Глава 11

Щеки девочки все еще пылали от волнения. Похоже, он и правда напугал ее сильнее, чем думал.

— Ой. Прости.

Вблизи она оказалась очень милой. Яркие, живые глаза, аккуратный носик. По этим чертам, немного напоминавшим гордую кошку, нетрудно было догадаться, что, когда вырастет, она станет настоящей красавицей.

— Кстати, я видел, как ты так старательно полола сад. Тебя случайно не заставляют заниматься детским трудом?

— Мне вообще-то уже шестнадцать. И когда это ты успел увидеть, как я работаю?

— А, я какое-то время живу неподалеку от твоего дома. Но я не подглядывал специально.

В Бернхардте азиаты встречались нечасто.

Наверное, поэтому он плохо определял их возраст и поначалу решил, что она гораздо младше, чем есть на самом деле.

— Но почему у тебя лицо в таком виде? Наверное, ужасно болит… Кто тебя избил?

— Меня не избили. Я дрался.

— Но драться ведь плохо, разве нет?

— В этом мире бывают драки, которых невозможно избежать, малышка.

Услышав это, девочка посмотрела на него так, словно он говорил совсем уж странные вещи.

Дэмиен поднял с земли книгу, которую она уронила. Отряхнул ее парой легких хлопков и протянул обратно.

Скользнув взглядом по обложке, он увидел, что это был «По ком звонит колокол» Хемингуэя.

— Между прочим, сам Хемингуэй, которого ты сейчас читаешь, тоже был еще тем агрессивным мачо. Ты разве не слышала слухи, будто он как-то избил одного кинорежиссера?

— Я читаю не потому, что люблю Хемингуэя. Это просто задание на летние каникулы. У Хемингуэя простой слог, его легко читать.

Девочка нахмурилась и пробормотала:

— А вот что там вообще несет Фолкнер, я без понятия.

Если подумать, английский у нее звучал слегка неловко. Похоже, родным он для нее не был.

— Ты, кажется, не американка. Откуда ты?

— А, я школьница по обмену из Кореи. Сейчас летние каникулы, поэтому я живу в семье, которая меня принимает.

— Понятно.

— А ты?

— Вообще-то я принц из Европы.

«Вот черт. И зачем я это сказал?»

Едва слова сорвались с губ, Дэмиен тут же слегка пожалел.

«А если теперь она начнет приставать с автографами или попросит сфотографироваться?»

Но, вопреки его ожиданиям, зрачки девочки лишь на миг расширились, а потом она вдруг звонко расхохоталась.

— Ха-ха-ха! Ой, это сейчас была шутка? Очень смешно.

— …

— Тогда я королева Англии. Королева Елизавета Третья.

Она смеялась так заразительно, что в уголках глаз даже выступили слезы.

Дэмиен ошеломленно смотрел на девочку, которая никак не могла успокоиться.

Мало того что она его не узнала. Она еще и, похоже, приняла его за какого-то чудака с манией величия.

Но, если подумать, это было не так уж и плохо.

Ему до смерти надоели девицы, которые вешали на стены его фотографии, мечтая однажды выйти за него замуж.

Пока в голове у него одна за другой мелькали эти мысли, откуда-то донесся знакомый перезвон.

Из-за поворота вдалеке показался фургончик с мороженым.

Из домов один за другим начали выбегать дети, сжимая в руках деньги.

Точно зачарованные мелодией гамельнского крысолова.

И правда. В этом скучном пригороде летом такой фургончик с мороженым наверняка был для детей единственной радостью.

Дэмиен посмотрел на девочку сверху вниз.

«Хотя… она ведь и сама еще ребенок, разве нет?»

Он встретился взглядом с ее ясными глазами и сказал:

— Хочешь мороженого? Раз уж в этой глуши судьба свела двух особ королевской крови, я должен оказать тебе особую честь, Элизабет.

* * *

Это было унизительно.

Дэмиен, которому редко приходилось что-либо покупать самому, совсем забыл, что в его бумажнике лежат только деньги Бернхардта.

Он все же попытался расплатиться ими на всякий случай, но хозяин фургончика с мороженым лишь неловко улыбнулся, явно не зная, что делать.

