Глава 185.1. Старуха и близнецы

# Старуха и близнецы

Расставшись со своим нанимателем Ноором, Ригель и Мина сели в нанятую повозку, которая должна была отвезти их в Город, забытый временем. Когда повозка загрохотала по городским улицам, Ригель повернулся к сестре.

— Ты не против, если мы ненадолго заедем ещё в одно место, Мина? Перед отъездом из столицы я хочу кое-куда заглянуть.

Мина высунула голову из-за горы упакованных обедов, которые громоздились вокруг её сиденья: ими близнецов снабдили в гостинице. — М-м? Конечно, давай.

Ригель обратился к вознице — суровому мужчине, похожему на разбойника: — Вы всё слышали, господин Ханс. Пожалуйста, отвезите нас в то место, о котором я вам говорил.

— Без проблем, малец, — ответил возница. — Когда приедем, мне остаться у повозки?

— Пожалуйста. Мы ненадолго.

Дополнительной остановкой оказался торговый дом Галена. Близнецы направились к нему пешком, а Ханс остался ждать в соседнем переулке. Едва здание показалось впереди, как из него вылетели двое знакомых мужчин грубого вида.

— Тьфу! Горбатились на них изо дня в день, а нас вышвырнули из-за какой-то мелочи! — возмущался один. — Просто смех!

— Да кому вообще нужна такая дрянная работа?! — подхватил второй. Он уже собирался продолжить ругань, но вдруг встретился взглядом с Миной. — Хм?..

Девочка-зверолюдка невольно напряглась и тихо пискнула: — Я… п-простите!

— Гляньте-ка, мелкая паршивка. С братцем гуляешь? А новый хозяин где, а?

— Похоже, они одни, босс.

Один из мужчин был прежним хозяином Мины — тем самым, которого её наниматель накануне схватил за то, что тот избивал Мину посреди улицы. Второй был одним из его прихвостней. Они быстро осмотрелись по сторонам. Не заметив никого поблизости, мужчины обменялись понимающими взглядами, и их губы растянулись в жестоких ухмылках.

— Как думаешь? — спросил один. — Я слышал, мальчишка стоит целое состояние.

— Думаю, нам сегодня повезло, — ответил другой. — Продадим его и получим отличное выходное пособие.

— Ха! Нам повезло, а им — не очень.

Стоило мужчинам сделать первый шаг к Ригелю, как Мина встала перед братом, раскинув руки. — Я… я не позволю вам его тронуть!

— Ну надо же, кто это вдруг набрался храбрости! Много на себя берёшь для девчонки, которая ещё вчера даже работать не желала. И как ты собираешься нас остановить, а?

Мина робко попыталась возразить; голос у неё дрожал не меньше, чем ноги. — Я… я, э-э…

— Знаешь, пожалуй, нас уволили именно по твоей вине, — задумчиво произнёс первый из мужчин, приближаясь к ней.

Его спутник согласно фыркнул: — Значит, нам полагается компенсация, верно?

— На вашем месте я бы этого не делала, — окликнул их сзади чей-то голос.

Мужчины обернулись и увидели в дверях пожилую приёмщицу компании Галена. — Мне не послышалось? — спросил один из них. — Только не говори, что решила заступиться за каких-то рабов.

— Я лишь указываю, что вы опять неверно оценили ситуацию, — ровно ответила она. — Из-за такой недальновидности нас всех и уволили, между прочим.

— Что ты сказала?!

— Для меня эти сопляки и ржавого медяка не стоят. Ради собственного блага вам лучше оставить их в покое.

Бывший хозяин Мины презрительно фыркнул: — Так ты за нас беспокоишься, да?

— Лучше о своих проблемах позаботься! — заржал его прихвостень. — Например, о том, где искать новую работу!

В глазах первого вдруг мелькнул расчёт. — Слушай… — сказал он спутнику. — У этой старой клячи наверняка водятся денежки.

— И то верно. Значит, забираем обоих?

— Ага, пожалуй.

— С-стойте! — вскрикнула Мина. Дрожащими руками она выхватила с пояса кинжал и направила остриё на мужчин. — Я… я не позволю вам навредить ни ему, ни ей!

Старший из двоих презрительно усмехнулся, глядя на её трясущиеся руки. — Пф. Ты собралась с нами драться? Этим?

— Думаешь, сможешь нас остановить? — с таким же весельем спросил его прихвостень. — Ну давай. Покажи всё, на что способна.

— А? Можно? — Мина моргнула, а затем послушно кивнула. — Х-хорошо. Тогда начинаю… — На мгновение она исчезла, и по бокам от мужчин пронёсся сильный порыв ветра.

