно съесть всё одному.
— Ешь, малыш, — тепло сказала Валерия. — За остальных не переживай.
— Л-ладно.
Он зачерпнул кашу ложкой и отправил в рот. Едва мягкий рис коснулся языка, его глаза тут же расширились.
— Очень вкусно! Валерия, правда очень-очень вкусно! — воскликнул он, уставившись на сестру огромными глазами.
— Правда? Вот и хорошо, Матео, — ласково ответила Валерия, с нежностью наблюдая, как брат уплетает еду.
При такой высокой температуре мальчик ел с удивительным аппетитом, хотя ничего странного в этом, пожалуй, не было. Бедняга ведь наверняка умирал от голода.
— Что это за запах?
— Еда?
— Есть хочу…
Один за другим больные в хижине начали просыпаться. Возможно, это означало, что лекарство наконец подействовало, а может, их разбудил запах еды.
— Кильфа, можешь приготовить ещё каши? — спросил я.
— Конечно! Можно использовать все пакеты, которые ты мне дал, мяу?
— Конечно. Готовь всё подряд!
— Хорошо, мяу! — ответила она и начала опускать в кипящую воду остальные пакеты, но очень скоро свободного места в кастрюле не осталось.
— Госпожа Валерия, здесь есть место, где можно развести огонь? — спросил я. — И ещё очень пригодилась бы кастрюля, в которой можно кипятить воду.
Валерия кивнула.
— Есть общая печь. Я отведу вас туда. Идите за мной.
— Спасибо.
После этого у нас с Кильфой едва оставалась минута, чтобы перевести дух. В большой кастрюле, которую одолжила Валерия, мы приготовили рисовую кашу всем больным, а затем ещё немного — остальным медведелюдам в деревне. Я слышал, что голодавшему человеку нельзя сразу давать слишком много еды, но, судя по всему, желудки и внутренние органы медведелюдов были куда крепче, чем у хьюмов. Они не только безо всяких проблем доели всё в своих мисках, но и подчистую уничтожили запасы, которые я привёз для Драмам, Селес и Суамы. В итоге мне пришлось ещё раз сходить в Японию и пополнить припасы. Прошёл один день, затем второй, и вот наступило утро третьего дня.
— Матео! Я так счастлива! Так счастлива! — воскликнула Валерия, крепко обнимая младшего брата.
— Хватит, Валерия! Я уже в порядке! — запротестовал мальчик, покраснев от смущения. Он полностью оправился от Плача леса, как и все остальные больные жители деревни.
— Широ. Кильфа. Спасибо, что спасли нашу деревню, — сказала Валерия, вытирая слёзы и благодарно улыбаясь нам.