Глава 4

П.п. В прошлой главе для перевода 집, я использовала — «квартира», тк значений несколько: дом, квартира, родной дом и тд. Однако эта глава… Думаю речь идет все же о доме, а не об огромной квартире, поэтому далее в переводе будет упоминание в значении «дом».

___

Причина была проста: у них с мужем отдельные спальни.

Причём комнаты находились в противоположных частях дома.

Это же не школьная поездка чтобы жить раздельно…

Такой странный способ распределения комнат для молодожёнов поверг Джихян в шок.

— Прости, но я не могу спать с кем-то рядом. Я всю жизнь так жил. И мне необходимо личное пространство.

После твёрдых слов мужа она так и не смогла выдавить из себя просьбу спать хотя бы в одной комнате.

Так началась их семейная жизнь — хуже, чем у обычных соседей по дому.

Казалось, будто Со Ынхак был проклят: стоит ему приблизиться к женщине — и он умрёт.

Он всегда держал дистанцию, ни разу не позволив сократить расстояние между ними.

Сначала Джихян просто недоумевала, но постепенно это начало задевать её гордость и бить по самооценке.

Один месяц.

Второй…

А затем - целых десять месяцев.

Тревога внутри становилась только сильнее.

Есть мнение, что на первом году брака супруги готовы наброситься друг на друга лишь с одного взгляда, поэтому глядя на нее, люди ухмылялись с многозначительным видом.

Однако семейная жизнь напоминала засохшую орхидею в заброшенном горшке — пожелтевшую, скрюченную, лишённую даже намёка на жизнь.

Холодный дом, похожий на стеклянный дворец.

И венец этой ледяной композиции — сам Со Ынхак.

До сих пор всё здесь казалось ей чужим.

Наверное, единственным местом, к которому она хоть немного привязалась, была собственная кровать — её маленькая крепость.

А ещё этот чудовищный рояль, занявший половину гостиной.

Похоже, семья Со Ынхака специально выбрала его, учитывая, что Джихян училась на факультете фортепиано.

Но стоило ей взглянуть на блестящий чёрный инструмент, как на сердце будто ложился тяжёлый камень.

За всю жизнь, она ни разу не испытала счастья, играя на пианино.

У неё не было ни мечтаний, ни чёткого жизненного пути, но мать всеми силами пыталась отправить безынициативную дочь в университет. Так Джихян и оказалась за инструментом, словно её силой впихнули в неудобную обувь.

До самого окончания магистратуры каждый миг был мучительным и тяжёлым.

И даже здесь, в новом доме — снова фортепиано. Пожалуй, именно из-за инструмента это место так и не стало для неё хоть немного уютным.

Изо всех сил стараясь не смотреть на этот кошмарный рояль, занявший угол гостиной, Джихян направилась на кухню.

Стоило открыть холодильник, как холодный воздух пробрал до костей. Даже не думая разогревать еду, она достала несколько закусок.

Из-за булимии в подростковом возрасте ей годами приходилось жёстко контролировать питание, но после свадьбы аппетит исчез сам собой. Будто этот огромный ледяной дом заморозил даже её чувство голода.

Вяло ковыряя палочками подсохший рис, Джихян вновь прокручивала в голове разговор с Че Хунёном.

Она наконец-то обрела собственную семью, жизнь, о которой так мечтала, вырвавшись из-под гнёта родителей. Нельзя было глупо и бессмысленно упустить шанс.

Перебирая гарниры и держа в другой руке телефон, она начала искать в интернете:

«Без секса в браке».

Открыв статью под заголовком «Как восстановить отношения в браке без интимной близости», Джихян стала читать комментарии.

«Мы молодожёны, а муж ведёт себя так, будто уже обзавёлся внуками. Что мне делать?»

«А мы занимаемся этим каждый раз, когда встречаемся взглядами. То есть раз в месяц — потому что только раз в месяц и пересекаемся».

«Разве не в этом кайф молодожёнов? Есть прямо за столом, смотреть телевизор — и внезапно набрасываться друг на друга?»

└ Ответ: «Что за бред, какая любовь? Главная радость брака — ночные перекусы».

Джихян невольно рассмеялась.

Ей стало легче от мысли, что она не единственная с подобными проблемами.

Пиип-пиип-пиип.

Вдруг в мёртвой тишине дома раздался звук электронного замка, а следом — щелчок закрывшейся двери.

«Он же писал, что поужинает вне дома… Почему вернулся так рано?»

Из-за неожиданного возвращения мужа Джихян растерялась.