— Хм? Это сейчас была ты?

— Д-да, — запинаясь, ответила Мина. — Господин Шауза научил меня этому приёму. Он велел применить его, если я снова вас встречу.

— «Шауза»? Где я слышал это имя?.. Хм?

Рубахи мужчин распались, и клочья изрезанной ткани посыпались на землю. Оставшись полуголыми, оба вскрикнули от неожиданности.

— К-какого чёрта ты натворила?!

— Я… п-простите! — испуганно пискнула Мина.

— Мина… — произнёс Ригель. — Господин Шауза ведь ещё говорил тебе не показывать, что ты боишься, верно?

— А-а, точно. Эм… а что я должна была сказать дальше? — Мина ненадолго задумалась, затем прочистила горло и попыталась заговорить как можно грознее. — В-вы лучше берегитесь, а не то я вытащу сосиски прямо из ваших животов!

— Сосиски? — хором переспросили все.

— Эм, Мина… — вмешался Ригель. — Кажется, ты хотела сказать «кишки».

— А, да! Их!

Мужчины приблизились, их лица исказились от злости. — Так это ты виновата! Посмотри, что стало с нашей одеждой, мелкая! Как ты за неё расплатишься?!

Мина взвизгнула: — Я… п-простите!

— Если бы одних извинений было достаточно, нам не понадобились бы ни суды, ни законы, верно?

Оба выхватили ножи с поясов и, не сдерживаясь, рубанули по девочке, но опешили, когда она отбила оба удара кинжалом.

— А?

— Какого?.. Да откуда у этой мелкой столько силы — даже для зверолюдки?!

Мина снова пискнула: — Я… мне правда очень жаль!

Контраст между её испуганными извинениями и силой, позволявшей ей без труда одолеть взрослого мужчину, оказался настолько разительным, что нападавшие заколебались. Стоявшая рядом старуха тяжело вздохнула.

— Боже правый… — посетовала она. — Если вы и правда настолько слепы, боюсь, вам уже ничем не помочь.

— Заткнись! — взвыл бывший хозяин Мины. — С тех пор как ты вмешалась, только чушь и несёшь!

— «Чушь»? По силе эта девочка входила в высшую категорию среди рабов-чернорабочих нашей компании. Вы должны это знать — ведь сами потребовали лучшую из тех, что у нас были. Вам как руководителю компании мы сделали одолжение, отдав её почти даром, а вы всё равно не сумели обращаться с ней как следует. Старуха презрительно цокнула языком, а затем впилась острым взглядом в Мину. — И ты тоже. Я собиралась молча наблюдать, но почему ты мнёшься перед этими третьесортными ничтожествами? Твой кинжал — просто украшение?

— Н-нет! — возразила Мина. — Он для меня очень важен! Госпожа Линнебург дала мне его, эм… для самозащиты!

— Тогда пользуйся. Эти мужчины больше не служащие компании Галена. Теперь они обычные подворотные головорезы. И обществу, и им самим будет полезно, если ты поставишь их на место.

— Д-да, госпожа! — Решительно кивнув, Мина с силой отвела в стороны оружие нападавших. Затем поправила стойку и снова направила на них кинжал.

Мужчины приготовились, выставив перед собой ножи. Прошло несколько мгновений — и Мина убрала клинок в ножны.

— Ч-что? Уже сдаёшься? — насмешливо спросил один.

Второй цокнул языком: — Хотела только напугать нас?

— А-а? — Мина почесала щёку; в её голосе слышалась неуверенность. — Нет, эм… по-моему, я уже вас задела…

Мужчины недоумённо переглянулись и тихо хмыкнули — и тут остатки их одежды распались на лоскуты, оставив обоих совершенно голыми посреди улицы.

— А-а-а!

— М-мелкая дрянь! К-как ты посмела?!

— Я… про— Ммф!

Мина в который уже раз начала извиняться, но старуха сзади зажала ей рот морщинистой ладонью. — Ты собираешься всю жизнь перед всеми кланяться и унижаться? — спросила она. — Так ты намерена защищать брата?

— Мм-мф! — Девочка покачала головой.

— Тогда больше никогда не склоняй голову перед подобным отребьем. Я не могла смотреть, как ты стоишь и молча терпишь их оскорбления. Ну же, скажи им всё, что думаешь!

Мина кивнула, и старуха ободряюще подтолкнула её вперёд. Но, подойдя к съёжившимся мужчинам, девочка обернулась с растерянным видом.