В итоге за мороженое заплатила девочка.

Подумать только. Его, принца, угощал такой ребенок.

Нет, так принцу достоинства не сохранить.

Как бы там ни было, вскоре они вернулись под дерево, каждый со своим мороженым в руке.

Дэмиен достал из кармана платок и с легким щелчком встряхнул его в воздухе. Потом расстелил на земле и жестом предложил девочке сесть.

Она хихикнула и пробормотала:

— Какой джентльмен.

Усевшись рядом на землю, Дэмиен откусил мороженое и спросил:

— Кстати, раз уж ты учишься за границей, ты не скучаешь по семье?

От этого вопроса девочка как-то сразу поникла.

— Не знаю. Папа вечно занят, а мама заботится только о младшем брате.

— …

— Меня почти что выпроводили учиться за границу. Иногда мне кажется, что в собственной семье я как незваная гостья. Так что, если честно, одной мне даже спокойнее.

В ту же секунду у Дэмиена в груди странно кольнуло.

— У меня что-то похожее.

Услышав это, девочка широко распахнула глаза и встревоженно воскликнула:

— Только не говори, что тебя бьют дома?!

— Эй, давай сразу проясним одну вещь. Меня не избивали в одни ворота. Я так выгляжу, потому что дрался с плохими парнями.

— …Ладно, поверю.

— …

— Но все равно, когда изгои собираются вместе, становится как-то менее грустно.

— Я не столько изгой, сколько человек, который сам выбирает одиночество. Но… в целом я понимаю, о чем ты.

— Значит, пусть будет так.

— Ты забавная малышка.

Дэмиен откусил от своего мороженого с лесным орехом, и уголки его губ чуть приподнялись.

Вскоре девочка лизнула свое мороженое и с невинным видом спросила:

— Кстати, а как ты вообще забрался на дерево?

— А ты никогда не лазила?

— Пару раз пыталась, но все время соскальзывала. Для меня слишком высоко.

— Я помогу.

Он целиком отправил рожок с мороженым в рот, а потом протянул ей руку.

— Правда?

— Должен же я хоть как-то отплатить за мороженое, которым меня угостили.

Услышав, что он поможет, девочка поспешно запихнула в рот свое мороженое и взялась за его руку.

И в тот же миг по его ладони пробежал странный ток.

Это ощущение было для него новым, и он слегка растерялся. Но постарался ничем этого не выдать.

Сжимая ее невероятно мягкую ладонь, он опустился на одно колено.

— Давай. Наступай мне на плечо и лезь наверх.

— Правда? У меня же подошвы грязные.

— Все в порядке.

Девочка на миг заколебалась, а потом осторожно наступила ему на плечо и ухватилась за ветку над головой.

— Вот так. Молодец, у тебя хорошо получается.

Когда Дэмиен поддержал ее за ноги и подтолкнул, девочка быстро вскарабкалась по веткам.

Устроившись поудобнее, она замерла наверху. Тогда Дэмиен тоже легко забрался на дерево и сел рядом с ней.

— Сядь поближе ко мне. Иначе ты свалишься.

Его вдруг охватило беспокойство, будто ее и правда могло сдуть ветром. Поэтому он притянул ее ближе к себе.

Девочка без всякого колебания устроилась у него под боком и сказала:

— Ух ты… Здесь и правда потрясающий вид! Я бы никогда не узнала, если бы не залезла сюда.

— Правда ведь?

— Спасибо.

Она улыбнулась ему такой светлой, красивой улыбкой, что Дэмиен вдруг замер, будто его чем-то поразило.

— Что? У меня что-то на лице?

Только тут он понял, что слишком долго смотрит на нее.

Тогда он неловко сделал вид, будто стряхивает с ее щеки травинку, которой там и в помине не было.

— Вот. Теперь все.

Дэмиен отдернул руку, которая почему-то едва заметно дрожала, и поспешно перевел взгляд вперед.

Перед ними уже разливался по деревне розоватый закат.

Это было странно.

Почему-то ему казалось, что тем же цветом медленно окрашивается и его сердце.