Поспешно проглотив еду, она отложила телефон и скользнув по мраморному полу, вышла в прихожую.

— Ты рано сегодня.

Тихий словно писк мышонка голос, заставил Со Ынхака поднять голову, пока он снимал обувь.

Идеально выточенные черты лица, каждый раз заставляли её замирать.

Даже после целого рабочего дня он выглядел безупречно.

Строгий костюм без единой складки.

Тёмный галстук.

Рубашка, застёгнутая до самого горла.

Всё это идеально подходило ему, подчёркивая почти пугающую сдержанность.

И под этой безупречной оболочкой скрывалось крепкое, хорошо сложенное тело.

Вот ведь… какая польза с того что он такой красивый?

Джихян снова поймала себя на том, что заворожённо рассматривает мужа.

Даже дома он не выглядел расслабленным — скорее так, будто пришёл на совещание. Эта отчужденность ранила её каждый раз.

— Встречу отменили.

С безразличным выражением лица он скользнул по ней взглядом и тут же отвёл глаза.

Джихян потянулась забрать его портфель.

Но он лишь замедлил шаг — и проигнорировал вытянутую руку.

Портфель остался у него.

Тонкое запястье беспомощно опустилось.

Каждый раз одно и то же.

Её отвергали. Игнорировали. Отталкивали.

Казалось бы, пора привыкнуть, но каждый раз всё-равно было больно.

Можно подумать, ты мне сильно нравишься… Честно говоря, ты тоже так себе.

Она мысленно буркнула это себе под нос, не смея произнести вслух.

И всё же хорошо хотя бы то, что муж невероятно красив. Даже когда он бесил её до невозможности, стоило только посмотреть на лицо — и злость сама собой растворялась.

Ну… если ничего не выйдет, буду просто любоваться. Всё лучше, чем ничего.

Собравшись с духом, Джихян снова заговорила:

— Может, поужинаем вместе?

— Поужинаем?!

Со Ынхак, уже направлявшийся в сторону ванной, остановился и резко обернулся, будто услышал что-то совершенно нелепое. Из-за очков не было видно глаз полностью, но на лице читалось явное раздражение.

От этого выражения, её едва собранная смелость начала рассыпаться.

Но в последний момент Джихян опомнилась.

Я же обещала стараться.

Она изо всех сил натянула улыбку.

И тогда брови мужчины едва заметно дёрнулись, словно он увидел что-то странное.

— Давай поужинаем вместе. Ты ведь давно не возвращался так рано.

Похоже, эта неожиданная настойчивость застала его врасплох.

Обычно стоило ответить чуть резче — и Джихян тут же пряталась у себя, как побитый щенок.

Но сейчас всё было иначе.

И странно было не только её поведение.

Его реакция тоже отличалась.

Со Ынхак вдруг начал смотреть на неё совсем по-другому.

Его взгляд медленно скользнул ниже.

…

Что-то было не так.

В его глазах появилось нечто незнакомое и тревожное.

Стоило Джихян заметить этот взгляд, как губы внезапно пересохли, а по телу пробежала волна жара.

Что происходит?

Его взгляд скользил по ней — от лица ниже, к шее…

Щеки вспыхнули, по коже Джихян мгновенно разлился жар.

Он лишь смотрел, но тело реагировало так, будто внутри полыхал пожар.

Наконец его взгляд остановился.

На её правой груди.

— Ты…

Низкий голос прозвучал неожиданно хрипло и слишком… опасно.

— Д-да?

И тут Джихян вспомнила, вернувшись из клиники, она первым делом сняла бюстгальтер.

На ней была только тонкая белая футболка, и сквозь ткань отчётливо выделялись соски.

Хуже того — под его тяжёлым взглядом они будто становились ещё заметнее.

Со Ынхак смотрел так пристально, словно собирался прожечь взглядом её футболку насквозь.

Этот мужчина…

Неужели ему нравятся соски?..

Почему-то от этой мысли по телу пробежала странная волна мурашек.

Ну что ж… если так…

Воодушевлённая его первой за десять месяцев реакцией, Джихян медленно расправила плечи.

Смотри тогда как следует.

И тут его взгляд стал еще внимательнее.

И тогда Джихян слегка подалась грудью вперёд.

Со Ынхак внезапно поднял руку.

Его ладонь медленно потянулась прямо к её груди.

О-он что… хочет прикоснуться?

Погоди… не слишком ли быстро мы переходим сразу к такому?!

___

P.s. буду очень благодарна за оценки на данном произведении, и конечно спасибо на главах❤️

Поддержка всегда очень радует 👉👈