Догадавшись, что Мина собирается сказать, старуха принялась массировать виски. — Только не говори, что ты не знаешь ни одного ругательства. Чрезмерное добродушие в конце концов превращается в наивность. Скажи, например: «И больше никогда здесь не показывайтесь!»

— Х-хорошо. — Мина снова кивнула и повернулась к мужчинам. — И-и, эм… больше никогда здесь не показывайтесь! Пожалуйста!

— Т-ты ещё пожалеешь, мелкая! — в один голос завопили мужчины и бросились прочь, прикрывая руками самое важное. Вскоре на улице остались только близнецы и старуха.

— Бабушка Эйя, — заговорил Ригель, который почти всё столкновение молча и спокойно наблюдал за происходящим. — Спасибо вам за всё, что вы для нас сделали.

— Это ещё с чего вдруг? — спросила старуха.

— Только благодаря вам мы с сестрой смогли прожить так долго. Поэтому перед отъездом из города я хотел вас поблагодарить.

Ригель низко поклонился, и старуха презрительно фыркнула. — Я не сделала ничего, за что меня стоило бы благодарить, мальчишка, — разве что выполняла свою работу для компании. Ненавидь меня сколько хочешь, но от твоей благодарности меня передёргивает.

— Вы заботились о нас с самого дня, когда мы попали в компанию Галена. Я знаю, что именно вы предложили зачислить меня, ещё совсем юного, в разряд образованных рабов и создали условия, в которых я мог целиком посвятить себя учёбе. Вы даже следили, чтобы моя сестра никогда не голодала, хотя она ела намного больше большинства людей.

Мина моргнула и подняла взгляд на старуху. — А? Правда?

— Угу.

Старуха скривилась, а затем тяжело вздохнула. — А я-то гадала, зачем вы сюда вернулись. Послушай, мальчишка, не выдумывай лишнего. Я не делала для вас исключений. Вы были выгодными вложениями, вот и всё. То, что казалось тебе добротой, на самом деле означало лишь, что я лучше остальных бездарей в нашей компании умела распознавать ценность товара.

— И всё же, когда я заболел, вы до последнего боролись, чтобы меня не перевели в карантинную пристройку. Я помню, как лежал без сил, а вы, склонившись у ног Галена, умоляли его оплатить дорогое лекарство, которое мне требовалось.

Старуха нахмурилась и цокнула языком. — Как ты вообще помнишь такую мелочь? Ты тогда едва не умер.

Ригель улыбнулся.

— Что? — спросила старуха. — Только не говори, что пришёл сюда исключительно ради меня.

— Именно ради вас. Я просто хотел сказать спасибо.

Она вздохнула. — Какой дурак станет связываться с головорезами из-за такой ерунды? Ладно, раз ты доволен, проваливай отсюда. У меня к вам уж точно никаких дел нет.

— Да, нам пора. Ещё раз спасибо вам — и прощайте.

Близнецы успели сделать лишь несколько шагов к повозке, когда старуха снова заговорила, теперь уже тише: — Постой, Ригель. Последний совет.

Искренне улыбнувшись, мальчик развернулся к старухе, готовый выслушать её слова.

— Никогда сюда не возвращайся, понял? Не возвращайся в такое место. Отправляйся в большой мир. Пока вы держитесь вместе, у вас всё будет хорошо.

— Я запомню. Пожалуйста, будьте здоровы и счастливы, бабушка Эйя.

— Пф. Если у тебя есть время беспокоиться о других, лучше потрать его на собственное будущее.

Ригель широко улыбнулся, вежливо поклонился и повернулся к сестре. — Ладно, Мина. Пойдём.

— Ага! Спасибо, бабушка!

Старуха смотрела, как близнецы уходят, держась за руки. Когда они скрылись из виду, она вернулась в торговый дом, села за стойку приёмщицы, подперла подбородок рукой и тихо вздохнула.

— Боже правый… Похоже, я и правда выживаю из ума. После стольких лет в этом деле меня засмеют, если узнают, что я привязалась к товару, который должна продавать.

Несмотря на эти слова, нахмуренное выражение старухи слегка смягчилось.

— Как бы то ни было, благодаря тому монстру этот город ждут большие перемены, — пробормотала она. — Теперь, когда эти сопляки больше не занимают всё моё время, пожалуй, и мне пора порвать с этим бесчеловечным делом и подыскать другую работу.

Старуха открыла один из ящиков стола и достала любимую табачную трубку. Раскурив её, она медленно затянулась и принялась смотреть в окно на голубое небо, пока дым лениво поднимался вверх. Если бы торговый дом не стал лишь тенью себя прежнего, возможно, кто-нибудь оказался бы рядом и заметил, как по её губам скользнула едва заметная улыбка.