Глава 18

Под его тяжелым, пристальным взглядом у Бады дрогнули губы.

«Почему он вдруг стал таким странным?»

В следующее мгновение темное небо прорезала молния.

В тот самый миг, когда Бада вздрогнула от величественного раската грома, отозвавшегося в ушах, он нырнул под воду.

Бада напряженно смотрела на гладь бассейна, где он только что исчез. Повисшее напряжение было сродни затишью перед самой бурей.

Когда молния вспыхнула снова и на миг осветила весь мир, голова Ривера показалась из воды совсем рядом с ней.

Он тут же выбрался с басейна и направился к ней.

Шлеп. Шлеп.

Звук его мокрых шагов по плитке отдавался в ушах, будто предостережение.

— …

Бада нервно сглотнула под взглядом его синих глаз.

Все ее чувства обострились до предела, словно у зверька, загнанного в угол.

Не успела она и опомниться, как он оказался рядом и в одно движение подхватил ее на руки.

— Ч-что ты делаешь?

— И долго ты собираешься просто сидеть и смотреть?

Ее тело будто оторвалось от земли, когда он, не отпуская ее, побежал к воде.

— Подожди, подожди! Не надо!

Крик Бады утонул в брызгах. Вода тут же захлестнула ее.

Побарахтавшись мгновение, Бада вынырнула и, закашлявшись, принялась искать глазами Ривера.

— Кхе… Ну все, я тебе этого не спущу!

Ривер только рассмеялся, а Бада сердито плеснула в него водой.

— Посмотрим, как долго ты еще будешь смеяться!

Он приподнял одну бровь и провел ладонью по лицу, стряхивая воду.

— Ха-ха. Ну все, успокойся.

Но стоило Баде снова поднять волну брызг, как он тут же ответил тем же.

Щурясь от воды, летевшей ей в лицо, Бада вдруг сама расхохоталась.

Под градом брызг она ощутила себя ребёнком, пришедшим поиграть в аквапарк.

— Все, все! Хватит!

Она уже готова была сдаться, наглотавшись воды, но Ривер явно не собирался проявлять снисхождение.

И вдруг, прямо посреди этой возни, он снова нырнул.

«Что? Куда он делся?»

Пока Бада убирала с глаз мокрые пряди, что-то резко подняло ее вверх.

Она и понять не успела, как оказалась у него на плечах.

Испуганно вцепившись в его волосы, Бада вскрикнула, точно ребенок на аттракционе:

— Ай! Я сейчас упаду!

Он крепко обхватил ее за икры, не давая соскользнуть.

На миг Баде стало спокойно. Но это чувство быстро исчезло.

Мокрые пряди его волос то и дело задевали чувствительную кожу на внутренней стороне её бедер.

Крохотные трусики бикини промокли насквозь и теперь плотно облегали тело.

Щеки Бады залились жаром. Ее чувствительное место снова и снова терлось о влажную ткань, посылая по телу волны жара.

К тому же каждый его шаг в воде заставлял ее тело слегка покачиваться. Из-за этого ощущения становились всё острее и постепенно начали переходить в томительное удовольствие.

А он, будто не замечая, что с ней творится, лишь крепче сжал ее ноги и спросил:

— Видишь вон тот остров?

— Угу…

Он принялся объяснять что-то про легенду, связанную с этим островом, но слова скользили мимо ушей. Все ее внимание было приковано лишь к тягучей дрожи, расползавшейся внизу живота, и мысли постепенно мутнели.

Если так пойдет и дальше, с ее губ вот-вот сорвется стон.

— Опусти меня вниз.

— А если не хочу?

— …Пожалуйста.

Почуяв, что с ее голосом что-то не так, он сразу насторожился и послушно опустил её в воду.

— Ты в порядке?

В тот момент, когда ноги Бады коснулись дна бассейна, он тут же обнял ее за талию и развернул к себе.

Они оказались лицом к лицу, почти вплотную соприкасаясь телами.

Насквозь мокрая футболка Бэды теперь откровенно обрисовывала каждый изгиб её женственной фигуры.

От увиденного его аквамариновые глаза потемнели и вспыхнули жаром.

Жаркий влажный воздух Бали окончательно сбил их дыхание.

— …Дорогая.

Он склонился к ней ниже и подтянул ее за талию к себе, тем самым сократив расстояние так, что их носы почти соприкасались.

Бада чувствовала, как его грудные мышцы вздымаются и опускаются от возбуждения, и видела, как капли воды стекают по крепкой линии подбородка.

Ривер осторожно провел большим пальцем по ее влажной нижней губе.

Губы Бады едва заметно дрогнули.

Его прикосновение обжигало. Дышать становилось невыносимо трудно.

Ощущая жар, прильнувший к её рту, Бада подняла на него взгляд из-под опущенных ресниц.

А затем, будто время внезапно остановилось и мир вокруг лишился звуков, их окутала тишина. Лишь их взгляды яростно переплелись в воздухе, не в силах разорваться.

В следующий миг, так и не поняв, кто двинулся первым, они жадно припали друг к другу губами.

Поцелуй вышел таким поспешным и отчаянным, что они едва не столкнулись зубами.

Язык Ривера вторгся сквозь приоткрытые губы Бады и переплёлся с её языком так, будто вознамерился вырвать его с корнем.

Он ласкал чувствительную плоть у нее во рту, и жадно сминал мягкие губы, словно изголодавшийся человек.

Слюна, которую они не успевали сглатывать, влажно смешивалась, а дыхание путалось.

Тело Бады уже подкашивалось под натиском этих нещадных поцелуев, но он рывком притянул её ближе, и она всем существом ощутила его жаркое и твердое тело.

Сознание медленно уплывало. Ей чудилось, будто внутри неё вспыхивают и лопаются тысячи искр, заставляя низ живота томительно ныть и покалывать.

В этом необузданном поцелуе смешались не только волнение, но и самое настоящее безумие.

Поцелуй был отчаянный и первобытный. Так целуются старшеклассники в укромном уголке, вдали от зорких глаз учителя.

Смелыми, выворачивающими душу движениями языка, от которых Бада совсем обессилела, он постепенно оттеснил её назад и зажал у самого края бассейна.

Отрезав ей путь к отступлению, он прошептал, осыпая её поцелуями, сколько душе угодно:

— Одежда мешает.

Горячие ладони вторглись под мокрую футболку, облепившую её тело, и в то же мгновение одежда была сорвана. Он отшвырнул её далеко в сторону.

— Аах…

Когда он на миг оторвался от ее губ, Бада судорожно выдохнула, хватая ртом воздух.

С выражением крайнего, почти болезненного возбуждения он пожирал глазами её силуэт.

Лишившись футболки, Бада осталась в одном только голубом бикини.

Вид двух тонких полосок ткани, так ненадёжно прикрывавших полную грудь, будоражил сверх всякой меры.

В его синих глазах полыхнул огонь.

От одной мысли, что всё это время под одеждой на ней было надето это, низ живота свело ноющей болью.

Её белая грудь, наполовину приподнятая над водой, колыхалась при каждом вдохе.

Слишком объёмная ноша для столь хрупкого и тонкого стана.

Ривер издал тягучий, вязкий вздох и провёл кончиками пальцев по её ключице.

— Это просто невероятно.

— …Что именно?

— Неужели человек может быть таким совершенным?

Он придвинулся еще ближе, вжимаясь в нее всем телом. Бада почувствовала спиной холодный край бассейна.

Пути к отступлению были отрезаны.

Онн подхватил её ногу и заставил обвить себя за талию.

Сквозь намокшую ткань плавок отчётливо проступила его напряжённая, набухшая плоть, и Бада невольно издала возбужденный стон.

Из-за разницы в росте перед её глазами маячила лишь его широкая, каменно-твёрдая грудь, взволнованно вздымавшаяся и опускавшаяся в такт дыханию.

— Если ты будешь смотреть на меня так… если будешь издавать такие звуки…

Низкий, грудной стон вплёлся в его чистую и изысканную речь.

— Боюсь, я совсем забуду, что должен оставаться джентльменом.